Под песни Flёur

Прим. авт.: Заявка принадлежит (автор заявки, умоляю, отзовитесь!) Песня: "Люди, попавшие в шторм" >>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>>> Казалось бы, абсолютно ледяной и непроницаемый жнец, не желающий видеть ничего, кроме бухгалтерии, работы и точного выполнения всех правил Устава. Равнодушный ко всему, понимающий психологию человека, знающий, что и когда нужно сказать. Ни единой эмоции на лице, никакого проявления чувств. Таким и должен быть идеальный жнец. Самый настоящий Ангел Смерти, добровольно лишившийся своих крыльев и знающий, на что идёт… Но на самом деле там, внутри, в душе, бушует настоящий шторм эмоций, чувств, желаний… У настоящего Уильяма Ти Спирса есть одно очень странное хобби – каждый вечер, приходя домой, он достаёт пять тщательно запрятанных в стол книг жизни и пересматривает плёнки. Никто не запретил ему забрать эти книги. Да и с чего бы? Начальник ведь! Пять книг. Пять жнецов. Нет, пять людей, ставших жнецами. Пять разных историй и пять прекрасных смертей. Книги этих пятерых Уильям любит больше всего. Во-первых, это его новая семья. Во-вторых… эти пятеро не стали жнецами вследствие самоубийства, как это обычно происходит… Их смерти были красивы, наполнены светом, восторгом и бесстрашием… Первой начальник третьего отдела открывает самую старую книгу, книгу Легендарного. Сухой шелест слегка помутневшей от старости плёнки. Самые скучные моменты Ти Спирс проматывает, стремясь добраться до самого конца. Вот здесь Легендарный совсем ещё ребенок. Играет с друзьями. И волосы у него не пепельные, как сейчас, а ярко-рыжие. И глаза им под стать – золотистые, солнечного такого цвета. Чем старше становился этот ещё человек, тем сильнее темнели волосы и глаза. Потому что влияли события – сначала от тяжёлой болезни умерла мать. Вслед за ней умер и отец, просто от тоски. Старший брат Легендарного связался с не очень хорошей компанией, и вскоре был убит. Но ничто из этого внешне не сломало Легендарного. Он был так же весел и счастлив. Когда же за ним пришёл жнец, чтобы скосить душу, Легендарный только счастливо улыбнулся ему. Попросил рассмотреть Косу Смерти. Сказал, что она очень необычная. И сказал, что тоже хотел бы стать жнецом после смерти. Непонятно, что случилось, но едва последние кадры плёнки вылетели из мёртвого тела, золотистые глаза приобрели жёлто-зелёный цвет. Обычный человек, не самоубийца, стал жнецом. Заслужил вторую жизнь. Вторая книга, что не удивительно, принадлежит Греллю Сатклиффу. Яркий жнец был ярок и при жизни. Каждый момент его существования был наполнен смыслом, несмотря даже на то, что семьи, как таковой, у Сатклиффа и не было. Отец ушел ещё до того, как Грелль родился. Мать была и не особо рада такому "подарку судьбы" и сдала ребёнка в детский дом. Там будущего диспетчера сразу невзлюбили. За его неправильный красный цвет волос. И за акульи зубы. Видимо, что-то сбилось в генетике, и ребёнок получился довольно неординарным. И глаза у него были идеально подходящими к волосами – ярко-карими. Грелля и обзывали, и били, и как только не пакостили. Он же на всё это искренне, чисто смеялся и говорил, что он только сейчас слабый, а потом вырастет и станет очень-очень сильным и всем отомстит. На это ему все отвечали дружным издевательским гоготом и унижали всё сильнее и сильнее. Из-за ненормально быстро растущих волос Сатклиффа и его высокого голоса аловолосое чудо называли девчонкой. На это он уже даже не обижался. Когда же он понял, что пришло его время умирать, он попросил того, кто за ним пришёл, чтобы и его, Грелля Сатклиффа, сделали жнецом. Чтобы он смог отомстить всем обидчикам. Ситуация произошла аналогичная ситуации Легендарного – едва плёнка закончилась, глаза из ярко-карих превратились в жёлто-зелёные… Следующая книга – Эрика Слингби. Абсолютно ничем не примечательная история. Обыкновенный ребёнок, не менее обыкновенный подросток, и уж совсем обыкновенный взрослый. Красивые вьющиеся русые волосы, презрение ко всему миру в серо-голубых глазах. Самый обыкновенный человек, принадлежащий высшему сословию. Но было в этих серо-голубых глазах что-то кроме презрения. Грубо говоря, его там почти и не было. Только для семьи, которая учила этому. Стоило Эрику сбежать из их поместья, как он превращался из будущего полноправного графа в милого и добродушного парня. Играл допоздна в ближайшем лесу с детьми прислуги, притаскивал тайком к себе в комнату из города бродячих щенков и котят, всем своим видом излучал счастье и полную свободу. И когда пришло его время умирать, только вздохнул, жалея, что не успел сделать так много. С последним кадром пленки глаза стали жёлто-зелёными… Обычно дальше идёт книга Алана Хамфриза. Здесь же ситуация абсолютно обратная ситуации Эрика. Друзей у Хамфриза никогда не было. Что там греха таить, его вообще не выпускали из дома. Ребёнок был очень слабым, часто болел и очень долго выздоравливал. Неудивительно, что и после смерти он умудрился так заболеть… Всё же, несмотря на это, Алан был очень счастливым. У него было много времени, чтобы читать, изучать окружающий мир, пусть даже только глядя в окно. Книги он читал преимущественно фантастические, детективные или же научные. Космос, биология. Так же много читал стихи. В общем, жил в своём мире, составленном из обрывков прочитанных книг. Позже он и вовсе погрузился в свой мир, перестав воспринимать реальность. Яркие, чистые травянисто-зелёные глаза смотрели на выдуманный мир так, будто он был настоящим. Но этот выдуманный мир был настолько светел, что Хамфриз даже удивился, когда за ним пришёл жнец и сказал, что его время пришло. Однако, жнец этот был таким, что юноша поверил ему, даже не думая. Только попросил, чтобы ему дали возможность прожить вторую жизнь, на этот раз реальную… Травянисто-зелёные глаза почти не изменили своего оттенка, только добавилось немного жёлтого. Разве мог Алан хотя бы подумать, что этот жнец, которому он так поверил, станет его наставником, а после самым близким другом?.. Последняя книга принадлежит Рональду Ноксу. Эту плёнку Уильям всегда просматривает с особой трепетностью, с начала до конца, нигде не останавливая и не перематывая. Просто не хочет. Разве можно так относится к плёнке такого человека?.. Это человек отличался от прочих одной мечтой – летать. С самого своего детства он увлекался самолётами. Складывал из бумаги, строил деревянные модели, сам шил воздушных змеев и при всех друзьях запускал их. И они летали. Яркие небесно-голубые глаза смотрели в точно такое же небо круглые сутки. Рональд жил только своей мечтой, всё прочее не имело для него смысла. Крыши манили Рона просто с сумасшедшей силой. Там он мог сидеть и два дня подряд, совершенно забыв про всё. Только смотрел с полу-безумной, но очень счастливой улыбкой в небо. Следил за тем, как оно меняется. Считал облака, звёзды, наблюдал за перемещением солнца по небу, за ростом и убыванием луны. Порывы ветра совершенно не пугали его, он вставал на самый край крыши и раскачивался там, как флюгер, не боясь упасть. Когда же Нокс вырос, он всё же смог исполнить свою мечту. Пришлось основательно побегать, чтобы всё устроить, но после примерно трёх месяцев совершенно неадекватной жизни без сна и отдыха Рональду доверили его собственный самолёт. К тому времени он знал про эти машины уже абсолютно всё. Мог управлять с закрытыми глазами… И в свой первый же полёт его самолёт внезапно заглох и на безумной скорости полетел вниз с огромной высоты. Но в небесно-голубых глазах сияло такое счастье, такая решимость… Ни капли страха не испытал Рон в те моменты падения. Ему было хорошо. Он знал, что умрёт именно так, и не просил больше ничего. Своей цели он достиг… Едва плёнка полностью вылетела из изломанного тела, широко распахнутые небесно-голубые глаза стали жёлто-зелёными, а улыбка из счастливой стала безумной… Долго, очень долго Уильям не мог понять, что же общее есть у всех этих плёнок. Он душой чувствовал, что есть что-то такое, есть... Но что? Осознание пришло внезапно, вместе с конфискованным у Нокса плеером во время заседания. Плеер был сунут в карман пиджака и благополучно там забыт. Нашёл Ти Спирс его уже тогда, когда пришёл домой. И, вспомнив довольную усмешку Рональда во время конфискации, не смог удержаться от такого соблазна узнать, что же там такое было. Послушал, и подсел… И вдруг вместе с одной из песен пришло желание пересмотреть эти плёнки. Пересматривались они намного внимательнее, чем раньше. И тут начальнику третьего отдела стало чётко ясно – все эти люди стали жнецами не просто без самоубийства. Но ещё и потому, что действительно заслужили вторую жизнь. Яркие, настоящие, живые. Были такими, и сейчас такие, просто некоторые слишком хорошо это скрывают. Шторм этих чувств, эмоций, порывов заставил их начать вторую жизнь, после смерти. Несмотря на то, что жнецов шестеро, Уильям забрал только пять книг жизни… Свою брать он побоялся… Вместе с плёнкой из тела и память о прошлой жизни уходит, а Ти Спирс просто боится вспоминать свою жизнь... Боится, что тоже окажется самоубийцей, как и самый обычный жнец… И предпочитает переживать этот шторм эмоций и чувств заново, без воспоминаний. Отдаётся ему, позволяя захватить весь свой разум и душу вместе с ним. И так день за днём. На работе, при друзьях – непроницаемая ледяная глыба. Дома, наедине с плёнками - счастливый, попадающих в шторм чужих ярких жизней жнец. И этого ему достаточно, чтобы не терять себя среди этой серости. Возможно, Уильям никогда и не узнает, что у него были холодные металлически-серые глаза, в то же время, невзирая на холод, светящиеся жизнью…