Жестяная Луна

Осознание возвращалось неохотно, а забытье оказалось вязким и затягивающим, как болотная трясина. Роуз давно уже проснулась, во всяком случае только её тело, а вот мыслей в голове какое-то время не возникало совершенно, будто разум продолжал спать. Вайт было очень тепло, даже немного жарковато, и это убаюкивало. Наконец, перед ней ленивой мутной рекой стали неохотно проносится предыдущие события: дурная бесконечность замкнутого пространства, нетерпение, решительность, голос Ро... Девушка окончательно проснулась и поспешно распахнула глаза. Распахнула, лишь только чтобы не поверить им. - Надеюсь, что ты меня простишь, - хрипловато и тихо разнеслось в тишине комнаты. - Я ведь действительно обещал, что избавлю тебя от своего присутствия. Но так получилось, - он замолк и с какой-то странной для себя неуверенной горечью закончил. - Извини, Рози. У неё перехватило дыхание, а сердце сжалось в глубине груди. Ох, как же она невероятно ждала момента, когда сможет встретиться с ним! Объяснить то, что чувствует! Сознание накрыло ощущением внутренней дрожи, а зеленовато-карие глаза засверкали, Вайт даже задышала чуть чаще. Но, впрочем, жрец на неё упрямо не смотрел, не доверяя своему самоконтролю. Ро был намерен вести себя хорошо и поэтому с ослиным упрямством пялился в окно - он опасался, что, как только взглянет на Роуз, начнет нести всякий бред, кричать или еще (чего доброго!) вообще разревется к чертовой матери. Поэтому девушка видела лишь только его черный силуэт, стоящий к ней спиной. "Ты очень испугалась, верно? И сейчас боишься?.. Не бойся, я не стану тебя удерживать. Ты можешь уйти, когда захочешь." - Ох, Всевышний! - жалко выдавила из себя Роуз дрожащим от силы эмоций голосом. Поспешно подскочив с кровати и едва не запутавшись в двух одеялах (неудивительно, что так тепло было), она кинулась к нему и, не успев подумать даже о том, насколько это смущающе, со всей пылкостью давно мучающего её огненного чувства обняла настолько крепко, насколько позволяли силы. Ро широко распахнул глаза и хватанул ртом воздух - по его худому телу волной пробежала краткая дрожь. Он этого... никак не ожидал и теперь не мог поверить происходящему. В мысленной модели разговора, которую он уже успел набросать у себя в голове, ожидая, пока дорогая гостья проснется, Роуз, как всегда, сидела, не шевелясь, испуганная и выбитая из колеи. Она не бросалась к нему с объятиями! Но... но ведь тем не менее... Великая Богиня, что же эта девочка делает с ним? Ро с внезапной очевидностью осознал, что за одно ощущение этих удивительно искренних объятий он может сделать практически, что угодно. Она сама не понимала, какую безграничную власть имеет над ним. А Рози, между тем, не думала отпускать. В повисшей было тишине разнесся её надломленный голосок: - Я ждала тебя все эти дни... Я хотела встретиться, но прямо в этот день, прямо в этот час... Это так ужасно получилось! - она едва было не всхлипнула, но решила попытаться обойтись без этого. Стыдно было в очередной раз реветь перед ним. - Ро, мой милый Ро, я такая ужасная глупая трусишка! Я была такой глупой... Я только в тот день поняла, как неправильно поступила. Я ошиблась! Я тогда, в тот вечер, когда мы стояли вот здесь и была гроза, чудовищно ошиблась! - Рози, - этот хрипловатый шепот прозвучал ошарашено и почти что жалко. - Прекрати. Пожалуйста, не говори такого - я же могу... неправильно понять. Отойди, ангел мой, не давай мне безумную надежду. "Надежда разбивается крайне болезненно." Он развернулся и заставил себя осторожно отстранить девушку, однако не в его силах было убрать руки с её узких плеч. Теперь они смотрели друг в другу в глаза, каждый терзаемый собственными чувствами: взгляд Роуз по-прежнему оставался пылким, решительным, обретя уже однако столь свойственную ей очаровательную кротость, в то время как чуть помутнившийся взгляд жреца горел смесью отчаянья, боли, надежды и столь непривычного для него страха. Его взгляд находил отклик в её сердце. - Ох, - Роуз сглотнула. - Ты неправильно понял... В смысле, то есть, я хотела сказать, что, наоборот, правильно! Я хотела сказать... - и тут девушка хорошо осознала, что речью она ничего не передаст. И снова, снова эта сильнейшая потребностью в нем, придала ей сил и решительности, кроме того сознание было слишком сильно заполнено другим человеком, чтобы вместить еще и смущение. И Рози сделала то, что было нужно. Она быстро, не успев даже ни испугаться, ни выслушать возражений, сорвала с него маску и, приподнявшись на носках, пылко поцеловала в изуродованную щеку. Сжала руки на его плечах, не дав шарахнуться от себя в сторону, и поспешно прижалась щекой к груди, не желая видеть этого пораженного выражения, - его сердце оглушительно колошматило о грудную клетку, неплохо давая представление об эмоциональном состоянии. Ро даже не обнял её в ответ, он, как в дурном полусне, прижал ладонь к тому месту, где до него дотронулись её губы. Его немигающий взгляд скользнул в пространство, а с губ сорвался какой-то тихий болезненный полустон, будто бы такое действие и впрямь могло причинить страдание. - Ах, Роуз... - только и выдавил он. - Ро, миленький, ты мне нужен! Ты мне очень-очень нужен! - поспешно забормотала Вайт. - Я именно это хотела сказать перед тем, как меня похитили. Я была такой дурой, что ушла тогда, что позволила тебе подумать, будто без тебя мне будет лучше... Скажи, умоляю, ты еще меня любишь? Ты меня простишь? Я пока не буду говорить слова "люблю", но... Но ты действительно очень много для меня значишь. Ты позволишь мне попытаться все исправить? Роуз все-таки нашла в себе силы снова поднять глаза на собеседника, в испуге ожидая его ответа, но наткнулась лишь на дурной, ничего не осознающий взгляд. Он очень часто и глубоко дышал и несколько секунд просто смотрел на неё, словно смысл сказанных слов никак не желал достигнуть его понимания. Девушка почувствовала, что ей овладевает скрывшееся было смущение, но она не могла позволить себе отстраниться и закрыться сейчас. О, нет, это будет просто верхом жестокости... Но жрец продолжал вот так пялиться несколько секунд ровно, пока его уродливое лицо не исказилось болезненной гримасой. Ро рухнул на колени перед ней, как подкошенный, словно ноги не удержали, уткнулся в подол платья Рози, обнял её колени - его плечи дрожали и казалось даже, что вот сейчас заплачет, но он лишь отрывисто втягивал в себя воздух. Вайт, немного испуганная этим порывом, с успокаивающей мягкой нежностью погладила его по волосам, путаясь пальчиками в и без того растрепанных каштановых и седых прядях. - Что с тобой? - с непритворным беспокойством прошептала девушка. - Ох, Ро, милый, ну зачем же ты так?.. - в её тоне зазвенела боль. Она опустилась рядом с ним и снова обняла, перейдя своими успокаивающими поглаживаниями на спину. Роуз была слишком сильно поглощена своими чувствами, чтобы в её душе сейчас появился стыд от этих объятий или отторжение перед видом уродливого лица. Вайт продолжала сидеть так, ожидая, когда он придет в себя. Было почти больно. Неужели её прежняя холодность довела его до того, что Ро так реагирует на совершенно обычные проявления расположения? Лишь только спустя некоторое количество времени он немного зашевелился, и девушка не без удивления отметила в мысленном тоне какое-то странное смущение: "Всевышняя, извини... Но, ангел мой, действительно ли я не грежу? Наверное, больное сознание решило пошутить так жестоко - иного объяснения не вижу. Но след твоего поцелуя до сих пор пылает на клейме моего уродства... Неужели ты и в самом деле сейчас сказала, будто бы желаешь остаться рядом со мной?" - Именно это я и сказала, - Рози чуть улыбнулась со смесью ласки и робости, отстранившись, но, чтобы он не подумал чего-нибудь неверного, поспешно нащупав своей рукой его руку. - Я должна была сказать это еще во время той грозы! Но до меня все так долго доходит, Ро, это просто какой-то ужас. Все эту неделю я сходила с ума от тоски, которой не понимала... Мне было так плохо, когда я думала о тебе. И дело было не в жалости, нет! Это было гораздо глубже и сильнее. Я не могла определить смысл своей собственной боли. И лишь только после разговора с Изабеллой я поняла, насколько сильно хочу увидеть тебя снова. И из-за этого мне было так плохо все это время. Я просто хотела снова быть рядом с тобой, вот и все! - Роуз... Он опять уставился пока еще не верящим, но уже куда более осознанным взглядом. А потом медленно, робко, уж чуть ли не испуганно дотронулся до её волос - то ли так сказалась охватившая его буря чувств, то ли он просто убеждался, что девушка в самом деле реальна и не является порождением его воображения. Она... она в самом деле обнимала его сейчас, гладила по голове, говорила, так искренне, все эти невероятные слова, говорила "мой милый Ро" - ему, чудовищу! Она поцеловала его - она сама захотела и поцеловала это мерзкое уродливое лицо. Нет, точно, это напоминало один из многочисленных бредовых снов - но пальцы совершенно отчетливо чувствовали шёлк её волос, доказывая, что перед ним вовсе не очередной реалистичный мираж. Прикосновение было таким легким и нежным, что Рози даже вздрогнула и улыбнулась шире - почему-то ей была очень приятна эта бережная осторожность. "Роуз, можно... - кажется, его и самого пугала собственная просьба, потому что Ро как-то неловко осекся. Девушка вопросительно на него посмотрела, ободряюще сжав пальцы. - Можно я тебя поцелую?" - быстрым испуганным порывом мысленно выпалил он. У неё что-то упало внутри, на секунду затуманив взгляд. Совсем ушедшее было смущение вернулось, накрыв с головой, и причиняя бедной Рози страшную неловкость. Но, Всевышний, отодвинуться сейчас и запретить это, после такой пылкой речи, будет просто верхом малодушия с её стороны. Вайт в страхе сглотнула, в то время как перед её мысленным взором быстро пробежали все их немногочисленные поцелуи. Ну, ей же не было так уж неприятно - иногда даже наоборот, в груди что-то сладко сжималось... А отказывать сейчас - низость. Нет, решено! Самое главное попытаться не думать о внешнем виде его лица. - Да, - с вновь проскользнувшим смущенным страхом отозвалась девушка, почувствовав, что к её щекам предательски подлила краска. - Да, конечно... Он явно не ожидал её согласия и, скажу читателям по секрету, уже начал мысленно ругать себя за такой глупый порыв. Как он вообще смел предположить, что имеет право просить о поцелуе? Тем более - её? Одним словом, Его Святейшество уже практически полностью отдался мысленным упрекам, когда девушка все же нашла в себе силы согласиться. И это неожиданное согласие, надо признать, мало того, что поразило до глубины еле живой души, так еще и невесть почему страшно смутило. Это было чисто человеческое смущение того, кто не ждал уже ничего, а получил невероятно много и теперь не в силах поверить произошедшему. Однако... он задышал чаще, сгорая от внутреннего волнения, и, с неожиданной робостью наклонившись ближе к Роуз, дотронулся кончиками пальцев до её щеки. Несмотря на те огненные видения, изредка терзавшие его разум, поцелуй в губы был пределом мечтаний Ро наяву. И... и она сейчас так нестерпимо близко, она разрешила ему сделать это! У него в самом деле все трепетало внутри, а взгляд против воли очерчивал контуры мягких бледноватых губ. Некоторое время Ро просто смотрел на Рози, будто ведя внутреннюю борьбу с самим собой и собственными желаниями. Потом его глаза отразили легкую горечь, и он, слегка наклонив девушку к себе, ласково коснулся губами её лба, немного задержавшись. Даже это было уже очень много - нечего мечтать о невероятном. Роуз, уже опустившая веки и непроизвольно стиснувшая пальцы в своем робком ожидании, удивленно распахнула глаза. Он же... не это собирался сделать. Да совершенно точно - не это! Вайт неплохо чувствовало его тяжелое дыхание, то немое вожделение, с которым он смотрел на её немного приоткрывшиеся от смущения и легкого испуга губы, и уже мысленно была готова ощутить совсем другой поцелуй. Тогда почему же?.. Да, ей было очень приятно сейчас, от этого трепетного прикосновения к себе внутри в очередной раз разлилось какое-то теплое обжигающее чувство, но девушка ни капли не сомневалась, что жрецу хотелось большего. Поэтому Рози непонимающе уставилась на Ро, который уже успел отстраниться, и сейчас чего-то не спешил налаживать зрительный контакт. Девушка между делом отметила, что он опять закрывает ладонью левую сторону лица. Ей стало горько, и еще Роуз опять накрыл раскат чувства вины - она поняла, что Святейшество воспринял её смущение и испуг на свой счет. Ну вот. Как всегда! Срочно исправлять ситуацию, срочно... - В чем дело? - невесть как набравшись смелости, относительно твердо и даже с почти невоспринимаемым возмущением уточнила Вайт. - По-моему, ты хотел не так... поцеловать меня, разве нет? - Рози, ты не должна с-себя заставлять. Даже ради меня, - негромко следует в ответ, причем последнее произносится совсем тихо, так что приходится напрячь слух, чтобы его расслышать. Девушка испустила страдальческий выдох. Она, конечно, подозревала, что с ним будет совсем нелегко. И Роуз прекрасно отдавала себе отчет в том, что она далеко не железная леди, у которой есть силы, чтобы преодолевать возникающие препятствия. Но пытаться все равно надо. Поэтому Рози, чуть встряхнув волосами и мельком ужаснувшись творящемуся на её голове бедламу, более-менее твердо посмотрела на Ро и, тщетно пытаясь придать голосу уверенности, заговорила: - Да не заставляю я себя, ничуть! И почему ты все вечно неправильно понимаешь? Я же никогда раньше не целовалась... если не считать того раза. Для меня это просто волнительно, я смущаюсь, только и всего! И это, кстати говоря, совершенно нормально для девушки моего возраста. Но если я сказала: "Да, Ро, поцелуй меня!" - это значит, что я не против! Неужели это непонятно? - вот, инициативу еще проявлять приходится... и где гарантия, что она не умрет от смущения? Роуз уставилась на Святейшество беспомощно-вощмущенным взглядом. А тот, судорожно выдохнув в ответ на эти слова, каким-то испуганно-неверящим жестом мягко взял её лицо в свои ладони. Как бы он ни желал поцелуя, на самом деле где-то в глубине его разума тоже жило смущение, испуг от того, что, быть может, ей будет неприятно, не говоря уже о том, что Ро не умел целовать и не знал, как это нужно сделать, чтобы ей понравилось. Но глупо отрицать очевидное: ему безумно хотелось. И после этих слов он попросту не нашел в себе сил, чтобы остановиться и сдержаться. Жрец с какой-то болезненной медлительностью наклонился к ней и робко дотронулся до губ своими губами, все еще не решаясь заходить дальше и подсознательно боясь быть отвергнутым. Роуз вздрогнула и обняла его за шею - это чуть придало уверенности. Ро неуверенно, словно все еще опасаясь чего-то, провел языком по её губам - от этого простого действия его сердце упало и, кажется, на миг совершенно остановилось. Он действовал буквально на ощупь, повинуясь лишь каким-то внутренним призывам, и именно это больше всего пугало. Но, несмотря на жуткое волнение, как же невероятно приятно это было! Ничем не замутненное блаженство - ощущать её теплые поддатливые губы, немного сминать их своими, дотрагиваться языком... Огненная страсть снова забурлила в его венах, даруя решительности для того, чтобы углубить поцелуй, хотя в подсознании загнанно билась мысль, что сейчас девушка его оттолкнет. Но Роуз не оттолкнула. Ах, она в самом деле позволила ему... В самом деле! Но у Ро даже в голове помутнилось от ощущения соприкосновения своего языка с чужим, и эта обжигающая сладкая дымка придала поцелую чуть больше требовательности. Роуз, сначала слишком испуганная и смущенная, попыталась ответить, повторяя действия за Ро. Её сердце бешенно колотилось, а руки, которыми она сначала обнимала жреца, как-то чуть ли не машинально принялись робко поглаживать растрепанные пряди его волос. Собственная неопытность каждого позволяла не обращать внимания на некоторую неловкость и неумелость чужих ласк. Ро начал дышать тяжелее, но волнение и страх были слишком сильны, чтобы желание стало ощутимее. Но все же он поспешил отстраниться, испугавшись собственного порыва, и неуверенно посмотрел на Роуз в покорном ожидании преданной собаки. Столько затаенного страха было в этом взгляде! Девушка, щеки которой покрылись бледным румянцем, тепло улыбнулась, взглянув на него в ответ - в её глазах искрами блестела нежность. - Мне это снится, - полуутвердительно пробормотал Ро в каком-то иступленном сладком отчаянии. - Моя милая Роуз... И тут случилось то, чего он опасался с самого начала, - эмоции взяли над ним верх, и Его Святейшество стал нести какой-то судорожный горячечный бред. Он схватил белые руки, принявшись судорожно осыпать их поцелуями, мысленно выдавая какие-то сбивчатые глупости о том, что она - его воздух, его солнце, его небо, что с самой первой встречи он всякий раз видит во сне лицо того ангела, которого встретил в ту снежную зимнюю ночь, как он невероятно её любит, что он может вытащить из груди свое сердце и, если ей только нужна такая никчемная вещь, подарить ей его... Он называл себя кровожадным чудовищем, похотливой тварью и бог знает, кем еще, нес что-то, вроде, насколько он безобразен, настолько же она и прекрасна, какого-то черта благодарил Рози за то, что наконец-то понял, из-за чего он был рожден - ради ощущения её объятий, ради того, чтобы смотреть, как солнце сияет в её зеленых глазах, как ветер играет с её кудрями... Роуз терпеливо переждала этот приступ и не умерла от смущения по той простой причине, что понимала: Ро сейчас в не слишком адекватном состоянии и воспринимать эти слова со всей серьезностью не стоит. Однако, конечно, её сердце не могло не реагировать на его пылкость, поминутно сжимаясь. "Бедный, бедный мой Ро, - горько думала она, ощущая вставшие в глазах слезы. - Ну за что же ты так меня любишь?.." Однако какая-то часть её была счастлива слышать эти сбивчатые признания, какая-то часть её души словно обретала крылья, но девушка держала себя в руках - она была ласковой, терпеливой и на удивление спокойной. Безостановочный поток наконец-то смолк, и жрец замолчал. Роуз поняла, что он приходит в себя. Тогда она вздохнула, поднялась и, быстро поцеловав его в макушку, собиралась было немного отойти. - Осторожнее, - запоздало предупредил Ро, судорожно встряхивая головой. Его хриплый голос все еще звучал надломлено. - Тут могут быть осколки. Конечно, основную часть он сообразил собрать, пока девушка спала, но все же. Жрец тоже поспешно поднялся и, взяв Роуз на руки, донес до кровати. Она тихо захихикала такой заботе, и её живой смех эхом отразился от мрачных каменных стен, привыкших слышать лишь только вопли отчаянья и болезненные поскуливания. Вайт же ощутила приступ какого-то легкого теплого счастья - она была с Ро, который её очень любит, она была в безопасности! Оказавшись поставленной на кровать (даже так она стала ненамного выше обладающего порядочным ростом Святейшества), Рози по-детски улыбнулась и требовательным жестом положила свои руки ему на плечи. Ро не понял её мотивов, но было чертовски приятно, и он, обмирая от собственной наглости, даже позволил себе положить руки на талию Роуз. Так и простояли несколько минут.