Book of the future

Когда Лили проснулась, из окон Выручай-комнаты ярко светило солнце. Протерев глаза, она посмотрела на наручные часы и вскрикнула. Питер испуганно вскочил, оглядываясь по сторонам, Римус распахнул глаза и недоуменно посмотрел на ошарашенную подругу. Эванс подошла к Джеймсу и начала его толкать. — Вставай, Поттер, мы на зельеварение опаздываем! — кричала Лили, но Джеймс лишь что-то сонно бормотал. Тогда она достала палочку и вылила на него порядочную порцию воды. Парень моментально вскочил. Тем временем Лили принялась будить Сириуса, также использовав заклинание „Агуаменти“. — Ты что, с ума сошла? — воскликнул Джеймс, тряся мокрой головой. — Могла бы нормально разбудить! Что такое? — Мы проспали зельеварение! — воскликнула Лили, попутно собирая сумку. — Нам повезет прийти ко второму уроку, если вы сейчас же поторопитесь! Мародеры не стали с ней спорить и начали одеваться и приводить себя в порядок. Выйдя из комнаты, они поспешили в подземелья, ожидая большой головомойки по поводу их опоздания. Особенно нервничала Лили — ей не хотелось разочаровывать профессора Слизнорта, она ведь примерная ученица и любимица зельевара, а эта оплошность подпортит ей репутацию. Лили постоянно отчитывала Джима и Сириуса за регулярные опоздания на уроки и ругала за снятые баллы, но чувствовала некий легкий укол зависти — потерянные очки они с лихвой восстанавливали своими блестящими ответами на уроках, хотя и не сидели часами в библиотеке. Открыв дверь кабинета, ребята остановились и перевели дух. — Извините за опоздание, профессор Слизнорт, — на одном дыхании отчеканила Лили. — Такого больше не повторится. — Мисс Эванс и мистер Люпин, вам я верю, а вот… — Гораций сделал паузу. — Ладно, проходите, но увы, двадцать баллов с Гриффиндора за массовое опоздание. Парни зашли в аудиторию и сели за свободные места. Лили оглядела помещение и с сожалением заметила, что ей некуда сесть — было свободно лишь место рядом с Северусом. Вздохнув и собравшись с силами, она плюхнулась рядом, бросив сумку около стола. Северус недоумевающе смотрел на Лили, одновременно помешивая зелье в черном стареньком котелке. — Ты же не против? — тихо спросила Лили, сохраняя важный тон. — Нет, конечно, я только „за“, — смущенно улыбнулся Снегг. — Почему вы опоздали? — Это тебя не касается, — сердито ответила Лили, читая рецепт в книге. — Не отвлекай меня. Северус виновато опустил голову и потянулся за пером, делая какие-то пометки на полях учебника по зельеварению. Он посмотрел на ингредиенты, лежащие перед ним, и вздохнул, опять что-то чиркнув на странице. — Зачем ты портишь книгу? — не сдержалась Лили, осуждающе посмотрев на потрепанный учебник. — Я вношу некоторые поправки, — пробормотал Северус. — Чтобы потом было легче. Слушай, Лили, можешь одолжить дюжину бобов, пожалуйста… У меня закончились, — тихо добавил тот. Лили вначале обиженно отвернулась, но потом протянула ему нужный ингредиент. Северус пробормотал слова благодарности и положил их рядом с собой. Лили улыбнулась и принялась разрезать корень асфоделя — сегодня они готовили напиток Живой Смерти. Нужного количества сока ей получить не удалось, и она начала нервничать. — Попробуй раздавить лезвием, — прошептал Северус. — Что? — удивилась Лили. — Но тут же написано „разрезать“. — Поверь, так получится больше сока, — ответил Снегг, добавляя в котелок бобы. Лили удивилась, но последовала совету Северуса — надавила лезвием, и из корня буквально полился сок. Лили улыбнулась и добавила его в зелье. — Вот видишь, я делаю вот такие исправления, чтобы потом было легче, — прошептал Северус, опять что-то написав в книге. — Да, неудивительно, что ты стал профессором зельеварения, — задумчиво произнесла Лили и тут же закрыла рот рукой. — Что?! — удивленно спросил Северус, оторвавшись от учебника. — Что ты только что сказала? Когда я стал? — Тебе послышалось… — попыталась отвертеться Лили, но было поздно — Снегг смотрел на нее, дожидаясь ответа. — Хорошо, сегодня в шесть около кабинета трансфигурации, я тебе все объясню. Но между нами все еще вражда, Северус, я тебя пока не простила. Но Снегг уже не слушал ее — сама Лили Эванс захотела с ним встретиться. Северус улыбнулся и принялся с еще большим усердием готовить зелье.

***

„Глава 5. Дементор Утром Гарри разбудил улыбавшийся беззубой улыбкой Том с чашкой чая. Гарри оделся и подошел к Букле. Сова никак не хотела лезть в клетку. Уговаривал он ее, уговаривал, и тут в комнату влетел Рон, натягивая на ходу рубашку. — Скорее бы на поезд, — выпалил он. — А то Перси совсем замучил! Слава богу, в Хогвартсе не с ним жить. Опять прицепился! Видите ли, я пролил чай на фото Пенелопы Кристал. Это его подружка, — хмыкнул Рон. — Ты ее знаешь. Спряталась за рамку, потому что у нее на носу теперь пятна от чая…“ Гриффиндорцы опять собрались в Выручай-комнате и читали книгу. На этот раз, на удивление всех, чтецом вызвался Питер, но Лили обрадовалась и тут же передала книгу ему, не переставая улыбаться. »— Не только это. (Таким встревоженным Гарри еще никогда не видел мистера Уизли.) Поклянись, Гарри, что не станешь сам искать Блэка. — Что? — переспросил Гарри. Раздался громкий свист. Дежурные по вокзалу обходили поезд и захлопывали двери. — Обещай мне, Гарри, — скороговоркой произнес мистер Уизли, — что бы ни случилось… — Зачем мне искать того, кто хочет меня убить, — буркнул Гарри. — Поклянись, что бы ты ни услышал…“ — Что могут рассказать Гарри про меня такого, чтобы он меня начал искать? — не понял Сириус. — Зачем ему это, я ведь убить его хочу, — он приобнял за плечи Марлин. — Перестань нести чушь, — ответила Марлин. — Это все наверняка какая-то ошибка. „Незнакомец был одет в поношенную, штопаную–перештопаную мантию. Болезненного вида и изможденный, но совсем еще не старик, светло–каштановые волосы едва тронуты сединой. Ребята закрыли дверь и сели подальше от окна. — А это кто такой? — шепнул Рон. — Профессор Р. Дж. Люпин“ — Да ладно! — воскликнул Джеймс. — Люпин? — Вот и дрессировщик драконов вступил в бой! — ухмыльнулся Сириус. — Ну что ж, профессор Люпин, рады познакомиться. — Помолчи, Бродяга, ты с профессором разговариваешь! — произнес с улыбкой Джеймс. — Эх, а я так надеялся на дрессировщика… »— Интересно, что он преподает? — Рон, прищурившись, глядел на его бледный профиль. — Защиту от темных искусств. Только по ней нет преподавателя.“ — Просто замечательный предмет, Лунатик, отличный выбор, — похвалил его Джеймс. — Какой он тебе Лунатик, болван, — фыркнул Сириус. — Он теперь профессор Люпин. »— Но там очень много интересного, — гнула свое Гермиона. — В „Достопримечательностях исторического волшебства“ сказано, что местная гостиница была в тысяча шестьсот двенадцатом году штабом восставших гоблинов, а Визжащая хижина считается самым опасным домом с привидениями во всей Англии…» — Неужели до сих пор все верят в этих приведений? — воскликнул Римус. — Ну не объяснять же людям, что там просто иногда ночует один несчастный оборотень, — пожала плечами Лили. “— Как по-вашему, надо его разбудить? — Рон с сомнением кивнул на профессора. — Ему не помешало бы поесть. Гермиона осторожно приблизилась к профессору Люпину. — Профессор! Простите за беспокойство, профессор! Профессор не шелохнулся.» — Как ты крепко спишь, профессор Люпин, — усмехнулась Марлин, решив поддержать разговор. Сириус одобрительно улыбнулся. “ В дверях появилась троица заклятых врагов — Драко Малфой, Винсент Крэбб и Грегори Гойл.» — Вот и отпрыски наших любимых слизеринцев появились, — протянул Джеймс. — Я вобще удивлен, что мы пока с сыном Нюниуса не столкнулись, — ответил Сириус. — То еще наверное зрелище — сальноволосый, бледный… Джеймс захохотал, а Лили еле сдерживала себя. Она вроде как и обижается на Северуса, а вроде как и простила… И это спонтанно назначенная встреча. Лили уже сто раз пожалела, зачем она вобще об этом заикнулась, но было слишком поздно. Вздохнув, она продолжила слушать резкие шуточки в адрес Снегга. «Гарри открыл глаза. Светят фонари, подрагивает пол. „Хогвартс–Экспресс“ снова в пути, и горит свет. А он что, упал с сиденья? Рон с Гермионой склонились над ним, стоят на коленях, позади Невилл и профессор Люпин. Гарри хотел поправить очки, и его затошнило, на лбу выступил холодный пот. Рон и Гермиона уложили его на сиденье. — Ну, как ты? — забеспокоился Рон. — Ничего. — Гарри бросил взгляд на дверь. Существо в капюшоне исчезло. — Что это было? Где тот… ну который выл? — Никто не выл. — Рон недоумевающе покачал головой. Гарри осмотрел освещенное купе. Бледные–бледные Джинни и Невилл таращили на него глаза. — Но я слышал вой. Что–то громко треснуло, и все вздрогнули. Профессор Люпин разломал на части большую плитку шоколада. — Держи, — протянул он Гарри самый большой кусок. — Съешь и станет полегче.» — Мерлин, на Гарри напал дементор, — Лили закрыла лицо ладонями. — Хорошо, что Римус оказался рядом и спас его. — Я никого не спасал, вобще-то, — протянул Римус. — Ну может быть в будущем и спас, а так… “— А профессор Люпин подошел к дементору, вынул палочку, — продолжила Гермиона, — и сказал: „Никто из нас не прячет Сириуса Блэка под мантией. Уходи“. Но великан не шелохнулся. Тогда Люпин что–то пробормотал, и из палочки на дементора посыпались серебряные искры, тот развернулся и тотчас исчез.» — Заклинание Патронуса, — тихо сказал Римус. — И шоколад… Он действительно помогает. — А то, ты же профессор Люпин, — улыбнулась Лили. “— Через десять минут будем в Хогвартсе, —произнес учитель. — Ну что, Гарри, полегче стало? — Да. — Гарри недоумевал: откуда профессор знает его имя?» — Как это откуда? — воскликнул Джеймс. — Лучший друг да и не знал имени моего сына? “— Уйди, Малфой, — процедил Рон. — А ты, Уизли? — крикнул Малфой. — Небось тоже испугался старины дементора? — Что тут за шум? — мягко спросил профессор Люпин, выходя из подъехавшей кареты. Малфой свысока глянул на профессора Люпина, приметил его латаную мантию, ветхий чемодан и сказал с еле заметной усмешкой: — Никакого шума… э–э… профессор, — и, подмигнув Крэббу с Гойлом, двинулся впереди них по ступеням.» — Что папаша, что сыночек — оба мерзкие подлецы, — процедил рассержено Сириус. — Смеяться он мне вздумал. “— Ладно, тогда хотя бы пусть поест шоколада, — молвила мадам Помфри, проверяя его глаза. — Я уже поел. Мне дал профессор Люпин. Он всех нас угостил еще в поезде. — Правда? — обрадовалась мадам Помфри. — Ну наконец-то появился преподаватель защиты от темных искусств, который знает свое дело.» Римус смущенно улыбнулся. Лили с нежностью посмотрела на него — скромный, вежливый, невероятно умный, только одно мешало несчастному устроить себе хорошее будущее — оборотней не везде жалуют, а некоторые откровенно презирают. Наверное, поэтому профессор Люпин из будущего и выглядел не так хорошо, как хотелось бы — не было стабильной работы, чтобы купить приличные вещи. При все этом Римус являлся одним из самых лучших людей на планете. „Профессор выглядел особенно жалко среди преподавателей, одетых в свои лучшие мантии. — Посмотри на Снегга, — шепнул на ухо Гарри Рон. Профессор Снегг, специалист по зельеварению, смотрел через весь стол на профессора Люпина. Все знали, что Снегг давно мечтал о должности, которую занял Люпин, но даже Гарри, ненавидевший Снегга, был поражен тем, как исказилось его худое, землистого цвета лицо. В нем читались не зависть или гнев, оно выражало сильнейшее отвращение. Гарри хорошо знал это его выражение. Оно появлялось в лице Снегга всякий раз, как он смотрел на Гарри.“ — Ненависть не прошла, а лишь увеличилась, — отозвался Джеймс. — Слышишь, профессор Люпин, ты занял должность, на которую метил Нюниус. Прими мои поздравления, — Римус что-то буркнул в ответ, а Петтигрю продолжил читать немного писклявым надрывным голосом. »— Входите, входите, — раздался из–за спин голос Перси. — Новый пароль — „Фортуна Майор“! — Опять я не запомню, — чуть не плакал Невилл Долгопупс. Он вечно забывал пароли. Вошли в гостиную, девочки пошли в свои спальни по одной лестнице, мальчики по-другой. Гарри поднимался по винтовой лестнице с одним чувством: какое счастье, что он опять здесь. Вошли в такую знакомую круглую спальню, вот и пять кроватей под пологами на четырех столбиках. Гарри подошел к своей. Наконец–то он дома.» Питер закончил чтение, и Лили показала два больших пальца в знак одобрения. Петтигрю улыбнулся и положил книгу на столик. Комната по-прежнему была под стать гриффиндорской обители, в цветах львиного факультета. Ребята начали обсуждать прочитанное, а Лили, посмотрев на часы, встала с кресла. — Ты куда, Лил? — спросил Джеймс, непонимающе глядя на девушку. — Мне нужно в библиотеку, — правдоподобно соврала Эванс. Она подошла к Джеймсу и поцеловала на прощание. Помахав друзьям, она вышла и направилась к кабинету трансфигурации. Собравшись с силами, она завернула за угол и увидела фигуру одинокого темноволосого подростка.