Пять раз

Он лениво жевал колпачок от ручки и пытался продумать дизайн нового проекта, когда это случилось. Как обычно, после ланча, он проходил мимо класса, возвращаясь на работу. Студенты внимательно слушали лекцию мистера Джакоби, который рассказывал о небесных телах. Их внимательность к астрофизику, который Вику запомнился только своей монотонностью, могла означать только то, что это новенькие стажёры. Пока ещё они пытаются проявить себя. Вик фыркнул, забавляясь. Они скоро сами всё поймут. В следующую минуту он уже лежал на полу, оглядывая стальные панели на потолке, и думал о том, что вот она карма, бьющая по самому больному месту за его насмешки над новенькими. Боже, как же больно. Любопытные подростки начали толпиться вокруг него, и один из них воодушевленно вызывал врача. Он слишком счастлив, наблюдая за бедой Вика, поэтому он неодобрительным взглядом провожает юношу. Плевать на него. Тело продолжает болеть. А теперь и голова кругом. Когда девушка с очень красивым лицом, большими карими глазами, которые выражают то ли насмешку, то ли беспокойство, появляется над ним, он теряет дар речи, и выглядит как довольный дурачок. Он всегда был неравнодушен к красивым волосам, а её длинные локоны струились по плечам, такие блестящие и насыщенно каштановые. На шее у нее висела тонкая цепочка с подвеской в виде птицы. Она была уникальной и скорее всего, сделанной с любовью, выделяясь на фоне серого комбинезона-униформы. Имя на груди — Рэйвен Рейс. Умно, ворона для Рэйвен.* Рядом с её именем гаечный ключ, обозначающий её специализацию. Она наверно студентка Джакоби. — Эй, ты как там? — спрашивает она, кладя ему руку на плечо. До него доходит очень медленно, что девушка обращается к нему. До того, как он смог подумать, сказать или вообще сделать хоть что-нибудь, врач уже уводил его с места происшествия. Следующее, что он помнит, это каталка и пакетик льда, приложенный к голове. Как же он сожалел, что не заговорил с ней, все то время, пока медики ощупывали и тыкали в него. Они сказали, что это часть лечения, но очень сомнительно. Когда его наконец выписали, он тайно залез в личные дела. Рэйвен Рейс, родилась на механической станции, 18 лет, не замужем, освобождена от родительской опеки с 14 лет (здесь вся история, на самом деле), механик в невесомости (обучение), высокие баллы за теорию и практику. Все идеально, но Вик всё свое внимание сконцентрировал на фото в личном деле, которое сделали совсем недавно. Она отлично выглядит, и её сияющее лицо говорит обо всём. На фото Рэйвен горда за себя, счастлива, и немного стесняется. Она выглядит так, будто поверить не может, что она попала сюда. Несмотря на все её достижения, она все ещё радуется успеху. Вику это нравится. Это значит, что она не высокомерна. Она его заинтересовала, и он ищет дальше. Он чувствует, что его действия не совсем адекватны, когда взламывает её защиту и отслеживает её карту. Еженедельные визиты в тюрьму на протяжении последних трёх месяцев. И каждый раз к заключенному №91: Финну Коллинзу. Никакого семейного родства, выросли на одной станции, работал с металлом (стальная птичка его работа, значит), обычный парень до своей прогулки в космос с тратой двухмесячного кислорода. Вик вернулся к делу Рэйвен, самый молодой механик за 52 года. Что-то щелкнуло у него в голове. Финн Коллинз покрывает её, сел за неё в камеру, рискует быть выкинутым с Ковчега. Он любит её, и скорее всего, она его тоже. Судя по всему, она по-настоящему безумно сильно влюблена в своего парня. Мягко говоря, реальность разрушительна. Что-то опустошающее есть в том, что его мечты не станут реальностью. Планы разрушились до того, как он что-то предпринял. Вик не может понять себя. Ему должно быть всё равно. Он же даже не знает эту девушку. И он всё еще не может выкинуть её из головы. Это жалкое зрелище, не может же он просто ходить за ней во время её занятий.

*a raven for a Raven — имя совпадает с названием птички