Нашествие

      Зайдя в дом, что чаще всего я называю убежищем, я сняла обувь и прошла на кухню. Взглянув в окно, я заметила, что солнце уже начало садиться, хоть ещё и согревало землю своими лучами.       Как же хорошо, что эти твари боятся солнечного света. Так хоть мы свободно можем ходить по городу до наступления темноты. А в принципе, что нам делать в пустом мегаполисе? Ни одной живой души на протяжении сотен километров.       Я уже привыкла обходиться без людей. Конечно, прожить всю жизнь в одиночестве не сможет никто, но я не пугаюсь такой участи, ибо мой характер закалялся на протяжении двух, полных ужаса и смерти, месяцев, так что я готова к абсолютно любым сюрпризам судьбы. Что может быть хуже всемирной катастрофы? - Есть что-нибудь поесть? – раздался негромкий голос Кэла. Парень зашел на кухню и сел за обеденный стол. - Нет, но я могу приготовить, - спокойно ответила я, даже не глядя на парня, - Что ты будешь? - Мне всё равно. Ты делаешь вкусным всё, - усмехнувшись такому своеобразному комплименту, я заглянула в холодильник, достала необходимые продукты и принялась готовить лазанью. Я привыкла к такому поведению Калума. Думаю, всем понятно, что он влюбился в меня. Я тоже это поняла, но пока делаю вид, что не замечаю ничего. Да оно мне и не надо, если честно… В данной ситуации о любви и отношениях я думаю в последнюю очередь. - Твой отец всё ещё в лаборатории? – спустя несколько минут молчания, спросила я. Лаборатория находилась на нижнем этаже дома и там всё свободноt время пропадал Дэвид Худ. - Да, как всегда, - пожал плечами Худ, - Его чрезмерный напор и упрямство не доведут до добра. - Что ты имеешь в виду? - удивленно округлив глаза, я отложила продукты в сторону и повернулась к парню. - Да то, что он слишком многого хочет, причём от самого себя, - начал пояснять Калум, разглядывая моё лицо, - Он что, думал, что так просто взять и изобрести антидот от этого заболевания, которое делает из людей ходячих трупов?       Нахмурив брови, я снова взялась за готовку, обдумывая слова Кэла. - Ну, по крайней мере, он хоть что-то делает… - Что? В смысле? На что ты намекаешь, Брит? – напрягся Калум и в его голосе послышались нотки зарождающейся злобы. - Ни на что не намекаю, Кэл, просто... Просто понимаешь, мы ничего не делаем. Мы просто ждём того момента, когда эти твари убьют нас или превратят в себе подобных, - подойдя к парню, я запустила руки в карманы джинсовых шорт и почувствовала, как мои колени начинают дрожать. - А что мы можем, Бриттани? – Калум встал со стула и положил свою руку мне на плечо. Глядя в его глаза снизу вверх, я на секунду почувствовала себя в безопасности. Почему я не могу чувствовать к нему того же, что и он ко мне? Он милый и очень добрый, но… он мой друг, не больше. Я не готова переступать через себя ради кого-то. Возможно, это слова эгоиста, но меня это мало волнует, - тебе 17, а мне 19, мы всего лишь дети, научившиеся выживать в суровых условиях. Никто из нас и не предполагал, что такое случится, но теперь ничего не вернуть. Приходится жить дальше. - Я не живу, я существую, Калум, - вымолвив это, я опустила голову и прикусила нижнюю губу. Парень не растерялся и прижал меня к себе, обнимая за талию.       Прижавшись к его груди, я слушала ровный стук его сердца и в голове всплыл образ мамы. Как же мне не хватает её. Я совсем одна – маленький птенчик, брошенный на произвол судьбы. Да, Калум и его отец не бросят меня и всегда помогут, но они не моя семья. - Всё будет хорошо, девочка, - шептал Худ, гладя меня по голове своей большой и холодной ладонью. - Мне нужно готовить, - отстранившись от парня, я снова вернулась к продуктам и продолжила готовить.       Кэл сел на своё место. Спиной я чувствовала его пристальный взгляд на себе. Мне было всё равно, но я никогда не любила, когда на меня пялятся. - Кэл, можно вопрос? – я решила отвлечь парня от пристального разглядывания моего тела. - Конечно, - добродушно проговорил он. - У тебя кроме отца есть кто-нибудь ещё? Ну, из родственников? – именно сейчас мне почему-то захотелось затронуть именно эту личную тему, касающуюся семьи. - Да. Нас в семье четверо: мама, папа, я и сестра, - в голосе парня чувствовалось отчаяние. - А где же мама и сестра? Их, что, убили? – я затаила дыхание, сжимая в руке кухонный нож. - Нет – нет, они живы, - ответил Калум и я с облегчением выдохнула, - Когда мы узнали, что творится в Нью-Йорке, то мама сразу приняла решение уехать. Но отец, он был так твёрд в своём решении остаться, что никто не смог его переубедить, даже жена и дети. Сказывается профессия учёного, знаешь ли, - усмехнулся парень и замолчал. - То есть, он остался и ты вместе с ним, а женская половина вашей семьи эвакуировалась, - предположила я. - Да, всё так. Сначала отец хотел остаться один, но я такой же упрямый, как и он, поэтому мы здесь. Было тяжело расставаться с мамой и старшей сестрой, но я принял решение, так что вот так, - парень замолчал и я вздохнула. Да, я его понимаю. - Мне очень жаль, - единственное, что смогла сказать я, чтобы хоть как-то поддержать Калума. - Всё в порядке, Брит. Просто, я очень хочу узнать, где они сейчас и что с ними. Надеюсь, всё в порядке и… - Кэл не успел договорить, как на улице раздался протяжный, жуткий полу-крик, полу-вой. Вздрогнув, я устремила взгляд в окно, где уже виднелись последние капли солнечного света. Наступил вечер, а это значит, что скоро на улицу выйдут мерзкие существа, погубившие жизнь всей Северной Америки.