School story

Ника вышла из подъезда и вдохнула морозный воздух. За последние дни снова похолодало, так что март походил скорее на январь. Она включила плеер, и в наушниках заиграла песня Kongos — Come With Me Now. Ника прикрыла глаза, покачивая головой в такт музыке, и тут на неё словно налетел вихрь, едва не сбив с ног. «Марго!» — вскрикнула девушка, отстраняясь. Та лишь улыбнулась и протянула подруге сигару: «Попробуй. Друг с Кубы прислал». Ника взяла и, прикуривая, спросила: — Куда идём? В школу? Марго сморщилась: — Только не сегодня. У меня женские дни, я по ним на уроки не хожу. — Ясно, — кивнула Ника, — Куда тогда? — А пошли по Арбату погуляем? Я там сто лет не была! — Давай! — обрадовалась девушка. Через полчаса они уже шли по главной улице Москвы, держа в руках по мороженому. — Круть какая! И что он тебе ответил? — Ничего, извинился по-моему и всё… — Да ну? За что извиняться? — Сама не знаю! — Ну, а ты что? — Не помню, сказала что-то вроде «сорян, я на физику опаздываю, прости»… — Норма, — оценила Марго. — А как он выглядит хоть? Симпатичный? Марго бывала в школе ещё реже, чем Ника, поэтому тоже не была в курсе всех событий. Но у неё на то были иные причины. — Да нет, знаешь… Не то что бы. Пол-школы по нему сохнет, я только и слышу «Ах, Димочка то, Димочка сё! Димочка сегодня изволил обосраться«… Да он даже не красавчик! Марго хохотнула. Похоже, ей тоже было глубоко плевать на новенького. Её парень учился в Америке и был сыном какого-то иностранного дипломата, они общались на английском, но Марго это, похоже, не смущало. Ника всё стеснялась спросить, спали ли они, хотя подруга запросто могла говорить на такие темы нимало не смущаясь. — А что в школе скажем? — прикусила язык Ника. Её почему-то очень тревожил этот вопрос в отличие от беспечной подруги. — Я правду скажу. И пофиг, что будет. Попробуй просто забить, работает! — посоветовала Марго, выпуская дым, а затем, бросив окурок, потянулась в рюкзак за термосом. — Что это? Чай? — поинтересовалась Ника. — Ага, только очень крепкий, — предупредила девушка, протягивая его подруге. Ника отпила пару глотков и остановилась, пробуя на язык. Это было вино. — Ну как чаёк? — с явной усмешкой уставилась на неё Марго. — Мм, зашибись! — промычала девушка, делая ещё один щедрый глоток. — Вот и отличненько! Пошли! И они направились в сторону метро.

***

С утра запорошил снег. Ника приподнялась на локтях и сморщилась от боли в висках. Сегодня по-любому нужно пойти в школу, где она не была почти неделю, с того самого происшествия. Они с Марго решили, что так было бы только хуже, приходить туда и ловить косые взгляды одноклассников, так что все эти дни начинались с прогулки по городу, когда подруга встречала её у подъезда. Они беседовали по душам, развлекались, курили, а теперь снова придётся выслушивать от учителей насмешки, а потом — обязательно в музыкалку за документами. Она лениво встала, поплелась на балкон и уже по привычке, нежели осознанно, закурила. Хотелось выть и рыдать, а лучше просто спрыгнуть с балкона. Почему эти грёбаные мысли не могут оставить её голову в покое? Ника стояла на морозе в лёгкой пижамной майке и до боли в костяшках сжимала кулаки, впиваясь короткими ногтями в ладони и стараясь не заплакать, потому что нужно на учёбу. В такие моменты, когда накатывает с головой, никто не может помочь. Только не при них. Не показывай им свою слабость — вспомнила она слова Марго, и её немного отпустило. Девушка постояла на морозе ещё пару минут, а затем сделала глубокий вдох и зашла обратно. Мама давно ушла на работу, но оставила завтрак. Ника поела, взяла рюкзак, оделась и вышла из дома. В школе было как и всегда. Все старательно делали вид, что ничего не произошло, хотя, наверное, так оно и было — всем наплевать. Даже биологичка, вопреки опасениям, ничего не сказала, только поджала губы, когда Ника зашла в класс. Что ж, тем лучше. На уроках было откровенно скучно, да и на них было дико плевать. Снова какие-то формулы, правила, тесты… За каким чёртом это ей сдалось? Она музыкант! Придя домой, Ника обессиленно бросила рюкзак и подскочила к чехлу. Выхватив скрипку она яростно принялась заниматься, выводя труднейшие пассажи. «Я могу! Я буду! Я музыкант! Я всё умею! Да! Умею! Конечно! » — твердила она, всё ускоряя и ускоряя темп, всё агрессивнее нажимая на смычок, всё сложнее и сложнее играя пассажи. Кажется, она совсем растворилась в этом неистовом слиянии мелодий. Вдруг раздался резкий звук, и что-то больно ожгло пальцы, оставив красный набухающий след: лопнула струна. Ника с силой швырнула инструмент в стену, от чего он разлетелся в щепочки, и, медленно оседая на пол, зарыдала.

***

Сколько она просидела вот так, без движения, тупо глядя в потолок? Час? Два? Из оцепенения её вырвал резкий звук дверного звонка. После третьего раза Ника с трудом поднялась, натянула горловину свитера на пол-лица и пошла открывать. На пороге стояла Марго. — Что ты тут… — Ничего, пришла тебя откачивать. Вижу, ты совсем плоха. Давай, давай, пройди уже, я разуюсь. Я тебе тут… чаю принесла, будешь? Ну это не суть. Давай, говори что такое, и можешь уже не натягивать свой свитер, всё с тобой ясно. Где руки помыть? Ника стояла, молча наблюдая за действиями подруги. — О, супер! М-м, мыло с лавандой! .. Так, кухня значит тут… Что у тебя в холодильнике? Боже, ты что, вообще не питаешься что-ли? Ну-ка отойди, мы тебе яичницу сварганим! С перчиком, с укропом, с сыром… Любишь сыр? Пока подруга суетилась на кухне, Ника понемногу приходила в себя. — Ты, мать, давай рассказывай, че случилось? Опять преподша долбанутая? — Да нет, преподша нормас, даже не сказала ничего. Просто… Хреново… Так… — последняя реплика оборвалась всхлипами, что заставило Марго обернуться от плиты. — Эй, ну ты чего! Всё же норм! Другого препода найди, делов-то! — Не… Могу… Дру…Другого… — Тогда забей! — Ка…Как? .. — Да просто, — пожала плечами подруга. — Ты ж ничего не можешь сделать? — Н…нет. — Ну и чего париться из-за того, что ты не можешь изменить?! Просто начни уже жить! Всё так шикарно, тебе 16, жизнь начинается, мы гуляем… Что может быть круче? .. Губы Ники тронула улыбка. Совсем лёгкая, но Марго было достаточно, чтобы понять без слов и вернуться к плите, на которой, судя по запаху, что-то начало подгорать. Выключив всё, она разложила еду по тарелкам и поставила на стол. Ужинали они молча, но Ника вдруг почувствовала уют (и такое забытое…тепло?). Каждая размышляла о своём, и это не угнетало, а скорее наоборот. «Я с парнем рассталась», — задумчиво сказала Марго без тени сожаления, обращаясь то ли к Нике, то ли к самой себе. — Как? Почему?! — удивилась Ника. Марго только насмешливо улыбнулась, как улыбается взрослый на вопрос ребёнка, откуда берутся дети. — Я би, дорогая. У меня есть девушка. Ника округлила глаза, но тут же сделала обычное лицо, как будто это её не удивило. В принципе, этого можно было ожидать. — Виделась с ней вчера. Она в Чертаново живёт, ездить далеко. — Так ты поэтому в школе не была? — догадалась Ника. — Ну и не только, — уклончиво ответила подруга. Они доели, и Марго засобиралась. Уже на входе она бросила взгляд на инструмент у стены, превратившийся в груду деревяшек: — А это что? — Скрипка, — махнула рукой Ника. — Вау, сохрани! Мы сожжем! Представляешь, ритуальное сожжение скрипки! Круто же! — подмигнула Марго и скрылась за дверью. Ника закрыла за ней и долго сидела за столом, размышляя. В глубине души она была невероятно рада этому бесцеремонному вторжению, и впервые после разрыва с учительницей испытала облегчение. Достав заметно початую пачку, Ника закурила, всматриваясь в вечерний город.