Падший ангел. Мне не нужны небеса без тебя.

Каждую частичку тела пронизывает боль. Ее острые спицы ввинчивают концы, ни на секунду не оставляя в покое. Безумно ломит голову, она, словно налитая тяжелым свинцом, раскалывается на части. Руки и ноги отяжелели, инстинкты притупились, выпуская на первый план болезненные спазмы, которые один за другим стираю тело в мелкую крошку. Яркий свет невыносимо режет глаза даже сквозь закрытые веки, а озноб, сотрясающий мои останки, не позволяет всплыть на поверхность действительности. Все кажется каким-то нереальным, и даже это перешептывание будто нарисовано нездоровым воображением: - Какого хера он ее сюда приволок? – Голос совершенен, но окрашен ледяной злобой. – Надо было выбросить возле какой-нибудь клиники. - Я, конечно же, люблю тебя, - отвечает более нежный и звонкий голосок. – Но порой ты такая эгоистичная сука! - Я не понимаю… - более громко произносит совершенный голос. - Т-шшш, - шикает нежный. – Ты ее разбудишь. - В ней столько наркоты и алкоголя, что ее пулемет не поднимет, - ожесточенно шипит первая. - Т-шшш, - вновь прерывает нежный голос. – Лучше пойдем отсюда. Невесомые шаги удаляются, а я резко распахиваю глаза. Свет обжигает роговицу и заставляет щуриться. Вдруг очередной спазм скручивает позвоночник. Вскрик готов слететь с губ, но я вовремя закусываю нижнюю губу, больно впиваясь в нее зубами. Спина выгибается дугой. Давно забытые ощущения ломки прожигают насквозь. Сердце колотится в бешеном ритме, и этот гул раздается в голове, чеканя каждый удар. Ужасная, невыносимая боль огнем полыхает в венах. Хочется только одного – прекратилась это. Все остальное просто неважно. Неважно, где я и как тут оказалась. Важно лишь желание поскорее сдохнуть. А я точно уверена, что еще не сделала этого. Ибо это не ад. Не похож! Незначительное облегчение приходит на смену притупляющейся боли. Эта сука дает ничтожную передышку, и я не раздумывая этим пользуюсь, садясь в кровати. Бежевого оттенка комната напоминает палату какой-нибудь дорогой клиники: по периметру все заставлено медицинским оборудованием, не далеко от кровати располагается столик с горой блистеров, шприцев, бинтов, ампул и прочего хлама. Свешиваю ноги с кровати и ощущаю ступнями прохладу пола. Медленно, опираясь на стену, двигаюсь в сторону заветного столика. Не без усилия добравшись до него, быстро читаю названия лекарств, отбрасывая в сторону ненужные: - Дротоверин, - коробка летит в сторону. – Метаклопромид. Ноотропил. Эглонил. Нет. Нет. Нет. Блять! Чувствую возвращение боли. Она вновь выходит из мимолетного транса, запуская свои щупальца в податливое тело. Не могу позволить ей застать меня вот так, скрутив прямо на полу в совершенно незнакомом месте. Подступающее отчаяние сменяется ликованием, когда вижу сокровенные слова. Схватив блистер с трамадолом, две ампулы релиума и шприц, забираюсь на кровать. Достаю дрожащими пальцами три таблетки и закидываю их в рот. Набираю в шприц релиум и, не колеблясь ни секунды, втыкаю иглу в бедро. Боль от укола не значит ничего в сравнении с той, что подбирается к позвоночнику и голове. Введя содержимое шприца, кидаю его на пол и откидываюсь на подушку. Чувствую, как все ощущения притупляются, а мое личное время останавливается. Весь мир покрывается невесомым, бархатистым туманом. Туманом услады. Прикрываю глаза и плыву по ее волнам. Сердцебиение уряжается, дыхание становится поверхностным и ровным. Озноб, сковывающий кончики пальцев, преобразуется в тепло и теперь легким дуновением распространяется по телу. Обхватив колени руками, скручиваюсь калачиком. - Идиотка! Громкий. Оглушающе громкий голос и следующая за ним пощечина вырывают меня из блаженного забытья, окуная головой в ледяную воду реальности. Сопротивляться и давать отпор не хочется, сил совершенно нет, ослабевшие мышцы не желают слушаться. Чьи-то сильные руки, усаживают меня на кровати и хорошенько встряхивают. Непрошеная боль врезается в глаза, а желудок, подпрыгнув со всей мощью, ударяется о диафрагму. Еще одно подобное действие и меня вывернет наизнанку. - Открой глаза, дура! – Еще один резкий удар по лицу заставляет поднять веки и сфокусировать взгляд. – Посмотри на меня! Накачалась уже, чертова наркоманка. - Блять, - выдавливаю хрипло, не веря своим глазам. Передо мной стоит блондинистая сестренка Эдварда - Розали, собственной напыщенной персоной. Это никак не укладывается в голове. Как?! Каким образом?! Зачем?! Вопросы давят на голову, вынуждая жмуриться от боли. - Какого хрена тебе нужно? – хриплю, прикрывая глаза и одновременно пытаясь вернуться в прежнее положение. И пусть это будет буйством фантазии приправленной транквилизаторами, а не долбанной реальностью. - Хочу встряхнуть, как следует, чтобы вся дурь испарилась из твоей башки, идиотка! - Отвали… - пытаюсь связать слова в предложения и вновь утонуть в умиротворении. – Роз… - Заткнись, - командует она. – Как же вы меня оба достали! Она опять хватает меня за руку и с силой тянет, заставляя подняться. Пощечина разрезает тишину комнаты, совсем не болью, а обидой проникая в голову. - Розали! – резкий выкрик заставляет ее замереть, а меня вздрогнуть. Границы реальности прорисовывают вокруг неровные круги, принуждая разум заполниться под завязку отвратительной и тягучей явью. - Уйди, - шипит до боли знакомый голос откуда-то позади нас. Розали ослабляет хватку, из-за чего я падаю на подушку. - Да пошли вы. Оба! - зло бросает Роуз и выбегает из комнаты. Я же, подобрав под себя ноги и упершись подбородком в колени, с силой зажмуриваю глаза. Все что сейчас происходит, кажется параллельной сумасшедшей. Или же злой шуткой воображения?! Вот только сердце призывно выстукивает: Это он! Это он! Это он… Чарующий запах постепенно заполняет мои легкие, отчего голова идет кругом. Это нереальная смесь дождя и мяты. Сердце замирает, когда я чувствую прохладное прикосновение к плечу. Мурашки щекочут кожу. Минут пять наслаждаюсь этим прикосновением, страшась открыть глаза и потерять сладострастную иллюзию. Сердце поет. Оно успокаивается рядом с ним. Как же хочется наслаждаться этим вечно. Но… Сосчитав до десяти, резко поднимаю веки. Эдвард замирает, будто робея шелохнуться. Но после, быстро приходит в себя и делает шаг к приоткрытой двери. - Нет! – испуганно выкрикиваю. – Останься. Он внимательно смотрит на меня лишая воли и способности к сопротивлению. - Прости, - шепотом выдавливает Эдвард. В его голосе сожаление. Он вновь отворачивается и собирается выйти. - Стой! - снова кричу. - Думаешь, я не понимаю, почему ты не хочешь быть рядом?! На глаза набегают слезы. Они мешают видеть, наслаждаться им. - Ты ничего не понимаешь! - яростно шипит Эдвард и хватается за дверную ручку. Слезы брызгают из глаз и струятся по щекам. Во мне нарастает злость. Злость от бессилия и понимания того, что я не в силах его остановить. - Не уходи! – ослаблено шепчу. - Пожалуйста, слышишь?! Рыдания вырываются бессвязными всхлипами, предвещая истерику. Становится так обидно и так больно, что озноб вновь сотрясает плечи. - Бесчувственный вампир… - Слезаю с кровати и оседаю на пол рядом, закрыв лицо ладонями. - Что… ты… сказала? - испуганно произносит бархатистый голос совсем рядом. Поднимаю мутный, заплаканный взгляд. Эдвард стоит в комнате, прижавшись спиной к двери. - Не оставляй меня, - тихо произношу, вытирая тыльной стороной ладони глаза. - Нет, ты… сказала… - Его лицо выражает крайнее изумление. - Не уходи. - Постой, ты знаешь… кто я? Кто мы? Он приближается и садится на корточки напротив. Делается так легко от его близости, слезы высыхают на щеках, горечь уходит. - Вампир, - выговариваю шепотом. Кажется, Эдвард вздрагивает, но беря себя в руки, произносит: - И ты хочешь, чтобы я… остался? Ты же… - не договорив, опускает голову - похоже, силы в нем иссякли, а голова стала непомерно тяжелой. Нерешительно протягиваю к нему дрожащую руку. - Не уходи снова. Легко касаюсь его плеча, стараясь не пугать. Он дергается и, подняв голову, заглядывает в глаза. - Пожалуйста, больше не уходи, - повторяю, погружаясь в такие желанные бездны. - Я так ждала тебя… - Ты не боишься? Вопрос ставит в тупик. Боюсь?! Вот еще! Я давно все для себя решила. - Почему я должна бояться? - Ты не понимаешь! – рычит Эдвард. - Я монстр, животное в облике человека! Ты должна бояться! - Мне все равно, кто ты! – выкрикиваю, вкладывая больший смысл в эти слова, чем он может подумать. - Слышишь? Мне все равно! Я отказалась от всего ради тебя. Мне кажется… кажется, я люблю тебя!!! Замечаю, как он отшатывается, словно я всадила осиновый кол прямо в сердце. Меня же раздирают переполняющие чувства. Ощущаю это физически. Хочется сломать свои ребра, выдрать сердце и вручить ему, чтобы увидеть, как оно бьется, истекая кровью. - Люблю, - повторяю увереннее. - Изабелла, - Эдвард качает головой, - я убийца… Понимаешь? Я все прекрасно понимаю. На много больше, чем он думает. Но я сделала свой выбор давно, и отступать не собираюсь. - Я тоже не ангел, - Горький сарказм колет сердце. - Это не шутки! – Ох, если бы он знал, что это действительно не шутки. - Я хотел убить тебя! - Но не убил! Эдвард жестко смотрит в глаза. - Вампиры… Обычно они пьют человеческую кровь. Мы же от нее отказались, поэтому убиваем только животных. Но когда я встретил тебя…. - Эдвард… - Я могу убить тебя! - выдыхает он. - Я никогда не испытывал такой жажды человеческой крови раньше. - Так что же тебя останавливает? – спрашиваю твердо. Его зрачки расширяются, в них появляется негодование. - Я не хочу быть чудовищем, беспринципным животным, зверем… Опускаю взгляд. Не этот ответ мне нужен, не его я ждала. - А еще, потому что не могу… не могу без тебя. Сердце бабочкой воспаряет ввысь, взмахами своих крыльев в дребезги разбивая противоречия. Приятное тепло разливается по телу, душа парит надо мной, безумно хочется расправить кры…. Делаю такой необходимый вдох и нерешительно прошу: - Не оставляй меня больше. Пожалуйста. Все портит спазм, судорогой пробегающий по позвоночнику. Вцепляюсь в колени пальцами, ногти впиваются в кожу, немного отвлекая от основной боли. Закусив губу, пытаюсь подавить вздох, перед глазами все плывет. Я больше не чувствую холодного пола под собой, присутствие Эдварда и яркого света, бьющего в глаза. Словно из глубины океанских вод, пробивая их толщу, доносится обеспокоенный голос: - Ты слышишь меня? Изабелла? Стараюсь не шевелиться и не произносить ни слова. Еще чуть-чуть и все пройдет, чуть-чуть… Потерпи! Боль медленно покидает тело. Но я знаю - она уходит ненадолго, уж слишком не продолжительное действие у тех лекарств, которые приняла. Вот если бы пыль… Расслабляю пальцы и осознанно смотрю на Эдварда. Его испуганные глаза, напоминают глаза маленького ребенка, у которого умирает любимая зверушка. - Где мы сейчас? - В Форксе. У нас дома, - отвечает, удивленный вопросом. – Помнишь аварию? Я привез тебя сюда, чтобы Карлайл смог осмотреть. Не бойся, ничего страшного, лишь пара ушибов на ребрах, разбитая губа и небольшой шов на лбу. Тебе повезло… - А моя машина? – спрашиваю, не давая ему договорить. – Где она? - Элис пригнала ее из Сиэтла. Она сейчас припаркована возле дома. - Я должна уйти, - на ходу придумывая план, умело вру. – Чарли должно быть в бешенстве… - Да, конечно, - вставая с корточек, печально произносит Эдвард. Оглядываю себя, обнаруживая не свои вещи - больничный халат, обвязанный вязками вокруг талии. - Твоя одежда там, - Эдвард указывает на стул, стоящий у стены. Подхожу к нему и быстро натягиваю джинсы, одновременно всовывая ноги в сапоги. - Я подожду за дверью,- сконфуженно произносит он. Не дожидаясь пока Эдвард выйдет, стягиваю с себя халат и надеваю футболку. Времени немного, очередной приступ может накрыть в любой момент. Выйдя из комнаты, обнаруживаю Эдварда спиной прижатого к стене напротив двери. Он проводит меня прямо по коридору, потом вниз по лестнице и, пройдя через массивные стеклянные двери, выводит на улицу. В любой другой ситуации, я бы обязательно осмотрелась, оценила обстановку и возможно даже познакомилась с его семьей, но сейчас совершенно нет сил и времени. Забравшись в кабину пикапа, завожу мотор, и словно очнувшись от навязчивости, произношу: - Не исчезай больше. На глаза наворачиваются предательские слезы. За мгновение Эдвард оказывается рядом со мной и склоняется в открытое окно. - Не плачь, - умоляюще шепчет он. – Я никуда не денусь, обещаю. На его прекрасных губах пролегает нежная улыбка, после чего он делает шаг от машины: - Поезжай, вон та дорога выведет тебя на центральную. Выехав на трассу, вжимаю педаль газа в пол, стараясь выжать все, на что способна эта развалина. Оказывается на многое. Всего двадцать минут и я уже паркуюсь возле дома. Глушу пикап и одновременно распахиваю бардачок - маленький пакетик падает на раскрытую ладонь. Не раздумывая и секунды, высыпаю его содержимое на листок бумаги. Профессионально разделяю порошок на две влекущие дорожки. Втянув сначала одну, затем вторую, откидываюсь на сиденье и сладко улыбаюсь. Приятные ощущения не заставляют себя долго ждать: тепло, щекотка и чувство эйфории пробегают по телу, как ураган, сметая все на своем пути, не оставляя и следа боли. Яркая вспышка света взрывается в голове, а затем тухнет, покрывая все нежно - бархатистым полумраком небесной синевы, каким-то чудесным образом подвешенной на смешных гитарных струнах. По стеклу к небу ползут прозрачные капли дождя. Или слез? А у потолка кабины мельтешат маленькие апатичные букашки. Хочется дотронуться до них. Но не могу. Очень устала. В следующий раз, наверное.