Каждому свое

*** Утром Рик позволил себе поваляться подольше. Он закинул руки за голову и устроился поудобнее, глядя в окно на темное, едва начавшее бледнеть небо. На душе было, что удивительно, спокойно. А ведь вчера вечером, когда он вернулся из леса и сидел за стойкой, уставившись в старую книжку индейских сказаний, Стэн проехал мимо распахнутой двери их офиса на отремонтированном мотоцикле, и позади него, закинув длиннющие ноги ему на бедра, сидела Джил. Рик готов был поклясться, что перед съездом на выходящую на шоссе дорогу, Стэн хотел оглянуться, но Джил крепко прижималась сзади, шептала ему что-то на ухо и смеялась, смеялась... Как же хотелось забить ее смех ей же в глотку! А потом Рик успокоился и даже перестал прислушиваться к шуму проезжающих вдалеке машин. Он, может, и не верил, что действительно «нашаманил» себе по заказу Стэна с его крепкими руками и яркими, чистыми глазами, но был уверен, что ничего еще не закончилось. И даже не поднял голову, когда ночью услышал приближающийся шум мотора мотоцикла Стэна. Он надеялся, что тот приехал один, но сдержался и даже не выглянул, чтобы проверить. А потом просто заснул. В знойном воздухе, как и вчера, раздавался металлический стук, но сегодня он едва прорывался через громкую музыку. Рик поморщился — ассоциации все еще были неприятными, — и подошел к распахнутым воротам гаража. Сегодня Стэн был в одних штанах, без майки, и Рик опять залюбовался его телом, рельефными мышцами, сияющими на солнце выгоревшими волосами. А Стэн перекинул сигарету из одного угла рта в другой и прищурил глаз, чтобы не попал дым. — Привет. — А, ты, малой? Рик ожидал большего энтузиазма. — Не скучно одному? Стэн вскинул бровь, но глаз от мотоцикла не оторвал — что-то сосредоточенно закручивал. Ну, или откручивал. — Музыку вот слушаю. Не скучаю. — И никто не скрасит одиночества? Рик сказал это и тут же прикусил язык. Хотел казаться крутым и незаинтересованным, насмешливым, а получилось, что с первых слов заистерил и устроил сцену. — Ну, — Стэн с силой, навалившись всем телом, двинул ключом и удовлетворенно выдохнул. А потом выключил плеер. — Ты, как я понял, мне его и скрасишь. Соскучился? Стэн встал, вытянулся во весь свой немаленький рост, затянулся и глянул насмешливо и свысока. Видимо, от него не укрылось, какими глазами Рик на него смотрел. — Нет! — вспыхнул тот. — Я за великом! — За великом, — передразнил Стэн. — Начальная школа, честное слово. — Мне уже больше восемнадцати! — выпалил Рик. — Сам ты!.. — Тебе давно пора на тачке рассекать и девчонок тискать, а не на велике гонять. Хотя, что это я. С девчонками, как раз, у тебя все в порядке. — Это не то, что ты подумал, — Рик замялся — значит, Стэн видел его с Джил. — Ага, вы книжку читали. Или вообще она случайно тебе на член ртом упала, — Стэн явно насмехался, но глаза горели недобро. Словно он... ревновал? Рик, воодушевленный догадкой, едва сдержал довольную улыбку. — Ну, зато у тебя все явно не случайно. Стэн посмотрел на него изучающе, выбросил сигарету. — Ладно, мелкая язва. Ты вообще отсюда куда-нибудь ездишь развлекаться? В город там, или еще куда? Рик и хотел ответить как полагается, только ответить-то было нечего. Никуда он не ездил. Да и что ему делать в баре в городе, где вроде и есть знакомые лица, но по-настоящему он никого не знает? И главное — никто не хочет знать его? Спасибо, пробовали. Был опыт, и повторять его не хотелось. — Отстань, — наконец выдавил он. Хорошее настроение ушло, словно и не бывало. — Ты что, обиделся? — удивился Стэн. — С тобой как на минном поле, знаешь ли. Каждый шаг — ошибка. — Это со мной ошибка? — взъелся вдруг разобиженный Рик. — Ну, ты!.. Он помрачнел и сунул руки в карманы. Как-то не гладко у них все выходило, хоть Рику вчера и показалось, что его песня смогла что-то изменить. Или здесь тоже ошибка? Стэн глубоко вздохнул, потом выдохнул. — А хочешь, покатаю? — Что? — Покатаю! — тут же забурлил энергией Стэн. — А то велик, велик. А скорость? А мощь? — Ну да. Рик вроде и поморщился, а в груди застучало, забилось сильнее сердце. Скорость! Мощь! Ветер в лицо и свобода! Стэн отбросил сигарету, хотел натянуть лежавшую на капоте майку, но скривился и выпалил: — Жди здесь! Уйдешь — найду и свяжу! У Рика так и вертелся на языке дурацкий ответ, но он смог, сдержался. Время для связывания пока еще не пришло. Осталось только кивнуть в удаляющуюся спину. Стэн явно вымылся по-быстрому, под колонкой на заднем дворе, потому что когда он через пару минут появился снова, по его телу стекали капли воды Он натянул майку, и ткань тут же впитала влагу, обрисовывая его тело и соблазняя. Рик очень сдержанно вздохнул. — Ну, — Стэн довольно его оглядел и, с усилием сняв мотоцикл с подножки, выкатил его за ворота гаража. — Готов? Рик только кивнул. И сам не заметил, как оказался рядом. Стэн уже сидел в седле и кивнул себе за спину. Резко пахло машинным маслом, от спины Стэна тянуло хвоей и потом, и Рик чувствовал, как голова плывет, как его захлестывает нетерпением. Он сел на мягко качнувшийся мотоцикл, положил руки Стэну на бока и замер позади. — Сильнее держи! — крикнул ему Стэн, заводя мотор. — Обними меня! И Рик обнял. И прижался всем телом, когда мотоцикл под ними вздрогнул, задрожал и тронулся вперед. А потом вдруг рванул, быстро набирая скорость. Стэн, кажется, спятил, потому что он не вырулил на шоссе, а направил колеса прямиком в степь, в сухие травы. И все наращивал скорость, совсем не переживая, что первая же кочка может стать и последней. Рику, кстати, тоже было на это наплевать — в нем неудержимо рос, захлестывал его с головой восторг. Сердце стучало как бешеное, билось в горле, и Рик ртом ловил воздух большими глотками, словно надеясь проглотить сердце обратно. Он слезящимися глазами смотрел через плечо Стэна вперед и не замечал, с какой силой в него вцепился. А потом терпеть восторг молча стало невмоготу. Он уперся ногами в подножки, перехватил Стэна за плечи и встал, совсем забыв про самосохранение и осторожность. — Йа-йа-йа-йййаааахххааа! — крикнул он изо всех сил, во всю мощь легких, и Стэн заржал, содрогаясь всем телом и газуя, газуя еще. Ветер ударил в лицо, подхватил хвост волос и дернул, словно издеваясь, а потом было уже не до неудобств, потому что Стэн газанул еще, и они с бешеной, невероятной скоростью помчались по ровному полю сухой травы вперед, к горизонту. А за ними шлейфом тянулись дым и белая пыль от сухостоя. Вот она — скорость! И мощь! И, наверное, свобода. Идти, куда хочешь. Ехать, куда придется, потому что ты не связан чужими ожиданиями и словами, не опутан годами и тоннами обязательств. А впереди не было ничего, кроме раскинувшейся, насколько хватало глаз, степи. Далеко-далеко впереди выгоревшая трава сливалась с белесым жарким небом, и казалось, что у их дороги нет конца и края. Рик отпустил чужие плечи и раскинул руки в стороны. И закричал снова, запрокинув голову к небу, зажмурившись от яркого, ослепляющего солнца. — Ты че, дурак?! — закричал Стэн и сбавил скорость. Рика толкнуло в спину, и он едва не кувыркнулся вперед, под колеса, но Стэн схватил и удержал его одной рукой и не отпускал, пока плавно не остановил мотоцикл. — Ты дурак, что ли? — заорал он, когда наконец-то уперся ногами в землю и выпустил подножку. А потом слетел с мотоцикла, чудом не въехав Рику по лицу ногой, и, схватив его за плечи, с силой встряхнул. — Отпусти! — попытался вырваться Рик, однако, безуспешно. — Ты решил угробиться сам и меня заодно прихватить?! Рик в очередной раз лязгнул зубами и дернулся в сторону, едва не слетев с мотоцикла. — Да чего ты прицепился? Не порть настроение! Он все еще был под впечатлением и не пришел в себя; глаза сияли и никак не могли сфокусироваться на Стэне, щеки горели. И Стэн остановился, засмотрелся на него, на то, как вырвавшийся на свободу дух медленно возвращается в запирающее его тело. Наверное, понял, что Рик сейчас чувствует — и сам ведь когда-то сел на мотоцикл в первый раз. — Что, понравилось? — Ага, — кивнул Рик, глубоко дыша, и перевел сияющий взгляд на Стэна. — Супер! И задохнулся от страха и истомы, потому что Стэн вдруг ступил ближе и замер на миг, глядя жадно и жарко. А потом, все так же крепко держа Рика за плечи, потянулся к нему и поцеловал. И Рик провалился в этот поцелуй, запрокинул голову, отчего солнце тут же ударило по глазам, и ему пришлось зажмуриться, ловя под веками алые и золотые всполохи. Губы у Стэна были твердыми, и вкус их чуть горчил от выкуренных сигарет, но Рику казалось, что ничего слаще он в жизни не пробовал. Горячий рот накрыл его собственный, мягкий и настойчивый язык толкнулся в губы, скользнул внутрь — и голову Рика повело, он потерялся и застонал едва слышно. Ведь поцелуев он и впрямь еще не пробовал... Там, где его касались жесткие ладони, кожу жгло, но Рик только подставлялся под уверенные поглаживания, ведь это было так правильно. Тонко зазвенела, натягиваясь, нить между ними. Дернула где-то в районе солнечного сплетения, добралась до сердца — и оно стукнуло, в груди полыхнуло сладкой болью. Рик вдруг испугался и остановился, отпрянул, с перепуга пнул Стэна в голень и вывернулся из объятий. — Ты чего?! Чего так сразу-то? — Черт! Стэн тоже отшатнулся и с изумлением уставился на Рика, растирая ушибленную ногу. А потом нахмурился. Он и сам не понял, как все случилось: не собирался он Рика целовать, просто решил прокатить его, посмеяться, и на тебе. Вчера днем еще решил, что не будет с ним ничего мутить, а сейчас не смог сдержаться. Рик облизал губы, приходя в себя, и взгляд его прояснился. — Ты зачем это сделал? — он подозрительно прищурился. — Мало тебе Джил? Решил расширить список завоеваний? — А при чем тут Джил? — Я же не первый, кого ты катаешь на своем звере в нашей глуши, заезжий мачо. Вышло двусмысленно и неприятно, и Рик себе удивился — сам же пел вчера в лесу, подзывая и приманивая, а сейчас что? Он задумался и понял, что — сейчас тянуло за грудиной, в сердце. Он-то хотел всего лишь флирта и секса, хорошего первого секса с красивым заезжим парнем, а не чего-то глубокого. А теперь болело сердце и душно накрывала ревность. А Стэн вдруг развеселился и повторил слова Джил: — Ревнуешь, что ли? Только вот кого сегодня? — Да ты!.. Никого! — Рик соскочил с мотоцикла и завертелся, пытаясь разглядеть дом. Мотель виднелся маленьким пятнышком на самом горизонте, сливаясь с уходящей на восток полосой леса. — Стой! — едва успел поймать его за руку Стэн. — Пешком собрался топать? По жаре? — Да! — вскинул Рик подбородок. — Что-то я тебя не пойму никак. То гордый и неприступный, а то ведешь себя, — Стэн прикусил язык. — Договаривай. Рик сложил руки на груди и с вызовом на него посмотрел. Стэн колебался, словно не хотел говорить, но все же решился. — Неразборчиво, — сказал он с мерзкой ухмылочкой. — Видел я, как ты выгибался, пока Джил тебе насасывала. Ты знал, что делаешь, скромнягой я б тебя точно не назвал. — Ты охренел? — опешил Рик. — Ну да, конечно, — Стэн похлопал по карманам и вытащил сигареты. — Сосут тебе, а охренел я. — Ревнуешь? — прошипел Рик, и Стэн расхохотался. — Тебя, что ли? Таких как ты пучок за пяток... Сказал, и тут же пожалел — вышло так насмешливо, что Рик вспыхнул злостью и обидой от макушки до пят и бросился на Стэна с кулаками. — Эй, эй, стой, — Стэн отскочил, закашлялся от попавшего в горло дыма. — Да я! Да мне... Рику хотелось то ли вломить этому мудаку от всей души, то ли сказать, объяснить, что он чувствует, как тянет в сердце, как оно болит, когда он просто смотрит на Стэна. Хотел, но решил промолчать. Не оправдываться же ему за чувства! — Что ты? — Пошел ты!.. Рик развернулся и молча пошел назад, к видневшемуся на горизонте мотелю. Стэн догнал его метров через сто. Перегородил дорогу своим мотоциклом и встал рядом, глядя исподлобья. Рик скрестил руки на груди. — Ну, что опять? — Я мудак, — покаялся Стэн. — Не удивлен. — Но я не виноват. Это ты что-то со мной делаешь. Синие глаза смотрели серьезно, несмотря на слегка игривый тон. — Ну, конечно, — с улыбочкой протянул Рик. — Жертва всегда виновата. Это она провоцирует нападающего. — Я не нападаю! — «напал» Стэн, а потом сник. — Ну, ладно, немного. — И зачем ты нападешь? — Не могу молчать. А в голову ничего, кроме глупостей всяких, не идет. Просто дурнею, как тебя увижу. — Мы с тобой не так уж много и виделись, — Рик вздохнул. — Как-то все идет непонятно. Криво. — Криво, — Стэн хмыкнул. — Извини, что тебя обидел. Не смог сдержаться, — Стэн протянул руку и, взяв Рика за плечо, подтянул его к себе вплотную. — Мне все время кажется, что ты ускользаешь. И мне почему-то надо тебя удержать. Рик молча смотрел, как приближается его загорелое лицо, как Стэн приоткрывает губы, чтобы снова поцеловать его. — Стой, — он уперся рукой в его грудь. — С чего ты взял, что я хочу с тобой целоваться? — А разве нет? — Стэн явно удивился. — Хочешь, не спорь, — он потянулся снова. — Нет, не хочу целоваться с тем, кому все равно, с кем это делать! — Что? — Тебе же без разницы — я или Джил. Девочка или мальчик. Рик попытался вырваться, но Стэн его не отпустил. Смотрел тяжело, даже покусал губы, словно решаясь, говорить или нет. — Я тоже думал, что мне все равно. — И Рик видел, что Стэн говорит правду. — Но оказалось, что нет. — И давно понял? — все еще выделывался Рик, нарываясь, напрашиваясь на комплимент. — Нет. Вчера. Внезапно. — Ага, ага. Как натрахался, так и понял? — Рик не мог остановиться. Ревность, едкая и черная, поднялась изнутри, разъела здравый смысл. И у Стэна, кажется, тоже. — Ну, ты-то так не переживал, когда тебе сосали в прачечной. И никаких последствий. Может, с тобой надо быть понапористей? Стэн, разозлившись, рванул Рика на себя, но тут же снова получил сильный пинок в голень. От резкой боли он выпустил Рика из рук, а когда проморгался — тот уже удирал со всех ног. Бежал по примятому ими в траве следу. Пришлось догонять второй раз. А потом, кружа и то и дело перекрывая дорогу, извиняться за дурные слова. Стэн сам не знал, что на него нашло. Магия, честное слово. Он никогда не терял самообладания ни от кого, да девчонки — а изредка и парни — сами за ним бегали, напрашиваясь на внимание. А тут херня какая-то. Ну да, симпатичный: глаза, волосы. Плечи эти с косточками, к которым тянуло прижаться губами. Гибкая спина… Но это все физиология — красиво, притягательно, все понятно. А вот остальное. Зачем ему эта истеричка? Молодой ведь еще парень, видно, что опыта никакого. Проблем больше, чем удовольствия. Сам не знает, чего хочет. То ревнует, то целует. То прижимается и смотрит — едва не горит, то на лице презрение. Ну младшая школа просто! А на губах горел поцелуй, и внутренний голос шептал, что все ерунда, что нельзя, нельзя его — такого свежего, яркого и неопытного — упускать. И что, в конце-то концов, он, Стэн, уедет, так зачем грузиться, когда можно просто получить удовольствие? Ну, и подарить, конечно. В конце концов Рик согласился сесть на мотоцикл, но держался за Стэна едва-едва, кончиками пальцев, и птицей слетел, стоило им приблизиться к мотелю. Стэн обозвал себя остолопом и покатил мотоцикл в гараж. Мучил стояк, а перед глазами так и стоял Рик, как тогда, в прачечной: раскрасневшийся, с закрытыми глазами, наслаждающийся минетом от этой девки. Уж он бы ее заменил! Стэн зло тер мотоцикл ветошью и глубоко затягивался измятой сигаретой. Охмурить пацана было бы несложно, тот еще спасибо скажет за такой опыт, а то кто ему здесь попадется? Разве что придурок наподобие недавнего насильника. Или какой-нибудь идиот-малолетка, который не знает куда зубную щетку совать, не говоря уже о члене. О себе Стэн не беспокоился — для него никогда не было проблемой уехать, оборвать ненужные привязанности или никуда не ведущую симпатию. Стоило только завести мотор своего мотоцикла и выехать на трассу, как в голове и сердце не оставалось ничего, кроме него, скорости и дороги. И свободы. Ну прямо как у Рика сегодня. *** — Ну, давай, рассказывай! — Мэриан выложила на стойку свою грудь, туго обтянутую синим платьем, и подперла щеку рукой. — Что рассказывать? — Рик только вошел и как раз хотел нырнуть на кухню, но не успел и замер, ожидая продолжения. — Да ты садись, не стесняйся, — ласково проворковала Мэриан, со скрежетом подвигая ему стул ногой. — И расскажи, кто этот красавчик, этот прекрасный молодой человек, мачо, не побоюсь этого слова, который так просто и легко отшил нашу великолепную Джил. На которую ты, кстати, пускаешь слюни, словно идиот, — добавила она едко. — Ничего я не пускаю! — возмутился было Рик, но тут же подсел ближе. — Отшил? — Ну да. Вчера, они как раз... — Рик! Эй, Рик. Подойдешь на минуту? — из-за углового столика Рику махнул рукой Томми — ночной продавец мини-маркета и заправки, а также племянник ее владельца. — Разговор есть. На его крик недовольно обернулось обедающее семейство с маленьким спящим ребенком, но Томми их, конечно, не заметил. — Позже, — нетерпеливо отмахнулся от него Рик и поиграл бровями, переключаясь на Мэриан. — Давай, не томи! Что дальше? — Ага, зацепило! — довольно хмыкнула та и потянулась за чашкой. — Кофе будешь? — Сейчас налью, — сквозь зубы процедил нетерпеливо Рик и цапнул кофейник. — Ну и вчера... что? — Ладно, — засмеялась Мэриан. — Вчера я после смены как раз зашла в бар — горло промочить. Села себе, сижу, пью, с барменом болтаю. — Ну? — И тут они. Видно, в бильярд играли, то-то я их не увидела сразу. Этот блондинчик идет на выход, прет, как ледокол, а Джил за ним семенит. Ноги до жопы сияют. И выговаривает ему что-то недовольно. А он остановился как раз напротив меня и спокойно так ее послал. — Как это послал? — в груди у Рика екнуло. — А вот так. Сказал, что она ему неинтересна, что пусть крутит мозги и играет с другими парнями, а ему эти игры в ревность и «отбей подружку» давно надоели. Он на такое дерьмо не поведется, и тупые дуры ему не нужны. — Что, так и сказал? Рик сделал большой глоток кофе и едва не поперхнулся. Он, конечно, был рад услышать что-то подобное, но как-то не верилось, что Стэн на самом деле такое сказал. Зачем? — Не совсем так, конечно, — Мэриан сделала вид, что смутилась. — Но очень похоже. А потом он скривился и отошел, потому что Джил верещать что-то начала, а ты знаешь, какая она страшная, когда орет, — Мэриан хихикнула. — А мачо наш совсем ушел из бара. Больше я его и не видела. — А Джил? — А что Джил? Она еще поорала что-то, а потом с Большим Бо играть пошла. Ну, — Мэриан поиграла бровями, — ты понял. — Понял, — кивнул Рик. А сам уже ничего не видел и не понимал. Значит, действительно отказал. Не интересна ему местная звезда, а вот он, Рик, интересен, оказывается. Внутри все задрожало от восторга, и Рик самодовольно усмехнулся — ну разве не помогла ему песня ворона? Очень даже помогла! Если чего-то очень хочешь — не оставляй на самотек, используй варианты. — Так ты мне о нем расскажешь? А то я до сих пор успокоиться не могу. — Радуешься? — понимающе покивал Рик. — А то, — Мэриан понизила голос и оглянулась на кухню, где гремела кастрюлями Норма, мать Джил. — Хоть кто-то ее носом ткнул. А то ходит здесь, строит из себя. — А я тебе ничего рассказать и не смогу, — сказал Рик, задумавшись. — Он в книге только расписался и все. Я и не спрашивал, кто он и откуда. — Я бы уже давно все из него вытащила! — с досадой отодвинула пустую чашку Мэриан. — Нелюбопытный ты совсем. А я вот у него самого сейчас и спрошу, — Мэриан выпрямилась, поправила шикарное декольте и улыбнулась сияющей улыбкой. — Как раз красавчик идет сюда. — Да? — Рик вскочил, заметался. На кухню или еще куда уходить не хотелось, сверкать довольной физиономией тоже. — Томми! — тот оказался спасением. — Чего хотел? Рик успел сесть за угловой стол как раз вовремя — колокольчик над дверью звякнул и внутрь вошел Стэн. Рику показалось, что в зале от одного его присутствия стало теснее, и он торопливо перевел взгляд на Томми, боясь выдать свою радость. Сердце стучало где-то в горле, мешая дышать. Мэриан сама встала Стэну навстречу, усадила за лучший стол под кондиционером и приняла заказ. А потом ненавязчиво присела рядом, улыбаясь честно и невинно. И Стэн перестал коситься на Рика, который сидел подозрительно близко с каким-то хмырем с заправки, и уделил ей все свое внимание. Ничего, Рик никуда не денется, даже если рядом с ним сейчас очередной его воздыхатель. Стэн незаметно поморщился. С пятого на десятое, то и дело отвлекаясь на Стэна и на свои мысли, но Рик все же выслушал Томми и наконец-то понял, что тот от него хотел. В кои-то веки Томми собрался с силами и пригласил девушку на свидание, а тут неожиданность — дядя именно на сегодня договорился с бензовозом. И хрен бы с редкими желающими заправить бак, город-то близко, но вот остаться без бензина — дешевого, откуда-то спертого, наверное, бензина — дядя не мог. Или Томми потом огребет по самое ого-го. И теперь только Рик мог спасти его, свидание, любовь и долгую совместную жизнь Томми с его подружкой. Рик поморщился: водителя этого ночного бензовоза он видел несколько раз — неприятный был тип, но и отказать он Томми не смог. Честно говоря, не сообразил сразу это сделать. Куда важнее было исподтишка смотреть на Стэна, на то, как он ест и разговаривает с Мэриан, как откидывается на диванчике и обводит — будто бы лениво — взглядом помещение. И как обжигает его взгляд, стоит ему коснуться Рика. А на душе становилось все тяжелее. Рик, которого постепенно стало пригибать к земле, собрался и прислушался к тому, что говорил Томми. Ну, так и есть — тот выплескивал на него всю свою неуверенность и все сомнения. Рик тяжело вздохнул и в который раз покачал головой. — Да что ты. Ты же решился, а первый шаг самый важный. Она тебя оценит. Все получится. Ты только не робей, расскажи ей о себе. Все эти советы, эта возможность высказаться, тяжелой плитой ложились на его плечи. Взгляд Рика потух, он сгорбился и уставился в загоревшиеся надеждой глаза Томми. — Ну, так ты покараулишь? — воскликнул тот нетерпеливо напоследок. — Я ключ занесу. — Заметано, — устало ответил Рик и поднялся. Пора было поработать — Норма уже пару раз выглядывала из кухни, разыскивая его, и Рик поплелся мимо щебечущей о себе Мэриан к дверям на кухню. Стэн проводил его беспокойным взглядом и, кажется, хотел было встать, но Рик захлопнул дверь, отрезая себя от душного зала. Стало чуть полегче, но все равно тяжело. Хотелось домой, посидеть на лестнице, освободиться от гнета. Рик не знал, почему так происходит, но на него всегда лип негатив от посторонних. Им-то потом было хорошо, легко и свободно, а вот он загибался, пока не удавалось спокойно посидеть под прикосновением тьмы. Он давно не удивлялся и не злился. Мир показывался ему с необычной, недоступной для других стороны, и роптать было бы верхом глупости. Так ведь можно все и потерять. А он этого — несмотря ни на что — не хотел. *** Ближе к ночи потянуло прохладой. Дед, самую жару перетерпевший в своей комнате, под стареньким текущим кондиционером, вечер просидел на веранде, потягивая холодное пиво и смоля сигарету за сигаретой. На замечание Рика он фыркнул, вспылил и долго еще перемывал косточки «неблагодарному отродью», но курить стал меньше, подолгу сминал в пальцах незажженную сигарету. Прибежал Томми, похвастался деду новой рубашкой, сбросил ключи Рику и убежал — только пятки засверкали. Вскоре его мопед мигнул на прощанье фарами и свернул на шоссе. Когда совсем стемнело, и темнота стала наползать на веранду, освещенную тусклой лампой, дед ушел к себе. Долго крутил радио, кряхтел и тихо матерился — звуки разносились далеко, но наконец угомонился и, кажется, заснул. Кругом все стихло, только бабочки бились о сетку на гудящей лампе, и Рик, заперев дверь, потихоньку пошел к заправке. Кругом шелестела, качаясь на ветру, сухая трава, по шоссе изредка пролетали одинокие машины, разбавляя тишину глухим ревом моторов. Рик отошел чуть в сторону, взобрался на пригорок и расстелил на земле старую куртку. Саранча так и брызнула в стороны, недовольно стрекоча. Все кругом тонуло в темноте, только вывеска мотеля ритмично мигала красными огнями. Рик знал, что Стэн придет, чувствовал нутром его взгляд, пока шел сюда, поэтому совсем не удивился, когда из темноты появилась высокая фигура. — Можно? — Стэн опустился рядом, сел, касаясь бедром и плечом, словно так и надо, словно не в первый раз. Рик несколько запоздало кивнул, глядя на его контуром вырисовывающийся профиль. Выступающие надбровные дуги, прямой нос, сжатые губы. Рик вспомнил их твердость и горьковатый вкус сигарет, и по спине побежали мурашки. Стэн был так близко, как никто раньше — и это не о физической близости, — и Рику стало страшно. Сейчас все было серьезно. По крайней мере для него. Издалека послышался нарастающий шум нескольких моторов, и Стэн явно насторожился, вытянулся, прислушиваясь. Потом показалось пятно света, которое вскоре разбилось на несколько лучей. Рик смотрел, как они приближаются, растут, а потом проносятся мимо, не сбавляя скорости. Давно успокоившийся Стэн не смотрел им вслед, глядел на Рика, едва улыбаясь в темноте. — Куда?.. — Рик осекся. — Что? — Куда ты едешь? — спросил он внезапно даже для самого себя. Не иначе как с подачи Мэриан. Стэн открыл было рот, чтобы отшутиться, наплести с три короба чуши — разбирайся сам, бери, что приглянется, но почему-то передумал. С Риком не хотелось вести себя легко и насмешливо, как обычно. Что-то не срабатывало, отбрасывало в откровенность. — Прямо. Просто туда, куда заведет дорога. Рик уставился на него блестящими глазами. — Нет границ? Нет конечной цели, где кто-то может сказать тебе, что все, путь окончен и пора заниматься чем-то полезным? — Полезным? — рассмеялся Стэн. — Я сам решаю, что для меня полезно, а что нет. И когда пора остановиться. Ты меня спутал с... — С собой? — подхватил Рик. — Совсем не обязательно, — соврал Стэн. — Разве тебе здесь плохо? — А что хорошего-то? Я хочу быть свободным! — Свобода, — усмехнулся Стэн совсем невесело. — Что ты будешь с ней делать, маленький смелый индеец, который сидит на земле своих предков? — А что с ней делаешь ты? — разозлился Рик. — У меня никогда, кроме нее, ничего и не было, — Стэн пожал плечами и потянулся за сигаретами. — У меня нет корней, нет места, которое я мог бы назвать домом. Нет никого, с кем этот дом можно было бы построить. В его голосе было столько горечи, что Рик безмерно удивился и растерялся. — Неужели тебя это беспокоит? Он не мог понять, как можно отказаться от возможности быть тем, кем тебе хочется, и строить свою жизнь так, как хочется. — Каждому свое, Рик, — Стэн затянулся, и огонек осветил его глаза. Он собрался и смотрел внимательно и спокойно. — Ерунда! — отозвался Рик. — Слова, слова. А стоит тебя поселить здесь и сказать, что все, вот конец пути и никуда ты больше не поедешь, как ты тут же сбежишь! Кто вообще сказал, что это мое? — Я знаю тебя всего пару дней, я точно не могу сказать, что для тебя лучше, — Стэн засмеялся и похлопал Рика по плечу. — Просто знай — там, далеко, нет ничего, чего ты не смог бы найти и здесь. — Да ты философ дороги, — скривился Рик. Ему не очень нравилось, что Стэн не поддержал его. — Научи меня мудрости, сенсей, — поддразнил он Стэна. — Мудрости? — усмехнулся тот и вжал сигарету в землю. — Чего нет, того нет. А вот другому поучу. — Искусству довольствоваться малым? — съехидничал Рик. — Другому искусству, — ответил Стэн серьезно и, потянувшись к Рику, положил руку ему на шею. Дыхание сбилось. Рик смотрел, как медленно приближается лицо Стэна, как открываются его губы, как он не спешит, дает время решить, нужно ли это Рику, станет ли он продолжать. Каждому свое? Видно, это как раз таки его, Рика. Он тоже потянулся, сокращая оставшееся расстояние до сухих губ. И сам не заметил, как с первым же прикосновением застонал. Наверное, больше от облегчения, что это наконец случилось снова. Мечтать о новом поцелуе целый день, вспоминая первый, утренний, было довольно тяжело. Зато сейчас, когда он наконец-таки случился, Рик голову потерял от нахлынувших эмоций. В нем не осталось места на размышления, на сомнения и неуверенность. Стэн сразу стал целовать Рика глубоко, сильно, врываясь языком ему в рот и прикусывая губы. Рик учился, повторял, но больше все-таки терялся и уплыл куда-то. Глаза закрывались сами, он лишь ловил моменты, когда язык Стэна упруго вылизывал его собственной, сладко ужасался и снова падал в поцелуй. Ну, и как можно было заметить, когда Стэн расстегнул на нем рубашку и распахнул ее. Просто в какой-то момент обжигающие губы переместились ниже, Стэн широко лизнул горло Рика, прихватил зубами ключицу, а потом спустился с поцелуями на грудь. От тонкой, пронзившей сладкой боли из прикушенного соска Рик вскинулся, застонал и слепо зашарил руками, стараясь прижать Стэна ближе, еще ближе к себе. Бедра вскинулись словно сами, Рик потерся стянутым в джинсе членом о бедро Стэна и прошептал, отвечая на обжигающие уже его живот поцелуи: — Да, да, не останавливайся. Стэн горячо засмеялся ему в пупок, поднял голову и залюбовался выгнувшемся Риком, линией его шеи, выделяющимися ключицами и зацелованными губами. Луна едва выглядывала из-за облаков, и размытые линии смуглого тела сияли в ее тусклом свете. Стэн легко расстегнул пуговицу на джинсах и потянул молнию вниз. — Сейчас будет совсем хорошо, — шепнул он и прихватил волоски у паха губами. Рик вздрогнул, приподнялся, тяжело дыша, и уставился на Стэна совершенно черными глазами, даже свет луны в них не отражался. Словно затягивающие черные дыры. Стэн отбросил ненужные мысли и решительно потянул вниз белье. А потом, не дав Рику опомниться и испугаться — кто знает этих неопытных — накрыл его член ртом, обхватывая сразу плотно, горячо и глубоко. Рик захлебнулся воздухом, не сдержался — застонал и вскинул бедра навстречу чужому рту. А потом не мигая смотрел, как движется голова Стэна над его пахом, подавался его рукам, что обхватили его бедра, и тяжело, с короткими стонами, дышал. Очнулся он только когда Стэн, совсем немного не доведя его до оргазма, отстранился и потянулся к своим штанам. — Что ты… — Не бойся, — Стэн яростно дернул собачку молнии и тут же потянулся вверх, прижался к члену Рика своим налитым членом. — Трахать я тебя не буду. — Почему? — вырвалось у Рика, и Стэн засмеялся. — Не смеши, а то все упадет, — выдохнул он горячо в шею, и Рик сразу понял, что врет — ничего и никуда не упадет, даже если они сейчас анекдоты рассказывать станут. — Давай вот так. И Стэн примерился, обхватил оба их члена рукой и огладил, собирая ладонью совместную смазку. — Я тоже хочу. Рик потянулся следом, наткнулся на скользкие пальцы и сжал руку на их горячих, твердых членах. Его, к сожалению, меньше, чем здоровяка Стэна. Мелькнула мысль о том, как это внутрь пихать, но тут же ушла. Глупости, не стоит даже думать. Лучше наслаждаться, чувствовать каждое движение, собирать по каплям ощущения, чтобы потом, потом вспоминать каждую минуту. Да не время об этом думать. И точно: когда движения их рук стали чаще и сильнее, Рик снова перестал думать. Он выгнулся, закатил глаза и, вжавшись в чужую руку, в чужой живот, кончил длинными, выматывающими толчками. Его затопило жаром, от напряженного в камень паха он волнами окатывал все тело. А мышцы бедер и ягодиц так сладко дрожали. Рик, кажется, даже закричал, но Стэн поймал его крик губами, просто прижавшись ртом и тяжело дыша, кончая вместе с Риком, смешивая вместе их удовольствие, пот и сперму. А потом упал на куртку рядом и уплыл. Давно, очень давно секс не отнимал у него столько сил. И не давал ему взамен так много. К бензовозу Рик вышел, словно в прострации. Смотрел на незнакомого водителя и даже не порадовался, что это не тот, знакомый придурок. Открыл подсобку — и как только умудрился ничего не перепутать, пока подключал оборудование. Все его внимание было поглощено Стэном, стоящим неподалеку. А потом тот проводил его до дома, до самой лестницы на второй этаж, и опустошенный Рик запретил ему подниматься вместе с собой — над ступенями клубилась тьма, а он не чувствовал в себе достаточно сил, чтобы защитить от нее Стэна. Дотащившись до комнаты, Рик на автомате стянул джинсы и рубашку, упал на кровать и моментально уснул, уткнувшись в подушку носом.