After 3

Песни к главе: Taylor Swift - Red Sleeping At Last - Turning Page The Fray - Fall Away *** POV Тесса — Ты в порядке? — Лиам спрашивает меня, как только мы с Гарри поднимаемся в квартиру. Обстановка становиться все более неловкой и напряженной. — Да, — вру я. Я опустошена, запутана, зла и измучена. Прошло всего лишь пару часов, как мы приехали в Пулман, но я уже готова вернуться обратно в Сиэтл. — Тесси, я не хотел, чтобы так получилось, — мой отец идет за мной на кухню. Мне нужен стакан воды, моя голова раскалывается. — Я не хочу говорить об этом, — я открываю кран, и терпеливо жду, пока стакан наполнится водой. — Я думаю, мы должны, по крайней мере, поговорить... — Пожалуйста, — я поворачиваюсь лицом к нему. Я не хочу разговаривать об этом. Я не хочу услышать ужасную правду, скрытую под ложью. Единственное, что я хочу - вернуть те ушедшие чувства, когда я хотела возобновить отношения с ним, которых у меня никогда не было, когда я была ребенком. Я знаю, что у Гарри не было причины врать мне о зависимости отца. Возможно, встреча с ним - это была ошибка? — Тесси, — мой отец умоляет. — Она сказала, что не хочет говорить об этом, — говорит Гарри, стоя в дверях. Он проходит дальше в кухню, становясь между моим отцом и мной. Я благодарна ему за вторжение сейчас. Но я немного беспокоюсь, потому что он очень тяжело дышит и его грудь быстро поднимается и опускается. Я рада, что мой отец все же оставляет меня одну с Гарри на кухне. — Спасибо, — я поворачиваюсь к раковине и набираю новый стакан воды. — Я не должен был позволять тебе приезжать сюда. Я знал, что это случится, — волнение появляется на его лице, и он не пытается скрыть это. Он потирает вески пальцами, тяжело вздыхая. — Я в порядке. — Ты всегда говоришь это. — Потому что я всегда должна быть в порядке. В противном случае, когда случится следующая катастрофа, я не буду готова к этому, — адреналин был во мне лишь минуту назад, но сразу же исчез вместе с надеждой. Кто знал, что такое может произойти в этот уик-энд. Но я не жалею, что приехала сюда. Я очень скучала по Лиаму и я хотела вернуть себе свою электронную книгу, письмо и браслет. Мое сердце все еще болит из-за письма. Не может быть, что какая-то вещь значит для меня так много, но письмо - да. Это был первый раз, когда Гарри был так искренен ко мне, не был закрыт, не было секретов из его прошлого. Все карты были раскрыты, и мне не приходилось вынуждать его что-то рассказывать мне. Те чувства, которые он вложил в это письмо, и его руки, которые дрожали, когда он писал его, всегда будут в моей голове. Я не расстроена из-за Гарри. Я бы не хотела, чтобы он разорвал письмо, но я знаю его темперамент и я единственная, кто виновата в этом, потому что сама же оставила его здесь. Я не позволю себе больше накручивать себя, хотя мне по-прежнему больно думать об этих порванных мелких обрывках бумаги, которые все еще лежат на полу. — Я ненавижу, что ты себя так чувствуешь, — быстро говорит Гарри. — Я тоже, — соглашаюсь я. Паника на его лице заставляет меня продолжить, — это не твоя вина. — Конечно моя, черт возьми, — он запускает руку в свои волосы, — я единственный, кто разрушил это чертово письмо. Я привез тебя сюда, и я думал, что смогу скрыть о тебя зависимость отца. Я думал, этот мудак свалит отсюда навсегда, когда я отдал ему свои часы взамен на деньги, которые должен твой отец. Я смотрю на Гарри, который сейчас такой признательный и я хочу обнять его. Он отдал то, что принадлежит ему, даже, несмотря на то, что утверждал, что эти часы для него ничего не значат. Он отдал их в попытке вытащить отца из ямы, которую тот выкопал сам для себя. Боже, я люблю его. — Я так рада, что у меня есть ты, — я говорю ему. Его плечи расправляются, он быстро поднимает голову, смотря на меня. — Я до сих пор не знаю почему. Я причина почти всех катастроф в твоей жизни. — Нет, я тоже в какой-то степени виновата, — я уверяю его. Я хочу, чтобы он думал о себе так же, как думаю о нем я. — Ты врешь, — он смотрит на меня с блеском в глазах, — но я приму это. Мы стоим в тишине. Я смотрю на пустые стены, и мою голову заполняют сотни мыслей одновременно. — Я все еще в шоке, что ты побежала за тем ебанным мудаком, — Гарри ругает меня. Я знала, что он не оставит это в покое. И я так же знала, что он побежит за мной, после того как я погналась за Чадом. О чем, черт возьми, я думала? Я думала о том, что часы, которые Гарри получил в качестве подарка, станут началом отношений между Гарри и его отцом. Он сказал, что он ненавидит эти часы, и он отказывался носить их, утверждая, что это было бы возмутительным. Гарри не заметил, когда я вошла в спальню, продолжая смотреть на предмет в коробке, в его руках, внимательно рассматривая. Выражение его лица было неопределенным, когда он пересек комнату и небрежно положил это обратно в черную коробку. — Адреналин правил мной, — я пожимаю плечами, пытаясь унять нервную дрожь от воспоминаний, когда я пыталась догнать того человека. У меня было плохое чувство о Гарри, что он выкинет моего отца из квартиры в первый же день, когда мы встретили его, но я была не права. Он даже позволил ему вернуться в квартиру и пожить здесь. Даже в самых моих худших снах, я никогда даже не подумала бы, что увижу здесь мужчину торгующего наркотиками и носящего часы Гарри. Это было то, что Гарри назвал: "Я позабочусь обо всем, и ты не будешь беспокоиться об этом". Если бы я просто оставила свой зад в квартире; я, может быть, осталась в неведении всей этой ситуации. И я все еще могла бы видеть отца в приличном свете. Гарри идет на кухню, и я следую за ним. — Ну, мне вообще похер на твой адреналин, — фыркает Гарри, смотря на холодильник сзади меня. — Может, посмотрим следующий фильм? — Голос отца звучит из соседней комнаты. Я в панике смотрю на Гарри, и он открывает свой рот, чтобы ответить мне. — Через минуту, — его голос звучит сурово. Он зол. Он смотрит вниз на меня, его плечи быстро поднимаются и опускаются. — Ты не должна идти туда, фальшиво улыбаться и разговаривать с ними, если ты не хочешь. На их месте, я бы не стал, говорить тебе какое ни будь дерьмо об этом. Идея - смотреть фильм с моим отцом не звучит хорошо, но я не хочу, чтобы между нами была неловкость, и чтобы Лиам ушел прямо сейчас. — Я знаю, — говорю я. — Тогда иди в комнату, я буду через минуту, — он кивает головой. — Хорошо, можешь сделать немного попкорна? — Я улыбаюсь, смотря на него. Стараюсь, чтобы он поверил мне, что у меня все в порядке, что мое сердце не болит, и ладони не потеют от нервов. — Хорошо, — игривая улыбка появляется на его лице, когда он обнимает меня за талию и ведет из кухни, — а теперь иди. Когда я вхожу в гостиную, мой отец сидит на диване в своей обычной позе; Лиам стоит рядом, смотря на кирпичную стену. Руки моего отца лежат на коленях, он теребит, свои пальцы, тяжело вздыхая. Моя мама говорила, что это была его привычка. Теперь я знаю, от кого у меня это. Отец поднимает на меня свои глаза, и я немного вздрагиваю от того, какие они черные. Правда ли мой отец принимает наркотики? Если да, то, как много и какие? Я знаю о наркотиках из-за просмотра пары серий Интервенции с Гарри. Я съежилась и закрыла глаза, представляя, как он будет вводить укол себе в вену. Я едва могла стоять; он разрушает сам себя изнутри и других вокруг него. Гарри пошел у него на поводу не чувствуя жалости к "чертовому наркоману". Действительно ли мой отец такой? — Я пойму, если ты захочешь, чтобы я ушел, — голос отца звучит по-другому. Он выглядит таким тихим, слабым и разбитым. Я краснею. — Нет, все в порядке, — быстро произношу я и сажусь на пол, дожидаясь пока Гарри, присоединится к нам. Я слышу, как что-то трещит, и сразу же чувствую запах попкорна, который разносится по всей квартире. — Я расскажу тебе все, что ты хочешь знать... — Все в порядке, правда, — я подтверждаю свои слова улыбкой. Где Гарри? Я только подумала о нем и уже секунду спустя он входит в гостиную, держа тарелку с попкорном в одной руке и мой стакан воды в другой. Он садится рядом со мной на пол и ставит попкорн мне на колени. — Он немного подгорел, но есть можно, — говорит он. Он поднимает свои глаза на телевизор и обнимает мою талию своей рукой. Я не думаю, что я способна обнимать кого-то кроме него сегодня. Попкорн очень вкусный и маслянистый. Гарри смотрит на меня, когда я передаю тарелку с попкорном отцу и Лиаму. — Какое дерьмо мы смотрим сейчас? — Спрашивает Гарри. — Неспящие в Сиэтле? — Отвечаю я, усмехаясь. — Серьезно? — Он иронично закатывает глаза, и я не могу не быть довольной. — Это милый фильм, — я защищаюсь. — Конечно, — он смотрит на меня, но его глаза не задерживаются на мне долго как обычно. Он использует свой свитер, чтобы вытереть пальцы от попкорна. Я сдерживаю себя, чтобы не отругать его за это. — Что-то не так? Этот фильм не так уж и плох, — я шепчу ему. Мой отец доел последний кусок пиццы и наконец-то убрал коробку с дивана так, чтобы Лиам смог сесть обратно на свое место. — Нет, — он все еще не смотрит на меня. Я не хочу, чтобы он загружал себя по поводу отца. Фильм расслабляет меня, и я позволяю себе смеяться вместе с отцом и Лиамом. Гарри смотрит на экран, но его лицо абсолютно отстраненное. Я хочу узнать, что его беспокоит, и тогда мы смогли бы решить это, но я знаю, что лучше оставить его в покое сейчас. Я подгибаю колени и прижимаюсь к его груди, оборачивая рукой его торс. Он удивляет меня: притягивает ближе к себе и нежно целует меня в волосы. — Я люблю тебя, — шепчет он. На секунду я подумала, что мне послышалось, но когда я поворачиваю голову, тут же вижу его зеленые глаза. — Я люблю тебя, - мягко отвечаю я. Еще пару секунд смотрю на него, в который раз, думая какой он красивый. Он сводит меня с ума, так же как и я его, но он любит меня и его спокойное поведение сегодня вечером еще одно доказательство этого. Тяжелый стук в дверь заставляет меня немного привстать. Он смотрит в сторону двери, затем нежно отодвигает меня от себя на небольшое расстояние, чтобы он мог встать. Я изучаю его лицо. Он не выглядит злым или шокированным. Он выглядит... Беспокойным? — Не вставай, — говорит он мне. Я не спорю. Я не хочу видеть лицо Чада снова. — Мы должны позвонить в полицию, в противном случае, он не перестанет приходить сюда, — когда я в панике смотрю на отца и Лиама, они уже оба спят. На экране телевизора высветилось меню. Значит, я заснула, сама не заметив этого. — Нет, — сказал Гарри. Я все еще сижу на полу, когда Гарри идет к двери. Что, если Чад не один? Что, если он что-то сделает Гарри? Я поднимаюсь с колен, чтобы разбудить отца. Едва я успеваю встать, я слышу тяжелый стук каблуков по полу. Я поворачиваю свою голову и вижу мою мать, в красном платье, с завитыми волосами и с красной помадой на губах. Ее голова поворачивается, и она встречается со мной глазами. — Что ты... — Я начинаю. Я смотрю на Гарри. Он спокоен... Очень спокоен. Он позволяет ей пройти мимо него и встать прямо передо мной. — Ты позвонил ей? — Мой голос звучит слишком громко. Гарри смотрит мимо меня. Как он мог позвонить ей? Он знает, что из себя представляет моя мать. Почему он впутывает ее сюда? — Ты не должна была игнорировать мои звонки, Тереза, — говорит она, — а теперь я нахожу твоего отца здесь! В этой квартире, и он на наркотиках! — Она настроена убивать. Ее красный маникюр впивается в руку моего спящего отца, и она скидывает его на пол. — Вставай, Ричард! — Кричит она. Я прекрасно слышу злость в ее голосе. Мой отец стонет, и пытается встать, помогая себе трясущимися руками. Он поднимает голову и смотрит на женщину стоящую перед ним. Он часто моргает и поднимается с колен. — Кэрол? — Его голос звучит неуверенно. — Как тебе не стыдно! — Она машет своей рукой перед его лицом, он шагает назад и падает на диван. Он выглядит ужасно, но я не виню его. Лиам встает с кресла, смотря на отчаянное выражение лица моего отца. — Тереза, иди в свою комнату, — требует она. Что? — Нет, я не пойду, — я смотрю на нее. Почему Гарри позвонил ей? Все было в порядке, до этого момента. — Она уже не ребенок, Кэрол, — мой отец защищает меня. Лицо моей матери красное от злости. Я знаю, что сейчас что-то произойдет. — Тебе не стыдно говорить так, как - будто ты знаешь ее! Потому что это совсем не так! — Я пытаюсь наверстать потерянное время, — мой отец говорит достаточно уверенно для человека, который только что был разбужен его бывшей женой, которая кричала на него. Есть что-то в голосе моего отца, что-то в его тоне, потому что он подходит все ближе к моей матери. — Потерянное время? Ты не должен наверстывать потерянное время! Теперь, я слышала, ты принимаешь наркотики? — Уже нет! — Он кричит на нее. Я хочу встать за Гарри, но сейчас я не могу понять, на чей он стороне. Глаза Лиама сфокусированы на мне, а глаза Гарри на моем отце и матери. — Хочешь уйти? — Лиам быстро пересекает комнату и встает рядом со мной. Я трясу головой, молча благодаря его, что он стоит рядом. — Уже нет? Уже нет! — Она топает ногой, и звук каблука разносится по комнате. — Да! Посмотри, я не идеален, хорошо? — Он резко поднимает руку, проводит рукой по коротким волосам, и я вздрагиваю. — Не идеален! Хах! — Смеется она. Я не знаю, как я чувствую себя, наблюдая за родителями, которые кричат друг на друга, — не идеален, хорошо. Но употреблять наркотики и призывать ее делать то же самое - это прискорбно! — Я не призываю делать ее это! Я просто пытаюсь восстановить пропущенное время с ней! — Нет! Ты не пытаешься! Ты просто пытаешься запутать ее жизнь своим присутствием! Она и так уже достаточно сломала свою жизнь! — Она не сломала свою жизнь, — встревает Гарри. Моя мать сверкает глазами на него, потом опять возвращает свое внимание на отца. — Это твоя вина, Ричард Янг! Это все из-за тебя! Если бы не ты, она бы не была в отношениях с этим парнем! — Она машет рукой в сторону Гарри. — У нее никогда не было примера, как мужчина должен вести себя с женщиной! Поэтому она сейчас здесь с ним! Вне брака, в этой квартире, и бог знает, что он вообще сделал с ней! Он наверняка принимал наркотики вместе с тобой! — Я ненавижу выбор слов моей матери. Гарри пересекает комнату и становится за мной. Я знаю, что он не позволит мне влезть в их разговор. — Это не правда, Кэрол. Он хороший парень, он любит ее больше всего на свете и я свидетель этого! — Мой отец защищает его. Моя мать скрещивает руки и я, кажется, знаю, что будет дальше. — Как тебе не стыдно защищать его! После всего этого, — она машет руками, — это из-за него! Она должна быть в Сиэтле сейчас и создать себе будущее, найти себе подходящего мужчину... Я больше не хочу слушать ее. Больше всего мне обидно за Лиама, который уже давно ушел в спальню, чтоб оставить нас одних. И за Гарри, который снова слышит это от моей матери. — Она живет в Сиэтле. Она здесь, чтобы проведать своего отца. Я сказал тебе это по телефону, — громко говорит он, чтобы перекричать мою мать. Его голос такой звонкий, что я немного вздрагиваю. — Не думай, что если ты позвонил мне, то мы с тобой стали друзьями, — она рычит на Гарри. Он дергает меня за руку, и я озадаченно смотрю на него. Я даже не осознала, что я сделала шаг к ней, а Гарри остановил меня. — Как всегда осуждающая. Ты никогда не изменишься, ты та же женщина, что и была все те годы назад, — мой отец трясет головой. Я рада, что он на стороне Гарри. — Осуждающая? А ты знаешь, что этот парень, которого ты защищаешь, лишил девственности твою дочь на спор за деньги? — Голос моей матери холодный. Я не дышу, как - будто весь воздух в квартире просто исчез. — Это правда! Он рассказал это всему кампусу. Так что не надо защищать его передо мной, — шипит она. Глаза моего отца выглядят дикими сейчас, я могу видеть, как они становятся черными, когда он смотрит на Гарри. — Что? Это, правда? — Мой отец задыхается. — Это не важно! Мы уже прошли это, — я говорю ему. — Смотри, она нашла такого же, как и ты! Давай надеяться, что она не забеременеет от него и он не оставит ее из-за этого. Я больше не могу слушать это. Я не могу позволить, чтобы оба моих родителя втоптали Гарри в грязь. Это катастрофа. — И если не напоминать, что три недели назад, какой-то парень привез ее без сознания тоже из-за него, — она указывает на Гарри, — ах, да, друзья! У них тоже что-то было с ней. Напоминание о той ночи очень ранит меня, но не так, как то, что она впутывает в эту историю Гарри. Это была не его вина, и она знает это. — Сукин сын! — Мой отец произносит сквозь зубы. — Не надо, — Гарри останавливает его. Я, молча, молюсь, чтобы он послушал его. — Ты меня обманул! Я думал, что у тебя просто плохая репутация, татуировки и своенравное отношение к жизни. Я такой же, но ты использовал мою дочь! — Мой отец продолжает двигаться на Гарри, и я становлюсь перед ним. Моя голова больше ничего не соображает. — Остановитесь! Оба! — Я кричу. — Если вы хотите ругаться друг с другом, то это ваш выбор. Но не впутывайте сюда Гарри! Он позвонил тебе по причине, мама, но ты, же срываешься на него! Это его квартира, а не твоя. Так что вы оба уходите отсюда, черт возьми, — я хочу заплакать, но я сдерживаю себя. Моя мать и отец останавливаются и смотрят на меня. — Выбирайте то, что вы говорите или уходите. Мы будем в спальне, — я беру Гарри за руку и пытаюсь вывести его из комнаты. Он сомневается идти или нет со мной, но все же сжимает мою руку и идет вместе со мной. Гарри сильно сжимает мою руку, но мне не больно. Я все еще в шоке от прихода моей матери. Я закрываю за нами дверь, и голоса моих родителей стихают. Я чувствую, что как - будто мне снова девять лет. Такое чувство, что я ушла в свое укромное местечко в саду, где я не могла бы слышать ругань родителей. Гарри бьет кулаком в стену, и я вздрагиваю. — Я бы не хотела, чтобы ты звонил ей, — я возвращаюсь из своих воспоминаний и смотрю на Гарри. Лиам сидит на полу, пытаясь не обращать внимания на нас. — Ты нуждалась в ней, — говорит он. — Она сделала все только хуже. Она рассказал ему, что ты сделал. — Это имело смысл позвонить ей. Я пытался помочь тебе, — он убеждает меня. — Я знаю, — я все же соглашаюсь. Я бы хотела, чтобы он посоветовался со мной в первую очередь, но я знаю, что он просто хотел сделать все правильно. — Я был бы и так проклят ею. И не имеет значения, сделал я это, или нет, — он трясет головой и садится на кровать, — всегда будет что-то, что будет напоминать о том, что я сделал. Ты же знаешь это, — он смотрит на меня. Он расстроен. Я сама могу чувствовать это. — Нет, это не правда, — я вру. Если однажды у нас все получится, то мы пройдем через это, и тогда больше не будет напоминаний об этом. — Ты не устала от всего этого дерьма? Не устала от этой постоянной войны? Если бы ты просто отпустила меня, твоя жизнь была бы намного проще, — слова Гарри очень резкие, громкие и он четко выговаривает каждую букву. Он всегда делает это. Всегда пытается разрушить себя изнутри таким способом. Но в этот раз я не позволю этому случиться. — Хватит! Ты знаешь, что я не хочу проще, — я беру его лицо в свои руки и смотрю прямо ему в глаза. — Послушайте меня оба, — встревает Лиам. Гарри не смотрит на него, его взгляд полностью сфокусирован на мне. Сводный брат Гарри пересекает комнату и останавливается в паре метрах от нас. — Вы, ребята, больше не можете делать это снова. Гарри, ты не можешь позволить людям залезть в твою голову. Тесса - единственное, что важно, — советует Лиам. Гарри наконец-то смотрит на него. — И Тесс, — начинает он, — ты не должна чувствовать себя виноватой и убеждать его быть с тобой. Все, что происходит вокруг - должно быть единственным доказательством этого, — говорит Лиам. Я не уверена, слушает ли его Гарри, потому что он выглядит все таким же злым. — Тесса нуждается в твоей поддержке сейчас. Ее родители кричат друг на друга в соседней комнате. Так что будь здесь для нее. Не переводи стрелки на себя, — Лиам говорит своему сводному брату. Что-то в словах Лиама заставляет Гарри задуматься. Он трясет головой, и прислоняется своим лбом к моему. Я могу слышать, как его дыхание становиться реже с каждым вздохом. — Прости, — шепчет он. — Я иду домой сейчас, — Лиаму не комфортно находиться рядом с нами прямо сейчас, — я скажу маме, что вы приедете. Я отодвигаюсь от Гарри и подхожу к Лиаму, оборачивая руки вокруг его шеи. — Спасибо за все. Я рада, что ты был здесь, — я говорю ему в шею. Он крепко обнимает меня, в то время как Гарри отодвигает меня от него. Как только я отхожу от него, он сразу же выходит из комнаты. — О том, что сказал Лиам, — говорит Гарри, теребя низ своего свитера, — когда он сказал, что единственным голосом в моей голове должен быть твой голос... Я хочу, чтобы так было, — признается он, — я хочу этого чертовски сильно. Я позволил им забраться в мою голову... Стеф, Зейн... Теперь еще твоя мать и отец. — Мы пройдем через это. Мы сделаем это, — я обещаю ему. — Тереза, — голос моей матери звучит из-за двери, — Тереза, я вхожу, — дверь открывается на последнем слове, и я встаю за Гарри. — Мы должны поговорить об этом. Обо всем этом, — она смотрит то на меня, то на Гарри. Голова Гарри поворачивается, и он смотрит вниз на меня. Он вопросительно поднимает свои брови. — Я не думаю, что нам есть что обсуждать, — я говорю, все еще находясь за моей защитой. — Нет, нам есть что обсудить. Прости за мое поведение сегодня. Просто я потеряла голову, когда увидела твоего отца здесь после всех этих лет. Дай мне немного времени, чтобы объяснить тебе. Пожалуйста, — так незнакомо слышать "пожалуйста" от нее. Гарри отходит от меня, так что я теперь могу видеть ее, — я пойду, отмою это, — он указывает на свои окровавленные костяшки, затем покидает комнату. — Сядь, нам нужно многое обсудить, — он машет рукой, подходя к кровати.