After 3

(одна из самых эмоциональных глав. готовьте платочки. тонну платочков.) Песни к главе: The Script - Nothing Birdy - Skinny Love Coldplay - The Scientist Sia - Breathe Me *** POV Гарри - У вас трещина кости, - говорит доктор и поправляет свои очки, – Вы уверены, что сломали руку об стену? - он идиот? - По-английски, пожалуйста, - бормочу я. Я успокоился, но все равно меня бесит его допрос и жестокий взгляд. Работая в такой оживленной клинике в Лондоне, он конечно же встречался со случаями похуже моего, но он все равно пялится на меня при каждом удобном моменте... - У вас сломана рука, - говорит он протяжно, – Ваша рука сломана, и вам будет нужно походить с гипсом пару недель. Я дам вам рекомендации, чтобы унять боль, но вам надо будет подождать... Подождать, пока кость снова не срастется. Я не знаю что звучит более смешно: идея о том что я должен носить гипс, или то что он думает, что мне нужна помощь, чтобы справиться с болью. Таблетки ничем мне помогут; не помогут справиться с моей настоящей болью. Если только у них нет самоотверженной блондинки с серо-голубыми глазами. Через час моя рука и всё запястье было покрыто толстым гипсом. Я старался не смеяться над лицом старого дядьки, который спросил меня какого цвета оттенок я бы предпочел. Я помню как будучи совсем ребенком я хотел носить гипс, чтобы друзья подписывались на нем или нарисовали глупые картинки, но, к сожалению, тогда у меня не было друзей, пока я не нашел свое место с Марком и Джеймсом. Эти двое сейчас очень отличаются от тех подростков, которых я помню. Я имею ввиду, что Марк все такой же мудак; его мозг расплавился от всех этих препаратов. И ничего уже не сможет вернуть того Марка. Но изменения обоих парней очевидны. Джеймс помешан на какой-то мед-цыпочке, чего я никак не ожидал. Марк всё такой же безбашенный, живет без цели, не делает никаких выводов, но он стал мягче, более расслабленным; ему просто комфортно жить так, как есть сейчас. Я не знаю, что вызвало в них эти изменения, но учитывая мою нынешнюю ситуацию, я это не приветствую. Я ожидал увидеть тех же козлов, что и три года назад, но тех парней уже не найти. Да, конечно они до сих пор продают наркотики, больше чем это вообще возможно, но они уже не те злобные преступники какими я их знал три года назад. - Зайдите в аптеку, и все будет в порядке, - доктор бросает мне быстрый кивок и уходит оставляя меня одного в кабинете. - Блять, – я ударяю по столу. Зачем мне эта хуйня. Смогу ли я водить машину? Или писать? Твою мать, конечно нет. Мне все равно нечего писать. Все это дерьмо должно закончиться сейчас же. Я пытаюсь мыслить трезво, пытаюсь отвлечься от воспоминаний, в которые погружаюсь, стоит мне только расслабиться. Карма имеет меня как хочет, оправдывая свою стервозную репутацию, и продолжая издеваться когда я достаю телефон из кармана и вижу на экране имя Лиама. Я засовываю телефон обратно в джинсы, игнорируя звонок. Что я, блять, сделал...

***

POV Тесса - Как долго она будет в таком состоянии? - Лиам спрашивает кого-то. Все ведут себя так, будто я не слышу их, будто меня здесь даже нет, но я не возражаю. Я не хочу быть здесь; то чувство, ты здесь, чувствуешь себя невидимой одновременно. - Я не знаю. Она просто еще не отошла от шока, милый, - ласково отвечает Карен. Шок? Я не в шоке. - Мне следовало зайти внутрь вместе с ней! - у Лиама вырывается всхлип. Если бы я могла отвести взгляд от кремовых стен гостиной Стайлсов, я знаю, что увидела бы Лиама в объятиях Карен. - Она была там одна наедине с его телом почти час. Я думал, что она собирает свои вещи... Я позволил ей там сидеть с его мертвым телом целый час! Лиам так много плачет, и мне следовало бы его утешить; я знаю, что я должна и я бы сделала это, если бы могла. - Ох, Лиам, - Карэн тоже плачет. Кажется, что все вокруг плачут, кроме меня. Что со мной не так? - Это не твоя вина. Ты не мог знать, что он был там; ты не мог знать, что он бросил свою программу реабилитации. В какой-то момент среди приглушенных шепотов и сочувственных попыток переместить меня с пола; солнце зашло и попытки повторялись все реже; и наконец они прекратились, я оставлена в покое, в слишком большой гостиной, крепко прижимая колени к своей груди, не сводя глаз ни на миг со стены. Из торопливых приказов врачей и полицейских, я узнала, что мой отец был мертв. Я знала это, когда увидела его; когда я дотронулась до него, но они подтвердили это. Они сделали это официальным. Он умер от своих собственных рук, проталкивая иглу в свою вену. Мешки с героином найденные в кармане его джинсов, говорили о его намерениях на выходные. Его лицо такое бледное, что образ встающий у меня перед глазами походит больше на маску, чем на человеческое лицо. Он был один в квартире, когда это произошло, и он был мертв уже несколько часов, когда я наткнулась на его тело. Его жизнь вытекала из него, в то время как героин проникал внутрь через шприц, еще больше проклиная тот ад, замаскированный под квартиру. Это именно то, чем является это место - так же как это было с момента как я зашла внутрь этой квартиры. Книжные полки и кирпичные стены покрывали здешнее зло, милые детали прячущие проклятое место, маскируя то зло, на которое кажется указывала каждая проблема в моей жизни. Если бы я никогда не переступала через этот порог, у меня все было бы хорошо. У меня бы была моя честь; я бы не отдала ее человеку, который никогда не будет меня любить достаточно сильно, чтобы быть рядом со мной. У меня бы все еще была моя мать; это немного, но это все, что у меня осталось теперь от семьи. У меня бы было место, где жить, и я бы никогда не стала налаживать отношения с отцом, только чтобы найти его бездыханное тело на полу в ванной двумя месяцами позже. Я вполне осознаю в какое темное место. Меня тянут мои мысли, но у меня больше нет сил бороться. Я боролась за что-то, что считала всем в своей жизни, слишком чертовски долго и больше я не могу.

***

- Она вообще спала? - голос Кена тихий и осторожный. Солнце уже взошло, и я не могу найти ответа на его вопрос. Спала ли я? Я не помню, чтобы я засыпала или просыпалась, но это не кажется возможным чтобы прошла целая ночь, пока я сидела, уставившись на эту пустую стену. - Я не знаю, она вообще не двигалась с прошлой ночи, - грусть в голосе моего лучшего друга болезненна. - Ее мать звонила снова. Ты слышал что-нибудь от Гарри? - это имя исходящее из уст Кена убило бы меня... Не будь я уже мертва. - Нет, он не отвечает на мои звонки. Я звонил по номеру, который ты дал мне, но Энн тоже не отвечает. Я думаю они все еще на своем медовом месяце. Я не знаю, что делать, она такая... - Я знаю, - вздыхает Кен, - Ей просто нужно время. Это сильная травма для нее. Я все еще пытаюсь понять, что к черту случилось и почему меня не поставили в известность, когда он покинул пункт реабилитации. Я дал им четкие указания вместе с хорошей суммой денег, чтобы они звонили мне, если что-то случится. Я хочу сказать Кену и Лиаму перестать винить себя за ошибки моего отца. Если кто-то и виноват, то это я. Мне никогда не следовало ехать в Лондон. Мне следовало остаться здесь и присматривать за ним. Вместо этого я разбиралась с другой потерей на другом конце света, пока Ричард Янг боролся и проигрывал в битве со своими демонами. Один.

***

Голос Карен пробуждает меня, выводя из моего транса: - Тесса, пожалуйста, выпей воды. Прошло уже два дня, дорогая. Твоя мама уже едет, чтобы забрать тебя, милая. Надеюсь это хорошо? - человек, который в моем понимании больше является мне матерью, чем моя родная, тихо говорит со мной, пытаясь пробиться через мой транс. Я предпринимаю попытку кивнуть, но мое тело просто не отвечает. Я не знаю, что не так со мной. Я кричу, но меня будто никто не слышит. Может быть, я все-таки в шоке. Хотя шок—это не плохое место. Я бы хотела остаться здесь как можно дольше. Тут меньше боли. POV Гарри - Прошло два дня и эта херня уже чешется, - жалуюсь я тому, кто будет слушать. - Отстой, чувак. Зато в следующий раз ты не будешь дырявить стены? - спрашивает Марк с ухмылкой. - Будет, - Джеймс и Джанин произносят одновременно. Квартира снова полна, и я работаю над своим вторым напитком. Жжение ликера на моем языке и дым легких начинают угнетать меня. Если будь я трезвым, мне не было бы так чертовски плохо, я бы не стал трогать это дерьмо снова. - Дай мне еще твоих обезболивающих таблеток, - Джанин протягивает ко мне руку. Это ебаная наркоманка съела половину бутылки менее чем за два дня. Но мне похуй. Я вообще не пользуюсь ими, и меня точно, блять, не волнует, что она их принимает. Сначала я подумал, что таблетки помогли бы мне, но нет. Они делают меня усталым, и усталость ведет ко сну, который приводит к ночным кошмарам, которые всегда включают ее. Я закатываю глаза и встаю на ноги. - Я просто отдам тебе эту чертову бутылку, - я иду до комнаты Марка, чтобы достать таблетки из-под кучи одежды. Прошла уже почти неделя, и я сменил одежду только один раз. Прежде чем она ушла, Карла, раздражающая телка с комплексом спасителя, пришила какие-то отвратительные черные заплатки на моих джинсах. Я бы наорал на ее, если бы Джеймс не выгнал меня. - Привет, это телефон Гарри Стайлса, - доносится пронзительный голос Джанин эхом из гостиной. Блять! Я оставил телефон на столе в гостиной. Когда я не отвечаю сразу, я слышу, как Джанин нахально говорит: - Мистер Стайлс сейчас занят. Могу я узнать, кто его спрашивает? - Дай мне телефон, сейчас же, - говорю я, бросаясь обратно в комнату и кидая ей таблетки. Я пытаюсь остаться спокойным, когда она просто показывает мне свой средний палец и продолжает говорить, давая бутылке упасть на пол. Я становлюсь чертовски зол от ее дерьма. - Ооу, Лиам звучит как горячее имя, и ты американец. Я люблю американских мужчин. Не стерпев, я вырываю телефон из ее руки и прижимаю его к уху. - Какого черта ты хочешь, Лиам? Думаешь, если бы я хотел с тобой поговорить, я бы не ответил раньше... Зачем ты звонил, блять, тридцать раз?! - ору я. - Знаешь что, Гарри? - его голос такой же злой, как и мой, - Да пошел ты. Ты эгоистичный мудак, и я должен был понять, что не стоит звонить тебе. Она сможет пройти через это без тебя, как всегда это делает. Линия обрывается. Пройти через что? Какого черта он несет? Мне нужно это знать? Кого я обманываю. Конечно же, блять, надо. Я немедленно набираю его и проталкиваюсь мимо пары людей в узкой прихожей для хоть какой-то слышимости. Паника поднимается внутри меня, и мой гребаный разум ведет к худшему из возможных сценариев. Когда Джанин крадется в коридоре, очевидно, чтобы подслушивать, я направляюсь к машине. - Что? - огрызается он. - О чем ты говоришь? Что случилось? - она в порядке, верно? Она должна быть в порядке... - Лиам, скажи мне, что с ней все в порядке, - у меня кончается терпение, и он по-прежнему молчит. - Ричард. Он мертв. Все, что я ожидал услышать, было не это. Сквозь туман я чувствую это. Я чувствую острую боль потери внутри меня, и я ненавижу это. Я не должен чувствовать это, я едва знал этого мужчину. - Где Тесса? – вот почему Лиам звонил мне так много раз. Не стоит читать мне лекции о том, что я оставил Тессу, но он должен дать мне знать, что ее отец умер. - Она здесь, в доме. Ее мать уже в пути, чтобы забрать ее. Она в шоке, я думаю; она не разговаривала с тех пор как нашла его. Его последние слова заставила меня пошатнуться; моя грудь сжалась. - Что, блять? Она нашла его? - Да, - голос Лиама ломается в конце, и я знаю, что он плачет. - Блять! - почему это произошло? Как такое могло произойти с ней после того, как я послал ее? - Где она ншла его? Где было его тело? - В твоей квартире. Она пошла туда, чтобы забрать последние вещи и оставить машину. Конечно, даже после того, как я обращался с ней, она достаточно внимательна, чтобы думать о моей машине. Я с силой выталкиваю слова, мы оба хотим и не хотим говорить: - Дай мне с ней поговорить, - я хотел услышать ее голос, и я уже опустился на самое дно, засыпая последние две ночи, под роботизированное сообщение, напоминая мне, что она сменила номер. - Ты не слышишь меня, Гарри?- говорит Лиам с досадой, - Она не разговаривает и не двигается два дня. Я не видел, чтобы она двигалась вообще. Она ничего не пьет и не ест. Все дерьмо я стараюсь держать в себе, стараясь не обращать внимания на него, но водоворот тянет меня ко дну. Мне плевать какие последствия будут, меня волнует, если последнюю каплю здравомыслия я оставил: мне нужно поговорить с ней. Я добираюсь до автомобиля, точно зная, что мне делать. - Попробуй просто приложить трубку к ее уху. Послушай меня и сделай это, - говорю я Лиаму и завожу машину, держа путь к аэропорту. - Я просто боюсь, что услышав твой голос, ей может стать только хуже, - я включаю громкую связь и устанавливаю телефон на центральной консоли. - Черт возьми, Лиам, - я ударяюсь грудью о руль. Стало тяжело вести машину. - Приложи трубку к ее уху, пожалуйста, - я стараюсь держать голос спокойным, несмотря на бурю, рвущую меня на части изнутри. - Хорошо, но не говори ничего, что расстроит ее. С нее уже достаточно. - Не говори так, будто знаешь ее лучше меня! - мой гнев по отношению к моему всезнайке-сводному-брату достигла нового максимума, и я почти достиг точки, чтобы накричать на него. - Я, возможно, нет. Но знаешь, что еще я знаю? Я знаю, что ты долбанный идиот. И знаешь, что еще? Что если бы ты не был таким эгоистом, ты бы был здесь с ней, и она не была бы в таком состоянии в течение двух гребаных дней, - бросает он. - Ох, и еще кое-что... - Достаточно! - я ударяюсь грудью о руль снова, - Просто приложи трубку к ее, блять, уху. Ты, мудак, все равно не можешь ничем помочь. Теперь приложи ее телефон к ее... Тишина сопровождается нежным голосом Лиама: - Тесса? Ты меня слышишь? - спрашивает Лиам, - Конечно слышишь, - он наполовину смеется. Я слышу боль в его голосе, когда он пытается уговорить ее поговорить, - Гарри хочет поговорить с тобой, и он... Его тихий голос доносится из динамика, и я склоняюсь к телефону в надежде услышать ее голос. Что это? В течение следующих нескольких секунд, это продолжается: слабый и навязчивый голос. Мне не требутся много времени, чтобы понять, что это голос Тессы, повторяющий одно и то же слово снова и снова: - Нет, нет, нет, - она почти кричит, - Нет, пожалуйста, нет, не надо... То, что осталось от моего сердца разбилось на части, на такое количество кусочков, что сложно сосчитать. - Нет, пожалуйста, нет! - кричит она уже сильнее. О Боже. - Все хорошо, все хорошо. Ты не обязана говорить с ним, - и он вешает трубку. Я перезваниваю, зная, что он не возьмет трубку снова. POV Тесса - Я собираюсь забрать тебя сейчас, - говорит знакомый голос, который я не слышала слишком долго. Сильные руки поднимают меня с пола и нежно прижимают к груди, как ребенка. Я зарываюсь с головой в твердую грудь Ноя и закрываю глаза. Мамин голос тоже здесь. Я не вижу, но слышу ее: - Что с ней? Почему она не разговаривает? - Она просто в шоке, - начинает говорить Кен, - Она скоро очнется. - А что мне с ней делать, если она вообще не заговорит? - набрасывается мать. Ноа, который в состоянии справиться с моей черствой матерью так, как никто другой, - тихо говорит: - Кэрол, она нашла тело ее отца несколько дней назад. Ей нелегко. Я никогда в жизни не чувствовала такой легкости рядом с Ноа. Как бы я не любила Лиама, и, как благодарна бы я не была его семье, я должна покинуть этот дом. Мне нужен кто-то вроде моего старого друга. Кто-то, кто знал меня раньше. Я схожу с ума; я знаю, кто я. Мое сознание не функционирует должным образом, так как моя нога задела что-то очень твердое - тело моего отца. Я не была в состоянии мыслить рационально. Я кричала его имя и трясла его так сильно, что его рот раскрылся, а игла выскочила из его руки. Я почувствовала что-то внутри себя, когда рука моего отца дернулась в моей руке - непроизвольный мышечный спазм, и я до сих пор не могу понять – было ли это на самом деле или мой разум создает ложное чувство надежды. Эта надежда быстро исчезла, когда я проверила его пульс снова, только чтобы ничего не чувствовать, только чтобы не остаться смотреть в его мертвые глаза. Ноа шагает и мягко качается меня, когда мы двигаемся через дом. - Я позвоню на ее телефон позже, чтобы проверить ее. Ответьте, пожалуйста, чтобы я мог знать, как у нее дела, - мягко произносит Лиам. Я хочу знать как Лиам; надеюсь, он не видел того, что видела я, хотя я не могу ничего утверждать не могу. Я помню, что держала в руках голову своего отца, и думаю, что я кричала или плакала, или все вместе. Именно поэтому я не заметила, как Лиам вошел в квартиру. Я помню, когда он пытался драться со мной, чтобы я отпустила человека, которого я только начала узнавать, но после этого мой разум перепрыгивает сразу на момент со скорой помощью, то вспоминая отрывки, то погружаясь в пустоту. - Я отвечу, - уверяет его Ноа, и я слышу, как открывается дверь. Прохладные капли дождя приземляются на мое лицо, смывая бесконечные дни слез. - Все в порядке. Мы сейчас поедем домой, все будет хорошо, - шепчет он мне, его рука убирает мокрые волосы с моего лба. Я держу глаза закрытыми и прижимаюсь щекой к его груди; стук его сердца только напоминает мне, когда я прижимала ухо к груди отца, не найдя ни сердцебиения, ни дыхания. - Все в порядке, - говорит Ноа снова. Это как в старые добрые времена, он опять приходит мне на помощь, как раньше, после пьяных выходок моего отца. Но в этот раз нет теплицы, чтобы скрыться там. В этот раз есть только тьма, в которой негде спрятаться. - Сейчас мы поедем домой, - повторяет Ной, усаживая меня в машину. Милый Ноа, он не знает, что у меня нет дома?

***

- Ты не пойдешь туда. Последнее, что нам нужно, чтобы ты сидел с ней. Она спит впервые за несколько дней, - я слышу голос матери из коридора. С кем она разговаривает? Я сплю? Я опираюсь на локти, и кровь приливает к моей голове. Я так устала, так устала. Ноа здесь, в моей детской кровати, спит рядом со мной. Это все кажется таким знакомым. Я чувствую себя по-другому, и немного дезориентировано. - Я здесь не для того, чтобы навредить ей, Кэрол. Ты должна это понять, или мне похуй что ты там считаешь. Тяжелая рука Ноя напротив меня, вдавливает меня в кровать. Он обнял меня за талию, пока мы спали. Мое горло начинает болеть, когда он заходит в комнату. Его зеленые глаза сразу же находят меня. Он подходит ближе и с силой отрывает руку Ноя от моего тела. Ноа просыпается в испуге и вскакивает на ноги. Когда Гарри делает еще один шаг ко мне, я перебираюсь через кровать, и моя спина ударяется о стену, сильно. Достаточно сильно, чтобы выбить воздух из моих лёгких, но я все-равно продолжаю отгораживаться от него. Почему он здесь? Зачем он здесь? Я не хочу, чтобы он был здесь. Он причинил мне достаточно боли, и он не может просто появиться здесь и собрать все осколки. - Блять! Ты в порядке? - его татуированная рука тянется ко мне, и я делаю первое, что приходит в мою голову: я начинаю кричать.