Игра Небес

— Бля, а что вчера случилось-то? — хрипя, спросил Занзас, протирая глаза. Даже он впервые в жизни так набухался. Рядом лежала жена, вся красная от алкоголя. Где-то в укромном уголке на пуфике спали в обнимку Юни и Бьякуран, они не пили, поскольку бывшей аркобалено надо рожать через шесть месяцев. Варийский мусор валялся кто где: Бел и Маммон под столом, Скуало на столе, пидорский мусор, или Луссурия, валялся на мини-сцене, где стоял алтарь, а Леви валялся на сломанной ветке дерева.       Хранители Савады валялись в обнимку с алкоголем, а некоторые друг с другом, как И-пин и Фуута, или Хром и Чикуса лежали на Джошиме, тот, кажется, был даже не против подобного — вряд ли он вообще чувствовал хоть какую-то тяжесть.  — Кфу-фу-фу, а давайте глянем запись! — улыбнулся Рокудо. После его слов все моментально встали, сначала ища воду, а затем зло смотря на иллюзиониста. — Показывай! — хором сказали господа-алкоголики-на-свадьбе.

***

Несколькими часами ранее — Тсуна-нии! — в комнату вбежали сразу две девушки, прыгнув на спящую Приму. Та с грохотом полетела вниз, прихватив с собой виновниц. Больно стукнувшись головой, она всё-таки проснулась. Наги и И-пин невинно смотрели на Первую, слегка испуганным взглядом, ожидая действий босса. Тсунаёши невнятно проматерилась, почесав затылок, поверив, что там не осталось шишки. — Походу, у меня отказали почки, — прохрипела Савада, над головой которой кружились птички. Она была не в состояние подняться, дабы элементарно отчитать подчинённых о глупых выходках, самая глупая — это разбудить её в законный выходной, в день свадьбы сестры. — Тсуна-нии, там Вария приехала! — Тсуна моментально извернулась на полу, спихнув хранительниц с себя, и молниеносно оделась. Первая буквально собралась за минуту, словно в армии, на полной боевой готовности. — Юни ещё спит? — поинтересовалась Савада. Наличие Варии её совсем не радовало. — Да, Юни-сан ещё спит, думаю, её сейчас даже танком не поднимешь, — нервно хихикнула Наги. Докуро прекрасно помнила, что вчера Неро-младшая сильно вымоталась, бегая по больницам и клиникам, избегая встреч с разными мафиози. Джиглио Неро не хотели, чтобы хоть одна живая душа узнала о том, что они беременна, но так как беременность протекала тяжело, то положиться только на личного врача с пламенем солнца никто не мог. — Отлично, значит, я по-быстрому разберусь с Варией, а после залягу спать, — сама себе дала установку Тсуна, надевая маску: вернуть былую красоту она так и не смогла, да и, по всей видимости, оно ей и не надо. Пусть Бьякуран и предлагал ей помощь в этом деле, она отказывалась, убирать эти шрамы. Это напоминание о её глупости, пять лет назад. Но глупость, о которой она не жалела, ведь спасла друга. — Никто не имеет права портить свадьбу принцессы.       Шатенка быстро оказалась в холле. Первая пристально осмотрела группу элитных убийц, что прибыли в их особняк. Как они узнали об этом месте, да и тем более что им надо, Тсуна не знала. Прима быстро вошла в режим «Fiamma», дабы посмотреть их пламя. «Они спокойны, это хорошо, но их присутствие меня напрягает», — Тсуна поежилась, неохотно спустившись с лестницы, под тяжелым взглядом варийцев. — Идёмте выйдем, — приказным тоном сказала Тсуна. Словно, если её не послушаться, то ты умрёшь в муках. Даже ленивый Занзас, который сам мог убить тебя за малейший шорох, подчинился. Это был нонсенс! — Что вы забыли в особняке Джиглио Неро, Вария? — ледяным тоном спросила Первая. Она старалась держать голос уверенным, поскольку в режиме он сильно хрипел, да и говорить слишком трудно, когда пересохло горло.       Её интересовала причина появления убийц в особняке. Что и как — не суть, сама причина. Насколько она знала, Вария не смогла уйти от нынешнего десятого, чей титул вошёл в силу, сразу после смерти Ноно. Даже если шатенка не любила старика, все равно некая досада и даже тоска больно колола сердце, каждый раз от воспоминаний. — Ши-ши-ши, что за тон, Савада? Растопи свой лёд в голосе, не доросла ещё так говорить — грозно произнёс Бельфегор, облизнувшись. Даже под чёлкой, не видя его глаз, Тсуна знала, что он зол. Видимо, весь отряд не в духе. Больше её пугало молчание капитана Варии и Занзаса. — Как вы узнали? — шипела Прима, чтобы не перейти на крик и не поднять своих хранителей на уши. Она не ожидала, что её так просто раскроют, за пять лет Савада сильно изменилась. — Твой взгляд тебя выдаёт, мусор, — ответил в своей привычке Скайрини, изучая шатенку. Мысленно, Занзас поставил галочку около пункта «похорошела». Больше Прима не напоминала угловатого подростка в неподходящей ей по возрасту одежде. Он увидел, что перед ним стоит сильная и независимая женщина со своими достатками и прелестями. — А может, вы все перестанете меня пламенем проверять, а? Это знаете ли не очень приятно, Вария. Так что вас сюда привело? — более спокойно произнесла Тсуна, расслабившись. Интуиция не говорила об угрозе, значит злится не было смысла. — Твоя идиотская свадьба, — рыкнул тихо и грозно красноглазый. — Этот беловолосый мусор нас пригласил. — Бьяку-сан? — изумилась Тсуна, не понимая происходящего. Занзаса покорёжило от подобного прозвища. Его бесило, что… Что-то, в общем-то, в этом его бесило. А вот Тсунаёши не могла предположить, что Джессо пригласил Варию, но с какой целью?! — Он самый. Тем более я жду от тебя ответа, — жестко произнёс Скайрини, словно от ответа зависела его жизнь. — На что? — округлила глаза Савада, не понимая происходящего. Она ведь пять лет с ним не виделась, так что он от неё хочет? Или может… Но ведь это просто сны, так? — Ты и сама знаешь, — брюнет стоял почти вплотную к ней. Первая чувствовала его обжигающее дыхание. Тсуна покраснела, испытывая совсем не дружеские чувства. Она помнила свои сны, пока лежала в коме, вот только сны ли это были? А может она и вправду говорила с Занзасом во снах? Бред или нет? — Mi vuoi sposare? * — тяжело вздохнула Тсуна, прошептав это Занзасу на ухо. Босс опешил, вся Вария опешила и поспешила ретироваться в холл, дабы не мешать эти «голубкам». Савада даже и не знала, что так легко можно ввести грозного и страшного босса Варии в краску. «А он милый, когда краснеет, — пронеслась мысль в голове Примы, — я это знаю, поэтому его так люблю», — Ты ведь часто приходил меня навещать, не так ли? — Было дело… — неохотно согласился Занзас, чувствуя, как впервые за 30 лет предательски краснеет. Но это совсем не заметно с его смуглой кожей, лишь ушки вздрогнули. — Я полагаю, что слова тут не нужны, — обвив своими тонкими руками шею мужчины, прошептала Савада. — Но если тебе интересно, то я все ещё люблю тебя, как и шесть лет тому назад, — улыбнулась Тсуна.       Да, она всё прекрасно помнила. Когда лежала в коме, то видела встречи с Занзасом. Они болтали на разные темы, пытаясь лучше друг друга узнать. Ей нравились эти сны, не хотелось просыпаться, уходить из этого мёртвого мира. Тсунаёши отчётливо запомнила тот последний сон, когда он пришёл к ней весь в слезах. Не как босс элитного отряда убийц, не как злой и кровавый командир психопатов, а как влюблённый человек, что теряет нечто ценное. Скайрини повалил её на землю, просто смотря в упор в глаза, не желая отпускать. Те слова, что он произнёс, разбудили её: «Мелкая, проснись, ты мне нужна! Проснись и выйди за меня замуж». Занзас произнёс это Тсуне на ухо нежно и шёпотом, а после этого поцеловал.       Каково было удивление Тсуны, когда она узнала, что Бермуда и Бьякуран перемешали его в её сны, дабы ей не было скучно, а также отслеживая её состояние. Можно, так сказать, помогли проснуться. От своих же мыслей, она покраснела, даже отвернулась от Скайрини, чтобы тот ничего не видел. — Эй, ты чего, мелкая? — он приобнял девушку, дав той уткнуться в ткань рубашки. Всё же проявлять для него нежность был сверх сил. Великий и могучий Занзас не должен быть добрым к какой-то девчонке. Но любовь штука едка и вредная, ради тех кого мы любим, мы стараемся быть нежными и добрыми, чуточку ревнивыми, местами игривыми, а иногда сильными. Занзас пытался как-то показать свою, любовь, что было в новинку для него. Он не знал, да и не умел быть добрым, хотя помнил, как дедан его обнимал в знак любви. — Знаешь, я не ожидала, что такой как ты станет проявлять чувства, как же ты до этого докатился? — всхлипнула Первая, сама не понимая причины слёз. Тсуна отдавала себе отчёт в том, что счастью утекает сквозь пальцы, но не хотела это признавать. — Так твой ответ, нет? — Тсуна на него посмотрела «а-ля, ты тупой?». Страдальчески охнув, она, слегка дрожа, понимая что может совершить ошибку, нежно поцеловала Занзаса. — Нет, мой ответ «да», но псих из меня покруче Бельфегора, так что потом не жалуйся!       На картину новоиспечённых жениха и невесты смотрел Скуало, тихо про себя матерясь. Он не хотел понимать отношения между двадцати двух летней женщиной и тридцати двух летним мужиком. — Я и не думал, что наш босс может быть таким нюней, — скучающе произнёс принц-потрошитель, облокотившись на Суперби. Тот раздражённо спихнул наглого блондина, пнув на последок. — Ебать блять, как такое вообще могло произойти? Врой, остановите планету, я сойду. — Я с тобой. Наш босс, да ещё и предложение сделал, волшебство, — протянул Бельфегор. Он категорически не понимал отношений этих двух ненормальных. А так же точно знал, что если эти двое всё же поженятся, то ребёнок у них родиться исчадием Ада. Такой маленький и злой карапуз, что будет всех унижать, а потом как мать сжигать в агонии кристального пламени неба. — Я не хочу даже думать, что эти двое смогут иметь ребёнка, — тихо проскулил капитан. — Не каркай! — шикнул Бельфегор.

***

Спустя три часа. — Принцесса, подъём! Бьяку-сан скоро приедет! — Тсуна одним рывком стащила одеяло с Неро-младшей. — Тсуна, бука, дай поспать, — невеста перевернулась на другой бок и согнулась калачиком на сколько позволял живот третьего месяца. — А ну подъём! — Савада хищно улыбнулась и принялась щекотать ступни сестре. Та мигом залилась смехом, катаясь на кровати, как сумасшедшая. На громкий и заливистый смех сестёр прибежали Гамма и Хаято. Застав такую картину, они впали в каплю. — Прима? — Ой, — Тсуна вытерла глаза от слёз, что проступил от смеха. — Привет ребятки, хотите новость? — они только попытались что-то сказать, как Первая наигранно нахмурилась. — Хотя, молчите. Лучше, всех соберите в комнате принцессы, я всем скажу, — вдогонку уходящим парня она крикнула строго и угрожающе: — Варию внизу не трогать, это приказ.       Через десять минут все собрались в комнате Юни, дабы услышать новости от боссов семьи. Тсуна нервно хихикала, сдерживая приступы смеха рукой, Юни улыбалась от недавней сцены пробуждения, а охеревающие хранители сидели и тупо пялились на девушек. — И так, у нас две новости. — Обе хорошие? — спросила Хроме, вцепившись в рукав рубашки Чикусы, тот лишь невнятно хмыкнул. — Кфу-фу-фу, уверен что просто голубесные, — улыбнулся Рокудо. — Ах ты же вредина, Мукуро, — Тсуна запульнула в хранителя туфель. Вообще, на закидоны босса многие перестали обращать внимание. Прима стала часто бросаться в Мукуро инородными предметами, дабы тот заткнулся. Что-что, а шатенку он всё же довёл. — Снова в окно подглядывал, засранец? Ну, погоди, закуплю стаканчиков и буду на тебе тренировать меткость. — Из сервиза будущего муженька? — Тсуна снова запульнула в него туфлей, но промахнулась, досадливо цыкнув. А Мукуро победно усмехнулся, крякнув: — Заряды закончились, босс. — Тс, всё-то ты знаешь, Рокудо. Да, первая новость о том, что я тоже выхожу замуж. — ЧТО? — опешили все хранители. Юни это предвидела, но лёгкое удивление всё же испытала. Хроме молниеносно взяла трезубец, Мукуро сделал аналогично, Хаято достал бомбы, а И-пин — сюрикены. С грозным видом, их окутала чёрная аура. — Успокойтесь, незачем его убивать, — крикнула Тсуна, уже представляя, как беднягу Занзаса пытаются кастрировать «цветочные». Картина маслом, однако! — Сорелла, может, уже скажешь им? — хихикнула Юни, понимая, что сейчас у них лица будут, как на картине «Крик» Эдварда Мунка. — Мне сделал предложение Занзас. — Кфу-фу-фу, я же говорю, один сервиз на двоих! — и снова он увернулся, только не от обуви, а от вазы, что босс успела схватить со стола. У хранителей был такие лица, какие и предполагала увидеть Юни. — Снова мимо, Тсунаёши. — Ничего, я до тебя доберусь ананас хохлатый, хотела бы- Х-банером сожгла, — фыркнула Первая. — А вторая новость? — поинтересовался Ламбо, впервые в жизни сидя смирно на стуле, явно понимая, что Тсуну лучше не злить. — У Юни будет девочка! — радостно сказала Тсуна, хлопнув сестру по плечу. Все восторженно начали поздравлять будущую маму. В этот момент в комнате появился нарядный Бьякуран. — Дорогая, всё готово к церемонии, — он лучезарно улыбнулся и кинул два платья: одно Саваде, другое Юни. — Одевайтесь, через пятнадцать минут венчание, — Джессо усмехнулся и под непонимающие взгляды хранителей, он вывел всех, чтобы позволить сестрам переодеться.