Новый заключённый

       — Почему ты не ешь?        Уанслер посмотрел уставшим взглядом на знаменитых (на всю Супертюрьму) любовников, которые с удовольствием поглощали пищу из своих подносов. Хотя пищей то, что лежало в тарелках, назвать было сложно для парня, который привык делать себе завтрак сам, и неплохой ко всему прочему.        — Да что-то не хочется… — ответил он, отодвигая от себя пластмассовую тарелку с нетронутым содержимым.        — Хм, дорогуша, тебе бы поесть, а то выглядишь так, как будто тебя всю ночь насиловали, — с умным видом сказал Пол, аккуратно разрезая пластмассовым ножиком котлету, которая издавала отвратительный запах тухлого мяса.        «Почти угадал… — безразлично подумал про себя Уанслер. — Чёртов Ворден с его просьбой поиграть на гитаре! Из-за этого ублюдка я совершенно не выспался. Как много я вчера выпил?»        Поняв, что его не слушают, уголовник ткнул локтём в бок мужчину сбоку и, как только тот возмущённо повернулся, указал взглядом на скучающего новенького.        — Может, у тебя что-то стряслось? — вежливо поинтересовался Жан.        — Стряслось? — глупо переспросил Уанслер, приподняв свои брови вверх, образуя домик. — О нет, всё хорошо.        — А чего такой кислый ходишь? — продолжил беседу Пол, понимая, что Жан в этот момент просто не сможет поддержать разговор.        — Да что-то голова раскалывается, и живот побаливает… — еле выдавил из себя тот, положив голову на стол, тем самым скрывая своё лицо, исказившееся от жуткой боли.        — Меньше пить надо, и тогда меньше будет всё болеть и раскалываться, — прямо сказал мужчина с татуировками, нарисованными обычной синей ручкой.        — Жан! — прорычал чернокожий мужчина, стукнув по столу мощной рукой. — Это некрасиво говорить, тем более ему.        — Я дал ему обычный совет, — возразил тот, вставая из-за стола. — Что здесь такого?        — А ты что, не понимаешь? — ответил ему вопросом на вопрос любовник, медленно поднявшись с железного стула.        Началась ссора между любовниками-гомосексуалистами, которая накатывалась как снежный ком, становясь всё больше и больше. Но Уанслер совершенно не обращал на это внимания, полностью сосредоточившись на боли, которая будто полностью охватила тело заключённого. Сначала было невыносимо жарко, а через мгновение стало ужасно холодно. Из голубых глаз неосознанно потекли мелкие слёзы, которые беззвучно падали на кафельный пол. Руки и ноги ломило, как будто он целый день занимался тяжёлой физической работой.        В какой-то момент чёрные волосы Уанслера начали отрастать, лицо натягиваться на уменьшающийся череп. Кадык с шеи исчез, глаза стали немного больше, а ресницы пышнее. Пальцы рук чуть уменьшились, бёдра и грудь увеличились на пару сантиметров, а в области паха исчез бугорок. И всё это сопровождалось просто невыносимой болью. Уанслер даже вскрикнул, но его голос потонул в галдеже уголовников в столовой.        — Не-е-ет, — не согласился Пол, выставляя одну руку вперёд ладонью на партнёра. — Я тебе говорю, что так нельзя. Вот скажи ему… — он повернул голову в сторону новенького, который трясся всем телом, что-то бормоча себе под нос.        Не сговариваясь, спорщики подошли к Уанслеру с двух сторон, с обеспокоенными лицами, совершенно забыв про конфликт. Похоже на то, что они успели привязаться к этому странному, но забавному пареньку.        — Дорогуша, — Пол потрепал заключённого за левое плечо, которое стало подозрительно меньше обычного. — С тобой всё хорошо? Может врача?        Через секунду вся боль из его тела ушла, оставив после себя небольшую ломоту в теле, дрожь прекратилась.        Уанслер с улыбкой на устах поднял голову со стола.        — Уже не надо, — звонким голоском пролепетала девушка, повернувшись лицом к геям и стирая мокрые дорожки на щеках костяшками пальцев.        Мужчины отшатнулись от неё, опрокинув соседний столик с его содержимым, которое начало растекаться по полу. Какой-то уголовник упал со стула, а в его глаз прилетела вилка, протыкая радужку, из которой маленьким фонтанчиком хлынула кровь, окрашивая лицо орущего заключённого в красный цвет. Ещё один мужчина, увидев Уанслера, присвистнул, упав на того самого мужика, истекающего кровью.        — Дорогуша? — шокировано спросил Пол, прижимаясь к любовнику. — Это ты?        — Да, а что такое? — опустив брови к переносице, с подозрением спросила девушка в тюремной робе, которая ей была чуть великовата в плечах.        Лёгким движением руки Жан поднял поднос с кровавого кафеля, поворачивая отражающей поверхностью к Уанслеру.        Испуганный вскрик заставил обернуться на оный близ сидящих людей. Уанслер подорвалась со стула, который упал с противным звуком, режущий слух окружающих. Дрожащими руками теперь уже заключённая щупала всю себя, начиная от лица и заканчивая паховой областью.        В помещении стало подозрительно тихо.        — К-как?! — начала истереть девушка, скорчив лицо, которое отражало полное отчаяние и некий страх. — Нет, нет, нет!        «Что за хуйня?!» — повторяла в мыслях Уанслер, пытаясь вспомнить, что она за бурду вчера пила. Тут задействована тёмная сила, не иначе.        Через некоторое время большинство мужчин в столовой начали замечать очень даже привлекательную девушку, которая не была похожа на тех, что из Ультратюрьмы. Она выглядит такой хрупкой и беззащитной со стороны, что у всех в голове сработал механизм «секс».        С этого момента начался самый настоящий пиздец.        Соскочив со своих мест, сошедшие с ума заключённые побежали к Уанслер, которая ошалела от этой реакции на себя. Жан и Пол встали на защиту девушки (какого бы пола Уанслер не был, он останется их другом), загородив её от налетевших людей.        — Парни! Зачем вам она?! — крикнул какой-то мужчина из толпы. — Возьмите лучше меня!        — Больной ублюдок, — стоя прямо перед кричащим, сказал один заключённый, и через мгновение они столкнулись в страстном поцелуе.        Жан, вырвавшись на секунду из толпы, взял стул и бросил его в окно, пробив огромную дыру в нём. Поняв намёк своего любовника, Пол, подхватив Уанслер за грудки её серой футболки, крикнул ей, срывая голос:        — Беги к Доку! Он должен тебе помочь! — и выкинул её в разломанное окно.        Порезавшись об острые осколки стекла, Уанслер, пролетев всего два метра и приземлившись правым боком на зелёную траву, закричала от невыносимой боли, которая исходила из правого плеча. В шоковом состоянии Уанслер, преодолевая боль, поднялась со своего места падения и, держась за плечо, со всех ног помчалась в главные здания Супертюрьмы, пытаясь не сбить дыхание. У неё было шоковое состояние. Она совершенно не понимала, что делает. Да и времени на размышления, в принципе, не было, так что тут не о чем говорить.        Сзади она слышала крики людей, какой-то взрыв, звуки падающих мёртвых тел…        «Пожалуйста! Пусть это будет просто бредовый сон! Обещаю, что больше ни-ни!»        Добежав до высотного здания, Уанслер нажала на кнопку вызова лифта, нервно стуча ногой и оглядываясь по сторонам, ведь Пол и Жан долго не смогут удерживать взбесившихся уголовников…        — Вот она! — выкрикнули вдалеке.        Из-за угла в её сторону помчалась огромная толпа мужчин истекающие слюной, которые соскучились по женской ласке. Они уже представляли, как чувствуют под пальцами тёплую и нежную кожу, как выдирают волосы с корнем из её головы, как насилуют её в возможных и невозможных местах...        — О нет, НЕТ! — Уанслер несколько раз лихорадочно нажимала на кнопку, но как назло тупой аппарат всё не приезжал. — Пожалуйста!        Тут дверцы лифта, наконец, открылись, впуская испуганную заключённую внутрь.        — Увези меня отсюда! — быстро нажав на кнопку самого верхнего этажа, прокричала она, видя, как сумасшедшие уже были совсем рядом с ней. Лифт услышал молитвы бедняги, захлопнув свои дверцы прямо перед носами мужчин, прищемив некоторым пальцы рук, которые, окрасив красным дверцы лифта, безжизненно упали на пол рядом с ещё больше напуганной Уанслер, облокотившейся о противоположную стенку кабинки.        Снаружи она услышала крики боли и разочарования.        — М-мне-е... — дрожа всем тело, попыталась успокоиться. — Мне на-надо найти Дока, — поставила себе цель пострадавшая, смотря на оставшиеся части тела мужчин. — Но я не знаю, кто он и где находится!        Тут лифт остановился, хорошенько встряхнув пассажирку, которая, не удержавшись, упала прямо в лужу кровавой жидкости, испачкав себе тюремную робу. Боль в плече стала ещё сильней. Свет, пару раз моргнув, отключился, погружая Уанслер в относительную темноту, и только лампочка, созданная как раз для таких случаев, дарила слабое освещение вокруг, которого хватало заключённой для небольшого ориентира.        — Только не говорите мне, — срывающимся голосом проговорила она, нажимая на все кнопки подряд, но аппарат стоял на месте, не подавая никаких признаков жизни. — что лифт сломался… Твою мать! — Уанслер ударила кулаком по панели управления и тут же, схватившись за руку, встряхнула ей пару раз, чувствуя тупую боль.        Взглянув вверх, у Уанслер мгновенно появилась идея, словно по щелчку пальцев.        Пытаясь не обращать внимания на боль, потянулась руками к люку, который легкого поддался. Она открыла его и попыталась залезть туда, но правая рука была не работающей, а с одной рукой Уанслер не могла залезть туда. Она даже попрыгала на месте, но всё тщетно, она стала слишком низкой для того, чтобы дотянуться до спасения.        Внезапно лифт снова дёрнулся. Откуда-то из шахт доносились голоса, и звук как-будто кто-то что-то распиливал. Ей это не понравилось, поэтому она ещё раз попробовала залезть в открытый люк.        — Давайте, парни! Сейчас мы её оттуда достанем!        Неожиданно для Уанслер, из-под её ног пропал пол.        Следующие несколько секунд проходили как в замедленной съёмке. Уанслер, подпрыгнув в последний раз вверх, вылетела из кабинки лифта прямо в шахту. Вовремя среагировав, она вцепилась одной рукой за железную лестницу в шахте, шокировано наблюдая за тем, как аппарат летит на самый низ, вспыхнув ярким пламенем огня.        Потихоньку, терпя агонию, захватившую всё её правое плечо, Уанслер карабкалась по лестнице вверх.        — Я чувствовал... что сегодня вставать не следует... — сквозь стиснутые зубы шипела Уанслер.

***

       Преодолев длинный путь, Уанслер, наконец, выбралась в вентиляционные шахты, а оттуда, выбив непрочную решётку несколькими ударами ногой, вылезла в пустой коридор здания, предварительно осмотревшись по сторонам. Мало ли, вдруг эти животные вылетят прямо на неё из-за угла? Во второй раз она вряд ли сумеет сбежать от них.        — Так, — начала размышлять вслух героиня, — надо найти кого-нибудь из персонала.        Пройдя весь этаж, она обнаружила, что здесь никого нет, тогда поднялась на этаж ещё выше. Всё то время, что Уанслер провела в коридорах, удивилась, что никого ещё не встретила. Повернув последнюю ручку очередной двери, она, неожиданно для уже потерявшей надежду Уанслер, поддалась, пропуская в помещение.        В помещение до боли знакомое ей.        «О нет, только не это...»        — Джаред, — таинственным голосом начал Ворден, наклонившись к сотруднику, будто рассказывал какую-то страшную тайну. — Ты только посмотри, какая хорошенькая девушка! — подлетев к напуганной заключённой, Ворден, выпрямив спину и раздвинув плечи, со всей вежливостью обратился к ней:        — Кто вы, о чудное создание природы?        «Чёрт!» — удивилась такому повороту событий Уанслер, отойдя на шаг в сторону от директора Супертюрьмы. На всякий случай.        — Так, скажу коротко. Я Уанслер и…        — О Боги, какое у вас красивое имя! — перебил её явно влюбившийся мужчина. — Правда… Кажется, я его где-то слышал… — задумался он, почесав затылок.        Джаред стоял, будто под гипнозом. Его не смущала кровь на футболке девушки, синяки и ссадины. Он откровенно пялился на её задницу.        — Откуда вы прибыли? Из какой тюрьмы?.. — продолжал расспрашивать её директор Супертюрьмы, облокотившись на свою трость.        — На это нет времени! — крикнула на того Уанслер, топнув ногой. — Я Уанслер! Понимаете? Уа-анслер, — спародировал излюбленную манеру говорить своё имя он. — Я тот новенький заключённый! Я стал женщиной!        В кабинете стояла гробовая тишина. Джаред, оторвав взгляд от пятой точки заключённой, внимательно пригляделся к ней, узнавая некоторые черты лица того самого новенького, думая, что тому очень идёт облик женщины.        Ворден, постояв некоторое время на месте, наконец, заговорил:        — Серьёзно? — недоумённо спросил он, всматриваясь в лицо напротив, щуря глаза.        — Да-да, я абсолютно серьёзно! Я не знаю, как это произошло, но мне надо вернуться в своё тело!        — Зачем тебе это надо? — задал очередной вопрос тот, поставив Уанслер в тупик. — Тебе же так идёт быть особью женского пола! — восхитился Ворден, обняв бывшего парня за хрупкую талию. — Ты против этого?        — Эм… Против, — нервно ответила та, скинув руку директора со своей талии.        «Ууу, остался-таки недотрогой?» — пронеслась шаловливая мысль в голове Вордена.        Тем временем шатен внимательно наблюдал за заключённой.        «Какие бёдра… — думал тот про себя. — Если бы штаны были более обтягивающими…»        Поняв, что с этим идиотом бесполезно разговаривать, Уанслер развернулась к башковитому работнику.        — Джаред, умоляю, помоги мне! — взмолилась она, поближе подходя к тому. Джаред, встряхнув головой, быстро откинул пошлые мысли в сторону, пытаясь сосредоточиться на проблеме. — Помоги мне избавится от этого облика! Я хочу вернуть себе себя!        — Как же я помогу? — рассеяно спросил работник, заметив негодующие взгляды Вордена, который уже готов стрелять молниями во все стороны.        — Я слышал, что у вас здесь есть какой-то "Док". Он может помочь?        — Э… — Джаред слегка призадумался, нахмурившись. — Я не могу быть уверен наверняка… Но в любом случае можно обратится к нему.

***

       — Вы большой молодцы, что обратились ко мне! — быстро записывая что-то в блокнот, с сильным немецким акцентом пробормотал Док, временами поглядывая на Уанслер, сидящую на кушетке, которая подозрительно скрипела. — У науки есть все решения проблема!        — То есть, — медленно начала Уанслер, — вы знаете, как мне вернуться в моё настоящее тело?        — Я! — торжественно ответил прыщавый мужчина, кладя блокнот и ручку на рабочий стол. — Ты просто ложиться под нож хирурга! — тут с двух сторон Уанслер схватили за предплечья две механические руки робота, а в руках доктора появился нож, страшно сверкнувший в свете ламп.        Уанслер взвизгнула.        — А может, есть другой способ?! — не скрывая испуг, спросила та, вырвав свои руки из захвата.        — Найн-найн!.. Хотя… Подожди, — Док ушёл в раздумья, чем немало обрадовал Уанслер.        Возможно, всё-таки есть другое решение этой проблемы? Ну не хочет она "ложиться под нож хирурга". Это слишком опасно, тем более в этом месте и с этим Доктором. Кто знает, что он с ней сделает?        Пока Доктор что-то обдумывал, Ворден воспользовался этим, подойдя к своему сотруднику и прошептав в ухо следующее: «Я видел, как ты за ним наблюдал. Имей в виду, если ты не прекратишь это делать, я тебя на месяц отстраню от работы, Джаред». Сглотнув, Шатен мельком взглянул на своего босса, который только что преспокойно отошёл от него к неунывающей заключённой, уже какой раз пытаясь обнять ту хотя бы за плечи.        Работника напугала угроза Вордена, не хотелось лишаться своей работы, хоть и на месяц. Слишком уж он был на ней помешан.        — Я ПРИДУМАТЬ! — крикнул на весь свой кабинет Док, напугав своим криком Джареда, который вздрогнул всем телом. — Я могу сделать действенный и почти безболезненный способ решения этой проблема.        — Что за способ? — заинтересованно спросила Уанслер, в очередной раз убрав руку директора со своей талии.        — Я сделать специальный антидот, который избавит тебя от этой проблема. Только это может занять много время.        Уанслер чуть расстроилась. Хотелось бы расправиться со всем этим за короткое время.        — «Много» это сколько? — задал интересующий вопрос всех Ворден, время от времени поглядывая на своего сотрудника, который старался смотреть куда угодно, но только не на Уанслер.        — Где-то дня три-четыре минимум. Если у меня не возникнуть заминка в нахождении ингредиентов для антидот, — чётко ответил доктор, пожав плечами.        «О нет, это слишком долго!» — проныла в мыслях Уанслер.        «О нет, это слишком мало!» — проныл в мыслях Ворден.