Раненый Ангел

       «Wise men say only fools rush in. But I can't help falling in love with you. Shall I stay, Would it be a sin? If I can't help falling in love with you...» Elvis Presley ― «Can't Help Falling in Love»        ― Иккинг, не думаешь ли ты, что мы спешим? ― Астрид обеспокоенно взглянула на жениха, который уже вовсю строчил письма с приглашениями на свадьбу. ― Как-то все слишком быстро... Неделю назад ты мне сделал предложение, а сегодня рассылаешь приглашения и отправляешь покупать свадебное платье!        Шатен оторвался от листков бумаги и взглянул на возлюбленную. Та держала в руках каталоги со свадебными платьями самых дорогих кутюрье и не могла поверить в то, что свадьба ее мечты состоится меньше чем через неделю. Решать всё нужно было трезво. Кого звать, какой ресторан выбрать, кто будет у нее «подружкой невесты», какие скатерти, цветы... Все слишком быстро и сложно. Раньше она никогда бы не подумала о том, что сможет позволить себе такую шикарную свадьбу, да к тому же за такие короткие сроки. Юноша подошел к возлюбленной и нежно обнял ее, поглаживая рукой по спине.       ― Ты еще не готова? Хочешь подождать? ― Иккинг взял девушку за подбородок и заглянул в ее лазурные глаза.       ― Нет! Или да... ― блондинка уткнулась носом в грудь парня и тяжело вздохнула. ― Все так запутанно... Я не знаю, что делать.        Шатен хмыкнул и крепче обнял подругу, уткнувшись носом в копну пшеничных волос.       ― Ты меня любишь? ― приглушенный голос Нейтросери осторожно коснулся слуха блондинки.        Хофферсон резко встрепенулась.       ― О чем ты говоришь! Конечно, люблю!       ― Тогда о чем ты беспокоишься? У меня достаточно своих денег для того, чтобы сделать этот день самым счастливым в твоей жизни. Нет причин оттягивать с женитьбой. К тому же, он не будет долго ждать... ― ладонь юноши легла на еще плоский живот Астрид, что вызвало у девушки счастливую улыбку, а все сомнения убрались прочь. Блондинка невесомо поцеловала жениха в губы и вернулась к кровати, на которой лежала куча журналов.       ― Умеешь ты уговаривать, Иккинг!       ― А ты что думала? ― шутливо добавил шатен, возвращаясь к письмам. ― Я же наследный граф, должен все уметь! Даже убеждать непокорных невест!        Астрид фыркнула от последней реплики и полностью погрузилась в чтение свадебных журналов. Большинство моделей платьев были либо без рукавов, а если наряд имел рукава, то выполнены они были из прозрачной кружевной ткани. Теперь, когда девушка нашла свое счастье, ее не особенно волновало, что подумают люди, узнав о том, что она инвалид. Однако быть запечатленной на свадебном фото с выделяющимся на фоне девственно-белого платья железным протезом не очень-то хотелось. Так что Хофферсон пыталась найти более подходящий вариант.        После пяти минут молчания, девушка осторожно спросила:       ― Ты не думаешь, что стоит пригласить твоего отца?        Иккинг сильно напрягся от упоминания об отце и даже на мгновение перестал писать.       ― Он не приедет... Ты это прекрасно понимаешь. Ему плевать на мой выбор, хотя восемнадцать лет назад он поступил точно так же...       ― Но хотя бы из вежливости стоит это сделать. Этим ты докажешь ему, что он тебе не безразличен...       ― И ты говоришь это после того, что он сказал тебе?! После того, как он унизил тебя, даже не зная, что ты инвалид?!        Блондинка с минуту молчала и прошептала:       ― Просто я не хочу, чтобы история твоих отца и матери повторилась... Я не хочу, чтобы мы на всю жизнь остались врагами. Он был на твоем месте и должен понять... К тому же, он единственный дедушка нашего ребенка.        Парень приложил пальцы к вискам и задумался. В конце концов, что случится от того, что он напишет приглашение отцу? По законам Великобритании Иккинг уже совершеннолетний, и тот не может насильно увести его обратно или как-либо влиять на решения сына. С другой стороны: примет ли Стоик его выбор или проклянет его, как это сделал его дед, и лишит наследства? Деньги не были проблемой ― у юноши имелись свои сбережения, никак не касающиеся денег Стоика Нейтросери. Но вот это ощущение дежавю... Такое уже было и все кончилось довольно-таки грустно. Было ли это просто стечением обстоятельством или злой рок, навеянный дедом? Нейтросери помотал головой, отгоняя плохие мысли. С их ребенком все будет хорошо. И никакие суеверия не помешают их счастью.       ― Хорошо, я напишу ему...        Астрид счастливо улыбнулась и вернулась к просмотру журналов. Тем временем Иккинг стал писать очередное приглашение, на этот раз для отца. Рука юноши нехотя выводила на дорогой бумаге сухие слова, уже отрепетированные раз тридцать:       «Уважаемый мистер Стоик Нейтросери! Приглашаем Вас на праздничное торжество, посвященное нашему бракосочетанию, которое состоится 16 апреля 2064 года в 12:00 в Соборе Святого Патрика по адресу: Пятая Авеню, Нью-Йорк. Иккинг и Астрид. Будем рады видеть Вас!»        Прочитав открытку, юноша, недовольный результатом, скомкал ее и бросил в мусорку. Слишком сухо, совершенно без чувств. Так он точно не приедет... Шатен взялся за новую открытку и стал писать текст более вдумчиво.        «Дорогой отец, я хочу тебе сказать, что ты был не прав. Астрид никогда для меня не была просто увлечением, она ― вся моя жизнь. Я понял это с того самого момента, как только с ней познакомился. Пускай она инвалид, из обычной семьи, но у нее настоящее, живое сердце... Ей не нужны мои деньги, как, впрочем, и титул. Мы собираемся пожениться шестнадцатого апреля в двенадцать часов в Соборе Святого Патрика. Через восемь месяцев ты уже станешь дедушкой. Если то, что наш ребенок не имеет титула или был зачат до брака, помешает тебе его любить, то мне искренне жаль тебя, отец... Ведь восемнадцать лет назад ты был в точно такой же ситуации и много раз жалел, что не смог найти общего языка со своими родителями. Надеюсь, ты не совершишь такой же ошибки...

Искренне твой, сын Иккинг».

       Иккинг снова взглянул на открытку. Так-то лучше... Пускай не много приятного здесь написано, зато откровенно. Запечатав все конверты и взяв чуть карманных денег, чтобы заплатить за отправку приглашений, юноша вышел из дома.

***

      ― Вам письмо, мистер Нейтросери! ― раздался слишком громкий в тишине замка голос камердинера Антуана.       ― Положи их на стол, Антуан. Попозже как-нибудь прочту...        Бэлл из любопытства глянул на имя отправителя, и брови мужчины поползли вверх.       ― Сэр, это письмо вашего сына.        Граф тут же встрепенулся и выдернул конверт из рук слуги, буркнув под нос что-то в роде: «Дай сюда!». Дрожащие от волнения руки неровно порвали пакет и достали бледно-сиреневую картонку с пригласительным. Вместо привычных пары слов-приглашений мужчина увидел целую «исповедь». С каждой прочитанной строчкой Стоик становился все более озадаченным. А после того, как прочел о ребенке, то вовсе упал в кресло от потрясения.       ― Сэр, вам плохо? Принести воды? ― тут же занервничал Антуан, помахивая шелковым платком над графом.       ― Все нормально, Антуан. Просто неожиданно это как-то навалилось... ― мужчина тяжело вздохнул, прикрыв глаза рукой.        «Я чуть своими руками не угробил счастье сына и его ребенка... Всю жизнь проклинал отца за его непонимание и сам чуть не стал таким же...»       ― О чем вы, сэр? ― прервал затянувшуюся тишину слуга.        ― Можешь прочесть.       Камердинер осторожно взял в руки приглашение и молча прочел. Через пару минут Антуан радостно всплеснул руками.       ― Поздравляю, сэр! У вас скоро будет внук!       ― Да, только будут ли рады его родители меня видеть? Судя по письму, Иккинг готов меня простить. Но готов ли я простить себя? Пока нет... Антуан, подай мне официальную бумагу для письма.       ― Но сэр, разве ваш сын и невестка не хотели, чтобы вы были на их свадьбе?       ― Делай, что велят, Антуан. Я не готов еще спокойно смотреть ему в глаза, зная, что чуть не убил его ребенка...       ― Да, сэр.        Когда Бэлл принес бумагу и ручки, Стоик Нейтросери написал ответ:        «Дорогой Иккинг, рад, что после всего, что между нами произошло, ты решил пригласить меня на важнейшее событие в твоей жизни и жизни Астрид. Я знаю, что то, что я сделал, трудно простить и еще труднее забыть, но я прошу у тебя прощения. Я совершенно забыл, какого это ― искренне любить. За своего ребенка не беспокойся, я рад, что так скоро буду дедушкой и не лишу ни тебя, ни его своего наследства. И твою замечательную женушку тоже, чем смогу поддержу. Скажи, что я на коленях молю ее о прощении, я был слеп. К сожалению, я не смогу присутствовать на вашей свадьбе. Финансовые дела долго не будут меня отпускать из Великобритании. Но я даю тебе благословение на брак и буду рад увидеть вас обоих вновь в нашем поместье, уже настоящей семьей!

Стоик Нейтросери

»        Стоик недовольно сморщился ― ему не очень понравилась строчка о финансовых делах, ведь он уже который месяц прозябает без дел. Но написать правду он был не в состоянии. Примирившись со своей совестью, мужчина протянул камердинеру ответ.       ― Перешли это на тот адрес, с которого пришло приглашение.       ― Как вам угодно, сэр!        Бэлл учтиво поклонился графу и покинул кабинет.