Программист против Тёмного

Юрий Сидоров был в порядке…. Исключая по-прежнему дергающийся глаз и трясущиеся руки. Не то что бы он стал осваиваться в замке Болотной Пустоши, но кое-что все же связывалось в его сознании в законченную картину. Во-первых, он понял, что является представителем какого-то древнего аристократического рода, чьи корни берут начало ещё со времен формирования Тартара. Портреты предков Исфира были развешаны по замку, вызывая жуткий трепет в душе программиста. Во-вторых, длинноволосый красавец Корнель, который, по мнению Сидорова, выполнял обязанности секретаря, рассказал о примерном распорядке дня лорда Исфира. С утра высокопоставленный аристократ совершал прогулку по прилегающей к замку местности, потом принимал посыльных, а оставшийся день проходил за чтением древних манускриптов и выполнением магических ритуалов. Завершался график трудоголика к ночи посещением купальницы и гарема. При упоминании гарема у Сидорова сразу засосало под ложечкой. Нельзя сказать, что либидо Юрия радовало его масштабными свершениями в отношение женского пола. Скорее он был весьма непритязателен к женщинам и, зная все свои физические и материальные недостатки, всячески старался им угодить. Новая форма, в которой он оказался волею судьбы, похоже, этими недостатками не страдала. - Мой лорд? Вам что-нибудь нужно? – пропищал мелкий чертенок Зинь. Сидоров дернулся, ударившись головой о лепнину кровати. К этому рогатому существу он никак не мог привыкнуть. И хотя чертенок боялся господина гораздо больше и при каждом громком звуке норовил улизнуть, подобно трусливому кролику, Юрке было неспокойно в его компании. Попаданец с удовольствием бы заказал билет на самолет до Земли. Обнял бы мать, подарил цветы Светлане. Но таких полномочий у двурогого не было, вряд ли он вообще догадывался о существовании других измерений. Второй вещью, чтобы сейчас невероятно пригодилась, был компьютер. Сидоров даже подумать не мог, насколько он зависим от интернета. К тому же его жизнь сейчас бы очень облегчила тартаровская википедия. - Помыться? – осторожно отозвался Юрий, полагая, что, несмотря на все сложности, с запахом пота тоже нужно бороться. - О, конечно, мой господин. Мы приготовим купальню, - улыбка оголила остренькие зубки Зиня, вызвав очередной приступ страха у неподготовленного Сидорова. Дорога в купальню стала своеобразным Рубиконом для Юрия. Он осторожно ступал за Корнелем, постоянно ожидая опасности и слушая, как гулко бьется собственное сердце. Его удивило отсутствие прислуги в замке Пустоши. Залы и ведущий в купальни каменный коридор были абсолютно пусты. «Где интересно люди?» - крепко задумался Юрка. Справедливости ради стоит отметить, что отсутствие новых лиц и испытаний немного приободрило нового лорда. - Купальня, мой господин, - раскланялся Корнель, пропуская внутрь каменного грота величественного красавца. Удивительная картина открылась юркиному взору. Своды пещеры были покрыты чуть сияющими сталактитами, на неровном рисунке которых отражались водные блики. Вода, что наполняла подземное озеро, была ярко бирюзовой. «Невероятная красота!» - думал Сидоров, спускаясь по ступеням к воде. Он попытался было потрогать кончиком большого пальца температуру озера, но не справился с новым телом и, неуклюжей махиной подергавшись в воздухе, рухнул в воду. И тут же взвыл скорее от неожиданности, чем от боли. - Ах, мой лорд! Вы целы? – Корнель испуганно наблюдал за барахтаньем горе-правителя. - Да, нормально всё, можешь идти, - зашипел раненый Юрка. Видя, что секретарь скрылся за створками, Сидоров, наконец, позволил себе обнажиться, тем более, что вода оказалась неожиданно теплой. И тут он заметил, что на бедре красуется алая полоса – падая, он порезался о камень. Юрка уже хотел было обратиться за помощью, ему всегда было дурно от вида крови. Но неожиданно заметил, что рана затягивается. «Вот это регенерация!» - Сидоров пялился на свою ногу так, будто перед ним разворачивается сотворение мира. Он был столь увлечен разглядыванием прокаченного бедра, что не заметил появления в купальне нового человека. - Господин? Юрка пересра…, в общем перенервничал, как герой рядового ужастика, слышащий тихий голосок в абсолютно пустой квартире. Перед ним стояла великолепная красавица в длинных белых одеждах и в немом ожидании смотрела на обнаженного лорда. Девушка была воистину идеальна, если бы не широкий разворот плеч и невыдающаяся грудь. Но это, по мнению Сидорова, ее не портило, а напротив, придавало ей некоторую пикантность. - Я могу Вам помочь, мой Господин? Вся эта ситуация напоминала Юрке какой-то эротический фильм, где главная героиня охмуряет незадачливого любовника. Но от помощи он, как водится, отказываться не стал. Когда ему ещё удосужится попробовать подобное? Златоволосая красавица соблазнительно улыбнулась и стала нарочито медленно опускать плечико белого халата. Сидорова, несмотря на то, что перед ним разворачивалась мечта извращенца, что-то тревожило. Когда покров нимфоманки открыл плоскую грудь, страшная догадка начала оформляться в его сознании. Он рассматривал розовые проколотые соски и ждал контрольного выстрела в голову. - Кто я сегодня, мой господин, трепетная лань или непослушный мальчишка? – зашептал инкуб, готовясь окончательно избавиться от шелковых одежд. Юрка никогда не проявлял еще такие чудеса маневренности. Скорость, с которой он вылез из купальни и добежал до спасительной залы могла соперничать со спринтерской. Однако голопопый правитель не учел, что в комнате для приема гостей полы натираются до зеркального блеска. Потому, преодолев порог логова гомосексуального разврата, он с зычным грохотом рухнул на пол. - Мммой лллорд, - глаза Корнеля и без того большие, как у олененка, расширились донельзя. – Гггграф Дракула IV прибыл с визитом. Тут развалившийся в позе страдающего ревматизмом йога лорд увидел первого в своей жизни вампира. Да, никогда за всю жизнь Юрка и представить не мог, что будет демонстрировать своего хуакина самому Дракуле. «А вот и хваленное вампирское хладнокровие», - думал Сидоров, глядя на равнодушного вурдалака, у которого при виде юрьевского мамонтенка только бровь чуть поползла вверх. - Корнель, халат мне принеси, пожалуйста? – потирая ушибленный бок, наконец, промолвил неудачник вечера. При слове «пожалуйста» налет безразличия на секунду слетел с лица вампира. А Юрий подумал, что киношники часто ошибались, выбирая актеров на эту роль. Дракула был блондином с тем холодным металлическим отливом волос, которого никак не могла достигнуть Светлана. Самыми цепляющими на его лице, безусловно, были глаза. Почти прозрачные, голубо-серые, они выглядели жутковато, что в совокупности с бледными полными губами придавало лицу настоящую потустороннюю привлекательность. - Моё приветствие, лорд Исфир, - Дракула сдержанно поклонился. Сидоров не знал, стоит ли ему кланяться тоже, тем более в неглиже. Но, вспомнив, что именно Дракуле он обязан победой над орками, изогнулся в каком-то подобии поклона. Вампир недоуменно проследил за этими потугами, на непозволительно долгое время задержав взгляд на колыхнувшимся во время поклона членентане. К счастью, долго устраивать стриптиз Сидорову не пришлось. Однако вместе с халатом Корнель «принес» из купальни зареванного трансвестита. И тут этот «непослушный мальчик» рухнул на колени и застонал: - Не продавайте меня, мой лорд! Умоляю! Юноша теперь ползал в ногах у Юрия, а тот пытался аккуратно отодрать от себя столь экзотическую колючку. - Пофтос! – истошно кричал кому-то Корнель. – Пофтос! Этот самый Пофтос оказался зеленым ушастым гоблином, хромающим на одну ногу. Заявился он спустя несколько минут и выглядел жутко напуганным и страшно разозленным. - Прошу простить. Прошу простить, - только и повторял он, отдирая от повелителя рыдающего красавца. Наконец, общие усилия увенчались успехом, и Сидоров избавился от шестидесяти килограмм пидарастического совершенства. -Уж я тебя, бестия, воспитаю кнутом! А потом отправлю в бордель, чтоб неповадно было, - крепкие руки низкорослого, но коренастого Пофтоса оставляли красноватые пятна на белоснежной коже бывшего искусителя. - Хватит, - заявил, собравшись духом, Сидоров. Его голова просто не выдерживала этой театральной процессии. - Отпустите парня и отправьте домой. Такой расклад, очевидно, не понравился красавцу, потому вместо благодарности, Сидоров услышал усилившиеся рыдания и стенания. - Уууу, - завыл Юрий, схватившись за голову. – Ну что ты хочешь? Шмыгнув раскрасневшимся носом, золотоволосый испуганно посмотрел на правителя. - Хочу служить Вам, мой повелитель, радовать Вас. - Ты меня обрадуешь, если пойдешь домой, успокоишься и ляжешь спать, - отозвался добродушный программист. - Но его деревня сгорела в прошлом году, - еле слышно заметил Пофтос. - О прости, я не знал, - затараторил Сидоров, кляня свою бестактность. Рты Корнеля и Пофтоса синхронно превратились в зияющие от удивления пещеры. А юноша-наложник так вообще чуть было не лишился чувств. Невдомек было программисту, что лорд Исфир никогда за восемьдесят лет своего правления ни у кого не просил прощения, тем более у наложника. - А где же он живет? – обратился Юрка к побледневшему Корнелю. - В гареме, - прошептал ошарашенный секретарь. «Точно, как я мог забыть! Оказывается, этот лорд Исфир голубой. А они еще на Земле про пропаганду гомосексуализма толкуют, когда в самом Тартаре можно гей-парады организовывать», - рассуждал Юрка, пока остальные ожидали дальнейших распоряжений. - Так. Парня – обратно в гарем. И не бить, - многозначительно глядя на Пофтоса, резюмировал Сидоров. – А с Вами, граф Дракула, мы пройдем в кабинет, там, думаю, будет спокойнее.