"Святые"

Стайлз понимал, что Джордан прав, впрочем, как и всегда, что неудивительно, у Пэрриша всегда хватало мозгов не влипать в неприятности, из которых он потом не сможет выбраться. Бегать было глупо, рано или поздно Питер или Дев нашли бы его, и тогда… Об этом лучше даже не думать. Кастрация, сожжение, публичное избиение. Выбирай, все как во времена инквизиции. Мальчишка понимал, надо отдаться на милость Девкалиона, у того больше причин оставить парня в живых, он пусть и создает много неприятностей, но, как правило, сам же их и улаживает. Конечно, надо было сдаться, но природное упрямство Стилински не позволяло этого сделать. Он не считал, что поступил неправильно и не собирался извиняться, прекрасно понимая, что своими извинениями никого не проймет, это только на маму действовало и только в детстве. Пэрриш не угадал, день прошел неплохо, Стайлз поел устриц с Уиттмором (за его счет, естественно), послушал сплетни от постояльцев о психе, дерзнувшем стрелять в Хейла, помыл полы в ресторане, попел в караоке, выпил две бутылки текилы и завалился спать. И вот тут день и омрачился, в два часа ночи пришла СМСка от Скотта «Медисан Авеню 10 а.m. У нас дело, ты нужен». И с мыслями, что это его последняя возможность поспать, если он, конечно, вообще проснется, Стилински провалился в сон. В десять утра Стей стоял у роскошного дома, построенного в стиле романтизма, с огромным балконом, свисающим у него над головой, и ждал напарника. Скотта все еще не было, хотя опаздывать, эта прерогатива Стилински, ему, почему-то никогда не удавалось прийти вовремя, но сегодня Джексон буквально выпихнул его из ресторана, напомнив, чтобы он не возвращался, пока не решит свои проблемы. МакКол появился десятью минутами позже, сказал, что время мистера Смита истекло, и что потом им надо будет серьезно поговорить. «Девкалион послал, — подумал парень. — Тут и к гадалке не ходи. Но послать лучшего друга, чтобы его грохнуть, это низко.» Они поднялись наверх по позолоченной лестнице, остановились напротив огромной двери с ручкой в виде головы змеи и постучались. В ответ, как обычно, тишина, как будто таракашки услышали, что кто-то идет на кухню, и притихли. Только этот тараканище с брюхом, как у Карабаса Барабаса слишком зажрался, чтобы как и все насекомые тащить крошки с пола, он решил стащить индейку со стола. Спрашивается, нахрена она ему сдалась? Один он ее все равно не сожрет, семьи нет, друзья не станут влипать из-за него в неприятности, но таракашка-то смелый или просто глупый, ему же, блять, надо было что-то стащить. С другой стороны, не будь таких вот придурков, у Скотта и Стайлза не было бы работы, вернее она бы была, но за нее бы так не платили, да и делать особо ничего не надо. Чик - и дело сделано. С этим каждый справится. — Смит? Как банально, — усмехнулся Стайз, ожидая, когда хозяин соизволит открыть дверь. — Не Джон, я надеюсь? — Нет, Джим. — Еще хуже. — Нынче у людей совсем нет фантазии, — согласился МакКол, как раз в тот момент, когда дверь отворилась, и на пороге появился толстый, лысый мужичок немного за сорок. Смит вытаращил свои поросячьи глазки на незваных гостей, на его лице пробежало множество эмоций, а в голове, небось, оборвалась цепочка хорошо сложенных мыслей — деньги, Гаваи, махито, девочки — Джеймс нахмурил брови и потянулся к зеркалу у стены к припрятанному двадцатилетнему револьверу. Вряд ли он вообще когда-либо стрелял, лежал себе тихонечко в подарочной коробочке еще с последнего кризиса и никого не трогал. Наверное, Смиту было просто обидно ни разу не выстрелить из него. Что ж, переживет, потому что и сегодня не судьба. Смельчак. Хотя здесь скорее попахивало отчаяньем. Так сказать, последние конвульсии умирающего. Пока смертный приговор не приведен в исполнение, жертва считает, что у нее есть шанс выжить. Стей направил хейловский Глок, который просто идеально лежал у него в руке, в голову очередному неудачнику и спустил курок. Вот так просто. Работа есть работа. Они привыкли к этому уже давно. Парень покрутил волыну в руках, провел пальцем по ромбовидным насечкам, пушка что надо, но со своей все-таки привычней, но она у Хейла. Чертов Хейл! От него одни проблемы. Но пушку надо бы вернуть. Свою, конечно же, Питер перебьется. — Дело сделано, — сказал Скотт Джулии, милой блондинке на том конце провода. — Медисан Авеню. Пришлите парней почистить здесь. И они ушли, остальное не их забота. В двух кварталах находился бар «Убогая лачуга» (фантазии у людей ноль, хоть местечко и правда убогое). В десять утра желающих выпить было немного, так что это отличное место, чтобы поговорить. Отправив бармена прогуляться, МакКол забрался по ту сторону барной стойки, порылся и достал из дебрей коробок бутылку абсента. То, что надо с утра. — С ума сошел? Решил убить меня? — вылупился Стилински, разглядывая сомнительную бутылку с зеленой жидкостью, больше напоминающую средство для мытья полов. — Тогда, может, самбуки для храбрости? Выпивать после дела им приходилось раньше, когда руки предательски тряслись, сердце колотилось, как сумасшедшее, а в голове стучалась мысль «Что я наделал?» Сейчас же все проще. Ни жалости, ни сожаления, и плевать, были ли у него дети, жена, рыбка в аквариуме, которая умрет, если ее не покормят. Это не их забота. Каждый выживает, как может, а кто не может, тот дохнет. Убей или будь убит. — Значит, разговор предстоит серьезный? — сделал очевидный вывод мальчишка. Скотт согласно кивнул, доставая два бокала и бутылку из-под стойки. — В общем, слушай, Дев был вне себя, когда узнал, что ты наделал, — сказал парень, бросая пару кофейных зернышек в бокал. — Он рвал и метал, отправил близнецов на твои поиски, но они вернулись ни с чем. — Что, все так плохо? — уронив голову на руки, поинтересовался Стайлз. — Шутишь? Да он такие пытки для тебя придумал, я молился, чтобы тебя никогда не нашли, а ты знаешь, как я скептически отношусь к Богу. Право дело, лучше бы тебя Питер нашел, чем этот психованный. Стилински закусил губу, прикидывая, кому лучше отдаваться в руки на растерзание, но его от обоих кидало в жар. Лучше уж пулю в лоб пустить, чем насолить хоть одному из них, а он умудрился достать обоих. Прямо-таки Джек Пот. Приз в студию! — А потом, когда он немного остыл, — продолжил МакКол, поджигая зерна. — То смеялся минут десять, как сумасшедший. Я уже было думал, спятил мужик, а он все заливался диким смехом, чуть с кресла не свалился. А потом успокоился и сказал: «Ворвался в казино к Хейлу, убил его охранников, подстрелил самого зодчего и смылся. Браво, мальчик мой, браво». У Стайлза глаза на лоб поползли. Дев и впрямь странный человек, а настроение у него менялось, как у Эдварда из «Сумерек». С таким начальником повеситься можно. — Он дал адрес Смита и сказал, что после выполнения задания, он ждет тебя, — закончил парень, переворачивая бокал и протягивая его другу. Стей быстро выпил огненный напиток, собираясь с мыслями и набираясь смелости для предстоящей встречи. Он достал из кармана брюк жетон отца, который сегодня утром забрал из надежного тайника — после нескольких попыток в детдоме отобрать у него значок, парень припрятал его - и, как и прежде, крутил его в руках. — С жизнью прощаешься? — кивнув на жетон, спросил МакКол. — Ты так пристально разглядываешь его, когда собираешься сделать что-то безбашенное, — пояснил парень, убирая бутылку на место. — Ты же не собираешься удрать? Чувак, это плохая мысль. — А, по-моему, неплохая. Что мне еще остается? — Молиться, — попытался пошутить Скотт, Стей, в отличие от друга, не был таким безбожником. — Боюсь, тут мне даже Господь не поможет. — А знаешь, — улыбнулся парень, забирая из рук Стилински значок. — Я благодарен этой штуковине. Если бы не она, мы бы с тобой никогда не познакомились.

***

Стей сидел на кровати в дальнем углу рядом с окном. Оттуда открывался лучший обзор на комнату и, при случае, можно было выпрыгнуть в окно — второй этаж — пусть на нем и стояли решетки, но когда это останавливало Стилински. В руках он крутил начищенный до блеска значок отца, Джон уже давно научил сына чистить жетон, он всегда должен быть в идеальном состояние, это твое лицо, твоя визитная карточка. И парень каждый день начищал его до блеска, сидя на своей кровати (хотя, как ему сразу дали понять, ЕГО здесь ничего нет) и подозрительно оглядывался. Еще по пути в приют, когда мальчишка крутил в руках отцовский значок и упрямо сжимал губы, отказываясь разговаривать, Джордан говорил ему: «Никому не говори свою фамилию, а лучше придумай себе другую, ни к чему всем и каждому знать, что ты сын шерифа (ВАЖНАЯ ПОПРАВКА — убитого шерифа). Жетоном не крути так, отберут, прячь его, не показывай никому, чисти его, когда никого не будет рядом. И еще кое-что… — Пэрриш остановил машину и развернулся к мальчишке, последний раз пробегая по нему взглядом, запоминая еще невинного ребенка. — Береги его, это все, что у тебя осталось от отца.» Хоть он и слушал полицейского вполуха, но к этим словам прислушался, Стей жил припеваючи до смерти родителей и о детских домах слышал раза два или три, так что дельный совет, как вести себя там, ему бы не повредил. Значок он прятал от всех, ну как прятал, кроме того, чтобы носить его с собой и прятать-то было толком негде, но он им особо не светил, и пока все шло неплохо. Стилински с тряпочкой в руках уже в десятый раз тер цифры на звездочке, которые знал наизусть, обводил пальцем острые углы по памяти и краем глаза наблюдал за двумя «старшаками», которые приставали к вновь прибывшему. У мальчишки в руках был медвежонок в вязанном свитере с надписью «Люблю тебя больше чем шоколад». Парнишка крепко прижимал игрушку к себе, захлебываясь слезами и умоляя отстать от него, говорил, что этого медвежонка ему подарила мама и что это ЕГО Тедди. Но «старшаки» продолжали пихать мальчишку и повторять. — Это детдом, сосунок, здесь нет ничего твоего, есть только то, что ты не смог уберечь и то, что ты отжал у неудачников. Билли, новенький мальчик лет семи, только крепче сжимал в объятьях мишку, даже не пытаясь защищаться, когда его повалили на пол и стали избивать ногами. Тедди для него был важнее ушибов и ссадин. Тедди друг, а друзей в беде не бросают. Но что мог мальчишка против двух шестнадцатилеток? Пару сильных ударов по ребрам, сломанное запястье и вот медвежонок уже не у законного владельца, а у придурка, который спустил штаны, обхватил мохнатыми лапками мишки свой член и стал себе надрачивать. Это жизнь. Убей или будь убитым! Впервые увидев что-то подобное, Стайлз вмешался, никогда не любил, когда обижали тех, кто и сдачи-то дать не может. В итоге паренька он, вроде как, спас, тот отделался легким испугом, а вот Стилински три дня пролежал в белой, пропитанной медикаментами комнате с воткнутой иглой в руке и запахом спермы в волосах, которые, почему-то, не отмывались. Приют быстро учит — не лезь, это не твое дело. Если не хочешь, чтобы тебя не трогали, просто не лезь. Поэтому парень, скрепя сердце, лишь отвернулся, слыша, как мальчишка скулит и просит отдать ему игрушку, а эти придурки ржут, измазывают Тедди в сперме и бросают игрушку в лицо парнишки. «Не лезь, не лезь, — как мантру шептал парень, закрывая глаза. — Это не твое дело. Пусть мальчишка привыкает. Дальше будет только хуже.» Но то ли у «старшаков» такое настроение было хорошее, то ли Стилински сделал что-то не так, потому что эти идиоты, по какой-то неизвестной причине, переключились на него. Как сороки, увидели что-то блестящее и захотели свистнуть это. — Бедный, бедный Стей, — пропел Эрик, местный заводила и полный уебок. — Папочка с мамочкой больше не придут к нему. — Меня зовут Стайлз! — твердо и четко произнес парень. Глупый! Джордан же сказал сменить фамилию, а не имя. Но так парень чувствовал себя другим человеком, смелее, сильнее, тот, кто сможет выжить в этом Аду. Стей умер, не смог справиться с невзгодами жизни, пал жертвой извращенцев, ублюдков и несправедливости, он умер почти сразу, как попал в приют, его здесь сломали. А Стайлз это Феникс, он восстал из пепла, чтобы сражаться, чтобы бороться за свое всеми руками и ногами, а если придется, то и зубами. — Что, папочки нет, чтобы спасти тебя? — Эрик потянулся к жетону, но парень вовремя убрал руку, убирая СВОЮ вещь. — Ах да, он же сдох. Какая жалость! Стилински уже привык пропускать такие выпады мимо ушей, пусть каждый раз они и проезжаются больно по сердцу. Но провоцировать хищника это плохая идея, сейчас Стей это красная тряпка, а Эрик это бык, и рядом нет конкистадора, чтобы спрятать красную ткань, нет никого, кто бы утихомирил тупое животное. — Что это ты там прячешь? — Твои яйца. Хочешь посмотреть? — ребра все еще побаливали, да и губа не успела зажить, но Стайлз был готов к новому раунду. — За свои переживай, — вставил свои пять копеек Сет, друг Эрика, придурок, каких еще поискать надо. Таких надо убивать еще в утробе матери. Парни обернулись, оглядели комнату и, убедившись, что они одни, направились на Стилински. Мальчишка никогда толком драться не умел, это была не та вещь, которая ему давалась, но царапался он все равно до конца. И именно царапался, кусался, порой ногой мог двинуть, если успевал. Это нечестно, парни больше его в два раза, да и все проблемы они привыкли решать кулаками, у них больше шансов на победу, а трепыхания жертвы их только раззадоривают. На пятом или шестом ударе, отплевываясь от крови и стирая с глаз выступившие слезы, Стайлз заметил, что новых ударов не поступает. Подняв голову, он увидел пацана с вилкой в руках и бешеными глазами. Парнишка подмигнул Стею и набросился на Эрика, воткнув ему вилку в щеку, Сет получил пару ударов по корпусу, но и этого хватило, чтобы он удрал, оставив друга истекать кровью. Наверное, бешенство и уверенность МакКола в победе сыграли свою роль и именно они во многом спасли тогда их задницы. — Я Скотт, — представился парень, помогая Стилински встать и бегло осматривая его травмы. — Стайлз. МакКол усмехнулся, поднимая с пола полицейский жетон и протягивая его парню, когда тот уже было готов броситься на него и загрызть до смерти. — Стайлз, — попробовал слово на вкус парень. — Ты псих, ты знаешь это? — Кто бы говорил. — Ты готов умереть ради этого значка? — неверяще нахмурился Скотт. — А ты готов умереть, спасая придурка со значком? — усмехнулся в ответ Стилински. Наверное, тогда они оба поняли, что теперь навеки связаны. Судьбой, глупыми идеями, идиотизмом, навязчивой идеей отомстить или просто безумием. Это было неважно, главное, что два психа в мире нашли друг друга и раз и навсегда изменили свою жизнь.

***

В полдень Стилински и МакКол нехотя добрели до офиса Девкалиона, где их уже ждали. Пару парней с битами в руках, близнецы с легкой, садисткой улыбкой на губах по обе стороны от босса и сам зодчий в темных очках стоял посреди комнаты и чуть постукивал своей тростью. После выпущенной пули в ногу от старого доброго дядюшки Питера, Дев немного прихрамывал, но порой боль становилась невыносимой, и тогда приходилось вспоминать о еще одной старой подруге — трости. Лидер «Теней» ненавидел ее, считая, что хромота делает его слабым, уязвимым, а никто не любит казаться таковым. Но трость ничуть не портила мужчину, а скорее наоборот, красила его, была в этом какая-то харизма. А еще это оружие, которое всегда было под рукой. Стоило Стайлзу оказаться на расстояние вытянутой руки от Девкалиона, как ему по щеке проехались острым концом трости, лидер «Теней» частенько ее затачивал. Парень чуть сморщился, стирая с лица кровь, но голову не опустил, знал, что послушание это сейчас не то, что ждет от него босс. Он хочет расплаты, хочет, чтобы мальчишка раз и навсегда понял, где его место. — Ты разочаровал меня, мальчик мой, — цокнул языком Дев, обходя парня со спины и стукнув его тростью по спине, чтобы выпрямился. Манеры. Они красят мужчину. Стилински откинул плечи назад, выпрямляясь и поднимая голову выше. Все, что сейчас можно сделать, это не сболтнуть лишнего, чем Стей усердно и занимался. — Ты знаешь, как я не люблю причинять людям боль. «Ага, расскажи об этом закопанным трупам на заднем дворе». Молчать, надо молчать. — Но щенят воспитывают, чтобы они выросли здоровыми бойцовыми псами и защищали хозяина. «И не ссали в тапки». Неуместная мысль. А вот эта в тему — «А еще неугодных щенят топят». — Поэтому не обессудь, малыш, это все в целях профилактики, — Дев кивнул парням и обернулся к Скотту. — Скотти, останься за дверью. МакКол бросил взгляд на друга, но тот лишь закусил губу и отвел взгляд. Спорить с боссом не лучшая затея, но все понимали, что Скотт ни за что не оставит друга и уж точно не станет смотреть, как его избивают. Стайлз понимал, что заслужил это и что Девкалион так просто от него не отстанет, но так же он знал своего друга, чтобы он ему не говорил, МакКол не уйдет. Он упрямый. — Итан, — мужчина махнул рукой одному из близнецов, тот буквально за шкирку выкинул парня из комнаты, тихо прикрыл за собой дверь и встал перед ней, чтобы у Скотти не возникло самоубийственного желания войти внутрь. Через минуту раздался тупой удар и сдавленный стон, на лице Итана не дрогнул ни один мускул, как будто за дверью не человека избивали, а пуделя стригли. МакКол сжал руки в кулаки, стараясь дышать глубоко и ровно, у него порой случались приступы агрессии, с которыми ему помогал справляться Стилински, сам он редко когда мог вернуть себе контроль над телом и разумом. Парень походил перед непроницаемой скалой пару минут, ожидая, когда же его друга уже отпустят, но время тянулось мучительно долго, а крики за закрытой дверью становились все громче и отчаянней. Итан нахмурил брови, наблюдая за внезапно остановившимся пареньком, он как будто предчувствовал, что сейчас произойдет что-то нехорошее. И ведь как в воду глядел, Скотту надоел этот беспредел, он набросился на охранника, подбиваемый чувством справедливости и накатившего бешенства. Близнецы хоть и выглядели внушительно, но на деле не любили стычек со Скоттом, тот был полным отморозком, когда слетал с катушек. Стайлз лежал на полу, прикрывая голову руками и подтянув ноги к животу, в надежде обезопасить свои ребра, но бита всегда попадала точно в цель, доламывая ребро с правой стороны. Звук ломающейся кости остро проехался по слуху, Стилински громко закричал и пропустил момент, когда в комнату ворвался лучший друг и приставил нож к горлу одному из парней. — Ты что тупишь, вставай и идем, — рявкнул МакКол, надавливая лезвием на тонкую кожу. Скотт хоть и был не самым крупным качком в клане, но его клинок наводил ужас. Сорок сантиметров в длину, утолщенное лезвие у основания, которое всегда было начищено, зазубрины, доставляющие адскую боль даже от маленького пореза, и волк, изображенный на рукоятке и скалящий пасть. Но больше всего пробирал до костей красный глаз из рубина, который светился, когда на него попадал свет, тогда казалось, будто зверь оживает и готов кинуться в атаку, как и его хозяин. — Босс сказал продержать его тут двадцать минут, — пропищал парень, осторожно поднимая голову на Скотти. — Он будет не доволен. Мальчишка еще не получил урок. — С него достаточно! — отчеканил МакКол, оставляя порез рядом с ключицей. Вытерев лезвие о белую рубашку парня, стоящего на коленях, Скотти помог подняться другу и вытащил его на свежий воздух. Прикурив сигарету, парень сунул ее между окровавленных губ Стилински, и закурил сам. Сегодня можно, сегодня плевать, что Стей пытается бросить курить, сегодня никотин необходим. Оправдание «дерьмовый день» звучит так себе, но это лучше, чем «я безвольное чмо и не смог сдержаться». Столько лет прошло, а они все еще курят старый добрый «Винстон», которым торговали в приюте. Тогда это были одни из самых дешевых сигарет, какими они, впрочем, и остаются по сей день. И вроде бы теперь денег, хоть жопой ешь, но «Винстон» все-таки милей других фирм. — Скотти, ты мне друг? — согласный кивок в ответ. — Скажи, я в жопе? И оба рассмеялись, не в силах и дальше держать серьезное выражение лица. Но боль в ребрах дала быстро о себе знать, и Стайлз согнулся, кусая разбитую губу. Вкус крови уже давно стал для парнишки любимым, чем-то родным и привычным. МакКол помог другу вновь принять вертикальное положение и, похлопав по плечу, ответил: — Еще в какой!

***

Стайлз с самого начала понимал, что отвечать придется перед обоими мужчинами, как бы не хотелось этого делать, поэтому не удивился, когда вечерком на огонек заглянул Питер Хейл с просьбой «увидеть засранца лично». И вряд ли, чтобы руку пожать. Это, пожалуй, только в Аду. Но на съедение волкам его отдали не сразу, Дев пока держал его у себя за спиной, продолжая защищать своего человека. А Питер не собирался уходить отсюда без своей добычи. — Дев, — протянул мужчина, поправляя на себе пиджак и делая шаг вперед, двое охранников за ним остались стоять на месте. — Отдай мне парнишку. Сероглазый глубоко вздохнул и покачал головой, улыбнувшись одними уголками губ. — Нет, Питер, так дело не пойдет. Он мой. — Он нарушил правила, — шаг вперед. — Ворвался ко мне в казино, как к себе домой, — еще один шаг. — Убил моих людей. — Хейл остановился в двух шагах от своего врага. — Он угрожал мне. Позволь мне самому наказать гаденыша. Не думай, что я сомневаюсь в твоих методах, это твои люди, но как я вижу, мальчишке все сошло с рук. Тут Питер ошибался, Девкалион хорошо отделал его, точнее он поручил это своим телохранителям. Просто лидер «Теней» считал, что лица его людей это и есть лицо всего клана, поэтому никогда не портил мордашку избиением (разбитая губа это так, чисто символический подарок от босса, чтобы не зарывался). Зато другие части тела Стилински пострадали, его неплохо отделали битой — ребята, определенно, играют в бейсбол. Стайлзу сломали пару ребер и отбили почку, но он не жаловался, ведь и убить могли. Так и хотелось стянуть с себя пиджак, распахнуть рубашку и открыть вид на кровавые подтеки на молочной коже. «Смотри, ублюдок, мне из-за тебя досталось. Ты доволен?» Но Хейла, конечно же, это не проймет, он подойдет, проведет холодными, немного шершавыми пальцами по молодому, подтянутому телу и довольно улыбнется, как сытый кот. Питер садист, ему такие вещи нравятся. Только он обычно оставляет отметины по всему телу, чтобы, когда видит человека, вспоминать то наслаждение, когда наносил эти удары. Питер псих, это всем известно, Питер мстителен, и об этом тоже знали все. Стайлз безмозглый идиот, и сейчас это как никогда стало проблемой. — Да, у парня стальные яйца, — Девкалион был спокоен, как и всегда, к нему не в первый раз вламывались вооруженные люди и чего-то требовали, он знал, как поступать с такими людьми. Но тот факт, что Питер сам явился к нему немного настораживал, обычно он отправлял своих верзил разбираться с неугодными. А значит, мальчишка зацепил его, и на этом можно было сыграть. В конце концов, все, что не делается, все к лучшему. — Дев, — мужчина выдохнул и взял себя в руки, этот гаденыш хорошо потрепал ему нервы. Пуля застряла в животе, и какой-то неумелый врач, который сейчас кормит рыб на дне океана, полчаса доставал ее, боясь сделать больно своему нанимателю. — Давай решим это мирно. Парнишка накосячил, он должен заплатить. Обещаю, я не убью его… пока. Стилински прятался за спиной своего босса, поглаживая рукоятку украденного Глока, готовый в любой момент начать пальбу, и старался не смотреть на Хейла, боясь, что мужчина раскусит его. Он не сомневается, что Девкалион не отдаст его, тем более своему заклятому врагу, Стайлз ценный кадр, как когда-то сам сказал Дев, и еще может пригодиться, но вот наказать мальчишку надо, с этим никто не спорил, даже сам Стилински. Он только послушно стоял за спиной своего босса и ждал приговора. А вот Питер терпением никогда не отличался, он как ребенок, если чего-то хотел, то это должно было появиться перед ним немедленно. А этот мальчишка еще издевался, крутил ЕГО ЖЕ пушкой у него перед носом. Дразнится. Его, определенно, надо наказать. И каким бы извращенцем не был Хейл, одним ремнем здесь не обойтись. — Ты сам нарушил правила, придя сюда, — мужчина не выпускал из поля зрения незваного гостя, который расхаживал у него по кабинету, как у себя дома. — А мальчишка, — Девкалион выждал паузу, оборачиваясь к Стилински и пробегая по нему беглым взглядом. — Давай сделаем ему поблажку на первый раз. У паренька хорошие задатки и он еще их проявит. — Но ты же согласен, что нельзя ему так просто спустить это с рук? Оба мужчины уставились на Стайлза, который смело выдержал их взгляды и не рванул с места, хотя очень хотелось. Он уже давно уяснил правила игры и знал, что за провинность ему полагается наказание, а если он вздумает бежать, то останется один, без поддержки, его признают трусом, а это хуже смерти. — Да, мальчишку надо бы проучить, — согласно кивнул Девкалион, засовывая руки в карманы и рассматривая своего лучшего и возможно самого надежного человека с ног до головы. — Если сможешь его поймать, накажешь по своему усмотрению, если нет… что ж. Мальчишка шустрый и чертовски везучий. Мужчины пожали друг другу руки, сделка есть сделка, все честно, так устроен их мир, и Стайлз не злится, он все понимает. Питер хищно улыбнулся, глядя на Стилински и уже предвкушая победу. Такой трофей обязан быть у него, он найдет ему нужное применение. — Десять секунд, — милость со стороны Хейла. — Беги, — заботливое наставление от босса. Стилински медленно прошел мимо двух боссов враждующий кланов, обошел охранников и только тогда пустился бежать со всех ног. Через секунду раздался громоподобный голос, холодящий душу и заставивший волосы на затылке встать дыбом: — Десять! Кто не спрятался, я не виноват. Заставить, возможно, самого опасного человека в мире бегать за каким-то там мальчишкой, это дорогого стоит и этим можно гордиться. Этот парень поможет Девкалиону раз и навсегда избавиться от Питера, похоронить его в самой глубокой яме, если, конечно, выдержит нрав Хейла и сможет не проиграть в его игре, а вкусы у мужчины экзотические, не каждому такое понравится. Буквально слетев по перилам с лестницы, Стайлз выбежал на улицу и побежал по уже знакомым улицам. Стилински часто убегал из приюта и бродил по переулкам Лос-Анджелеса, пока его не ловили копы или Джордан и не отправляли обратно гнить в детский дом, думая, что так они делают лучше, что они обезопасили его, спрятав от несправедливости, что царит в городе, забывая, что в стенах приюта ничуть не лучше. Питер, к удивлению парня, не отставал — неужели ходит в фитнес центр? То, что мужчина в хорошей форме, мальчишка смог оценить еще при их первой встречи, но рана должна была дать о себе знать, Стайлз по собственному опыту знал, что с огнестрелом далеко не убежишь и не важно, что прошла уже неделя, живот, должно быть, все еще болит. Свои раны беспокоили его меньше, ребра немного побаливали, но это было ничто в сравнении с тем, что с ним сделает Хейл, если поймает. Свернув в переулок, парень притаился, вооружившись железной трубой, что валялась у его ног. Так можно вечность пробегать, а Стилински привык принимать бой. Буквально через несколько секунд в переулке показался Хейл и остановился, не увидев свою добычу. Мальчишка выскочил из своего укрытия и ударил мужчину по ноге, тот вскрикнул от боли, но прежде, чем Стайлз успел нанести еще один удар или убежать, Питер обхватил его и развернул к себе спиной, удерживая руки стальной хваткой. И как бы парень не пытался вырваться из этой хватки, у него не получилось, Хейл выхватил трубу из его рук и откинул в сторону, крепче сжимая внутренности мальчишки. — Гаденыш, — прошипел мужчина, видимо, все-таки рана дала о себе знать — запыхался, бедняга. — Предлагал ведь по-хорошему. Парень не собирался слушать тирады о плохом поведении, он ударил Хейла в живот, надеясь, что попал именно в рану, и воспользовавшись тем, что Питер ослабил хватку, снова рванул. Назад путь был отрезан, поэтому приходилось бежать только вперед, а Стилински даже порывшись в своей памяти, не помнил, что там находится. Но деваться некуда. Стайлз бежал сквозь заброшенный завод, который закрыли из-за очередной перестрелки, пытался выбежать на улицу, но мужчина откуда не возьмись вылетел ему навстречу, и пришлось бежать в другую сторону. Хейл, как будто специально куда-то загонял мальчишку, но эта мысль пришла в голову парня слишком поздно. — Детка, ты же не думал, что я всегда жил в роскошном доме с видом на парк? — Питер не торопясь, с грацией хищника, которая свойственна только ему, подошел к парню, сложив руки за спиной. — Я в твоем возрасте жил на улице и не плохо успел с ними познакомиться. Стайлз покрутил головой в поисках выхода, но его не было, это тупик, Хейл загнал его в ловушку. — Отбегался, малыш. — Я тебе не малыш, — Стилински достал Глок и направил его на мужчину, тот поднял руки, как бы говоря, что сдается, а на лице ни грамма страха, лишь усмешка и легкая заинтересованность. — Кстати, я хотел бы вернуть себе пистолет. Это подарок, знаешь ли, — все так же спокойно сказал лидер «Святых». — И кто же дарит такие подарки, если не секрет, конечно? Я бы не отказался от такого. — Будь хорошим мальчиком и, возможно, я подарю его тебе. По тону Питера невозможно было понять, серьезно ли он. — И что же для этого нужно сделать? — не то чтобы Стайлзу было интересно, он и так не собирался отдавать пистолет, это трофей, к тому же, это задевало Хейла, какой-то молокосос украл у него оружие. Позор! Ему просто любопытно. — Будь послушным и подойди ко мне. — Ага, сейчас. Так я и купился. — Детка, Стайли, не заставляй меня делать тебе больно, мы ведь можем обойтись и без этого, — мужчина сделал шаг вперед, загоняя мальчишку в тупик и не давая возможности убежать, закрывая собой единственный выход. — Что-то я в этом сомневаюсь, — парень тоже сделал шаг назад и взвел курок, на Питера это не произвело никакого впечатления, казалось, что этот человек вообще ничего не боялся. — Подстраиваться под ситуацию всегда тяжело, но ты справишься. — А если я не хочу играть в эти игры? — осторожно поинтересовался Стилински, все еще надеясь на благополучный исход в этой ситуации. — Малыш, ты давно уже играешь, просто еще не понял этого, — мальчишка полностью выпрямил руку и дуло пистолета уперлось в лоб Хейла. — Сделай себе одолжение и отдай мне пушку, а то еще поранишься. — Не переживай за меня. — Вот же поганец. Я выиграл. Честно выиграл. Я тебя поймал. Питера стала раздражать вся эта ситуация, он не привык сюсюкаться с сосунками, но и пугать паренька пока не хотелось. — Не правда, — тут же возразил Стайлз. — Ты меня догнал, но не поймал, так что я еще не проиграл. Все честно. Мужчина наклонил голову, что ж, похоже, парень прав. А значит, игра еще не окончена. — Ну тогда стреляй. Мальчишка вытаращил глаза на мужчину. Может он еще и бессмертный? Мальчишка бы этому не удивился, кажется, у лидера «Святых» масса талантов. — Думаешь, не выстрелю? — Стилински сильней прижал дуло Глока ко лбу Хейла, оставляя на нем красный след. — Ну что ты. Я в тебе не сомневаюсь ни минуты, — Питер протянул руку к лицу паренька, а тот боялся пошевелится и потерять момент, когда можно будет прихлопнуть ублюдка, боялся, что этот человек опять что-то задумал. А ведь он точно что-то задумал. Поэтому позволил мужчине погладить себя по щеке, пройтись пальцами по скуле, очертить линию губ. — Просто видишь ли в чем дело, — Лидеру «Святых» было почти что жалко мальчишку, так далеко зайти и все же проиграть. Печально. — Пули к этому пистолету делаются на заказ, их делает один мой друг. И, насколько я помню, в нашу последнюю встречу в нем было всего две пули. Одну ты любезно выпустил в меня, другую подарил мистеру Смиту. Питер немного улыбнулся, глядя на напуганное и растерянное лицо паренька, на то, как осознание происходящего медленно доходит до него. Мужчина лишний раз доказал, что в городе Ангелов ничего не происходит без его ведома. — А значит, твой магазин пуст. Хейл схватил Стайлза за совсем не дрожащую руку, в чем надо ему отдать должное, мальчишка не из робкого десятка, и заставил его спустить курок, надавливая на палец. Тишину разрезал громкий щелчок. Магазин был пуст.