Die Kunst

За милым личиком всегда что-то скрыто. Гинтама

      - Итак, сержант, кого вы намерены предложить в качестве наживки? – поинтересовался Баррикейд, как только они устроились в сияющем чистотой энергарии за парой кубов среднезарядки. Вообще убранство кварты шефа каонской полиции было незамысловатым, ничего лишнего в кварте не было, за исключением пары безделушек, которые (Бамблби был в этом практически уверен) шеф наверняка поставил чисто для того, чтобы изобразить уют. Или которые ему подарили, а он не стал выбрасывать. Кварта была очень чистой, все вещи находились строго на своих местах, однако, на вкус Бамблби, здесь не было тягостно находиться.       Бамблби отпил из своего куба и только затем ответил:       - Саундвейва.       Повисло молчание. Баррикейд пристально вглядывался ему в фейсплейт, будто стремясь найти какие-то одному ему известные признаки блефа. И, судя по всему, не нашел, поскольку спросил:       - Назвали первое имя, что пришло в голову?       - Нет, сэр, - экс-разведчик покачал головой. – Он подходит по всем параметрам. У него летная альтформа, он не сикер, при этом слишком легкий для джета, и, к тому же, повязать Саундвейва будет сложнее, чем того же дуалрежимника.       - Допустим, - кивнул шеф. – Но с чего вы взяли, что наш маньяк им заинтересуется? Если вы знаете о его происхождении…       - Он активировался на Кибертроне, насколько я знаю, сэр. Я сомневаюсь, что Искроеду известно больше. Даже если он что-то слышал о Саундвейве, он вряд ли видел его вблизи и вряд ли видел, на что он способен в бою. Наш осведомитель из Турхулона говорил, что маньяк либо нейтрал, либо из молодых трансформеров, что делает Саундвейва подходящим кандидатом.       - Мы не уверены в том, кто Искроед по своему происхождению. Возможно, что Сэвежфанг оказался прав, однако что заставляет вас думать, что Искроед – беспроцессорный дрон? Даже если он мало что знает о знаменитом десептиконском связисте, самостоятельно вытащившим самого себя из зоны тени, он вряд ли нападет на него.       - Вы сами сказали – времени у него немного, это может сыграть нам на руку. Если замаскировать Саундвейва…       - Это будет выглядеть как минимум подозрительным. И нелепым, какую бы вы маскировку для него не выбрали. Более того, нужно будет поинтересоваться у самого Саундвейва, хочет ли он нам помочь. И если он поможет, цена, которую он запросит за помощь, может оказаться необычной. А убедить его в помощи будет крайне непросто. Этот тихоня только на вид хрупкий.       - У вас есть кто-то другой на примете, сэр? – Бамблби скрестил манипуляторы на честплейте. – Лично я не нашел других вариантов. А Саундвейв обещал содействие властям.       Баррикейд задумчиво побарабанил когтями по столешнице, обдумывая ответ. Наконец он капитулировал:       - Попробуем связаться с ним. Но, сержант, вы должны молчать обо всех наших изысканиях – что на Турхулоне, что об этом разговоре. Не говорить об этом ни единой искре, особенно Хэвистрайку.       - Почему, сэр? – удивился желто-черный бот. – Мы же будем корректировать действия всех, чтобы поймать маньяка, как мы это сделаем, если патрульные не будут ничего знать?       Баррикейд отпил из своего куба. Алые линзы потемнели на пару тонов, пока он говорил:       - У меня есть веские причины опасаться, что кто-то из нашего участка может сотрудничать с Искроедом. Можете счесть это домыслом, но я считаю невозможным совпадение, что преступник всякий раз умудрялся остаться незамеченным и уходить с поля фокуса патрульных. Я не хочу об этом думать, но факт остается фактом: сам он узнать о передвижениях патрулей в тот или иной декацикл не мог, тем более, что мы каждый раз меняли их маршрут.       Бамблби глядел на шефа с широко раскрытыми окулярами:       - Кому могло прийти в процессор быть заодно с этим психом?       - Полагаю, тому, кто с ним связан, сержант, - Баррикейд мрачно поглядел на свой куб. – Или тому, кто и есть Искроед. -------------       - Бамблби!       Хэвистрайк скатился со ступенек, на которых сидел, и подскочил к нему. Выглядел напарник взволнованно, а в светло-голубых окулярах светилось беспокойство.       - Я искал тебя всюду, но нигде не нашел. Кроссвайз, этот мелкий шарк, сказал мне о том, что ты приходил, спустя четыре джоора, как ты ушел! Где ты был? О, прости, это ведь я виноват, хотя технически это скорее вина моего бонди, который приперся и начал скандалить, но я все равно виноват…       - Хэви, - протянул Бамблби, стараясь прервать словесный поток, ушатом на него излившийся. – Успокойся, я не сержусь. Сайдвейз всегда находил удобный момент, чтобы заявиться. Думаю, ты постарался купировать начинающуюся катастрофу.       - А как же, усмирил на пару-тройку циклов, - фыркнул тот. – Недоконнекченный он хуже голодного шарктикона. Зато когда наинтерфейсился до отключки систем – всегда на редкость довольный и с ним можно иметь дело. Только в последнее время эти периоды больно короткими стали…       - Он заискрен, - пояснил Бамблби. – Так сказал Кроссвайз, по крайней мере.       Хэвистрайк замер прямо там, где стоял. И вылупился на напарника так, будто тот заявил ему, что он – сам Праймас, и предъявил нерушимые доказательства.       - Как заискрен? – глупо спросил он, наивно глядя на Бамблби.       - А тебе не рассказывали, откуда берутся беты? – позволил себе немного сарказма тот. – О предохранителях, чипах, не позволяющих заискрить, всяких подобных полезных атрибутах?       Понимание на серебристом фейсплейте проступало постепенно, как лужица под промокаемой тканью:       - Вот шлак…       - Точнее не скажешь, - согласился Бамблби. – Сочувствую от всей искры.       Но Хэвистрайк не был бы собой, если бы не умел переключаться с неприятных тем:       - А все-таки, где ты был? Я чуть не весь Каон обыскал, уже подумал, что Искроед тебя унес, сел чуть отдохнуть, смотрю – ты едешь.       - Я у шефа был, - коротко отозвался Бамблби. И добавил, увидев, как засияла оптика напарника: - Потом расскажу.       Наверное, не каждый орн можно было увидеть прыгающего по ступенькам вслед за своим напарником серьезного полисбота, настоящего стража порядка . --------------       - А у него джампер большой?       - Хэви… - желто-черный бот закатил окуляры. Теперь значение слов: «Ваш напарник – Хэвистрайк» приобрело для него совершенно иной смысл. – Еще раз повторяю: не было никакого интерфейса.       - Тогда с чего он пустил тебя в свою кварту? – не унимался тот.       - Проявил жест доброй воли, - сказал экс-разведчик и не удержался от язвительного комментария, поскольку напарник уже малость поднадоел своими расспросами: - Как только узнал, что происходит в моей кварте.       - Да, мех, извини, - Хэвистрайк смущенно почесал шеврон. – Я не хотел, честно, но ты же знаешь моего бонди… Нет, серьезно – неужели ты его за эти два орна даже в мойке не видел?       - Я, знаешь ли, все же ценю приватность.       - Что, даже одним окуляром не посмотрел? – изумился тот.       - Думаю, что, во-первых, шеф бы меня заметил, а во-вторых, с чего меня вдруг должна интересовать его интерфейс-система?       - Друг, это же шеф. Он оквинтенный! – услышав, как обреченно вентилирует системы напарник, Хэвистрайк ободряюще похлопал его по плечу: - Зато ты был у него в кварте. Какая она, кстати?       - Обычная, - пожал плечами тот. – Везде порядок, очень чисто. На верхнем этаже.       - Он же колесный, - не поверил полисбот. – Зачем ему кварта на верхнем этаже?       Бамблби развел манипуляторами:       - Спроси об этом у шефа. И насчет его джампера интересуйся у него же.       - Не, шеф не одобрит, - махнул манипулятором Хэвистрайк. – Спрашивать у меха про его джампер – неэтично.       Настал черед Бамблби изумляться:       - А другого меха про чужой джампер – этично?       - А что не так?       Экс-разведчик покачал головой и двинулся дальше:       - Я просто вдруг понял, что понятия не имею, зачем ты вдруг так сдался Сайдвейзу.       - Так и я о том же! – горячо поддержал его напарник. – Я так и сказал ему, когда он вчера заявился в твою кварту: «На кой квинт я тебе сдался…»       Нет, от Хэви приемов не существовало.       Сегодняшним заданием было прочесать архивы – три старых дела были подняты за уточнением деталей, и оба полисбота были направлены в архив. Бамблби – уточнять детали старых дел, которые вдруг подкинул ему сам шеф, а Хэвистрайк – уточнять детали из собственных дел, по которым все еще не отчитался, разгильдяйствуя практически все время, что они с Баррикейдом были на Турхулоне. Архивист выдал им ключи к каждой из нужных секций, и отправил гулять по огромному хранилищу.       Да, это не было похоже на Аяконский Архив – ничего общего с величественным зданием с охранной системой лучше, чем у дворца Праймов. Длинные и высокие стеллажи, которым не видно конца и края, доверху заставленные инфоносителями – никакой тебе новейшей системы поиска, виртуальных хранилищ информации и чего-то столь же высокотехнологичного и удобного. Нет, не заблудишься – считай, уже повезло. Даже сторож тут был всего один, где-то в недрах архива. Если верить слухам.       Добравшись до нужного стеллажа и отыскав нужный ящик с инфоносителями, Бамблби не без труда снял его и, устроившись прямо на полу рядом, распечатал его. В специальном контейнере хранились улики, а рядом с ним – стопка датападов. Включив первый, он принялся считывать с него информацию, попутно составляя заметки на собственном датападе.       Так, за делом его и застал другой бот.       Бамблби не сразу понял, кто стоит перед ним, но все же поднялся, как только заметил чужое присутствие. Покопавшись в памяти и получше разглядев меха перед собой, он сказал:       - Не знал, что криминалисты тоже ходят в архив.       - Только в определенных случаях, сержант, - сдержанно отозвался Селектор. – Нужные данные может запросить любой из участка, и криминалисты не обделены в этом праве.       - Ясно, - Бамблби улыбнулся. – В Аяконе было не совсем так.       - Но здесь Каон, - не внял его дружелюбию тот. – И здесь царят другие порядки.       - Порядки везде должны быть одинаковыми, разве нет? – возразил экс-разведчик.       - Тогда нас можно было бы заменить дронами. Я вижу, что нужное мне дело пока занято, - глава отдела криминалистики указал на раскрытый ящик. – Полагаю, мне придется прийти позже. Доброго цикла, сержант.       - Доброго цикла, - эхом отозвался тот, глядя, как высокий, тонкого, но крепкого сложения корпуса мех удаляется прочь. Звук уверенных, но тихих шагов быстро смолк, и желто-черный бот вернулся к работе.       Почему глава отдела явился в архив сам, а не послал за нужными вещами кого-то из помощников? Почему ему нужно именно это дело?       Заинтересовавшись, Бамблби перечитал датапады. Два оплавленных корпуса были найдены на свалке. Личности были установлены путем опознания деталей – оперировавший врач опознал их как своих пациентов. Имя врача – Хук.       Хук опознал корпуса по замененным деталям. Медконы…       Дезактивированные были бондмейтами, жили на окраине, в небольшом жилом комплексе на несколько кварт. Соседи ничего не слышали, у двоих было алиби, третий не жил там уже около ворна. Дело было закрыто за недостаточностью улик и отсутствия мотивов преступления.       Пробежавшись по плану жилого комплекса, рассказам свидетеля, который обнаружил корпуса, соседей и прочих знакомых пары, Бамблби наткнулся на знакомое имя. Он открыл еще два дела, которые велел ему просмотреть шеф, и обнаружил одно и то же имя еще два раза, но в несколько иных ипостасях и ином стечении дел. Одно нападение, закончившееся, правда, всего лишь ранением, но пострадавший ничего не помнил, и дезактив при странных обстоятельствах.       Убрав все ящики на места и прихватив с собой датапад, он направился прямиком к шефу, попутно скинув сообщение напарнику, чтобы тот не искал его в архиве.       Шефа на рабочем месте не оказалось, что было несколько странным. То же сказал и дежурный на посту. Спустя около джоора Бамблби удалось установить, куда ушел Баррикейд, и пойти искать его в заданном направлении.       Наконец шеф нашелся в одном из магазинчиков вниз по улице. Магазин, торгующий всяким барахлом – если бы Бамблби не увидел сквозь прозрачную витрину знакомый корпус, он бы ни за что не догадался искать его здесь.       Баррикейд, однако, тоже не ожидал встречи с ним в этом месте.       - Я не знал, что вы любите подобные вещи, - заметил экс-разведчик, оказавшись рядом с ним. Шеф внимательно разглядывал непонятную вещицу из золота, предназначение которой так же оставалось тайной.       - Не люблю, - согласился тот. – Но мне нужно выбрать что-то в подарок.       - Подарок? – Бамблби огляделся. – Должно быть, тот, кому этот подарок предназначен, имеет довольно странные вкусы.       - Можно и так сказать, - уголок губ дрогнул, а алые линзы вспыхнули весельем. – Это для моего далекого родственника.       - У вас есть родственники здесь?       - Не здесь, в Праксусе. Проул ни за что не переехал бы в Каон.       - Проул – ваш родственник?!       - Так и есть, - невозмутимо отозвался шеф. – Как праксианец, я не должен забывать, откуда я родом, и о семье не забывать, пусть и дальней. В моем случае обязанности в отношении семьи ограничиваются коротким разговором и подарками.       - Вы думаете, ему это понравится? – с сомнением протянул Бамблби, глядя на странную скульптуру, более всего походившую на помесь квинтессона с пауком.       - Уверен, что нет. Но это может натолкнуть его на мысль написать мне в качестве благодарности целую гневную фразу.       - Вы намеренно хотите разозлить его?       - Вывести из равновесия. Пожалуй. Я люблю неожиданные подарки. А в случае с Проулом это еще и забавно, - шеф отложил в сторону скульптуру и взял в манипуляторы отражатель с узорной рамой. – Не беспокойтесь, сержант, в эту игру мы с Проулом играем вместе.       - Он тоже присылает вам что-то нелепое?       - В прошлый раз это была картина с изображением детеныша белковой собаки на кислотно-розовом фоне, - Баррикейд фыркнул. – Суть в том, сержант, что нас с ним никогда не связывало ничего, кроме семейных обязательств, и потому нам так весело. С его братьями игралось куда как менее увлекательно.       - У Проула есть братья?       - Были. Пропали еще задолго до начала войны. Вот, - он достал свиток с непонятными закорючками и палочками, - это подойдет. Пусть вешает это художество, куда захочет. Картина за картину.       Как только Баррикейд расплатился за покупку и спрятал ее в субкарман, он спросил:       - Так зачем вы искали меня, сержант?       - Те дела, которые вы велели мне рассмотреть… Я нашел кое-какую закономерность.       - Вот как? – шеф не проявил ни единого признака удивления. Бамблби нахмурился:       - Вы ведь ищете того, о ком мы говорили вчера? Поэтому вы отправили меня изучать те архивы?       - Я жду реакцию, сержант. Но о закономерности, которую вы обнаружили, мы поговорим в месте более защищенном от чужих аудиосенсоров, чем это, - Баррикейд трансформировался и позвал: - Следуйте за мной.       Желто-черный бот не отставал от него, и отслеживал их маршрут по карте, пока вдруг не осознал, куда они направляются.       И с чего бы у шефа такое пристрастие к клиникам?