Исповедь убийцы

      Я с опаской посмотрела на сестру, постучала пальцем по нижней губе и нерешительно предложила:       — Может, для начала спустимся вниз? За кофе и разговаривать приятнее!       — Если ты хочешь услышать всё, лучше остаться здесь. Мало ли кто может бродить по округе!       — Ты что, вообще никому не доверяешь? — спросила я скорее из вредности и вернулась обратно на кровать, забираясь под одеяло. Всё-таки в доме было довольно прохладно, особенно сейчас, ранним декабрьским утром.       — Тебе я доверяю, иначе ни за что не стала бы рассказывать то, что собираюсь. За такое меня по голове не погладят!       Кристал сбросила тапочки и пристроилась рядом со мной, приподнимаясь на подушке и складывая руки на согнутых коленях. Теперь она возвышалась надо мной подобно айсбергу над «Титаником», как бы странно это ни прозвучало.       — Если эта история принесёт тебе неприятности, можешь не рассказывать. Мне ещё не хватало за тебя волноваться!       На самом деле меня распирало от любопытства, но мало ли что скрывалось за «охотничьими байками». Я ещё помнила вечера в квартире Кристиана. Большинство охотников рассказывали потрясающие вещи, вот только их знание превращало всех в ходячие мишени для монстров и Гильдии. Не все истории должны быть озвучены, и теперь я это понимала.       — Всё в порядке, — покачала головой Кристал. — Сама знаешь, в нашем деле неведение — плохой союзник. А ты здесь, в Стоунбридже, развела такую бурную деятельность, что было бы преступлением с моей стороны не поведать тебе пару наших легенд. Даже не легенд, а, скорее, статей жутко конфиденциальной информации.       — Мне казалось, Фелисити меня уже во всё посвятила, — ответила я неуверенным голосом и посмотрела на сестру, которая замотала головой в знак протеста.       — Есть кое-что, что недоступно даже всеведущим работникам архива. Я сама всё узнала только после того, как заняла место главы Гильдии в Австрии. Для остальных охотников данные строго засекречены. Не каждой организации хочется выставлять на всеобщее обозрение свои скелеты в шкафу.       — То есть ты хочешь сказать, что в Гильдии не всё такое белое и пушистое?       Америку мне не открыли, но затравка для будущего рассказа получилась занятной. Я полностью сосредоточилась на словах сестры и по-настоящему заинтересовалась. Что может быть настолько секретным, что даже аналитики ни о чём не подозревают? Это наводило на нехорошие мысли…       — Скорее, в ней всё серое и облезлое, — фыркнула Кристал, но потом её лицо приняло сосредоточенное выражение, а пальцы нервно прошлись по одеялу, собирая складки на пододеяльнике. — Эстер, прошу тебя, никому не говори, откуда ты это узнала! Поклянись!       — Хорошо-хорошо, клянусь, — поспешно сказала я и приготовилась слушать, донельзя заинтригованная.       Немного секретной информации мне не помешает, так что я устроилась поудобнее, укрылась одеялом и даже проверила вид из окна. В спальню заглядывало только солнце, поэтому я успокоилась и перевела взгляд на сестру. Когда инвентаризация обстановки была пройдена, Кристал начала говорить.       — Пару вампирских сказок тебе пригодятся, если ты записалась в местный «Гринпис», — не без насмешки сказала сестра, покосилась на моё недовольное лицо и пожала плечами. — Ты хорошо изучила семью Кроссманов и прочих вампиров Стоунбриджа, но что ты знаешь о клане Александра? Стой, не отвечай! Не сомневаюсь, ты в курсе, что Александр и двое других вампиров в незапамятные времена превратили малоизвестную фамилию Маркула в могучую династию «ночных охотников». О Дженис ты тоже слышала — она возглавляет этих убийц лет 500, не меньше. Александр также приложил руку к управлению семьёй, но приблизительно в четырнадцатом веке его официально объявили вне закона, и на него началась охота. Она достигла таких масштабов, словно весь мир ополчился против него. Я не знаю, кто там больше постарался: то ли мстительная Дженис, то ли вспыльчивый глава Гильдии, но факт остаётся фактом. Многие охотники и монстры вдруг решили уничтожить Александра любыми средствами и силами.       — А как же другие основатели клана? Они что-нибудь сделали? — уточнила я, понимая, что Кристал совсем отошла от официальных хроник Гильдии.       — Нет. В том-то и дело, что они оба исчезли за 200 лет до тех событий. Никто их не видел, не разговаривал с ними, и вообще большинство вампиров верят, что основателей убили много веков назад по заказу Александра. Поначалу я тоже в это верила, пока мне не рассказали правду. Из проверенного источника я знаю, что только один основатель умер, зато второй выжил и даже ошивался вокруг Стоунбриджа несколько лет назад. Точной причины для визита мы не знаем, но мои знакомые считают, что он тут был, собираясь обратить двух вампиров, после чего снова пропал без вести. Одного из его «сыновей» во время Второй Мировой войны убили. Он был добровольцем в Британской пехоте, словил пулю от охотника-фанатика, поэтому запись о его гибели появилась в хрониках Гильдии.       — Так, подожди минуточку… — вдруг произнесла я медленно, пытаясь нашарить в памяти что-то очень важное. Сочетание «Вторая Мировая война» и «Британская пехота» заставили меня поднапрячься, чтобы вспомнить давний разговор с Питером. И тут я поняла! — Кристал, а ты не знаешь, как звали того вампира, «сына» основателя Маркула?       — Кажется, Димирий или Димир… — нахмурилась сестра. Ну да, каждый раз мои догадки и познания добавляли ей головную боль. — Я не помню, Эстер. А что такое?       — А не Дамир случайно?       — Да, точно. Дамир!       — Ну, мир — большая помойка, — усмехнулась я. — Ты представляешь, этот самый Дамир некоторое время общался с Кроссманами и даже пытался жениться на Монике, сестре Питера, но его вовремя отпугнули. А ещё он по приказу своего создателя, то есть, получается, третьего основателя клана Маркула, хотел расправиться с несостоявшимися родственниками, однако у него что-то там не заладилось…       — Чёрт, Эстер, да ты в каждой бочке затычка! — воскликнула Кристал, окончательно потрясённая моими знаниями, но я заметила в её глазах искорки уважения. — Ну, в таком случае для тебя не станет открытием, если я скажу, что третий основатель до сих пор неизвестен, и им может оказаться любой вампир любого пола, который будет древнее основания Собора Святого Вита* в Праге.       — А как же второй «сын»? Разве нельзя поймать его и спросить?       — Боюсь, нет. Гильдия лет сорок назад устроила в Штатах своеобразную «охоту на ведьм», прикончив очень много молодых вампиров. В том числе и того, кого обратил основатель Маркула. С этой зацепкой мы тупике, — проворчала Кристал, после чего вдруг встрепенулась и взглянула на меня с неодобрением. — Так, Эстер, прекрати меня удивлять и дай закончить. Осталось самое главное.       Я изобразила, как закрываю рот на замок и выбрасываю ключ, а затем вся превратилась в слух. Пока история Кристал производила на меня смешанное впечатление — вроде всё понятно, но со своими заморочками. Впрочем, так всегда происходит в жизни. Она уже давно не делилась на «просто» и «сложно», на «чёрное» и «белое».       — Никто не знает (и я тоже), почему в клане Маркула всегда должно быть двенадцать основных членов — два карателя, два советника, три защитника, два убийцы, лидер и два наблюдателя. Может, это была блажь основателей или необходимость, продиктованная временем, но, тем не менее, вампиров в этом клане дюжина. Как я уже говорила, нынче у них в лидерах Дженис, особа безжалостная и принципиальная, склонная к интригам и любящая жёсткий контроль. Она много лет провела среди высшей аристократии сначала в Испании, потом во Франции, в Англии, в Австро-Венгрии и Германии, поэтому привыкла жить на широкую ногу и вести себя по-королевски. Её советников ты, скорее всего, знаешь не лично, но хотя бы по слухам и отчётам охотников. Тамара и Виктор принадлежат тому поколению вампиров, которых принято называть домоседами. Они редко уезжают из резиденции, но всё знают благодаря работе наблюдателей и сети доносчиков. Тамара Маркула часто вершит суд, когда Дженис занята другими делами. Из-за её устрашающего дара влиять на вампиров и запугивать их никто не решается оспаривать приговоры этой вампирши. Лично я знаю Виктора и Тамару как безупречно справедливых существ, но всё же это монстры, которые по локоть в крови людей и охотников. Тем не менее, они всегда сотрудничали с Гильдией. Впрочем, тебе это должно быть известно не хуже меня.       В защитниках у Дженис числятся Элиза, Доминик и Стивен. Все трое в прошлом, понятное дело, были искусными воинами — каждый в своей области. Элиза отлично управляется с огнестрельным оружием. Она служила то ли в разведке, то ли в спецназе, я уже не помню, но её навыки обращения со всем, что стреляет, включая арбалет и лук, превосходят любые ожидания. Доминик предпочитает рукопашный бой, у него есть все возможные звания во всех возможных видах единоборств, однако он такой стеснительный и замкнутый, что редко выходит в свет и ещё реже снимает при посторонних капюшон. Стивен, последний из защитников, всегда неровно дышал к старинному виду вооружений — булавы, мечи, алебарды, топоры, секиры… В них он разбирается не хуже любого современного специалиста, даром что когда-то, веке этак в двенадцатом, был кузнецом.       Убийцу в клане Маркула ты, благодаря своему длинному носу и природной «везучести», теперь знаешь. Адриан Маркула, приёмный сын Тамары и Виктора. Что они разглядели в этом кровожадном психопате, лично мне неизвестно, но он сразу же после обращения стал наёмником Дженис, её верным псом. Он родился в Ирландии, там же и вырос, а в восемнадцать лет ещё в облике человека попытался совершить местный переворот и свергнуть филиал нашей Гильдии. С тех пор у него есть хобби — он собирает коллекцию убитых охотников. У каждой жертвы он забирает на память какую-нибудь вещь, начиная от пуговицы и заканчивая сумкой или оружием. Он мастерски владеет ножами, творя с ними такие зверства, что кровь стынет в жилах. В нём нет ни капли сострадания, потому я и просила тебя держать себя и здешних монстров в узде. Если Адриан сюда приедет, плохо будет всем!       Напарника Адриана в этом ужасном звании убийцы ты, наверное, не знаешь и никогда о нём не слышала, потому что по неясным причинам в Гильдии его не любят и стараются держаться подальше от любых дел, связанных с этим вампиром. Его зовут Генрих, в далёком прошлом он был на службе у Людовика Французского, но после превращения в вампира сбежал из страны и стал одним из Маркула. Это случилось примерно в восемнадцатом веке, хотя точно говорить не возьмусь. Наши документы за тот период находятся в ужасном состоянии и никак не систематизированы. Хм… Вот ещё что… Если Адриан любит убивать физически, мучая цель пытками, то Генрих — мастер иллюзий и закулисных интриг. Он может неделями запугивать жертву, доводить её до состояния паники подарками, внезапными появлениями, телефонными звонками, а потом прийти и одним движением свернуть ей шею. Однако женщин он любит больше, поэтому и издевается над ними гораздо изощрённее, превращая их в подобие зомби. Как видишь, гуманности в этой парочке нет ни на грош.       А вот наблюдатели у Дженис строптивые, своевольные и со своими тараканами в головах, хотя послушно докладывают ей обо всём. Со Скарлетт ты знакома, так что рассказывать о ней не вижу смысла. А вот с Кимберли дело обстоит интереснее… Видишь ли, с этого момента как раз начинается самая важная часть моих слов, так что слушай и запоминай. Кимберли Вудсон — не только для Дженис, но и для нас наши глаза и уши среди всех ночных монстров. Это она указывает цели, а мы их уничтожаем. Лишь избранные охотники могут встречаться с этой вампиршей, поэтому мало кто знает, как она выглядит. Одни считают её молодой, другие готовы поклясться, что у неё седые волосы. Но я-то с ней знакома, причём лично, и потому могу с уверенностью утверждать — по возрасту она ничем не уступает Александру, а может, даже старше него. С ней не рискуют связываться ни Дженис, ни Адриан, ни Генрих. В общем, никто из самых опасных и психованных вампиров Маркула.       — Но зачем ты о ней рассказываешь? Если она такая опасная и древняя, какой у меня шанс с ней столкнуться?       — Кимберли души не чает в своих любимцах, особенно в уже известных тебе Дамире, братьях Гордонах и… Адриане. А теперь сложи два и два! В этой игре, стоит только дёрнуть за верёвочку, откроется дверь в Ад.       — Но разве наблюдатель имеет право вмешиваться?       — Для Кимберли в правилах есть столько лазеек, что замучаешься считать! — с горькой усмешкой, больше похожей на судорогу, ответила Кристал. — Дамир мёртв, охотник, который его убил, трагически выпал из окна на следующий же день. Ты видела упоминание об этом в наших отчётах? Его звали Мартин Скайфол.       — Да, я об этом читала, — сказала я и действительно вспомнила пожелтевший от времени лист с кофейным пятном. — Глупая случайность, по мнению автора. Он выпил слишком много виски, сидя на подоконнике, и не смог удержать равновесие. Тело нашла соседка, когда утром вышла послушать сообщение о ходе военных действий.       — Радует, что у тебя по-прежнему отличная память! Но это всего лишь домыслы, придуманные главами филиалов Гильдии, чтобы предотвратить панику. На самом деле я почти уверена в причастности Кимберли. Нет, не в личной, а так, на уровне приказов своим шестёркам. Любой из британских вампиров мог прокрасться в дом Мартина, подпоить его и выбросить из окна. Безнаказанно, потому что во время войны охотники были слишком заняты проблемами мира.       — Но куда вписать в твою «схему двенадцати» Илону и Александра? Они что, тринадцатый и четырнадцатый члены клана?       — Здесь и кроется основная загадка. Александра, само собой, уже давно выкинули из числа Маркула, хотя и сохранили фамилию, зато с Илоной всё очень запутанно. В наших хрониках говорилось о том, что она почти 50 лет встречалась со Стивеном, и они пытались сбежать от Дженис, чтобы начать новую жизнь, но это вилами по воде писано. Как видишь, они оба до сих пор живы, так что эта история, скорее всего, просто красивая сказка для романтичных дурочек! — решительно заявила Кристал. Я была с ней полностью согласна, потому что тоже не верила, будто мстительная по натуре Дженис могла пощадить предавших её вампиров и позволить одному из них вернуться на службу! — Вторая версия мне нравится больше. Согласно ей, Илона, заручившись поддержкой Тамары и Виктора, украла какую-то важную рукопись и теперь держит её в тайнике в качестве залога безопасности. К тому же, она подружилась с Симоной Кроссман, вошла в её семью и оказалась под защитой нового клана. Кроссманы давно отошли от дел и не имеют отношения к «большой политике», но они всё ещё считаются не последней семьёй среди вампиров, а потому Илона может без проблем спрятаться за их спинами.       — Согласна, — отозвалась я после короткого раздумья. — Этот вариант и правда звучит менее бредово, но всё равно как у них всё сложно!       — А ты что хотела? Для таких старых существ как вампиры кое-какие условности давно не существуют.       Я засмеялась вслед за сестрой, словно она сказала хорошую шутку. А ведь она на самом деле была права. Чем дольше жили вампиры, тем меньше следовали людским законам и признанным канонам.       — Почему ты решила мне это рассказать, Кристал? Не приоткроешь завесу тайны? — внезапно задала я чуть запоздалый, но очень уместный вопрос. — Как связаны события многовековой давности с тем, что происходит сейчас?       — А ты не догадалась? — лукаво ответила вопросом на вопрос Кристал. — Эстер, ты только вчера убила вампира из свиты Александра, до этого объявила ему войну, похитила бесценные «Жизнеописания Великих», разослала ликанов найти Чарльза Старриджа и привезла его в Стоунбридж, украла человека, поставила на уши человеческие власти, завела дружбу с сильным кланом Морганов и испортила отношения с братьями Гордонами! Мне продолжить список твоих «достижений»? — Кристал изобразила пальцами кавычки и выжидающе посмотрела на меня. Я замотала головой, и она продолжила: — А теперь представь другой расклад — Адриан убил ликана, правую руку вожака стаи, на другом конце Штатов, но где гарантия, что он не придёт сюда? Алан Гордон — его лучший друг, если между двумя убийцами вообще может быть дружба. Он не постесняется позвонить и выложить последние новости давнему приятелю. И тому наверняка не составит труда прикинуть, кто стоит за всеми местными потрясениями. Сама поймёшь, или мне надо озвучить имя этого человека?       — Это буду я, — сказала я удивительно спокойным тоном, хотя желание тут же сбежать на Карибы вспыхнуло с новой силой. — То есть ты хочешь сказать, что, привлекая внимание Адриана к городу и к себе, я рисую на себе мишень для профессионального убийцы Дженис и любимчика Кимберли?       — Именно так, — сухо согласилась Кристал. — А ещё есть Гордоны, к которым наблюдатель Маркула тоже относится весьма милостиво. К счастью, Фредерик больше не будет помехой.       — Что ты хочешь этим сказать? — спросила я, не скрывая своё облегчение и настороженность по этому поводу.       Кристал улыбнулась, и я поняла, в кого пошла своей кровожадностью. С таким лицом в древние времена воины шли в бой и отрезали врагам головы, конечности, снимали скальпы и вешали эти трофеи себе на пояса.       — Будем считать, он уехал в бессрочный отпуск в Новую Гвинею.       — Только не говори, что убила его, — попросила я умоляюще, хотя заранее знала ответ. Фредерик однозначно был мёртв благодаря моей сестре. С одной стороны, у меня появился повод для радости, с другой стороны, повод для новых переживаний.       — Я хотела выпустить пар и размяться, а эта ходячая образина полез ко мне с предложением погулять под луной. При этом он попытался вытащить у меня из сумки отличный револьвер времён Вашингтона! Представляешь? Мои игрушки только для меня, а не для ходячего трупа. И знаешь, громила он солидный, но на деле оказался слабаком. Ни разу меня не зацепил. Грации в нём как в бульдозере.       Я несколько раз открыла и закрыла рот, но так и не смогла придумать ничего разумного в ответ на замечания Кристал. Фредерик Гордон был мёртв.       — А следы ты замела? — наконец, обрела я способность говорить и с подозрением уставилась на сестру. Перерыв в охоте у неё был большой, без малого лет 5. Тут поневоле начнёшь терять часть навыков и забывать важные приёмы.       — Эстер, я, в отличие от тебя, головой думаю, а не таскаю её на плечах как тыкву с ушами, — укоризненно ответила Кристал. — Любой монстр будет свято верить, что Фредерика убил кто-то из вампиров. Надеюсь, это даст им повод объявить охоту на некую рыжую особу…       Кристал чересчур мечтательно улыбнулась, но за её улыбкой скрывалась лютая ненависть, так что я возвела глаза к потолку и вздохнула. Горбатого могила исправит, честное слово. Подставлять Марго мне не хотелось, она была неплохой и полезной вампиршей.       — Ну зачем ты так сделала? Марго мне помогает.       — Она тебе не помогает. Она тебя использует, чтобы подружиться с господином Питером Кроссманом. Если ты до сих пор ничего не поняла, тогда я тебе сочувствую и советую попить таблеточки от слабоумия!       Кристал ядовито усмехнулась, и я вдруг подумала, что, плюнь сестра в тот момент на кровать, её слюна кислотой прожгла бы даже пол в спальне.       Я решила ничего не говорить. Вместо этого я соскочила с кровати, сняла со спинки стула одежду и направилась в ванную. Ругаться с Кристал после того, как она фактически избавила меня от проблемы с Гордонами, было глупо.       Последнее, что я увидела, прежде чем выскользнуть из спальни в коридор, было лицо Кристал, которая лучилась самодовольством от удачно провёрнутой аферы. Ну конечно! Для неё после гибели Марго станет на одного монстра меньше! Да уж, и почему я не родилась фикусом без сумасшедшей семейки на плечами?.. *Собор Святого Вита в Праге основан в 925 году нашей эры.