Жестяная Луна

Роуз с интересом листала толстую тетрадь в плотной черной обложке, с трудом разбирая ужасные закорючки, кое-как складывающиеся в буквы в свете газовой лампы. Вайт почему-то чувствовала, что не сможет заснуть, пока не увидит Ро, которого все не было и не было. Все, что задали на завтра, она уже выучила и теперь положительно скучала, не зная, чем заняться. Колокола прозвонили минут двадцать назад, а вот жрец никак не приходил - она уже даже волноваться немного начинала. Девушка не жалела о том, что они были вместе, хотя временами чувствовала себя отвратительно-распущенной. Но Изабелла и Тиана практически в один голос заверили, что глупо считать секс до свадьбы чем-то ужасным, а среди их параллели одна девственница - это Роуз Вайт. Да и какая у них может быть свадьба? Рози подавила грустный вздох. Они разной веры, гражданской процедуры ну никак не выйдет, потому что у него вряд ли вообще есть документы, удостоверяющие личность... Грустно, конечно, но она знала, на что идет, когда согласилась на отношения с Его Святейшеством. За своими размышлениями она даже не заметила, как их главный объект нарисовался рядом. А Ро, собственно, опустился на стул, скинул с себя капюшон и маску, подпер уродливую сторону лица рукой, практически закрывая её, и принялся смотреть на девушку немного сонным, тускло мерцающим взглядом. Та вздрогнула, смущенно улыбнулась собственной невнимательности и протянула ладонь, чтобы взять его за руку. Вот, дождалась все-таки! Не зря спать не ложилась. Но почти тут же Вайт озадаченно заморгала, потому что впервые видела Ро каким-то сонным и до такой степени уставшим - да ладно бы просто это, можно было бы оправдать ненормированным рабочем днем, но эта молчаливость и отстраненность обычно более чем эмоционального человека и в самом деле настораживала. - Что-то случилось? - настороженно поинтересовалась студентка, немного испуганная таким поведением. Ро бывал иногда грустным, это правда, но выражалась его грусть чаще всего по-другому. "Скверное у меня предчувствие, Роуз, - отозвался Его Святейшество, впрочем, почти тут же немного встряхнувшись. - Да и голова что-то трещит, зараза... Но это не стоит твоего внимания, - он наконец заметил черную тетрадь в её руках и убрал руку от щеки, взглянув на девушку со смесью заинтересованности и легкого недовольства. Ожил немного, кажется. - Нравится?" - во всяком случае прежние интонации стали угадываться, а то неизвестное настроение сменилось более обычным. - Я мало что понимаю, - честно призналась Рози, на секунду опустив взгляд. - Почерк у тебя, прости, отвратительный... А так-то да, нравится. Это же твое? Очень не походит на то, что задают нам читать в Академии. Эта... повесть. Извини, пожалуйста, наверное, мне не стоило брать без разрешения. Просто я искала свою тетрадь с конспектами, - письменный стол у них стал общим. - И случайно нашла эту. Ты не сердишься? "Да нет, - со вздохом пожал плечами жрец, неохотно поднимаясь и мягко, но твердо забирая из её рук предмет обсуждений. - В конце концов, если бы я так уж не хотел, чтобы ты читала, то спрятал бы получше. Согласно нынешней классификации литературных жанров, это скорее уж будет роман, а не повесть, - Ро прошелся по небольшому пространству, и "роман" исчез из его рук, оказавшись вложенным между двух толстенных книг. - Этот конкретный я начал уже очень давно, много переписывал и начинал заново. Здесь самая последняя версия первых шести глав." - Я не знала, что ты сочиняешь, - Рози смущенно улыбнулась. Он фыркнул. "Это баловство с моей стороны. Тем более... - его мысль прервалась, и Ро с недовольной гримасой потер виски, видимо, застигнутый врасплох новым приступом головной боли. - Проклятие, да что же это такое! На обычную отдачу что-то непохоже, - он зашарил в поисках склянки с обезболивающим, параллельно продолжая мысленно говорить. - Тем более я это чисто для себя, большая часть моих записей практически бессистемна, научно-исследовательское. Лишь над этим романом или повестью я работаю практически как над литературным произведением, даже не понимая своих мотивов, - он нашел наконец-то фляжку и поспешно из неё отхлебнул. - Черт, как здесь жарко, аж голова кружится..." Роуз удивленно моргнула: - Ро, тут совсем не жарко. Даже прохладно, сквозняк сильный. - Да? - кажется, вышеназванный искренне удивился. - Странно. Мне что-то очень жарко, - и поспешил сменить тему. - Роуз, может, я надену маску?.. - Меня больше не смущает вид твоего лица, - она лишь покачала головой, явно немного обеспокоенная. - Правда. Так что не нужно, - она помолчала, словно пытаясь дать время поверить своим словам, а потом не выдержала и решила уточнить очень волнующее её обстоятельство. - Ро, а ты не заболел? Кажется, этот простой вопрос вверг колдуна в некоторый ступор. Его Святейшество замер в легком непонимании, словно пытаясь что-то просчитать, едва заметно покачал головой, и вернулся на свое прежнее место, к стулу. Голова трещала так, что даже высказывание Роуз о том, что ему нет необходимости больше закрываться от неё, не вызвало в нем сильных эмоций. "Бум-бум" по вискам, да еще и жарища такая, в самом деле... Но заболеть - это что-то как-то слишком, да и не с чего было. Ро наконец решил разубедить девушку в её предположениях и, освобождаясь от черной мантии, ответил ей: "Да нет, не должно быть, - потом поколебался и вынул что-то из внутреннего кармана. - Роуз, - он вздохнул, почему-то ощущая необходимость сделать и сказать это уже сейчас. После разговора с Кэрэби почти все хотелось сделать быстрее, словно кто-то и в самом деле начал обратный отсчет его времени, хотя так просто сдаваться и помирать Ро не был намерен. - Я знаю, что подарки не принято дарить раньше срока, а день рожденья у тебя только послезавтра. Но я хочу отдать тебе это сейчас. Не спрашивай почему, я и сам толком не понимаю. В общем, - на его губах снова появилась ухмылка. - В общем, это тебе от меня на восемнадцатилетие. Извини, что слишком рано, еще раз." Девочка с мигом вспыхнувшим любопытством выхватила подарок, не слишком сожалея о том, что "заранее" - ей было очень уж интересно, что Его Святейшество был намерен ей подарить. О, Роуз очень любила подарки, особенно от важных для себя людей! Его Святейшества наблюдал за её нетерпеливыми действиями с легкой снисходительной нежностью, которую кроме Вайт никто никогда не мог бы ожидать от агрессивного мрачного жреца. Но последнюю сейчас больше всего занимало то, чтобы быстрее распаковать маленькую коробку - о, ради такой искренней радости стоило тратить деньги (очень внушительную сумму, кстати), более того, вся королевская казна не стоила этой очаровательной улыбки... Рози с комичным недовольством сдула непослушную прядку, чтобы она не мешала рассматривать наконец-то извлеченную вещицу, и принялась со сверкающими глазами вертеть подарок то так, то сяк. Итак, это была брошь. Роуз мигом смутилась, потому что настоящих драгоценностей ей еще никогда не дарили, немного покраснела, но все-таки не могла не улыбаться к огромному облегчению Его Святейшества, у которого был нулевой опыт в выборе подарков. - Ро, блин... это же дорого, наверное... Она из серебра, да? Оттенок такой странный, - она не знала практически ничего о драгоценных металлах, не говоря уже о том, чтобы уметь их различать. - Из белого золота, - рассеянно объяснил Ро, впрочем, почти тут же проницательно сузив глаза. - Я думал про кольцо, но не знал размера твоего пальца. Красивая хоть? Я же вообще в этом ни черта не смыслю, - признался он, опустив веки в попытке справиться с головной болью. - Очень красивая! - поспешно и вполне честно отозвалась студентка, немного стискивая пальцы. - А ты специально выбрал такую, да? - она подразумевала форму брошки, которая была сделана в виде немного приоткрывшегося бутона розы. Девочка захотела приколоть обновку к платью и взглянуть на себя в зеркало, но она не решилась делать этого сейчас и могла только покусывать губу. Ро ухмыльнулся, надеясь, что на его лице это не выглядит слишком отвратительно. "Когда-то ты мне сказала, что белая роза заставила тебя чувствовать счастье, - Вайт смутилась еще больше. Он запомнил... - Может, я понимаю все слишком буквально, но эта роза должна быть лучше хотя бы потому что она не завянет." - Спасибо, - едва слышно пробормотала Рози, снова нащупывая его руку и глядя в лицо, которые все считали отвратительным, с выражением любви и благодарности. Он не выглядел уродливым в полумраке. - Это замечательный подарок... Но тебе не стоило тратить столько денег, правда. Спасибо, - она привстала и быстро дотронулась губами до идущего из уголка его губ шрама. Ро как-то признавался ей, что мысленную речь он предпочитает устной как раз из-за того, что раньше эти шрамы причиняли ему боль, когда он говорил... "Не за что благодарить, это подарок, - но сегодня она плохо различала его мысленные фразы, они звучали как-то "приглушенно". Девочка едва поняла, что колдун хочет до неё донести. - Я рад, что тебе понравилось... - Вайт ощутила, как руку чуть сжали в ответ. - Ангел, ложись спать, для тебя уже поздно."

***

О, напрасно он надеялся, что дальше станет лучше! Издевательски швыряло то в жар, то в холод, перед глазами все расплывалось, не желая формировать четкой картины, а чертова головная боль мешала уснуть. Ро крутился на полу, его трясло то от озноба, то от жары - сейчас он чувствовал себя скверно даже по своим собственным понятиям и, что еще хуже, беспомощно. Надо было будить Роуз и говорить ей кого-нибудь звать, но в попытке шевелиться он обнаружил, что не имеет власти над собственным телом. Это вызвало волну негодования и внезапно породило приступ неконтролируемого опасения. Ночь, казалось, не собиралась заканчиваться никогда, а Ро какого-то дьявола утратил способность различать очертания в темноте... Скверное состояние непонятного нервного напряжения и ожидания чего-то мерзкого стало перерастать в параноидальный страх - ему казалось, что поблизости кто-то есть, этот кто-то выжидает, смотрит вот из того угла... нет, уже из другого... Прутья стали смыкаться, заключая его восприятие в клетку, которую он ненавидел и боялся. Это ощущение загнанного ужаса и беспомощности перед лицом чего-то неясного и оттого еще более жуткого было смутно ему знакомо. Страх был таким сильным, что впору было взвыть - эта эмоция буквально стиснула сердце, заставляя в каждой тени видеть что-то злобное, искать чужое присутствие здесь и сейчас. Дыхание стало хрипящим, Ро уже почти ничего соображал, только дико боялся и молитвой повторял, что не даст добраться до Роуз. Ужас медленно стал перетекать в отчаянье, гнев и судорожное желание защищаться хоть как-то. Осознанные мысли медленно, неохотно, но вместе с тем неотвратимо утрачивались вовсе. Умирать... кто-то что-то говорил, что он скоро умрет... Это не будет так. Они все еще получат, они еще пожалеют, потому что он будет защищаться... Угроза, почему ты прячешься в тени?.. Где ты?.. Хватит уже играть в прятки, хватит издеваться! Когда ты выйдешь, я тебя убью! - Так, сначала головные боли, повышение температуры, паническая атака... А сколько, вы говорите, потребуется времени, чтобы это чудесное снадобье стало вызвать неконтролируемую агрессию? - Что-то около трех часов - а дальше человек просто перестает соображать. В его разуме реальность смешалась с горячечным бредом, он захлебывался в своем страхе, как утопающей в ледяной черной воде, и изнывал от желания убивать и калечить своих врагов, тех, кто заставляет бояться так нестерпимо. Воспитанные на границе кровожадные инстинкты вопили, требуя удовлетворения, и нужен был только объект. Ро быстрым неуловимым движением поднялся на четвереньки, совсем как зверь, и его резко обострившийся слух уловил чьи-то негромкие шаги. Ярость, подстегиваемая паникой, накатила обжигающей волной, но в то же время все чувства обострились, как у поджидающего добычу хищника. О, стоит только появиться, как этот кто-то пожалеет... В этот момент Его Святейшество был не то, что в неадекватном состоянии, он не воспринимал вообще - это было какое-то загнанное животное, с животными инстинктами к защите и полнейшим отсутствием мышления. Ему хотелось убивать, в то время как страх никуда не отступил, напротив, кажется, становясь все сильнее и уже не сковывая мышц. Страх принимал форму жестокости, потребности в том, чтобы душить и ломать кости. Любой, кто появился бы сейчас в поле зрения, был бы воспринять в качестве врага, заслужившего такую участь - хотя бы потому что находился по другую сторону эмоциональной клетки, заключившей его в этом судорожном ужасе. И человек действительно появился. Кем он был?.. Каким образом сумел открыть закрытую на ключ дверь? Зачем заявился сюда? Какая разница, от него исходила угроза! Эта угроза ощущалась шестым чувством, тоже на уровне инстинкта, и Ро, наконец получивший себе врага, не думал - не мог думать - вообще не о чем. Ни совершенно бешеный взгляд, ни уродливое лицо не давало усомниться, что перед вами чудовище - и это и в самом деле было Чудовище. Тишину огласил короткий отрывистый рык. Несмотря на то, что мышление сейчас отсутствовало начисто, делал он все совершенно четко. Потому что это был рефлекс - обычный рефлекс убийцы. Раз. Чужой рот изгибается в беззвучном крике, но сгусток силы стискивает горло, не давая издать ни звука. Два. Верхние конечности будто бы сами начинают выворачиваться назад под неестественным углом под тошнотворный хруст, потому что руками человек обычно пытается защищаться, ноги тоже подгибаются, чтобы не дать жертве возможности сбежать, невидимая хватка на шее сильнее... Эта гримаса боли, как маска застывшая на стремительно бледнеющем лице, этот полупридушенный хрип, продолжающие трещать кости - да, все так и должно быть! Звонкий, полный ужаса крик. А вот этого быть не должно. Полные слез и ужаса каре-зеленые глаза. Три.