Исповедь убийцы

      Когда вернулась Кристал, я уже закончила вымещать на Питере разочарования сегодняшнего дня (то есть тренироваться с колом и метательными ножами), заставила наложить мне новую повязку на руку, а затем выгнала вампира из дома. Теперь я, гордая собой, сидела на диване в гостиной, смотря по телевизору повтор «Проекта Подиум». Перебраться из официальной одежды в спортивную, а потом и вовсе в пижаму под мудрые наставления Тима Ганна было так приятно, что я с наслаждением вытянулась на подушках с пультом в руке и миской с чипсами на коленях.       Хлопок входной двери заставил меня насторожиться и потянуться к припрятанному под столом пистолету, но, к счастью, это был не кто-то из посланников Александра, не передумавший Чарльз и даже не ликаны.       Кристал с порога осмотрелась и заметно расслабилась, когда не обнаружила никого похожего на Питера. Поскольку Анита давно спала в кабинете на софе, мы с сестрой остались вдвоём.       — Всё сделала? — спросила я у Кристал, стараясь не встречаться с ней взглядом. Я старалась не думать, какими будут последствия её покладистости.       — Избавилась от одной из твоих проблем, — ответила Кристал, после чего устало опустилась в кресло и скрестила руки на груди. — А где твой кусачий питомец? Неужели выгнала?       — Опять начинаешь? Питер — не питомец! Он мой… союзник.       — Если бы ты назвала вампира другом, я бы тебя убила. Но мне интересно, когда ты наконец поймёшь, что мир делится на хищников и их добычу? Я ни разу не видела, чтобы лев и зебра питали друг к другу нежные чувства.       — Животные и люди — разные живые существа, — ответила я и села, переставляя тарелку с чипсами на стол.       — Вампиры — не живые! Питер и твои знакомые — ходячие трупы, которые никак не хотят сдохнуть и убивают людей ради забавы.       Кристал встала, сделала пару круговых движений плечами и подошла к окну, но, вопреки моим догадкам, повернулась к нему спиной.       — Мы все одинаковые, только одни убивают ради забавы и пропитания, а мы убиваем их ради продажных чикагских боссов, — покачала я головой и направилась прочь из гостиной, но на пороге остановилась и повернулась к Кристал. — Если тебе больше нечего мне сказать, я иду спать.       — Но ещё не поздно… — начала возражать сестра, посмотрела на моё уставшее лицо и кивнула. — Спокойной ночи, Эстер.       ***       Полнолуние затягивает в свои белоснежные объятья не только тучи, но и весь город. По крайней мере, стены домов кажутся облитыми корректирующей жидкостью, а чёрные провалы окон выглядят безжизненными, хотя я точно знаю, что за ними прячутся люди. Много, очень много людей-невидимок. Дороги и тротуары будто сделаны из свинца, гулко отзывающегося на каждый мой шаг. Я иду очень быстро, спотыкаюсь, но не падаю, а будто наклоняюсь, как ствол дерева под ураганным порывом ветра.       Краем глаза я вдруг замечаю множество сияющих в лунном свете лиц — рты раскрыты в немом крике, словно на картине Эдварда Мунка, глаза выпучены, брови ползут вверх. Я хочу сказать этим лицам что угодно, лишь бы хоть что-то сказать, вот только у меня нет голоса. Единственное, что я могу, — это напрасно шевелить губами, не издавая ни звука. Неестественная тишина давит на уши, и мне хочется зажать их, однако я терплю. Вместо этого я просто иду куда-то вперёд, зная, что должна увидеть нечто крайне важное.       Впереди тень от дома внезапно меняется, от неё отделяется тёмный сгусток и постепенно обретает форму. Я вижу очертания головы, туловища, рук и ног. Они высечены из непроницаемого чёрного камня, но каким-то шестым чувством я понимаю, кто передо мной. Дэвид. Он мелко трясётся, как будто от приступа дикого хохота.       Я пытаюсь вскрикнуть, отступить, убежать, однако асфальт смыкается вокруг моих ног каменными тисками. Я понимаю, что попалась в ловушку и никогда не вырвусь из этого плена.       Мои пальцы превращаются в пепел, который тяжело опускается на тротуар и тут же им впитывается. Я поднимаю голову, смотрю на Дэвида, но его не волнует то, что со мной происходит. Он стоит, прислонившись к фонарному столбу, и глядит на меня горящими глазами-углями. А по его чёрной шее бежит переливающаяся всеми цветами радуги кровь…       ***       О каком хорошем настроении можно говорить, когда ночью мне приснился такой вот «замечательный» сон? Я так давно не видела ничего подобного, что уже, честно сказать, начала забывать, какое это мерзкое ощущение — просыпаться под собственный крик с перекошенным от ужаса лицом и дыханием бегуньи-марафонщицы.       Рывком натянув одеяло до подбородка, я ещё долго лежала без сна и смотрела в потолок, по которому скользили тени от росшего перед окном дуба. Тишина окутывала со всех сторон, очень некстати напоминая о моём кошмаре, так что я взяла с прикроватного столика сотовый, подсоединила к нему наушники и с удовольствием включила любимую музыку. «What I’ve done» в исполнении неизменных Linkin Park всегда действовала на меня успокаивающе, вот и сейчас я закрыла глаза и вслушалась в знакомые аккорды, чувствуя, как напряжение постепенно покидает моё тело. Однако даже теперь я не потеряла бдительность. То и дело я приглушала громкость, чтобы вслушаться в шорохи ночного дома. Не то чтобы я верила, будто Александр заявится ко мне в гости, но мало ли что. Вдруг именно сейчас он крался по лужайке и прикидывал, в какую комнату зашвырнуть соседскую машину или хотя бы кирпич.       Впрочем, время шло, а всё оставалось неизменным. Пару раз я слышала лёгкую поступь Кристал, которая всегда сначала топала пятками, а потом переходила на серию мелких шажков на цыпочках. Если бы не поскрипывающий паркет, сестра перемещалась бы совсем бесшумно. Анита тоже пару раз выходила из кабинета, только, в отличие от Кристал, делала это демонстративно — громко хлопая дверью и стуча подошвами тапок по полу. Я не единожды морщилась, когда это слышала, представляя, как бы среагировала на хамское поведение ликана, если бы спала. Но, к счастью для Аниты и Кристал, я давно бодрствовала.       На экране телефона цифры медленно сменяли одна другую — пять утра, шесть, семь, семь двадцать… Когда до звонка будильника осталось пять минут, в дверь осторожно постучали.       — Я не сплю!       Кристал сначала заглянула в комнату, убедилась, что я действительно проснулась, после чего сестра зашла внутрь и с размаху упала на кровать, лишь чудом не придавив мне ноги. Я убрала наушники и выключила будильник, чтобы он не заорал на весь дом.       — Я думала, ты ещё седьмой сон видишь! — улыбнулась Кристал, поудобнее устраивая свою тяжёлую голову на моём бедре.       — Совесть замучила.       — Да неужто? Господи, какое чудо!       — Не язви, это моя работа, — дружелюбно ответила я на замечание сестры и зашевелилась, собираясь вставать. — И вообще, мне пора собираться в школу.       — Не торопись, вояка. У вас сегодня нет уроков, — покачала головой Кристал.       Я мгновенно напряглась, почувствовав в её словах скрытую угрозу. По всему выходило, Ричарда вчера обнаружили, и дело никто не замял, как вышло с похищением Дэвида. Хотя оно и понятно, почему так вышло: пропажа человека и жуткое убийство находились в разных «весовых» категориях. Видимо, даже всесильные вампиры не могли держать полицию на коротком поводке, если дело доходило до серьёзных преступлений… Что ж, чем больше проблем я создам для монстров, тем сложнее им будет выкрутиться и не наделать при этом ошибок. Главное, чтобы я сама из всего этого вылезла белой и пушистой безобидной школьницей, а не каким-нибудь Джеффри Дамером* в женской версии.       — Почему? Что-то случилось?       Я захлопала ресницами с самым невинным выражением лица и постаралась погасить торжествующий блеск в глазах. Судя по осуждающему лицу Кристал, получилось у меня не очень.       — А ты как будто не в курсе, — съехидничала сестра. — Твоих рук дело? Бедному парню почти отрезали голову и бросили его тело валяться в коридоре. Зачем эта театральность, Эстер? Перед Александром покрасоваться захотелось? Мне позвонил ваш директор, он просто в шоке! Умолял вмешаться в расследование, как-то повлиять на прессу…       Кристал по всем бумагам официально работала в ФБР, у неё даже было удостоверение и пистолет, а ещё суровая машина — типичный внедорожник киношных агентов. В сочетании с умением Гильдии выдумывать для охотников представительные биографии, моя сестра была не последним человеком в Бюро. Неудивительно, что мистер Джонс обратился к ней за помощью.       — И ты согласилась? — спросила я с интересом. Помнится, Кристал на «должности» агента ФБР не раз меня выручала, но такое крупное и громкое дело… Влезать в него было опасно, особенно для охотника, который ушёл «на пенсию».       — Мне пришлось это сделать, чтобы отвести от тебя подозрения.       Кристал перекатилась на живот и вопросительно посмотрела на меня, после чего я тяжело вздохнула и кивнула, признавая её правоту. Рано или поздно история с расправой над Ричардом ещё более красочной дойдёт до ушей сестры. В моём исполнении она прозвучит не так кровожадно, насколько это вообще возможно в данном случае.       — Моя работа, ты права, — кивнула я и нахмурилась. — У меня не было выбора, пришлось убить вампира подручными средствами. Я догадываюсь, зачем Александр это сделал. Он, похоже, не один день морил Ричарда голодом перед тем, как послать его ко мне. От голода у вампира поехала крыша, а когда он увидел кровь на моей повязке… Ты же сама помнишь, какие они неадекватные и безмозглые в эти моменты. Обошлась без церемоний.       — Но зачем же обезглавливать? — поморщилась Кристал. — Неужели не могла придумать способ гуманнее? Это же школа, а не кунсткамера.       — Знаешь, когда на тебя кидается обезумевший от жажды вампир, а в дверь в любую секунду может кто-нибудь войти, фантазия отключается! Я спасала свою жизнь. Тут не до сантиментов.       — Я тебя не обвиняю, но в следующий раз, прошу, думай о последствиях. Ты могла бы позвонить мне или, чёрт с тобой, вызвать Питера, чтобы спрятать труп. Зачем оставила его у всех на виду? Охранника увезли на скорой с подозрением на инфаркт! У половины учителей-женщин и мистера Льюиса случилась истерика, а мистер Браун теперь будет пару недель заикаться и всю жизнь бояться красного цвета.       Я ещё раз вздохнула и закивала, признавая, что перегнула палку с театральными эффектами. Впрочем, моего раскаяния хватило ровно на полминуты, после чего я снова обрела спокойствие и даже снисходительно фыркнула.       — Это было послание Александру и всем его союзникам, чтобы они держались подальше от меня и моих близких. Я не собираюсь терпеть покушения ни на тебя, ни на Джерри, ни на Аниту с Питером…       — Ни на Эрика, — закончила Кристал, поднимаясь с кровати и понимающе улыбаясь.       — Особенно на Эрика.       Совсем некстати я вспомнила намёки Ричарда и вдруг ощутила непреодолимое желание немедленно поехать к семейству Скарсгардов, чтобы разведать обстановку. Конечно, там всё ещё находилась Мелисса в образе похоронного агента, но завтра вечером должна была состояться церемония погребения, так что на вампиршу из клана Морганов я больше положиться не могла дабы не вызвать ненужные подозрения.       — Если ты хочешь к нему поехать, я держать не стану. Просто сделай что-нибудь с ликаном, которая всё утро ходит по дому с траурным видом. Как только я её вижу, у меня появляется желание свернуть ей шею. В целях монстролюбия, конечно же.       — Кристал, Анита позавчера потеряла лучшего друга и заместителя в одном лице, — ответила я укоризненно, хотя шутку с «монстролюбием» оценила и посмеялась. — Имей совесть!       — Так он был правой рукой вожака стаи? — уже серьёзно спросила Кристал и прищурилась в ожидании ответа.       — Ну да. А разве я тебе не говорила?       — Да пёс его знает. Может, и говорила, просто я не услышала. Ладно, тогда я всё понимаю. Ей сейчас не позавидуешь…       Кристал сказала это с особенной интонацией, по которой я поняла, что она что-то знает и чертовски хочет поделиться, просто набивает себе цену. Умолять её я не стала, но желание послушать проявила. Так было проще отвязаться от Кристал и выкроить себе время для утренних процедур. К сожалению, отношения в стае я знала поверхностно, так как благополучно прогуляла большинство рассказов по этой теме.       — Почему не позавидуешь? — спросила я скучающим голосом.       — А ты разве не знаешь о вожаках стай, которые теряют кого-то из своих подопечных? — удивлённо отозвалась Кристал и посмотрела на меня с осуждением. — Жаклин или Кристиан должны были тебе сказать…       — Ну, будем считать, что я тогда больше хотела гулять, чем слушать лекции! — ответила я, вспоминая потрясающий август несколько лет назад, во время которого умудрилась сломать запястье, катаясь на велосипеде вместо занятий в Гильдии. Ох, как же ворчал на меня Кристиан…       — Без царя в голове, ей Богу! Ладно, вкратце расскажу, но после этого ты пойдёшь на кухню и приготовишь завтрак, а потом мы поедем тренироваться. Вижу, желанием бежать к Эрику ты не горишь.       — Да горю я, горю! — ответила я, с содроганием представив перспективу утренней тренировки с сестрой, когда после вчерашних упражнений мне пришлось заново накладывать повязку. Рана никак не хотела заживать и отчаянно ныла весь остаток вечера. Я и сейчас чувствовала неприятные ощущения, от которых хотелось залезть на потолок и спрыгнуть оттуда вниз головой.       — Хорошо, без проблем, — мгновенно согласилась Кристал и, кашлянув, принялась с упоением рассказывать: — Значит, так. Если совсем просто, то вожак стаи — это связующее звено, ядро сообщества, состоящего из абсолютно разных элементов. Поэтому ликаны объединены между собой тем, кого выбрали возглавлять себя. Вожак не просто руководит волками, он может в буквальном смысле слиться с ними, прочитать их мысли, желания, потребности. И когда один из его подопечных умирает, он умирает вместе с ним, чувствуя то же самое, что и погибший во время своей смерти. Боль, отчаяние, страх, ярость… Всё это выплёскивается на вожака, порой оставаясь с ним на долгое время. Так что нет ничего удивительного в поведении твоей знакомой. Если она пережила потерю члена стаи, тогда она ещё не скоро придёт в себя и начнёт вести себя обыкновенно. Ликаны очень тяжело справляются с сильными эмоциями в человеческом обличье, но и волками они не могут оставаться, потому что рискуют потерять себя и раствориться в звериной натуре. Замкнутый круг, придуманный природой ради равновесия.       — А есть какой-нибудь способ встряхнуть Аниту?       Кристал задумалась и кивнула. Было видно, что ход моих мыслей ей не по душе, однако в этот раз она неожиданно отнеслась к ситуации с пониманием. С мамой поговорила, что ли? Или решила одуматься на старости лет?       — Пусть она сосредоточится на своей ярости и перестанет себя винить. Это ей не поможет, только усугубит положение. Если ты знаешь того, кто убил её заместителя, натрави её на него. Пусть она вспомнит, каково это, — охотиться на врага.       — А я как раз знаю, кто убил Бартона… — улыбнулась я до крайности кровожадно.       — И кто это? — со справедливым опасением спросила Кристал, которую моя довольная физиономия немного насторожила.       — Адриан Маркула, — ответила я, не собираясь утаивать это имя от сестры.       Если бы мне когда-то сказали, что Кристал Хелен Хайд может побледнеть и выглядеть до смерти напуганной, я бы подняла этого человека на смех. И потому сейчас мне было втройне непривычно видеть сестру именно такой. Кровь отлила от её лица, даже губы приобрели синюшный оттенок. Глаза смотрели на меня, не мигая, огромные и паникующие. Разум в них не читался — только безграничный ужас и желание спрятаться.       — Ты хоть понимаешь, во что ввязалась?.. — дрожащим голосом спросила Кристал и закрыла лицо руками.       Я некоторое время молчала, переваривая шокирующее открытие, — оказывается, моя сестра умеет бояться. Да что такого я ей сказала? И что такого было в Адриане, раз уж сама Кристал Хайд его испугалась?       — Ни во что я не ввязалась! — ответила я наконец и в защитном жесте сложила руки на груди. — Я вообще не хочу связываться с Маркула. Ну, за исключением Александра.       — Эстер, ты хоть представляешь, кто такой Адриан Маркула и чем он опасен для всех нас? — хрипло произнесла Кристал, а в ответ на мой недоумённый взгляд невесело усмехнулась. — Ладно, это наша с Жаклин ошибка. Мы уговорили Кристиана ничего тебе не рассказывать. Мы надеялись, ты никогда не встретишь клан Маркула. Промахнулись чуток. Ладно, завтрак подождёт. Садись и слушай мои охотничьи байки, штука полезная и познавательная, а то устроишь мне тут революцию, и сама этого не поймёшь. *Джефри Лайонел Дамер (21 мая 1960 — 28 ноября 1994) — американский серийный убийца, жертвами которого стали 17 юношей и девушек в период между 1978 и 1991 годами. Преступления отличала крайняя жестокость, трупы жертв Дамер насиловал и употреблял в пищу. Убит сокамерником в 1994 году.