В ловушке паука

В каждой школе есть ребята, которые без проблем могут взломать, ну, скажем, архив ФБР. То есть абсолютные гении, как думал Питер Паркер. Одним из таких людей был Стайлз Стилински, сын местного шерифа , однако Стайлза Стилински сейчас в школе не было, так что обратиться можно было только ко второму такому гению - Дэнни Махилани, лучшему другу капитана местной команды по лакроссу и отличному хакеру. - Хэй, Дэнни, - Питер привалился плечом к шкафчику справа от парня, широко улыбнувшись, чтобы скрыть свое настоящее настроение. - Как жизнь? Все нормально, да? - И тебе привет, Пит, - настороженно глянув на Паркера, ответил Дэнни, параллельно доставая из шкафчика какие-то учебники и перекладывая их в рюкзак. - Эм, да. Вроде все отлично, а ты как? Все в порядке? Просто ты какой - то сам не... - Да, все отлично, - отмахнулся Паркер, скрещивая руки на груди и пожимая плечами. - Слушай, а ты же вроде как хороший хакер, да? - Ага, - слегка смутившись кивнул юноша, захлопывая дверцу шкафчика. - Не мог бы ты мне помочь кое в чем? Просто Стайлз телефон потерял где-то, и было бы неплохо выяснить где он, - на автомате закусил губу шатен, упомянув такое родное имя. Как сейчас там он? Все ли с ним хорошо? Живой ли он? Питер решил отложить эти мысли на потом и вновь взглянул на Махилани, включив все свое обаяние и состроив щенячьи глазки. - Пожалуйста, Дэнни. - Да, без проблем. Думаю, смогу это сделать даже прямо сейчас, чтобы не заморачиваться потом, - пожал плечами брюнет, доставая планшет из рюкзака и спиной облокачиваясь на шкафчики. - Главное, подключиться к спутнику, а дальше все очень легко, - беспечно объяснил подвинувшемуся чуть ближе Питеру парень. Дэнни застучал пальцами по сенсорному экрану, притопывая ногой в такт и прикусывая изнутри щеку, изредка в нетерпении постукивая большим пальцем по корпусу девайса. Буквально через пару минут, когда Паркер уже начал терять надежду, брюнет перестал притопывать и кусать щеку, вместо этого в два раза быстрее застучал пальцами по экрану и как-то немного нервно выпрямившись. - Ну вот, все готово, - с облегчением улыбнулся Махилани, поворачиваясь к Паркеру. - Судя по тому, что говорит спутник, телефон Стайлза в какой-то заброшенный часовне. Она где-то на севере Нью-Йорка находится, - юноша заблокировал устройство и сунул обратно в рюкзак. - Кстати, а что он там забыл? - Ничего! Спасибо! Прости, мне нужно срочно уйти! - крикнул Питер уже из другого конца коридора, вместе с толпой учеников выскакивая за дверь. Ну, а Дэнни оставалось только пожать плечами. Кто ж разберет этого Паркера.

***

Питер старался лететь как можно быстрее, выпуская паутину и перелетая с одного на другое здание, где можно было, он пытался сократить. Ему казалось, что возможно от каждой секунды зависит жизнь Стайлза. Его Стайлза. Когда, наконец, он заметил не такую высокую, по сравнению с другими небоскребами, башню с часами, быстро влетел в разбитое окно и присел, сразу вставая на ноги. Он оглядел помещение с серыми стенами, обшарпанной штукатуркой, бетонными лестницами без перил и с разбросанными повсюду деревянными досками. Одно только здание вселяло ужас, Паркер сначала даже мог подумать, что тут снимали такой фильм. Вдруг откуда-то сверху он услышал звонкий удар и последовавший за ним болезненный вздох. Конечно же, Питер понял, кому он принадлежит, поэтому парень отбросил все посторонние мысли и подбежал к краю, где начинается лестница. Выпустив паутину, он подтянулся и встал ногами на следующем этаже, увидя то, чего он больше всего боялся. Стайлз сидел на стуле, даже можно было сказать, что лежал, его голова упала на грудь, из — за чего Питер не смог разглядеть его лица. Но ему было достаточно того, что над ключицах и шее были кровавые синяки. — А вот и наш герой. Появился и не запылился, — сладко, как будто пропел Дэн, поворачиваясь в сторону гостя и широко улыбаясь. В этот момент Стайлз тяжело поднял голову и взглянул на Питера, который, наконец, увидел то, что совершил с ним Дэн. Его правый глаз опух, нижняя губа разбита, на двух скулах красовались огромные алые ссадины, но главное, что показалось Питеру самым странным, это аккуратная прямая царапина на его лбу. Он не понял, как можно было сделать ее, ему даже показалось, что где-то здесь стоит столик с приборами, прямо как у хирурга. Стилински тяжело дышал и с некой радостью, и одновременно отчаянием, смотрел в глаза Питера. Тогда тот не выдержал и в один миг оказался рядом с Дэном, со всей силы ударяя кулаком его по лицу, от чего его голова резко увернула в сторону. Послышался громкий и злобный смех. Дэн выплюнул кровь и вернул голову в обратное положение, по-лисьи улыбаясь. Паркер тяжело дышал, его глаза сверкали яростью и гневом, казалось, что только одним взглядом он мог убить этого парня. — Неплохой удар, — начал тот, но его сразу же прервали. — Кто ты такой? — сквозь зубы процедил Паркер, сжимая кулаки. — Меня зовут Дэн. Ты же знаешь, Паркер. Мы вместе на английский ходим, а с милым Стайлзом… — Ты знаешь, о чем я спросил. Тут Дэн поднял уголок губ и показал зубы, его улыбка начала пугать. Вдруг по его шее от такого же костюма начали подниматься какое-то склизкое, как слизняки, черное нечто. Оно было похоже на сетку, которая соединяла свои концы снова и снова, пока не осталось ни одного видимого участка кожи юноши. Даже его лицо полностью застелили черные паразиты, закрывая его маской с белыми, в форме капель, стеклами на глазах. — Ты разве не знаешь, кто я? Его тело медленно начало расти, он становился все выше и выше, мускулы увеличивались, казалось, что этот парень на глазах становится сильнее. На маске появился разрез в форме рта, который сразу растянулся в злой улыбке, обнажая острые зубы. Когда Дэн, наконец, остановился в росте, он стал точно в два раза выше Питера. Паркер ужаснулся. Кто же этот парень? Он меняет форму. Его костюм- не простая ткань, похоже на каких-то неизвестных паразитов, которые контактируют с друг другом. Он растет в размерах. — Я — Веном.

***

— Мой костюм — это некие симбиоты, которые и образуют его, — Веном медленно начал уменьшаться в размерах, при каждом его слове, как рот открывался, Питер мог заметить длинный розовый язык с острым концом. Паркера сейчас и вправду начал пугать этот парень, который продолжал свою речь, — Они помогают мне, делают меня сильнее, дают мне улучшенные физические возможности. — Но почему ты принял их? Почему ты их хозяин? — не выдержал нахлынувших вопросов в его разуме Питер, оставаясь начеку. Он иногда поглядывал на Стайлза, что, казалось, вот — вот тот отключится, но иногда он тоже в ответ кидал испуганные взгляды на парня. — Я понял, что это великая возможность! — воскликнул неожиданно Дэн, симбиоты немного разошлись и открыли его глаз, который так и искрился гордостью. Как будто он был доволен, — И мне нужен ты, Питер. Точнее, Им нужен ты. Паркер недоуменно нахмурил брови. — Что? — Когда на меня напал Флэш, а он считается одним из самых сильных и тяжелых во всех смыслах парней, и ты с легкостью отбросил его и поднял над землей, хотя на вид тот еще хиляк. Я понял… Ты — Человек — Паук. Паркер был рад, что на его лица была маска, потому что сейчас его глаза потемнели от некого страха и ужаса. Ему и вправду было страшно. — А когда ко мне подбежал Стайлз, — парень в черном костюме медленно подошел к нему со спины, и схватил за волосы, заставляя поднять голову. От его движения Питера всего передернуло и уже хотел подойти к Дэну и врезать, но у того вмиг на свободной руке появились когти, и он приставил один к горлу Стайлза и цокнул, — О-о-о, нет — нет, милый. Вот прямо так. Когда этот смазливый мальчик присел ко мне, и я согласился, чтобы он проводил меня к медсестре, ты уже взглядом хотел уничтожить меня. И я понял… Ты дорожишь им. Ну, как тебе наш поцелуй на камеру? Понравилось? Паркер так сжал кулаки, что ногти начали даже через перчатки потихоньку впиваться в кожу. Дэн опустил взгляд на его руки и посвистел. — Ух, ты. Я был все — таки прав, — он, наконец, отпустил Стайлза, от чего его голова упала ему на грудь, а глаза сожмурились от боли в шее. Дэн отошел на несколько шагов от стула и поманил пальцем Питера к себе, тихо шепча: — Ну, что? Спасешь свою принцессу, герой? Питер предполагал, что победить этого Венома будет не так уж и легко. Так вот, он был прав. Его очередной раз перекинули через плечо и кинули в стену, но парень успел выпустить паутину и перелететь в другой конец комнаты. Его тело ломило, боль чувствовалась почти везде, а ноги подкашивались. Он только и успевал уворачиваться от ударов, которые, как ему казалось, не заканчивались, не то что наносить их. А Веном, в отличие от Человека — Паука, совсем не устал и не был покалечен. Дэн направился в сторону Питера и занес кулак для удара, но тот увернулся, схватил его руку и завернул за спину, пытаясь сломать ее. Но ничего не вышло. Веном перекинул парня через плечо и повалил на пол, ударяя по груди. — Не знал, что ты такой слабый. Он выпустил на указательной пальце коготь и провел по шее вниз, разрезая костюм и тонкую кожу. Паркер рыкнул и ногами оттолкнул его от себя, выпуская паутину и вставая. Выпустив ее снова, он подлетел к Веному и со всей силы ударил ногами в грудь, от чего тот попятился назад. Питер выпускал паутину снова и снова, пытаясь обвязать ею противника, но тот лишь разрывал ее, нападая снова. Приходилось отбиваться. Паркер чувствовал, как ему кулаком прошлись по челюсти, не слабый удар последовал в грудь, а потом в живот. Сплюнув кровь, удар пришелся Веному в глаз. Дэн от неожиданности закричал, от чего его устрашающим язык вырвался наружу. Питеру хотелось блевануть, выплюнуть все свои органы, но он продолжал бороться. Он хотел победить и спасти Стайлза, который старался не отключится и, наконец, освободиться, все еще сидя на стуле. Паркер снова и снова ударил скрюченного Венома по голове, думая, что это его слабое место. Паутиной, он приклеил его руки к лицу, и теперь бил по груди и бокам. Дэн становился слабее, и Питер уже начал ликовать, как раздался громкий рык и Веном оторвал руки от лица, разрывая паутину на множество тонких ниток, и со всей силы ударил Паркера. Парень отлетел к стене, ударяясь о нее спиной и затылком, и осел на пол. Голова заныла, в глазах все потемнело. Он попытался подняться с бетонного пола, но не вышло. Парень застонал, дергая плечом, закрывая глаза и позволяя себе расслабиться. Хорошо, пусть этот уебок его прямо сейчас прикончит. Сил уже не осталось ни на что. Он судорожно заморгал, пытаясь побыстрее прийти в себя, встать и продолжить бой. Не сдаваться. Дыхание сбилось к чертям. Всё тело ныло, даже с ускоренной регенерацией. Паркер тяжело разлепить веки и еле — ее поднялся на ноги, пытаясь не застонать от боли. Он снял с себя маску, которая была почти вся порвана и превратилась в тряпку, и отбросил в сторону. Его оглушает леденящий душу смех. Как только Питер захотел броситься на Венома, он мгновенно остановился и замер на месте, как будто боялся сделать какое-либо резкое движение. — Ну, что Питер? Как думаешь, Стайлз умеет летать? Веном стоял у самого края лестницы, а его рука держала юношу за майку, что опирался ногами о угол пола, а все тело уже было готово упасть. Он обреченно смотрел на Питера, а по его щеке текла одинокая слеза. Вдруг эта самая рука разжимается, и в тот же момент ничего не понимающий парень срывается с места. Где же это замедленная съемка как в фильмах, когда она так нужна?! Сейчас всё происходило слишком быстро. Даже не осознавая прыжка, Паркер кидается за ним, сразу выпуская паутину, осознавая тот ужас, что испытывает. Он видит, как Стайлз ударяется об одну ступеньку ногами, и Питер словно сам чувствует, как его тело покрывается небольшими синяками от этого. От понимая, что паутина всё — таки обвилась вокруг Стайлза, резко зацепляет ее за очередной край ступеньки, из — за чего тело Стилински останавливается буквально за несколько сантиметров до пола самого последнего этажа. Паркер аккуратно опустил парня на пол и спускается сам одним движением, чувствуя, что ноги больно удаляются о бетон. Глаза Стайлза закрыты. И Питер чувствует, как по его коже проходят мурашки. — Нет, — тихий, едва слышимый шепот, разрезает тишину. — Нет, нет, Стайлз, — он подхватывает юношу, осторожно, как будто боясь поранить хрупкое и побитое тельце парня, отцепляя того от паутины, крепко прижимая его тело к себе. Он почувствовал, что ему сейчас просто хочется закричать. Ему кажется, что он совсем холодный, кажется, что кожа Стайлза еще сильнее побледнела. Питер мягко берет его руку в свою и осторожно целует, — Прошу тебя, Стилински, нет, — Питер стирает мокрую дорожку слез со своей щеки, а затем видит, что рука юноши вздрагивает и судорожно хватается пальцами за его ладонь. — Сердечн… — его глаза затрепетали, юноша что-то продолжал шептать, — Сердечное сплетение. Человек — паук ничего не понимал, просто сидел и хмурил брови, пытаясь остановить слезы, бегущие по щекам. — Что? Стайлз, я не… — Сердечное сплетение, — с его губ течет небольшая струйка крови, и от этого руки, да и сам Питер задрожал. Потому что теперь это точно всё. Конец. Он прижимает мальчика, такого хрупкого к себе и вновь по его щекам текут горячие слезы. Он потерял его. Потерял навсегда. Думать об этом больше не хочется. Буквально несколько часов назад, он оставлял поцелуи на его манящих губах на прощание, перед уходом домой к тете, а сейчас сжимает его холодную ладонь, переплетая с ним пальцы. Чувства словно волной схлынули, и юноша почувствовал ярость. Она затмила все мысли, кроме заботы о Стилински. Осторожно опустив «спящего» Стайлза на пол, Питер сделал шаг назад, сжимая руки в кулаки. Ненависть заполнила его полностью, и пытаясь выпустить чувства, он выпустил паутину и одним рывком оказался на последнем этаже часовни, видя, что Веном словно ждет его. — Ну, что? Успел поймать свою принцессу? От его голоса хотелось блевануть или просто треснуть по роже. Питер до побелевших костяшек сжал руки в кулаки, пытаясь утихомирить своего зверя, рвущего и метающего все в его груди. — Оу, — Веном цокнул и затем улыбнулся, — Мне жаль, герой. Хотя… Ты уже не герой. Ты же не спас его. Ты никого не сможешь спасти. Знай это. Ты… И тут Паркер потерял контроль. Резко подорвавшись с места, отчаянно закричав, он ударил по скуле Венома, нанося удары одни за другим. Тот не ожидал такого напора, просто не успевал уворачиваться. А Питер продолжал бить кулаками по всему телу Дэна, не обращая внимание на боль. Костяшки уже стерлись в кровь, а ноги затекли. Одной он толкнул Венома, от чего тот отлетел и ударился о стену, падая на бетонный пол. Паркер в следующую же секунду оказался около него и, сев на его бедра, начал бить кулаками по всюду, куда только можно было. Он отчаянно кричал, сильнее нанося удары, вкладывая в них всю злость и ненависть к этому существу. Вдруг Питер услышал щелчок и резко обернулся назад, замечая Джона Стилински, что стоял и держал перед собой пистолет, направленный на Венома. Он взглянул на Дэна, который широко улыбался, как будто бы ждал выстрела. Тогда парень и понял. — Не стреляйте! — воскликнул вдруг Питер, смотря на ничего не понимающего шерифа. Он перевел взгляд на Венома, который вмиг оскалив свои клыки, и сказал, — Ему это на руку, — удар в челюсть, от чего голова того резко увернулась вправо, — Он разозлиться… — удар в висок, от чего существо противно зашипело, — И он увеличит форму. А ему, — удар, — это, -удар, — только на руку. Еще удар. Еще и еще. И вдруг… Удар пришелся Веному куда-то по груди, в место около сердца. Существо просто замерло и… Упало? Его бездыханное тело склонилось в бок, а он сам перестал двигаться, как будто даже перестал дышать. Паркер ничего не понимал, какого черта вообще происходит?! Что он сделал? Он убил его? Было уже неважно. Питер слишком устал. Парень попытался встать, что получилось у него с большущим трудом, и прислонился к стене, отойдя подальше от тела. — Питер. Питер, где Стайлз? — вдруг прорезал гробовую тишину голос мужчины. Джон вмиг пересек комнату, подошел к Паркеру и сильно сжал его плечи, выводя из транса и смотря в его растерянные глаза, что метались из стороны в сторону. А затем, он увидел потухший и обреченный взгляд. Сердце резко вдруг пропустила удар, замерло, и шериф стал, не веря несказанным словам, качать головой. Но Питер не стал его даже успокаивать, ничего не говорил, а лишь чуть всхлипывал. Старший Стилински резко выпустил его плечи из рук, смотря на парня и медленно отходя назад. И тут Джон резко сорвался с места и побежал вниз по лестнице, пропадая из поля зрения Питера. Вначале наступает гробовая тишина, которая давила на уши, но затем всё обрывает душераздирающий крик. Крик, наполненный болью, отчаянием. Крик, что заставляет Паркера вздрогнуть и медленно сползать по стене, садясь на пол и обнимая свои колени. Парень сидел зажмурился, а затем зажал уши руками, пытаясь не слышать этого крика. Пытаясь забыть его. Пытаясь не думать о теле Стайлза, которое лежало в крепких руках отца.

***

— Кто-нибудь! Помогите! Джон вбежал в больницу, толкнув стеклянную входную дверь ногой, и держал на руках Стайлза, который был все еще без сознание. Он просто не знал, как его сын. Что с ним. Выживет вообще ли он. Шерифу было страшно. — Пожалуйста! Кто-нибудь! Он отчаянно кричал, осматривая каждого присутствующего в больнице. Те, кто сидели на скамейках, встали, стоящие у стоек регистрации и приема повернули головы в их сторону, прислонившиеся к стене обратили на них взор. Но вместе все они шокировано смотрели на отца, который крепко прижимал к себе бездыханного сына и кричал, звал на помощь. Все были в глубочайшем шоке. Сам главный шерифа города, один из лучших помощников ФБР сейчас здесь. И его сын… Его голова покоилась на плече отца, на лбу красовалась длинная тонкая рана, из которой вытекали капельки крови и спускались на виски, по щекам, которые тоже были в синяках, царапинах и алых ссадинах. Глаза прикрыты, кожа, которая не была испачкана в крови, была неестественно белой, а сам парень не двигался, его грудь не вздымалась при каждом вздохе, он как будто перестал дышать. — Мелисса. Боже, ты… — Просто положи его сюда, мы отвезем его в операционную, — перебила его подбежавшая женщина и указала своим помощникам на носилки, на которых Джон, сразу как увидел их и Миссис МакКол, аккуратно, как будто боялся сломать, положил Стайлза. Вскоре его отвезли от отца. Шериф проводил врачей взглядом, тяжело дыша. Он не мог свыкнуться с тем, что совсем недавно случилось с его семьей. И он до сих пор не мог понять, что вообще произошло. В голове только и крутилась картинка лежащего на холодной сером полу часовни парня, такого избитого, одежда, как и привычная бледная кожа, стала красной от множества капель и пятен крови, родинки спрятались за алым слоем липкой жидкости, глаза закрыты, а губы приоткрыты в последнем выдохе. И тут Джон перестал контролировать себя. Он резко развернулся и впечатал в стену Питера, который все это время шел за его спиной и молчал, опустив голову и пытаясь обдумать все. Парень прямо на костюм надел куртку и штаны, что были в его рюкзаке, который был вместе с Джоном, когда тот пришел на помощь, а сам он не мог сфокусировать взгляд. И когда Питер почувствовал, как ударился затылком, а его спина уперлась в холодную поверхность, тоже никаких эмоций не последовало. — Это ты виноват! — вдруг воскликнул Джон прямо ему в лицо. Паркер даже и не пытался вывернуться, оттолкнуть от себя его, вырваться из крепкой хватки. Ничего, — Это ты во всем виноват! Ты! И только ты! Питера трясли за плечи, тянули за ворот куртки, кричали прямо в лицо. Он ничего не чувствовал. Только когда кто-то взял Джона за плечо и оторвал от него, он почувствовал одно. Свободу и холод. Чего ему и не хотелось больше всего. Джон Стилински прав. Он виноват. МакКол вышла из палаты, напротив которой на скамейке уже сидел Паркер, смотря в точку перед собой и сцепив пальцы в замок, и облокотившись спиной о стену стоял Джон. Она грустно улыбнулась последнему, так как только он и обратил на нее свое внимание, и тихо произнесла: — Его прооперировали, только зашили рану на лбу. Но, повезло, что она не глубокая, маленький шрам будет, но не очень заметный. Если только вы не будете стоять прям очень близко, почти вплотную к его лицу и рассматривать лоб. Она попыталась выжать из себя что-то похожее на веселую улыбку, но ничего не получилось. Джон коротко кивнул, поблагодарив женщину, и снова уставился в стекло, за которым двое парней в белых халатах стояли над кроватью, где сейчас лежал его сын, и устанавливали какие-то аппараты. Мелисса посмотрела на тихо сидящего Питера, чье лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Но глаза всегда выдавали человека. В них можно было почитать слабость, неосознание и непонимание того, что произошло, а так же некую пустоту. В Питере шла некая борьба с самим собой. Она тяжело выдохнула и отошла к своей стойке, вскоре, вернувшись с белой небольшой коробочкой в руках. Женщина осторожно, как будто боялась разбудить, села рядом с Паркером и мягко положила руку на его плечо. Тот даже не вздрогнул от неожиданного прикосновения, а просто продолжал смотреть в одну точку перед собой. — Питер? — неловко позвала его она, но ответа, конечно же, не последовало. Она попробовала снова. — Питер… Но в ответ опять тишина. — Питер, мне надо промыть твои раны и продезинфицировать их. Ни звука. Ни малейшего движения не последовало со стороны Паркера. Лишь тихий вздох. Тогда миссис МакКол тяжело выдохнула, прикрыв глаза, и твердо сказала: — Подними лицо и дай мне сделать свою работу, как главной мед сестры этой больницы! Мелисса сама не ожидала такого напора в сторону Питера от себя. Она толком то его и не знала, только от слов Скотта, да и то, ее сын почти ничего и не рассказал. Только то, что Стайлз начал встречаться с Паркером и меньше стал проводить времени с другом. Она видела, как этот парень сейчас страдает, как он и вправду любит младшего Стилински. За какое-то короткое время, прошло только чуть меньше месяца, как эти оба начали встречаться, но было видно невооруженным взглядом, что этот парень любит его. Именно любит. Просто родственные души быстрее сближаются. Паркер рвано вздохнул и зажмурился. Мелисса нахмурила брови и придвинулась, чтобы разглядеть его лицо. Когда же она увидела одинокую мокрую дорожку, женщина мягко положила свою ладонь на щеку парня и повернулся к себе, в другой рукой обняла за плечо и прижала к своей груди. Питер сразу же уткнулся лбом в ее плечо и перестал сдерживать свои эмоции. — Это я виноват! Только я! — воскликнул Паркер, сжимая кулаки так, что побелели костяшки, — Я не спас его! Я не уберег его! Только я! — Тш-Ш, тише, милый. Тише, — она успокаивающе гладила его по спине, тихо приговаривая на ухо, в то время как Питер просто и повторял одни и те же слова, как будто пребывал в бреду. Мелисса взглянула на Джона, что смотрел на их двоих нечитаемым взглядом. Он видел, как Паркер отчаянно хватался за плечи женщины, как будто боялся упасть, и шептал слова. Миссис МакКол грустно подняла брови и с соболезнованием сжала губы в тонкую линию. Джон опустил голову и прикрыл глаза, желая вернуться во вчерашнее утро, когда сидел вместе с сыном на кухне и спорил о том, что они сегодня будут есть на обед. Изменить.

***

Мелисса очередной раз смочила вату раствором и провела еще раз по глубокой царапину Питра на щеке. Тот даже не вздрогнул, не поморщился, не издал ни единого звука. Спустя нескольких долгих для него минут рыдания в плечо миссис МакКол, он опять же просто молча сидел и смотрел в одну точку. Старший Стилински же теперь стоял около двери в палату и ждал, когда же ему разрешат врачи войти к своему сыну. Джон иногда бросал косые взгляды на парня, сидящего вместе с Мелиссой, и даже хотел что-нибудь ему сказать, что он погорячился, что Питер и вправду не виноват в таком состоянии Стайлза. Но он молчал. Наверное, просто не мог сказать. И вдруг мужчина решил позвонить. Он быстро, дрожащими пальцами вынул из кармана телефон и набрал знакомый номер. Размеренные гудки сильно раздражают, а когда она наконец то снимает трубку, задает прямой вопрос. — Лидия, что ты чувствуешь? — шериф тяжело вздыхает, пытаясь не расплакаться. Он должен быть сильным. — Здравствуйте, Шериф, это не Лидия, это Бойд, — по ту сторону трубки слышится какое-то шуршание, — Мы вышли с Лидией на прогулку, чтобы подобрать подарок Эрике, как она остановилась посреди улицы, — вновь какой-то шорох и голос возвращается — Она шепчет имя Стайлза. Джон, с ним что-то не т… Но он не успевает договорить, как его голос прерывает пронзительный крик, а телефон выпадает из рук шерифа. Но крик, оглушающий крик, всё еще слышен. Он пронзает гробовую тишину в больнице, как нож. Мелисса и Питер вмиг повернули голову на Джона, испуганно смотря то на телефон, то на самого мужчину. — Чт-что происходит? — выдавил из себя Паркер, его голос сжался, как и сердце. Он сильно испугался. Он боялся того, чего сам и не знает. И даже когда звонок заканчивается, душераздирающий крик всё еще отдается эхом в ушах, казалось, он отражается от голых стен коридора. Джон качает головой, понимая, что всё — таки это значит. Банши кричит. Она предвестник смерти. Она предвестник смерти его сына. Вдруг на тихий коридор раз носится гудок, и вскоре несколько врачей подбежали к палате, вбегая в нее вместе с каким-то аппаратом, который Питер не увидел. Перед глазами начало все плыть. Закружилось. Шериф резко срывается с места, как и Мелисса, и забегает за врачами, говоря им, что он отец мальчика. Его руки подрагивают. Он смотрит на сына, что еле держится, уже не дышит, грудь не вздымается, а на экране показана прямая зеленая линия. Он не слышит этих странных терминов, что они говорят, а лишь видит бледного Стайлза перед собой или на его месте Клаудию. Словно снова видит, как она умирает. Ему кажется, что это слишком больно, но у него есть шанс. Есть, что его сын выживет. Питер лишь сидит как вкопанный на скамейке и вздрагивает при каждом мужском крике: «Разряд». Его начало неимоверно трясти, голова закружилась и захотелось просто упасть. Но что-то удерживало его. Он хотел увидеть счастливую улыбку врачей, Мелиссы и старшего Стилински и услышать те заветные слова, что они спасли Стайлза. Надежда умирает последней. Спустя еще несколько разрядов крики прекратились, и коридор вновь погрузился в тишину. Паркер сжал кулаки, молясь про себя, чтобы все было хорошо. Было странно, что никто так и не вышел из палаты. Что они там делают столько времени? Но Питера это перестало волновать, как только дверь резко раскрылась и оттуда, можно сказать, выбежала миссис МакКол с нечитаемым выражением лица. Парень уже хотел что-либо спросить у женщины, как из палаты вышел главный врач отделения и остановился напротив Питера. Тот же сразу встал, с надеждой в глазах смотря на доктора и заламывая себе за спиной пальцы. Мужчина посмотрел на юношу и слабо улыбнулся. Питер хотел уже облегченно выдохнуть, как его вздох так и остался далеко в легких, а в горле застрял ком. — Мне очень жаль, — даже не подняв голову, тихо произнес врач, пытаясь не смотреть на ошарашенного парня, что, казалось, мог упасть в обморок в любую секунду, и чей взгляд начал бегать по всему коридору, не получаясь сфокусироваться на одном. Надежда умерла последней.