Исповедь убийцы

      После разговора с Анитой я поднялась в спальню и замерла перед окном, заметив кое-какие изменения. Я могла под присягой поклясться, что только что его закрывала! Тогда почему оно снова открылось?       Ветер смёл все мои бумажки со стола, рассыпав их по полу, так что в комнате воцарился лёгкий беспорядок, не бросившийся бы мне в глаза, если бы я прожила в Стоунбридже дольше, чем пару суток. Опрокинутый горшок с кактусом, который я сегодня утром специально передвинула на самый край подоконника (просто на всякий случай), лежал на полу грудой глиняных осколков. Земля из него разлетелась во все стороны, добравшись до самой кровати… И тут я увидела ясный отпечаток ботинка на сыром грунте. Значит, у моего гостя ступня десятого размера*? А ещё след чертовски напоминал след от военного ботинка из числа тех, что в Гильдии носили почти все взрослые охотники, осознавшие всю прелесть этой обуви. Я также понадеялась обнаружить частички травы с газона, но почему-то не смогла. Складывалось ощущение, будто кто-то специально очистил землю от посторонних примесей, портя мне жизнь и не позволяя узнать наверняка, где же ходил мой визитёр перед, собственно, визитом ко мне в дом.       В итоге пришлось оставить бесполезное копание в грязи с оружием наготове и подумать над перспективой уборки, раз уж так получилось со следами. Вот тут я впервые пожалела, что нет мамы. Тамина бы сразу понеслась за тряпкой и избавила меня от сомнительного «удовольствия», а так мне пришлось самой взвалить на себя домашние хлопоты.       - Ну, ты у меня попляшешь, чёртов монстр… Мы ещё поиграем.       Я с откровенным злорадством засмеялась и подошла к подоконнику, перепрыгивая через земляную «полосу препятствий», но за окном всё было спокойно и буднично. Ничего примечательного. Даже нельзя было определить, в какую сторону направился мой гость, а соседи наверняка ничего не заметили.       Тяжело вздохнув, я пошла в хозяйственную комнату за ведром, моющим средством и половой тряпкой, чтобы убраться и начать собираться в дорогу. Пока набиралась вода, я попыталась представить, кто ко мне залез и зачем ему это понадобилось. Допустим, я всё же забыла закрыть ставню на замок, и гость этим воспользовался. Но что дальше? Он ничего не украл, не сломал, не разбил (горшок не в счёт – он стоял так, что от малейшего движения полетел бы на пол). Да Господи ты боже мой, визитёр даже не попытался подкараулить меня или вообще убить! Так что его интересовало? Вещи я пока ещё не разобрала, поэтому до моих записей он добраться не мог при всём желании. Оружие хранилось в надёжных тайниках. Ноутбук пылился в одном из чемоданов: я так и не удосужилась вытащить его и хотя бы поставить на зарядку. Если предположить, что ко мне заглядывал Тейлор, то зачем он выбрал окно, а не дверь? Обычно у ликанов существовал довольно жёсткий кодекс чести – никто из них не стал бы щеголять воровскими приёмами. Это была прерогатива вампиров. Оставалось только одно – кто-то из монстров захотел довести меня до белого каления. Зачем? Этого я пока не знала. Наверное, он хотел пошуметь и что-нибудь переставить с места на место, но я пришла слишком быстро. В спешке он опрокинул горшок и убежал. Тогда возникал следующий вопрос: почему я не услышала звука падения? И как на земле появился отпечаток ботинка?..       На этом месте моих размышлений вода стала выливаться из ведра, поэтому мне пришлось прервать свои гадания, так и не придя к разумному выводу. Видимо, придётся тщательно следить, чтобы окна были закрыты на задвижки, а дверь оставалась запертой. И проводить побольше времени в людных местах, потому что у меня было слишком мало данных для полноценной охоты.       Вернувшись в спальню, я с ворчанием взялась собирать землю в мусорное ведро для бумаг, опять перебирая нехорошими словами родственников проклятого вампира-домушника.       Наконец, спустя бесконечные полчаса всё было приведено в порядок, листочки с моими бестолковыми записями возвращены частично на стол, частично в мусорное ведро, а взятые из хозяйственной комнаты вещи вернулись на свои места.       Я бодрой походкой поднялась в свою комнату, взглянула на циферблат с горевшими на нём зелёными числами и с тяжёлым вздохом занялась сборами на своё первое серьёзное мероприятие в Стоунбридже. Чёрные крепкие джинсы с парой грязных пятен (а я-то думала, что всё постирала!), плотная фиолетовая водолазка с высоким воротом и мои любимые полувоенные ботинки на шнуровке составили бесхитростный наряд, идеально подходивший для нарушения закона. В последний момент я дополнила его поясом с кучей карманов (удачный подарок папиного друга) и жилеткой, куда удобно поместились три маленьких, но мощных фонарика, ножны с охотничьим ножом и кобура с небольшим пистолетом «дамского типа». За оставшиеся пару минут до выхода я соорудила на голове что-то вроде косички, чтобы спрятать настоящую длину волос – мало ли что могло приключиться в ходе моей детективной задумки, да и вырваться из лап какого-нибудь монстра так будет легче.       ***       Туча приблизилась настолько, что стали слышны глухие раскаты грома. Конец осени в Стоунбридже, похоже, очень часто преподносил такие вот «милые» сюрпризы, но мне ли жаловаться? Вспомнив чудовищную погоду в Монреале, вечные дожди в Сиэтле и непонятно откуда взявшийся град в Чикаго, я решила не ворчать и думать только о деле.       Посчитав, что это будет хорошей идеей, я на последних минутах перед поездкой до школы прошлась вокруг дома, пока не началась гроза и водой не смыло возможные улики. Трава возле дуба оказалась примятой в одном месте, как будто кто-то долго там стоял, хотя ни окурков, ни запаха одеколона, ни банальных спичек я так и не обнаружила. Там вообще не было никаких посторонних запахов или предметов, сказавших бы мне что-нибудь полезное о моём посетителе. К счастью, после долгого обшаривания закоулков я всё-таки нашла земляные следы ботинок на подъездной аллее! Вот и пригодилась поливка цветов и ловушка-горшок! Знакомый след принадлежал мужчине, скорее всего, среднего телосложения и привычкой при ходьбе с силой наступать сначала на пятку, а потом на носок. Даже эти незначительные на первый взгляд улики позволили моему настроению подняться до отметки «почти счастлива», а внутренней гончей взбодриться и поверить в себя.       Чрезвычайно довольная собой, я быстрым шагом направилась по улице, одаривая прохожих дурацкой улыбкой на пол-лица.       Ворота школы появились передо мной рекордно быстро. Возможно, это случилось потому, что я шла со скоростью ракеты, а, возможно, я просто слегка увлеклась и заслушалась музыкой, игравшей в наушниках.       Выключить камеры наблюдения, отвлечь охранника и вырубить его на пару часов – всё это не заняло много времени. Я даже успела разочароваться в лёгкости провёрнутой аферы. По всему выходило, что попасть в здание школы вечером, особенно в здание администрации, вообще не составляло труда. Провернуть такое мог кто угодно, включая какого-нибудь залётного монстра, который выследил бы моё место жительства в два счёта. Одним словом, гении конспирации работали в этом городе, и зря Жаклин не помогла руководству школы разжиться парочкой хорошо обученных охранников из числа охотников…       В помещении, где обычно сидела Британи, было довольно темно, но фонари перед окнами давали достаточно света, чтобы я не упала, запнувшись о коварный горшок с денежным деревом и небрежно загнутый край ковра.       Я прижала фонарик плечом к щеке, после чего склонилась над хитрым замочком на большом выдвижном ящике стола Британи и начала возиться с ним, позвякивая связкой отмычек. Оборот влево, надавить, вправо, чуть-чуть пошатать и, дождавшись щелчка, потянуть на себя. Свет фонарика задрожал, являя мне высокую стопку папок с личными делами старшеклассников. Я рылась в них недолго. Спустя минут 15 мне удалось вытащить 3 пухлых дела на своё имя, имя Питера и Моники Кроссманов. Правда, к моему огромному сожалению, в досье на вампиров оказались только общие данные – ничего конкретного или незнакомого для меня. Оба «школьника» родились в Денвере, в Канаде. Фелисити об этом уже писала. Родителей звали Уильям и Симона. Отца я видела на паре фотографий, хотя в настоящее время он с семьёй, похоже, не жил. Года рождения… Искусно подправленные на более реальные, но я-то знала, что все Кроссманы принадлежали к существам из далёкого прошлого.       Я молча кивнула собственным мыслям, скрывая досаду, и продолжила изучать досье в надежде найти хоть что-нибудь стоящее. По данным о переводах Питер раньше учился в одной из самых престижных школ для одарённых подростков в Оттаве, но потом перевёлся сюда и так здесь и остался. Понятное дело, в Оттаве Гильдия охотников проникла повсюду, сживая со света всех монстров, до которых могла добраться! Насторожило меня другое – по какой-то таинственной причине его сестра, Моника, жила в относительно безопасном для вампиров Нью-Хэмпшире вместе с отцом, однако тоже переехала. Из-за чего?..       Снаружи включилась автомобильная сигнализация и тут же замолчала, но этого хватило, чтобы я встрепенулась и поторопилась. До времени встречи с Анитой и Джерри остались считанные минуты.       Я аккуратно убрала документы на прежнее место и закрыла ящик, используя всё ту же отмычку в качестве ключа. Конечно, следы взлома остались, но такие незначительные, что не смогли бы выдать моё вторжение, особенно невнимательной Британи, которая утром наверняка ничего не поймёт, а если и поймёт, то явно никому не расскажет о том, что кто-то рылся в её столе.       Я выскользнула из здания никем не замеченной, наведалась в домик охраны и, проверив храпящего охранника на предмет крепости сна, занялась подделыванием записей с камер. В этой школе не было навороченного современного оборудования, поэтому замаскировать пропажу картинки под сбой в электросети было не очень сложно. Единственное, о чём я волновалась, так это о том, чтобы не опоздать к ребятам.       Впрочем, когда я закончила заметать следы и пошла обратно, на крыльце администрации в гордом одиночестве топтался только Джерри, уныло поглядывавший на тучу и втягивавший голову в плечи, когда ветер начинал крепчать и забираться ему под куртку.       - Привет, Эстер! – с показной бодростью замахал мне Джерри, но от меня не укрылся его красный нос и вздрагивающие плечи. – Что-то ты рано. Я думал, только я один такой пунктуальный.       - Хоть мы сегодня и виделись, всё равно привет, Джерри. Да поторопилась, вот и пришла раньше, чем планировала. Анита скоро подойдёт?       - Наверное. Я сам не знаю. Она позвонила, велела в восемь ждать вас с ней на крыльце администрации. Сказала, у тебя есть какая-то интересная и таинственная идея. Правда, что ли?       - Да, но я всё расскажу только при Аните...       - Эй! – словно по заказу донёсся до нас знакомый голос. – Привет всем!       К нам с Джерри подбежала Анита, сияя, как начищенная монета, и периодически отфыркиваясь от падавшей на глаза длинной чёлки.       - Отлично, все пришли вовремя… Но надо было чуть раньше, - признала я свой промах, покосившись на тучу и пожалев, что не взяла с собой зонт, понадеявшись на капюшон непромокаемой жилетки.       - Так что ты хотела сделать, Эстер? – напомнил мне Джерри, засовывая руки в карманы джинсов и втягивая в плечи свою бедовую голову с покрасневшими от холода ушами.       Я медленно перевела взгляд с одного своего знакомого на другую и не удержалась от улыбки. Всё же колоритная выходила парочка: высокий долговязый брюнет и низенькая симпатичная блондинка. Оба в джинсах и похожих свитерах. Оба учились в одном классе и, видимо, дружили с раннего детства.       - Эстер, проснись. Куда ты хотела нас позвать? Или что ты вообще там придумала? – спросила, засмеявшись, Анита.       - Сначала я бы хотела пригласить вас в магазин за чем-нибудь вкусным, а потом пошли ко мне, - предложила я не из любви к шумным сборищам, но просто потому, что эти люди мне нравились. – Перекусим и поиграем в карты. Всё равно сейчас дождь пойдёт, и мы не сможем нормально погулять на улице.       Словно подтверждая мои слова, в небе ярко сверкнула молния, оглушительно прогремел гром, а затем полил самый настоящий ливень. Да такой, что бедный зонт Аниты, под которым мы втроём спрятались, с жалобным скрипом прогибался под ударами тяжёлых капель. Джерри грустно пыхтел, согнувшись в три погибели, и всё равно изредка цеплялся волосами за спицы, отчего начинал ворчать в два раза больше. Тогда мы останавливались и начинали его выпутывать, не забывая отпускать ехидные шуточки по поводу его новой стрижки. У меня как раз дома нашлись бы садовые ножницы, от одного упоминания о которых Анита расплылась в улыбке и хитро прищурилась, тогда как Джерри вздыхал, вяло отбивался от наших нападок и грозил подать на нас в суд за моральный ущерб. *10 размер обуви в США равен 42 размеру обуви в России.