School story

Дни текли неторопливо, но тем не менее, март подходил к концу. Поначалу ополчившиеся на Нику учителя понемногу успокоились, и снова оставили её в покое, дозволив сидеть на последней парте и заниматься своими делами. По крайней мере, это всех устраивало. Ника лениво слонялась по школе, иногда с Марго, но чаще — одна, потому что подруга всё реже появлялась в школе. А Лера… Она была так поглощена своими отношениями с Артёмом и учёбой, что, кажется, даже не заметила их отдаления. Впрочем, Нике было плевать. Мама увлеклась каким-то школьным проектом, то ли по повышению квалификации, то ли в конкурсе «Учитель года», но сейчас ей было совсем не до Ники. Иногда, правда она всё же начинала её строить, но больше это касалось домашних дел: девушка ненавидела мыть посуду. Да и в комнате часто царил «творческий беспорядок». Ника по-прежнему курила, но, кажется, уже меньше. Привычка у неё так и не сформировалась, она делала это скорее для снятия стресса. Но права была Марго, когда, приводя её в чувства после очередной истерики и попытки порезать запястья, говорила: «Любая боль притупляется. Никто не заставляет тебя насильно всё забывать, но ты можешь просто игнорировать эти воспоминания до тех пор, пока они не потеряют свою яркость. А лучше переживи эти эмоции. Позволь им трансформироваться во что-то другое. Хочешь — посуду бей или подушку колоти, хочешь — подерись, да что угодно твори! Живи! А запоздалые сожаления… Кому нужны они? Богу? Бога нет». Хотя Ника не была до конца уверена в правоте слов подруги, ей до безумия хотелось верить во всё это. В тот день Марго, как обычно, не было, и Ника решила покурить одна. Она зашла в туалет и, убедившись, что учителей не наблюдается, с ногами уселась на подоконник, раскрывая окно. Даром, что было свежо, а она, как истинная бунтарка, была в футболке группы «Green Day». Девушка было собралась закурить, как вдруг услышала звук раскрывающейся двери. Поспешно спрятав сигареты, Ника бесшумно соскользнула на пол и выглянула из-за угла. У стенки сидела девушка, закрыв руками лицо. Всё её тело сотрясали беззвучные рыдания, будто каждые несколько секунд по ней проводили все двести двадцать. Ника лихорадочно начала соображать. Однажды, в подобном состоянии находилась я сама. В тот день, в парке. Тогда я чуть не наложила на себя руки, не случись там нарисоваться Марго. Думаю, для такого плача нужен весьма и весьма веский повод. А что если… Если это испытание для меня? .. Марго тогда спасла меня, но способна ли на такое я? .. Решение пришло столь же внезапно, как и эта влетевшая туда ураганом девушка, всё ещё закрывающая лицо ладонями. Ника резким шагом вышла из закутка и направилась прямиком к ней, мягко опустив руки на хрупкие, то и дело вздрагивающие плечи. На пару секунд незнакомая девушка, казалось, перестала всхлипывать, задержав дыхание, а затем робко подняла глаза. — Ника? — Лера? POV Лера Два часа до этого С Артёмом мы познакомились на даче у моей подруги прошлым летом. Начали переписываться, а потом всё как-то закрутилось. Я впервые нашла человека, на которого действительно можно положиться, родную душу. Но, как известно, от близких людей предательство больнее всего. Мы очень много стали проводить времени вместе. Всё-таки, настоящая любовь в 16 лет — это то, чем следует дорожить, уж если нашёл. Я просто обожала его, да что там, и он меня. Как-то он подарил мне огромный букет моих любимых розовых тюльпанов! .. Да вообще, он меня здорово поддерживал. А ещё, несмотря на то, что Артём был старше меня на два года, он вёл себя совсем как ребёнок. Я сто раз была у него в гостях, и родители его давно меня знали. На самом деле, он был просто идеальным, и последнее время я даже стала замечать, что всё своё время посвящаю ему, даже в ущерб учёбе и подругам. Конечно, и он мне тоже. Признаюсь, что не раз представляла нашу свадьбу, семью, детей… Вся эта идеальная картинка так прочно сидела в моей голове, что, кажется, я пропустила момент, когда он стал отдаляться от меня. Конечно, этому предшествовало еще одно событие. Один раз я, как обычно, пришла к нему домой, и мы, заказав суши, решили посмотреть наш любимый сериал. Артём загрузил серию, и я села рядом с ним на диван, дожидаясь, когда он нажмет на плей, но Артём почему-то не включал. Я в недоумении повернулась к нему, и вдруг он резко прижался ко мне и поцеловал. Такие внезапности были в порядке вещей для нас, и я ответила ему, но затем он резко повалил меня на диван и попытался стянуть с меня майку. Естественно, я ответила протестом, на что была грубо прижата его телом, после чего он продолжил свои попытки. Я вырывалась, но Артём будто не слышал меня и, захватив мои руки над головой, начал расстёгивать джинсы. Внезапно, раздался звонок в дверь, и он нехотя слез с меня, тяжело дыша. Я вскочила и, схватив кеды в руки, побежала на улицу, поймав недоуменный взгляд курьера, который привёз суши. После того случая Артём очень долго извинялся, умоляя простить его, каялся, что не сдержался, и что ему, как любому взрослому человеку, свойственны различные желания, но он согласен ждать. В итоге, я, конечно, простила его, постаравшись выбросить это из головы. И вот, недавно Артёму предложили командировку по работе. Вообще-то, она выпадала на мой день Рожденья, но это был действительно удивительный шанс, и я, не задумываясь, отпустила его — нельзя же думать только о себе, в конце концов. И я решила сделать ему небольшой сюрприз. У меня были ключи от квартиры Артёма — ведь мы безумно доверяли друг другу — и мне захотелось украсить ее к его приезду. И вот, накануне этого, вечером, я, заскочив в специальный праздничный магазин, накупила шариков, конфетти и всякой красивой мишуры, и затем двинулась в сторону его дома. Я вся дрожала от предвкушения сюрприза. Когда я вошла в подъезд и начала подбирать ключи, то почему-то долго не могла открыть дверь, пока наконец не догадалась дернуть за ручку. Там оказалось открыто. Сначала мне пришла в голову мысль, что в квартире воры, поэтому я вошла и, стараясь быть как можно бесшумнее, проследовала по квартире, но вдруг услышала знакомый голос. Артём. И еще кто-то. Внезапная догадка ударила в голову и я заглянула в спальню. На злополучном диване в экстазе извивались два тела. У меня не было сил даже сказать слово, чтобы хоть как-то обратить на себя внимание, и я тупо стояла, чувствуя, как ком подступает к горлу, а слезы мешают и дальше наблюдать эту отвратительную картину. Сознание помутилось, и всё, что было потом я едва помню — и то, как какая-то девушка спешно прикрывшись, натягивала кружевное бельё, как ко мне подскочил Артём, крича в лицо и горячо в чём-то убеждая, как я оттолкнула его и побежала на улицу, к остановке, потому что вдруг стало дико не хватать воздуха, как стояла, не чувствуя конечностей от холода, и не было сил даже вытирать слёзы, которые непроизвольно катились по лицу сплошным потоком; как пришла домой и, не отвечая на расспросы родителей, улеглась в кровать и заснула мёртвым сном, а с утра — таблетка от головной боли, накачаться успокоительным — и в школу, засыпая на уроках, и так изо дня в день. Подруги видимо оставили попытки пообщаться со мной о чем-нибудь кроме «Артёмчика» и ретировались куда подальше. Лера вся в учёбе и школьных сплетнях о новеньком и физруке, Ника связалась с какой-то подозрительной девахой, да и вообще, она ведёт себя так, будто вступила в секту, что-то с ней явно неладно. А ведь она была моей лучшей подругой. Если бы у меня остались к этому моменту хоть какие-то чувства, то я бы сказала, что ужасно жалею, что мы отдалились. Наверное, я ужасная эгоистка. Последнее, что я помню, так это то что у неё были проблемы с учительницей, а я… я была слишком занята личной жизнью. Вряд ли что-то можно сделать теперь, к тому же, я настолько опустошена, что проще спрыгнуть с крыши. Или наглотаться таблеток, не знаю, что лучше, надо решить. Боже, меня просто разрывает изнутри. Эти стены, эти люди, я ненавижу это всё, я ненавижу эту чёртову жизнь! ..