Тайный недуг альфы

*** Дальше все запомнилось Дженсену фрагментарно - то пропущены целые большие куски, и одни мелькающие картинки, то совсем ненужные разговоры и сцены запомнились так отчетливо, как будто были вот только что. Завибрировал в кармане телефон, Дженсен взял трубку. Джаред встревожено спрашивал – где ты? Что случилось? Мне что-то не по себе. Стоило соврать, чтобы не тревожить беременного омегу? Но маленькая ложь потащила бы большую, и нет, Дженсен не стал скрывать. – Джаред, у нас неприятности. Джаред в минуту реальной опасности не стал впадать в истерику, внимательно выслушал Дженсена, задавал короткие уточняющие вопросы – альфа главарь – лет шестнадцати, белобрысый? В красной куртке? Потом приказал жестко: – Дженсен, бери мальчишек и быстро сваливай из города. Карабин не забудь, утопи его, когда будешь проезжать через мост, в пяти милях от города. Спрячь мальчиков где угодно, лишь бы люди шерифа не добрались до них. Да, этот крысеныш сынок шерифа, Кади Алон. Много про него гадостей болтают, отец его прикрывает, конечно. И если ты не поторопишься, в парке скоро будет полиция. Дженсен, никто не будет тебя слушать. Найдется с десяток свидетелей, что это Колин на них напал вместе с Джейсоном, и мы не выберемся из этой истории! Это маленький город, Дженсен. И тут свои правила. Кажется, кто-то стучит в дверь... Дженсен, ты понял меня? Немедленно забирай их, спрячь надежно, чтобы не удрали! А потом возвращайся. Со мной все будет в порядке. Я уже звоню адвокату. Связь прервалась, и как ни хотелось схватить щенков и лететь к Джареду – Дженсен понимал – это эмоции. Нельзя, он может все испортить. Он тут чужак, и Джаред лучше знает, что нужно делать. Не забыть ружье. Засунуть потрясенных и притихших мальчишек в машину и под вой приближающихся сирен рвануть вон из города, притормозить, выкинуть ставшее опасным оружие в реку. Спрятаться в лесу, закатившись на грунтовку, и сидеть там, попутно вызывая кавалерию и всех, кого только можно. Марка Шеппарда, главу его службы безопасности, команду юристов, и еще ребят покрепче, и не меньше десятка, и нет, это не паника, Марк. Нужно было сидеть и ждать – Марк будет с командой часа через три, и мальчиков нельзя оставлять без присмотра, как там сказал Джаред – спрячь надежно, чтобы не удрали. Но как их тут оставишь? К дереву привязать?! Места себе не находил, выскочил из машины, и все порывался звонить Джареду, брал трубку в руку, убирал, и снова брал. Мальчишки шушукались в машине, а потом вышли тоже, и, подталкивая друг друга, смотрели на Дженсена, пока он не спросил сердито: – Ну что? – Это из-за меня все, – выпалил омега, – я... я хочу домой. Отвезите меня домой! Джейсон закатил глаза, типа, ну что ты с ним сделаешь, с упрямцем! А потом с надеждой посмотрел на Дженсена. Помоги мне. Дженсен впервые видел вблизи омегу, и не только видел – чувствовал запах, довольно приятный, нежный еще совсем. И абсолютно чистый. Нюх у Дженсена после обряда обострился, он теперь улавливал тончайшие нюансы, и понимал, какая нотка запаха о чем говорит. Как странно... оказывается, каждый человек пах своими эмоциями, характерными чертами, привычками. Этот мальчик пах гордостью, чистотой, бесстрашием. А поверх основных, ярких и сильных черт темной паутинкой накручены были страх, неуверенность, боль, наносное, чуждое – внедренное. Будто кто-то пытался потушить фонарь, заляпав его грязью. Дженсен предложил мелкоальфе: – Прогуляйся поблизости. Хочу с твоим другом поговорить. Джейсон улыбнулся, но перехватив взгляд Колина сделал постное лицо, кивнул: – Ладно. Позовете, если что. Колин, видно было, при таком быстром послушном исчезновении защитника – расстроился. Опустил было голову, но тут же выпрямился и с вызовом посмотрел на Дженсена. Улыбнулся дерзко: – Что? Совсем необязательно было отсылать Джейсона. Я же сказал, хочу домой. И я знаю все, что вы хотите мне сказать. Не утруждайтесь. – И что именно, по-твоему, я собирался сказать? Колин устало махнул рукой: – Из-за тебя у нас неприятности. Оставь нашего сына в покое, у него есть обещанная пара, он еще ребенок, и блабла. Что там еще? А, да. Я кончу в психушке. Я же дефективный, больной. Он сумел сказать это – побледнел, но вытолкнул из себя, признал – да, я такой, и смотрел все равно с вызовом. Но на этом признании выдохся, проговорил тихо, почти с отчаянием: – Отвезите меня домой. Я не буду беспокоить Джейсона. Я и так... старался его оттолкнуть. Он замолчал, Дженсен подавил в себе острое желание утешить мальчика прямо сейчас и спросил тихо: – Когда узнал, что болен? – Да. А вот теперь можно. Дженсен шагнул вперед и не успел омега испугаться – сел на корточки, заглядывая в лицо Колина снизу, попросил: – Признайся, кто внушил тебе эту чушь? Омега моргнул непонимающе: – Чушь? Почему чушь, это правда. Мой отец... омега. Он в клинике для душевнобольных, уже давно. От меня скрывали, я думал, он умер. И совсем недавно этот альфа – Кади, он сказал, что знает мой секрет. Я не понял, о чем он? Потом он рассказал, я не поверил, спросил у отца, думал, он рассмеется, а он... Он прятал от меня глаза. А потом сказал – да, это правда. И отвез меня... в клинику. К папе. Это точно был он, я его узнал. И я стану такой, как он. Такой, как он. Как он... Колин повторял, как заезженная пластинка, по щекам покатились слезы, и Дженсен осторожно взял его за руку. Приказал: – Посмотри на меня. Колин под действием приказа заторможено поднял голову, а Дженсен тихо и твердо говорил, не позволяя ему отвести взгляд: – Ты абсолютно здоров. Выкинь эти глупости из головы. Ты здоров. – Но как же, – растерялся Колин, – а папа? Дженсен уверенно покачал головой: – Нет. Нет, нет и нет. Надо все выяснить, но скажу тебе одно – ты точно здоров. – Почему вы так уверены? Колин уже не плакал, он не понимал. Он хотел верить, во взгляде его жила надежда, но он был слишком умен, чтобы просто поверить на слово чужому альфе. Дженсен хмыкнул, сдаваясь. Таки придется признаться уже сейчас. – Хорошо. Что ты знаешь о пятом признаке альфы? Определенно, омега был отличником в школе, и, черт, он был слишком сообразительным! Впрочем, это были уже издержки выбора альфы-де. Омега округлил глаза и прикрыл ладошкой рот. Полминуты привыкал к этой мысли, и Дженсен почти видел, как быстро крутятся шестеренки-винтики в головке этого умненького омеги. Он явно читал больше, чем просто учебники, и Дженсен слышал, как он прокручивает в голове – альфа-де может выбрать только одного партнера, одного на всю жизнь. Он может умереть, если партнер откажется от него. Но природа компенсирует это тем, что выбранный омега, бета, альфа – идеально ему подходит, у него почти нет шансов отказаться. Подходит – по всем параметрам, и по здоровью тоже. Иначе говоря, природа оставляла альфе-де всего один шанс, один единственный, но стопроцентный. Без обмана. Омега отошел от шока, Дженсен поднялся, отряхнул брюки, и усмехаясь, наблюдал, как омега на глазах оживает – начинает прямо-таки светиться как медный таз. Дженсен все ждал, когда же он спросит, и дождался, Колин почему-то шепотом уточнил: – Вы... И Джейсон. Джейсон тоже? – Да. Он тоже. Колин разулыбался, но, спохватившись, дернул Дженсена за руку: – Он же достаточно взрослый, чтобы не передумать? – Колин. Колин покраснел как маков цвет, но все равно не перестал улыбаться. Некстати подумалось – любовь – такая эгоистичная штука. – Я теперь понимаю, почему он так... – он запнулся, нахмурился, но снова засветился улыбкой: – Он был настойчив. Это хорошо, что я знаю, я буду беречь его. Буду осторожен. Спасибо вам. Спасибо, что сказали. Дженсена застала врасплох неожиданная теплая благодарность омеги. Колин не боялся, не стеснялся его больше, не шарахался, даже за руку взял. Дженсен улыбнулся в ответ: – Ничего. Мы теперь одна семья. Колин засмотрелся на него, потом улыбнулся до ушей: – Я теперь знаю, как будет выглядеть Джейсон, когда станет взрослее. Дженсен рассмеялся, пряча смущение – вот стервец маленький! И вроде не сказал ничего такого, а как мягкой лапкой погладили по сердцу.