Тающий сахар. Ломаясь окончательно

И узнаю тебя во всем, И узнаю во всех тебя. Твои любимые цветы..* Открыв глаза, я обнаружил, что с того дня снова ничего не изменилось, а, признаюсь, ждал я этого, по-моему, больше всего. И моё ожидание меня же и убивало. Семьдесят два часа, три минуты, пятнадцать секунд, я не видел Пелагею, которая, сдавалось мне, находилась под домашним арестом, основателем которого являлся, конечно же, Егор, выступающий в роли грозного надзирателя. Мне почему-то начинало казаться, что я её больше не увижу никогда, но телефон, брякнувший на рядом стоящей тумбочке, убедил меня в обратном. Немедля протягивая руку в её направлении, я кое-как зацепил пальцами гаджет, проводя по экрану. "Дим, это Поля. Прошу тебя, давай встретимся сегодня в двенадцать около офиса. И не пиши ничего в ответ. Буду тебя ждать." Отбрасывая одеяло в сторону, мигом поднимаясь с кровати, и, полностью просыпаясь, я вынул из шкафа джинсы и рубашку, хватая со стола солнцезащитные очки. Я взглянул на время: без двадцати минут двенадцать. Ну, Пелагея! Забегая в туалет, чтобы умыться и почистить зубы, я, словно ошпаренный, выскочил оттуда. Спешно надев ботинки и взяв ключи от своего автомобиля, я направился прямиком к офису. На моё удивление, пробок не было, и за какие-то считанные минуты я доехал до нужного места, паркуясь сзади темно-синего мерседеса. Заглушив мотор, я окинул двор офисного центра. Хановой там не было. На часах двенадцать. Может, это какой-нибудь подвох? Стуча костяшками пальцев по рулю, я устремил взгляд на лобовое стекло и только сейчас заметил, как тот самый мерседес сверкает задними фарами. Вот же идиот! Я забрал солнечные очки с пассажирского сиденья, натягивая их, и, выбираясь из машины. Огибая своё авто, я медленно нащупал ручку двери иномарки, оглядываясь по сторонам, а потом опускаясь на место рядом с водителем, коим и оказалась Пелагея. Я не знал, с чего начать, сложив руки на коленях, и, следом, переводя взгляд на девушку. Она сжимала свои аккуратные пальчики на кожаном руле, впиваясь в него ногтями. Поля была тоже в тёмных очках, что заставило меня мимолетно улыбнуться, качнув головой. Блондинка, видно, тоже волновалась. Её локоны не привычно были собраны в милый хвостик. На Полином лице не было ни капли косметики, за исключением алой помады, что нравилась мне. -Дима, - неуверенно начала она, снимая с безымянного пальца обручальное кольцо, и, обратно надевая его. Решив не заставлять её начинать первой, я перебил девушку. -Я нашёл клинику, где могут сделать операцию Лие и даже дают девяносто девяти процентную гарантию на выздоровление, - почесав кончик носа, я вновь повернул голову к ней. Снимая с глаз очки и ответно разворачиваясь ко мне, девушка резко дёрнула меня к себе, прижимаясь своими губами к моим. И сейчас во мне, будто проснулась вторая жизнь, я слишком нуждался в этом, да и Пелагея, чувствовалось, тоже. Все утренние расстройства и мысли ушли на второй план. Хотя, я скорее принял это за некую благодарность, ведь Пелагея настолько трепетно относилась к Лие, да и вообще, ко всем детям. Но своей девочкой она восхищалась, как чем-то неземным. Малышка стала по-настоящему её дочерью; я помнил, как тогда светились глаза Поли оттого, что девочка назвала блондинку "мама". Меня всегда поражало их сходство с Пелагеей. Они обе светили каким-то лучезарным светом, которого раньше я не встречал ни у одного человека. -Ты бы поговорила с Егором, он даст разрешение на вылет из страны? - кое-как оторвавшись от родных губ, я взглянул в глаза Хановой. Полин взгляд был затуманен, но она улыбалась мне. -Дим, я боюсь, - улыбка вмиг спала с её лица. Я сам очень хорошо уже, кажется, знал Михеева, но позицию, откровенно говоря, до конца не понимал. Может, Пелагея что-то скрывала от меня, но, признаться честно, я гнал эту мысль от себя подальше. -Он ведь не понимает! Егор не видит, кроме себя никого! - прошептала она. -Внутри меня чувство того, что ты скрываешь от меня чего-то растет в геометрической прогрессии, - почесав бровь, а затем, на ощупь сжимая Полину ладонь, которая показалась мне очень холодной, скорее даже ледяной, я повернул голову влево, оглядывая совершенно необитаемый сегодня офисный центр. -Не рассказала, - тихо ответила девушка. -Он ищет деньги Дениса, - быстро переводя взгляд на неё, боясь потока слез после воспоминаний о погибшем муже, но Поля держалась стойко и даже ни разу не хлюпнула носом, я выдохнул. Не сразу поняв, что ответ на мой вопрос уже прозвучал, я думал, что делать дальше. Естественно, нужно узнать об этом больше, но не сейчас. -Поль, давай мы сейчас либо поменяемся местами, либо вообще пересядем в мою машину, м? - с осторожностью спросил я. Нам нужно поговорить. Сейчас я искренне не понимал, почему она раньше не сделала этого. - Михеев здесь? - получив отрицательный кивок головой от Пелагеи , я без слов вытащил ключ зажигания, дотягиваясь до ручки двери с Полиной стороны, приоткрывая её. Поджав губы, она с опущенной головой, словно на казнь, прошагала в сторону моего автомобиля. Я как-то облегчено выдохнул, проследив за тем, как она опустилась на пассажирское переднее сиденье. Поставив её машину на сигнализацию, я направился в сторону своей. -Куда мы едем? - когда я свернул в сторону набережной, где и хотел поговорить с ней. Пелагея спешно переглянулась со мной. Подождите, она боится? Я, однозначно, уловил страх в глазах Хановой. Оставив вопрос без ответа, я продолжил смотреть прямо на дорогу. -Набережная, - по приезду к месту назначения, я вышел из машины, помогая Пелагее вылезти. Доверчиво протянув руку мне в ответ, Пелагея вышла. Она сразу же попыталась расцепить наши пальцы, но я остановил её действия, прижимая ближе к себе. Я не понимал, почему настроение Поли резко ухудшилось, хотя, наверное, это было очевидно. Если Егор такой подонок и думает лишь о себе, то я намерен бороться. До конца бороться. У меня даже сейчас в голове складывался некий план действий на будущее. И самым главным пунктом в нем являлось - вылечить малышку Лию. Мы молча шли по тротуару, все дальше и дальше отдаляясь от машины. Замечая лавочку, скрывшуюся под густой кроной березы, Пелагея потянула меня туда за руку. И когда мы сели на деревянную поверхность, а Поля уложила голову на моё плечо, я понял: мне в этой жизни никого, кроме неё не нужно. Поглаживая Полины пальцы левой руки , покоившейся на моем колене, я то и дело задевал обручальное кольцо. Девушка прикрыла глаза, размерено дыша, и, подняв раскрытую ладонь, принялась поглаживать меня по груди. -Если я начну свой рассказ сегодня, то вероятность того, что мы здесь заночуем будет уж очень большая, - усмехнувшись ей в ответ, я кивнул головой, таким жестом говоря о том, что готов выслушать её до конца сколько бы не длился её рассказ. Слушая Пелагею, которая почти шептала мне на ухо свою историю, я очередной раз мысленно ругался на себя. Он шантажировал блондинку ребёнком и мамой, заставлял ложиться в одну постель, а все это из-за каких-то жалких денег, о которых она и сама слышит впервые. Моей злости не было предела, мне хотелось разобраться с Егором раз и навсегда, чтобы он даже пальцем не смел больше трогать моих девочек. Он ответит за свои грязные дела! -Только прошу тебя, - её взволнованный голос, вырвал меня из мыслей. Ханова взяла моё лицо в свои горячие руки, утыкаясь своим лбом в мой. -Я со всем разберусь сама! Ты не должен пострадать из-за меня, Дима, не лезь туда. Обещай мне, что не будешь заниматься самодеятельностью! - её голос стал громче. Тем временем, я скрестил два пальца за спиной. Конечно, я пообещаю тебе это, но ни за что не оставлю одну в этой войне. Подавая ей руку, утягивая в сторону парапета, я поставил девушку перед собой, целуя в светлую макушку. Поля прижималась спиной ближе ко мне, а я лишь желал, чтобы сегодняшний день никогда не кончался. Сдавалось мне, что таких спокойных совместных дней в ближайшее время у нас не будет. Скоро случится что-то грандиозное, откуда я знаю? Я сам собираюсь "это" провернуть, сам собираюсь отнять раз и навсегда Пелагею у Михеева. Правда пока "это" для меня самого является полнейшей загадкой. За предшествующую ночь я должен продумать все свои действия, чем раньше я вытяну Ханову из лап Егора, тем раньше мы будем все счастливы. А нужно ли ей это? Что я могу дать ей пустую двушку на окраине Москвы и какую-то любовь, когда Егор может осыпать её бриллиантами каждый день? Я со своими мыслями не заметил того, как блондинка развернулась ко мне лицом, обнимая за пресс, рассматривая мое лицо. -Мне так хорошо с тобой. Я уже не верила, что мы сможем увидеться так скоро, -не думала, что ты согласишься встретиться со мной сегодня, да и вообще, хорошо, если не пропал бы на следущий день, - по щекам Пелагеи начали скатываться слезы. А мне стало бесконечно больно из-за её состояния. Мы не сказали друг другу ещё всего, что чувствовали, что я хотел от неё услышать и добавить тоже самое в ответ, но, видимо, ещё слишком рано. -Знаешь, что, - "ловя" пальцами слезы со щёк девушки. -Мы победим! Но раз я дал тебе обещание, тогда дай мне и ты! Пелагея, твои секреты могут быть и моими, можешь полностью доверять мне, как самому близкому другу! - она хотела возразить, но я не дал ей этого сделать, резко обняв блондинку, отчего Пелагея ахнула. -А ещё мне очень не нравится твоё кольцо, разреши? - снимая руки Хановой со своей шеи, я указал на её безымянный палец, с которого тут же девушка сняла золотое колечко, отдавая мне. Встав на бордюр, я размахнулся и отправил "символ брака" на дно Москвы-реки, затем, оборачиваясь к Поле. Именно по её счастливой улыбке я понял, что делаю все правильно.