Клуб анонимных некромантов

Глава 3 Варвара хмуро смотрела в зыбкую заоконную хмарь, усилием воли пытаясь скинуть с себя одеяло и заставить собираться в институт. Усилий было достаточно, а вот воли явный недобор. С каждой минутой шансы на спокойные сборы стремительно таяли. Тик-так, и вот уже нет времени на то, чтобы спокойно позавтракать. Тик-так, и голову вымыть уже не получится. Тик-так, контрастный душ придется заменить спешным ополаскиванием. Тик-так, невыглаженный с вечера сарафан останется висеть в шкафу, удуступая свою очередь джинсами и футболке. Тик-так... Вчерашний вечер девушка помнила смутно. Головомойка от Любомира, скандал от Олега и Аделаиды. Крыша, закат, виски, злой и обиженный мальчик-мужчина Вася, которого потом пришлось вести в дом со свечой - иначе пришлось бы ловить его на асфальте с сачком. А путь со свечой - вещь удобная, но весьма своеобразная. Заходили-то они с крыши, а вот вышли в двух кварталах от его дома... Дверь в подъезд открылась спокойно, а в квартиру - не поддалась. За ней что-то шуршало и громыхало, слышались шаркающие старушечьи шаги и ее неразборчивое бормотание. Вася, выпивший сто пятьдесят граммов виски, трезвел так же стремительно, как и пьянел, но все равно недостаточно быстро. Тяжело вздохнув, Варвара убрала аспиранта из зоны видимости дверного глазка и зажала звонок. Свет из глазка сменился тьмою, девушка ощутила, что ее разглядывают в тусклом свете парадной лампочки, и с трудом удержалась от того, чтобы показать язык старухе. Исключительно из юношеского ребячества и, чуть-чуть, в воспитательных целях. - Варечка, это ты? - Послышался бодрый голосок пенсионерки. - А не поздновато? Времени уже половина десятого. Заходи завтра. Или что-то случилось? - Случилось, Ефросинья Ивановна, случилось. - Варя на долю секунды задумалась, а потом взглянула на совершенно беспомощного на вид Васю, пусть и чрезвычайно злого, и с удовольствием соврала. - Вася выбросился с крыши, сюда едет полиция. Нужно придумать, что сказать его деду, чтобы он не выгнал вас из квартиры внука. И как-то объяснить властям, что вы вообще в его квартире делали, так как вы не его родственница. Массивная железная дверь отозвалась скрежетом на отодвигаемые задвижки и проворачивающеся замки. Дверь открыла испуганная старуха с вытянутым лицом, которое стремительно стало краснеть, как только она увидела вполне живого, но весьма нетрезвого Василия. - Идиот малолетний, так над старухой издеваться! Да у меня же сердце! Варвара, как ты посмела подыграть ему... Вы что, пьяны? А ну вон из моего дома оба! Вон, пока я милицию не вызвала! - затряслась Ефросинья Ивановна. - Помолчи, а, - внезапно оттолкнул старуху Вася и, пошатываясь, пошел в туалет, где его явно стошнило. Подобные звуки никогда не обманывали. - Ну что же вы так, - укоряюще посмотрела Варвара в лицо старухе, прикидывая, как бы ее так помягче "обработать", чтобы старческие мозги под гипнозом окончательно не размякли. - Это же не ваша квартира. Здесь ничего вашего нет, кроме того барахла, которое вы с дачи привезли. Зачем? Думали, что и эту потом сдавать будете, выгнав парня на помойку с его же жилплощади? - А ты его видела хоть? - Внезапно совершенно спокойно ответила дворянка. - Я когда в лицо ему в первый раз посмотрела, мне плюнуть туда захотелось. Живу с ним и понимаю, что меня от одного запаха шампуня его трясет. От одной мысли о том, что мы воздухом одним дышим. Таким, как он - не место среди нормальных людей. Не достоин он жить среди нас. Да еще и в квартире своей. Дед его звонить перестал через неделю после заселения, а ведь чуял что-то, старый ко... лдун. Позвонил на следующий же день, когда слизняк этот приехал, а я его выгнала. Позвонил и сказал: либо с Васей живешь, либо съезжай. А куда мне съезжать? Дачу сдала на лето, те квартиры сдала. Жить-то на что-то надо. - Поэтому вы и мою квартиру мне же решили сдать? - вернулся Василий, помахав в руке утренним счетом за электричество и начал вслух читать: - Ф.И.О. - Захарченко Василий Иванович. Адрес, период оплаты... О. Зарегистрировано - один. Проживает - один. Общая площадь, жилая площадь... Так. Вот. Собственность: приватизирована. Бабушка, вам на выход. - Что? - дружно опешили Варя с Ефросиньей Ивановной. - В смысле - на выход? - Да в прямом. Больше я не собираюсь делить квартиру с кем-то, - пожал плечами филолог. - Собрайте вещи и уходите. - Да тут все вещи мои! - Вскипела Ефросинья. - Не пойду никуда. Пинками выгонять будешь? - Нет, почему же. - Вася покопался в рюкзаке и достал телефон. - Полицию вызову, пускай выясняют, что за неизвестная сумасшедшая бабуля забрела ко мне в квартиру, которую я забыл закрыть. - Так нельзя. - Дернула его за плечо Варя, разворачивая спиной к старухе и понижая голос. - Дай ей хоть пару дней на то, чтобы дела уладить и съехать. - Я вас прекрасно слышу, можете не шептаться. - Внезапно горделиво выпрямилась Ефросинья, показывая свою аристократическую породу, которую ни одним замызганным халатом и растоптанными тапками, как выяснилось, не скроешь. - И никуда не поеду. Я сейчас же звоню Гене, уж он тебе покажет. - Покажет, покажет. Всем и все покажет, - нервно захихикал Вася. - Бабка, я серьезно говорю, завтра к вечеру тебя тут быть не должно. - Геннадий Федорович умер, - тихо пояснила Варя, глядя в бабушке глаза и беря ее за руки. - Завтра вы уедете вместе со своими вещами и не будете возвращаться и подстраивать гадости Васе. Хорошо? - Внученька, вот я родителям пожалуюсь твоим, что они скажут, а? - Проникновенно сказала бабушка, почти не изменившись в лице от новости. - И нечего за руки меня брать, все вы ласковые, когда вам что-то надо. Я знаю, из каких вы семей, но и я не лыком шита. Мне Генка от таких вот поганых глаз и языков сделал защиту. С крестиком ладят, хоть и колдовство, тьфу. - Ага. Значит, внушению вы не поддаетесь, зато проклятых людей не видите? - Скисла Варя и посмотрела на Васю, красноречиво переводя взгляд на непонятную металлическую закорючку на шее старухи. - Криворукие Захарченко, все у вас через одно место. Это же надо было - создать амулет, который толком не работает. И что делать с ней теперь? Внушению моего уровня она не поддается, Ада или Любомир сейчас не поедут сюда, а кулон она сама не снимет. - Я хочу спать, - невпопад ответил Вася, а затем стремительно шагнул к старухе и резким движением сорвал с морщинистой шеи цепочку вместе с крестиком и колдовской загогулиной. Резко отбросил в угол коридора: - Жжется, зараза. Варь, я тебя прошу - внуши ей все, что нужно, ты умная девочка. Я правда сейчас свалюсь, дурацкий день выдался. Обещаю завтра на лекции не придираться. Дверь захлопни или пусть эта грымза закроет. Конец связи. И ушел, хлопнув межкомнатной дверью и громыхнув задвижкой. На стук и оклики так и не отозвался. Варе ничего не оставалось, кроме последовать его просьбе-приказу и поговорить с бабушкой начистоту. А потом пойти домой по ночному городу - до ближайшей открытой свечи. И вот сейчас Варвара сидела на кровати, пытаясь стряхнуть оковы сна, и думала о том, чем же все закончилось у Захарченко-младшего. Взглянув на время, девушка охнула и торопливо вскочила с кровати, не включая свет - чтобы не разбудить младшую сестру. О создаваемом шуме можно было не волноваться, так что девушка без аккуратности и церемоний копалась в ящиках и с грохотом задевала предметы мебели. Родилась Варя в большой семье, которая к моменту совершеннолетия девушки стала даже очень большой. Сейчас такие семьи практически не встречаются, разве что где-то в глубоких лесах, но никак не в центре Санкт-Петербурга. Помимо матери и отца, у нее было ровно одиннадцать братьев и сестер разного возраста. Три старших брата выросли и съехали, две сестры учились в закрытом лицее для одаренных детей, но и для девяти человек пятикомнатная квартира была маловата. Несколько лет назад было, конечно, гораздо хуже, но... Родители девушки были глубоко верующими людьми, пытавшимися отмолить своих "заблудших" родственников, "тревожащих покой мертвых". Некроманты этот самый покой, в общем-то, чаще всего дарили, но ни Варя, ни ее покойная бабушка, передавшая внучке свой дар, так и не смогли никого убедить в этом. Быстро собравшись (все-таки джинсы!) молодая колдунья подхватила так и не разобранный с вечера рюкзачок и выскочила на улицу. На бегу к ближайшей свече сверившись с часами, поняла, что лекция началась ровно 10 минут назад. Понятное дело, что Вася не сказал бы ей ничего на опоздание, но вот как отреагируют на него однокурсницы... С одной стороны - молодой и красивый преподаватель-мужчина, пусть и аспирант. С другой стороны - многолетнее проклятье за один день не снимается. Стоит парню открыть рот, и последующие за этим события резко уронят вниз его хорошее настроение на длительное время. Как и чувство собственного достоинства, если там еще есть что ронять. Спеша к ближайшей свече, Варя неожиданно задумалась, почему аспирант-филолог ведет у них хоть что-то. Первое сентября она благополучно прогуляла, поехав на первый учебный день к сестрам вместо родителей, и потому расписания предметов не знала. Родители-то люди верующие, но чрезвычайно легкомысленные и себе на уме. К тому же, мама опять в положении, кажется... Не до девочек им. Но это все - размышления сторонние. Центральные же - о том, что филолог может рассказать педагогам. Потому что именно на факультете коррекционной педагогики Варвара и училась. Конкретнее - на кафедре сурдопедагогики. А все это из-за младшей сестры. Варя родилась первой девочкой в семье. У нее было три старших брата-погодки, которые замечательно проводили время вместе, не обращая внимания на сестру. Казалось бы, в чем беда? Есть младшая сестренка, которая родилась меньше чем через год после появления Вари, но все оказалось не так просто... Аня была совсем маленькой, когда практически перестала слышать звуки. Кажется, ей не было еще года, когда комбинированная прививка против дифтерии, столбняка и коклюша резко посадила ее слух, поразив слуховой нерв. Варя не понимала, почему ее братья разговаривают, мама с папой, бабушка - тоже, а Аня - нет. Потом уже пошли слухи, что "АКДС" - опасная прививка, и делать ее надо очень осторожно, но тогда... У родителей слишком часто был ответ "на все божья воля". Было удивительно то, что они вообще прививали детей, а не отдавали их в церковно-приходскую школу, куда принимали даже без медкарты. Когда девочке исполнилось три года, слух стал улучшаться. То ли молитвы помогли, то ли сама природа решила исправить ошибку врачей. С близкого расстояния малышка слышала крик, с очень близкого - громкий голос. Очень, очень медленно она училась говорить. Слух понемногу улучшался, но свое самое первое сентября она встретила в школе для слабослышащих. К одиннадцати годам было принято решение покупать слуховой аппарат, который ранее был противопоказан девочке из-за маленького возраста. Купили. Аудиолог оказалась недостаточно компетентной, ребенку достался слишком мощный агрегат. Девочка окончательно потеряла возможность восстановить слух. Это значит - только жестовый язык. Только спец-школа. Мир без слов и музыки. Даже без звука собственного имени. После решающего приема у врача Аня плакала на плече у бабушки, но не слышала ни собственного плача, ни каких-то бессвязных успокающх слов. Варвара в тот день решила для себя, что сделает все возможное, чтобы как можно меньше девочек вот так вот безнадежно плакали. А вообще-то, она всех девочек мира была готова отдать за то, чтобы ее сестра засмеялась и услышала свой смех. Шли годы. Почему-то родители были против того, чтобы дочери учились общаться между собой жестовым языком. Аня знала его, потому что училась в среди таких же детей. Варе приходилось учить язык тайно, в закрытой комнате. Младшие дети сторонились Анну, старшие братья не обращали на нее внимания. Родители ее просто не понимали, да и не старались, что для людей с их особенностями было довольно странно. Старенькая бабушка, защищавшая сестер, с каждым годом становилась все слабее, пока не зачахла окончательно. Когда Ане, рожденной в январе, только-только исполнилось семнадцать, бабушка окончательно слегла и больше не поднялась. Варвара, готовившаяся тогда к поступлению, была старше на год, но Аня сама вызвалась сидеть с умирающей бабулей. Она же позвонила сестре, когда старушка умирала, и тихо заплакала в трубку, так, что Варя сразу поняла: случилась беда. Обычно сестра писала сообщения. По очевидным причинам. Как человек, который почти ничего не слышит с самого детства и практически не представляет, как это делать, Анна не могла принять дар полностью, поэтому сестры разделили его. Варя научилась воздействовать и слышать. Аня - видеть, чувствовать и говорить. Бабушка никогда не демонстрировала своих возможностей внучатам, но почему-то все знали, кто приносит в семью большую часть дохода. И, почему-то, ни у кого никогда не возникало вопроса, кто же унаследует дар старой ведьмы. Но... Аня с тех пор не научилась помогать людям. А Варвара - не хотела. Урезанный дар - то еще удовольствие. Сколько бы она не старалась, многие вещи были ей практически недоступны - ими владела сестра. Поэтому, например, Варя не распознала проклятия на Василии - видящая-то Аня. Тому, что многие имели по умолчанию, просто получив дар, ей приходилось тяжело учиться. После смерти бабушки их отношения с сестрой претерпели очень странные метаморфозы, и Варвара сама даже не могла сказать, чего в них больше - любви, чувства несправедливости или недопонимания. Обе девушки не могли понять, кому же дар предназначался. Обе имели свои мысли на этот счет. Аня до сих пор не могла простить родственникам того, что они практически бросили умирающую бабушку. Варя до сих пор не могла разобраться в самой себе и понять, как относиться дальше и к сестре, и к покойной родственнице. Может, именно поэтому она больше никогда не видела бабушку, которая точно - Аня не солгала бы - осталась на земле. Варя не поступила в институт в год смерти бабушки, только на следующий. Аня не поступила вообще, пошла работать в сеть супермаркетов, принимающих на работу слабослышащих кассиров. Девушки по-прежнему жили в одной комнате, но вот уже несколько лет, как не общались так же близко, как раньше. Варя стала забывать жестовый язык... А ведь стоило им взяться за руки раньше - и они чувствовали себя чуть ли не единым целым. И разделенный дар должен был их сблизить - но разделил. Родители с каждым месяцем все явнее проявляли недовольство. Вопрос в скором времени угрожал встать ребром: пора было искать собственное жилье. Сейчас же Варвара неслась вперед, дробя на капли лужи, и старалась не думать о своей странной и не особо-то счастливой семье. Ночью прошел дождь, типичный для Санкт-Петербурга, и слабый солнечный свет, еле пробивавшийся через плотные тучи, освещал серый город. Добравшись до самой удобной свечи, девушка проскочила максимально близко к РГПУ, а зайдя в аудиторию, с удивлением обнаружила, что она, во-первых, едва ли не единственная студентка из группы - помимо нее на задних рядах сидело лишь три девушки из достаточно обширной группы. Остальные, видимо, проспали. Во-вторых, преподавателя, то есть Васи, в аудитории тоже не было. Судя по всему, с самого начала. Заподозрив недоброе, да и не желая сидеть на пустой лекции, ведьма неторопливо и без какого-либо применения магической силы дошла практически до дома пропавшего аспиранта, но вовремя вспомнила, что не знает кода от парадной, как и не имеет ключей. Пришлось идти до свечи, ведущей на крышу, а там уже лезть на чердак через слуховое окно по скользкой после дождя лестнице, а затем через решетку на этаж. Дверь открыла Ефросинья Ивановна и, не поздоровавшись, ушла куда-то на кухню. Дверь в Васину комнату была заперта, и девушке пришлось минут пять громко стучать, чтобы разбудить филолога. Под конец стучала уже ногой. Высунувшаяся было с замечанием о порче мебели старуха вовремя вспомнила, что ее это уже не касается, и втянулась обратно за угол. Следующие несколько минут еле проснувшийся аспирант провел в ванной, засунув голову под струю холодной воды. Варя услышала, как старуха ушла в свою комнату, и решила тихонько поскрестись в дверь: - Тебе плохо? - Участливо спросила девушка. - Может, врача вызвать? - Сатану вызови, - огрызнулся Василий. - Похмелье у меня впервые в жизни. Как-то так вышло, что за свою четверть века я никогда не пил ничего крепче вермута. Похоже, что и начинать не стоило. - У вас есть рассол? - Деловито спросила более опытная в таких делах колдунья. - Анальгин, аспирин? - Ни первого, ни второго, ни третьего. - Парень с обреченным видом вытер голову полотенцем и повесил его мимо крючка. Выругался, наклонился, чтобы поднять - и начал заваливаться. Сел на пол, упершись спиной в стиральную машинку. - Вот черт. Все, что у меня есть сейчас в арсенале, это сильное головокружение и куча проблем. Неплохое начало для преподавательской деятельности, а? Свою самую первую в жизни пару я проспал! Причем не в качестве студента, а в качестве преподавателя. Лихо, а? Будучи студентом, я регулярно видел, как мои собратья прогуливают лекции. Но вот такого, чтобы лекцию прогулял преподаватель - нет, такого мне видеть не доводилось. Черт. Мне кто-то написал. - Сиди, я принесу телефон, грохнешься еще по дороге, - вздохнула Варвара и пошла на кошмарные звуки, раздающиеся из комнаты. Васю она нашла уже на кухне, услышав, как он с кем-то там разговаривает: - О, великое порождение черноты ночи, дай мне силу! - услышала изумленная девушка. На кухне никого кроме них не было, но она не могла знать наверняка - а вдруг новичок видит то, чего не видит она? Что, если уже напоролся на какого-то мелкого духа, который успел заморочить ему голову за... Хм, за десяток секунд? Да быть такого не может. - Это ты с кем разговариваешь? - Осторожно спросила Варя, демонстративно прикладывая ладошку к его лбу. - Температуры, вроде нет, откуда острый галлюцинаторный бред? - Отстань. С кофе разговариваю. Башка трещит - сил нет, - отмахнулся парень, протягивая руку за телефоном. Открыл сообщение. Прочитал. Сел мимо стула. - Да что, блин, с тобой такое? - одновременно разозлилась и перепугалась студентка. - Да ничего, - спокойно пожал плечами Вася. - Начрук написал. Меня выпирают из аспирантуры. - Из-за одного пропуска? - Не поверила девушка. - Быть не может. А вдруг тебя машина сбила? - Сплюнь. - Покосился на нее колдун и резко отшатнулся. - Да не на меня! Блин. Блин. Какой там пропуск. Я же Вася. Захарченко. Самый отвратительный тип педагогического. Меня и брать-то не хотели, сама знаешь. Я же... Фу. Просто фу. И закрыли тему. И аспирантуры, и меня. - Во-первых, не фу. Во-вторых, даже если и был, то теперь уже - нет. В-третьих, хватит себя жалеть, - отмахнулась девушка, с удивлением оглядывая кухню. - Я тебе забыла вчера сказать - надо будет вернуться в твой Устин-как-его-там. Вернее, не забыла, а не смогла вклиниться в твой саможалетельный монолог. Короче, собирайся. Слушай, а что у вас тут происходит? Откуда столько коробок с продуктами? Грабанули фуру с гуманитарной помощью детям Африки? - Бабка ночью сгоняла в круглосуточный супермаркет и отняла у них все свободные коробки из под товара, - вздохнул Вася, обводя взглядом пространство вокруг. - И теперь пытается упаковать всю квартиру. Учитывая, что супермаркет находится в соседнем доме, а бегала она туда-сюда никак не меньше десятка раз, кто-то вчера переборщил со внушением. Серьезный марафон для старческих костей, не находишь? По-моему, она так и не ложилась. - Ой... Я еще не очень хорошо контролирую себя, - смутилась девушка. - Думаешь, стоит ее успокоить немного? - Уверен, - кивнул Вася, отхлебнув сразу половину кружки. - Иначе упаковывать придется уже ее. Хотя, о чем это я? Мы же некроманты. Воскресим и пусть сама упаковывается, или как там тетя Ада делала? Короче, иди к дворянке и сделай так, чтобы ее отпустило, пожалуйста. А я пока приведу себя в порядок. На ближайшую электричку вполне успеваем, я вчера подробно изучил расписание. Я приготовлю что-нибудь пожевать, а ты расскажешь, что мы забыли в этом чертовом городке. - Эм. Ну, кроме трупа твоего деда - кажется, ничего, - возмущенно всплеснула руками Варвара в спину уходящего филолога. - А, - спина сразу поникла. - Да, нехорошо вышло вчера. Ладно. Разберемся. Пока ведьма пыталась исправить плоды своего усердия, Вася приготовил яичницу из унылых остатков, завалявшихся в холодильнике. Три взболтанных яйца, прожаренная чуть ли не до хруста синюшная колбаса, которой явно было очень и очень плохо... Несколько кусочков подсохшего хлеба туда же - завтрак холостяка. Наскоро принял душ - привычка, сформировавшаяся за последние несколько месяцев: Ефросинья очень беспокоилась за количество воды и приучила несчастного парня мыться за две минуты. Достал из шкафа свежие джинсы и рубашку - вчерашняя одежда неопрятным комом валялась в углу, перемазанная чердачной пылью и попахивающая потом. - О, да ты похож на человека, - удивилась вернувшаяся на кухню девушка. - Ух ты, еда! Отлично, после колдовства всегда хочется как следует поесть или... Хм, ну да ладно. - Ешь, меня мутит, если честно, - скривился аспирант, тактично пропуская мимо ушей всякие "или". - Удачненько, - обрадовалась девушка и перетянула к себе всю сковородку целиком, не утруждаясь перекладыванием еды на тарелку. - Короче, вчера наши великие умы в лице тети Ады, Любомира и дядюшки Къя посовещались и решили, что неупокойник - это плохо, а некромант-неупокойник - плохо в квадрате, даже отвратительно. Чтобы не допустить разброда и шатания неправильно похороненных трупов, их обычно сжигают. В случае с некромантом этого достаточно для тела, но не для духа. Поэтому мы засыпаем твоего деда солью, заливаем святой водой и сжигаем, а дух отпускаем. Вот. Сам ты это сделать без подсказок не сможешь, а старый колдун явно обиделся на твою вчерашнюю истерику и из вредности не скажет, что нужно делать. Духи - они такие, у них после смерти логику наглухо отбивает, и то, что при жизни он никогда бы не сделал, после смерти он сделает с удовольствием, да еще повторит пару раз на бис. Просто потому что может. Поэтому с тобой поедет Хольгерт, ему все равно нечем заняться - он у нас в свободном плавании, эдакий некро-фрилансер. Ну и я тоже, хотя от меня толку особого не жди - я... В общем, я демо-версия некроманта пока что. - Это как? - Не понял Олег. - Ты же отпустила того, кто передал тебе дар? - Отпустила, - насупилась девушка, откладывая вилку. - Но я была не одна, мне помогали... И, в общем, я так этому и не научилась. Ада с Любомиром меня учат... Вроде, успехи есть. Но пока что от меня толку - как от козла молока. То есть ровно столько же, сколько от тебя. Олег, конечно, тоже не полный ас в этом деле, но у него опыта гораздо больше, да и дядя его работает в ритуальном агентстве, а значит, и теорию парень неплохо знает. А сейчас самое приятное - кто позвонит Олегу и разбудит его? - А тут без вариантов, - мстительно ответил обидевшийся на сравнение с козлом Вася. - У меня нет его номера. А ты его девушка - вот и звони. - Я не его девушка, - поскучнела Варя, теряя желание препираться. - Он старше меня почти на восемь лет. И вообще. Ладно. - Так, если уж нам ждать Олега, то времени до электрички не так уж много. Это нам до вокзала идти 20 минут быстрым шагом, а ему откуда добираться? - Нахмурился Вася, отмывая сковородку, лопатку и вилку. - Я за ним сбегаю, у него свеча прямо в подъезде. - Варя подхватила с табуретки рюкзак и пошла обуваться. - Возьми документы с собой и что-нибудь поесть, Олег тоже будет голодным. Ты помнишь, где мы вчера вышли? - Эээ... Это когда мы были на крыше, а потом бах, сумерки, все серое и туманное - и мы в чужом дворе? - Смутился Василий, которому было мучительно стыдно за перебор с алкоголем. - Ага, - криво ухмыльнулась Варя, выскальзывая через незакрытую дверь. - Собирайся и жди нас там. Скоро будем. Олегу звякну по дороге, он умеет быстро просыпаться, если это нужно. *** Электричка отправилась с двухминутным опозданием - ровно в половину десятого. Пятница, являя яркий контраст предыдущему дню, выдалась хмурая и дождливая, тонко намекая, что хватит с петербуржцев хорошей погоды и по будням, чтобы до работы было приятнее добираться. А вот на выходных, когда хочется выбраться на природу и поймать ушедшее лето за обрывок хвоста, можно и вспомнить, в каком городе они живут. Оконное стекло запотело изнутри, покрывшись капельками воды снаружи. Олегу хотелось сейчас только одного - спать. Но "спать" взаимностью не отвечало, уступая место "надо". Надо было ехать к черту на рога и работать, причем работать для круга, а значит - бесплатно. - В общем, я подняла его практически из постели, в которую он только собирался ложиться, - Варя закончила пересказывать Василию историю о том, как тащила упирающегося Хольгерта на вокзал. - Угу, - хмуро покосился на девушку Хольг. - И сказала еще "в гробу отоспишься". А я - некромант. Я - не отосплюсь. Разве что при жизни. - М. Циничненько... - из вежливости отреагировал такой же сонный Вася. - Да что ты знаешь о цинизме? - хихикнула отвратительно бодрая Варя. - В детстве я каждый год на лето уезжала в деревню для того, чтобы подышать свежим воздухом, приобщиться к природе, жизни и прочим атрибутам бытия. Часто видела там, как моя бабушка кормит свежевылупившихся цыплят мелко порубленными вареными яйцами. Я смотрела, как пушистые пищащие желтые комочки с аппетитом клюют то, что могло бы клевать их, если бы судьба сложилась чуть иначе, и отчаянно пыталась постичь всю глубину бытия. Получалось не очень хорошо, но я старалась. - Действительно, цинично. Но вопрос о курином предназначении и ценности их жизни - слишком тонкая материя. К счастью или к сожалению, но у большинства кур выбор заключается лишь в том, где снести яйца: в сарае или под кустом, - задумался Вася. - Все-таки, еще ни одна курица не выросла в жестокого диктатора, талантливого хирурга или меткого киллера. - Ой, не скажи. Один достаточно известный в узких кругах некромант умер, выпив свежее деревенское яичко прямо из скорлупы, чуть ли не вытащив его из-под наседки. Курица, у которой он отнял нерожденного ребенка, вполне успешно болела сальмонеллезом. Некромант тоже заболел, правда, не столь успешно. Затянувшийся сальмонеллез вызвал у него в организме очень неприятные последствия и повелитель мертвых быстренько отправился к своим слугам, которые, готова поспорить, уже очень давно его ждали. Бестолковый дядька был, честно сказать... - Погоди, но эта болезнь успешно лечится, да и не так уж смертельна, - подозрительно покосился на девушку аспирант. - Жаль, что почившему этого никто не сообщил, - пожала плечами Варвара. - Может быть, он умер исключительно из-за незнания о том, что можно было бы и не умирать. - Какой глупый некромант, - улыбнулся Вася. - И не говори, - вернувшийся из тамбура Олег, прислушиваясь к разговору, плюхнулся между ребятами, ловко расчистив себе место крутым поворотом бедра. - Эй, осторожнее. О чем это я?.. Ах да. Этот недалекий некромант, кстати, был нашим с тобой родственником. Скорее даже твоим. Бенедикт Захарченко. - Бенедикт? - Удивился Вася, а потом вспомнил о странной семейной традиции. - Ах да. Достойно. А как его звали на самом деле? - Ой, да откуда я знаю? - отмахнулась ведьма. - Петя какой-нибудь. - Слушайте, неужели все Захарченко были такими идиотами? - вздохнул потомок этого славного рода. - Нет, я понимаю, что гонор, чувство собственной важности, все дела... Традиции эти о принятии вторых имен, приняв силу... Но почему все так странно реагируют на нас? - Чувак, ну ты подумай. Ни один из других родов не игнорирует обучение молодежи, во-первых. Не берет, как ты заметил, себе идиотских имен, во-вторых. В-третьих, Захарченко, это, как тебе сказать... - задумался Хольгерт, фривольно закидывая руку Варе на плечо и вальяжно откидываясь назад. - Это, ммм... Диагноз, что ли? Это образ мышления, это судьба, это... Ох. Ну что вообще можно сказать о людях, живущих и творящих под эгидой демона глупости? Каждого потомка этого широко известного всем некромантам рода можно узнать с первых двух минут общения. Вас, как бы это выразиться, окутывает эдакий легкий флер... Эм. Какое бы слово-то подобрать помягче... Рассеянности, несуразности и сумасшествия. - Что, и меня тоже? - уточнил Вася, настроение которого, еще пару минут назад подбиравшееся к отметке "хорошее", стремительно неслось вниз, приближаясь к "убить все живое". - Тебя в первую очередь! Ты только в комнату зашел, а я сразу понял - о, Захарченко! - Воскликнул Олег, шаря по карманам - увидел контролеров. - Ты билет покупал? - Угу. Где бы еще найти билет в счастливую страну, где меня оценят, полюбят и не будут издеваться? - тоскливо вздохнул Василий. - Таких билетов не существует, но есть достойная им замена, - подала голос Варя и, полюбовавшись пару секунд на вопрошающий Васин взгляд, уточнила. - Алкоголь. В твоем случае вместо счастливого билета можно купить дробовик, некоторым тоже помогает. - Кстати про алкоголь, - мстительно решил наябедничать Вася, все внутренности которого тоскливо сжались от одного только упоминания. - Олег, а она вчера без тебя твой любимый напиток пила. - Что? Молись, женщина, - скосил Хольг глаза на низенькую Варвару, внезапно затаившуюся у него под рукой. - А что за напиток? - Виски, - медленно произнес филолог и, отметив возмущенную реакцию на это слово, решил добить: - Вишневый. Ред что-то там. - А, тьфу, эту гадость я не пью, - расслабился Хольгерт. - Сладкая отрава, от которой слипаются зубы и кишки. - Ах так, - вывернулась у него из-под руки девушка. - Значит, оставшийся ящик я раздам бедным. - Сидеть, - сразу же поменял свое мнение медиум, накрыв ее плечо рукой. - Бесплатно я выпью что угодно, даже сидр или, прости господи, ламбик. - Ваши билеты, - прервал их контролер. - Эээ... Кажется, я потерял свой билет. - Убито произнес Вася, сам себе не веря. - А я свой так и не... Варь? - Олег заискивающе посмотрел на девушку, что с ее положения наверняка выглядело весьма странно - он был на голову ее выше и выглядел сейчас одновременно комично и угрожающе. - Одну секунду, - колдунья порылась в рюкзаке и достала горку фантиков от карамели. Покопалась, разгладила три, и совершенно спокойно протянула женщине в форме. - Ну и что это такое? - подняла бровь служащая. - Что за станция "Мальпальто", вы где вообще такие билеты взяли? - Что, простите? Мы покупали билеты в кассе! - громко обратилась Варя к кондуктору. - Что дали нам, то мы вам и даем... Но эти, наверное, за прошлую поездку, одну секунду. - Блин, блин, блин, - уже гораздо тише, еле слышно выругалась Варвара, отняв билеты, и так же шепотом продолжила: - Ненавижу финские названия. Вася, до какой станции мы едем? Я забыла... - Я тоже, - подавленно прошептал Василий, выворачивая все карманы в поисках билета. - Захарченко... - угрожающе прошипели некроманты. - О, нашел. Вот вам мой билет, а эта парочка сейчас получше поищет свои, - с нажимом на последнюю половину предложения произнес Вася. - Ребята, на сей раз мы едем до Мюллюпельто, не перепутайте. - Угу, с вами все ясно, - Захарченко получил свой билет обратно и с замиранием посмотрел на проверку билетов у друзей. - С вами тоже. - Ну и что это было? - Олег проводил взглядом спину контролера. - Ну забыла я, забыла это чертово название, - огрызнулась Варвара. - В следующий раз дам ей один билет и выкручивайся сам. Или покупай билет, как самый последний завалящий... Ой, Вась, прости. Я забыла тебе сказать, что если ты умеешь подавлять чужую волю и внушать людям свои мысли, то платить не обязательно. - Я смотрю, у тебя прекрасно получается, - едко заметил Василий. - Чтобы кому-то внушить что-то конкретное, нужно это конкретное знать, - пожала плечами девушка. - Как я могла убедить контролера в том, что у нас есть билеты до нужной станции, если сама не помнила толком, что это за станция? - Ой, не парься, - отмахнулся Хольгерт, расслабившись. - Мы как-то с мамкой гоняли в Хельсинки на шопинг-тур на автобусе, я там вдоволь насмотрелся на их названия. Пока я пытался правильно прочитать и повторить название деревни с указателя, мы успели ее проехать и въехать в новую. Это Финляндия, детка! - Так, товарищи, вы как хотите, а я посплю часик. Бабка сегодня всю ночь собирала вещи, в полный голос обсуждая с космосом, что ей стоит брать, а что стоит выкинуть, - Вася широко зевнул до щелчка в челюсти и уткнулся лицом в руку, устроенную на оконной раме. - Я выходил на вокзал, а она все еще не закончила со своей комнатной, так и не добравшись толком до коридора и кухни. - Эм. И как? Что ей сказал космос? - заинтересовался Олег. - Я его ответов не слышал, - пробурчал засыпающий некромант. - Но мне кажется, если бы она у него не спрашивала про каждую отдельную вещь, а охватила квартиру махом, он бы ответил ей "Давай заберем всеееооо!". И хватит ржать, я боюсь, что она именно так и поступит. Она ночью за кофе бегала, в нагрузку к коробкам для упаковки. Мне страшно возвращаться домой. - Да ты не волнуйся, мы будем рядом: я, Варя и славный мохнатый птицеед. Ты же не против? - заискивающе спросил неугомонный медиум. - Что угодно, только дай поспать. - Неразборчиво пробурчал аспирант. Варя с Олегом недобро переглянулись... *** - Так, ну и что дальше? - поинтересовался Вася, приуныв от закрытого информационного окошка в холле Устин-Суходольской больницы. - Пожрать бы, - грубо ответил Олег. - Со вчерашнего вечера толком не ел. - С этим разберемся потом, сейчас-то что делать, куда идти? У меня кроме хомяка никто не умирал, но того я сам хоронил, - отмахнулся "безутешный" внук. - Слушай, ты только этого не закапывай сам, - попросила Варя. - Если ты, копая хомяку яму, кошку отрыл, то я боюсь представить, что ты найдешь на дне могилы для деда. - Спокойно, внучок. Во-первых, нам в регистратуру морга - оформлять свидетельство о смерти. Это на себя возьмет Варвара, лишь бы на сей раз имя не перепутала и внушила то, что нужно, - Олег хмуро посмотрел на девушку и та безропотно удалилась. Вася увидел сквозь широкие окна, как хрупкая фигурка направилась в сторону морга куда-то за угол больницы. - Нам, вообще-то, повезло. Морг прямо за больницей, а вот крематория не видать, похоже, он где-то в другом месте. Сейчас Варя получит бумажку, ты с ней скатаешься в загс и получишь там уже гербовую бумажку и справку о смерти. Я пока поесть чего-нибудь достану и заодно с ритуальным агентом переговорю, вон уже несется, других родственников ищет. Дежурят они там, стервятники. - Откуда ты все это знаешь, - удивился забывчивый Вася. - У тебя недавно кто-то умирал? - Я - некромант. И ты теперь, кстати, тоже. Нам это по профессии знать положено. А еще я половину детства на похоронах провел, семейное дело, так сказать. О, несется, гляди-ка. Дурные они, ритуальщики эти. Получают на лапу от ребят из больницы и морга, сразу звонят клиентам. Иногда именно от них родственники и узнают, что тетя или бабушка-то тю-тю. Мне как-то рассказала дамочка одна... Отец у нее преставился, так она об этом очень элегантно узнала: ей в половину седьмого утра мужик позвонил и грубо так: "Гроб купили уже?" она спросонок не понимает ничего, переспрашивает, а он ей "Батя-то ваш того. Ритуальное агентство "Косточки-веночки", покупайте у нас". Тут-то она с давлением и слегла, сама тетя тоже уже немолодая была... - Тьфу, баечник. Эээ... Здравствуйте? - отвлекся аспирант на небритого мужчину в мятом черном костюме. - Мне бы это... Дедушку... Того. - "Того" дедушка сам уже, судя по всему, - меланхолично ответил мужчина, враз теряя запал от зрелища дешево одетого парня. - Хоронить или кремировать? - К...кремировать, - промямлил Вася. - О, ну это только через неделю. Тут такие очереди, такие очереди, - зевнул ритуальный агент. - Проще похоронить будет и не мучиться, а то из морга сейчас выдадут, а запах, сами понимаете... Есть участочек, тут же, под боком, в очень, очень живописном месте! Птички, березки, белочки бегают. Всего двадцать тысяч. И гроб подходящий есть, красное дерево, отделка медью, шелковая обивка... Он, конечно, дороговат, но ведь в последний путь, чего только не пожалеешь, чтобы все как следует сделать... Да и нет сейчас других гробов, если делать - то под заказ, а это и дорого, и время. А из морга выпишут, погода жаркая, нехорошо так дедушку любимого мучить... - Мужик, успокойся, - прервал его Олег. - Нету гроба у вас - купим у кого-нибудь другого, расслабься. И в крематории договоримся - нам его через полчаса запалят. Отдыхай. Косо посмотрев на Олега, агент нахохлился и отошел недалеко, сразу же начав кому-то звонить и что-то эмоционально обсуждать. - Это что сейчас было? - удивился Вася. - Это тебя сейчас развести как "лоха" пытались, - фыркнул Хольг. - Смотри, ушел, цену набивает. Сейчас вернется и скажет, что гроб подешевле нашелся, да и место за пятнадцать тысяч уступят. Только из-за того, что вошли в положение, а то дедушку из морга выпишут, а жарко, запах. И опять начнет про птичек-белочек внушать. О, Варька идет. И с бумажкой! Быстро учится, я думал, что ей опыта не хватит без документов справку получить. Раньше она послабее была. - У нее сейчас подъем сил, похоже, - вспомнил Вася, какую бурную деятельность развила Ефросинья после Вариного внушения. - Я пойду к ней - и в ЗАГС, ладно? - Ага, на крестины позовите, - подмигнул Олег. - Шучу. У тебя деньги есть? Насчет крематория договорюсь, но нужно купить гроб, мешочек для праха да и сам процесс оплатить. - У меня четыре тысячи, это все, что есть, - тяжело вздохнул Вася. - Ну, то есть, вот вообще совсем, обратно по фантику поеду. - Эх, Вася-Вася, - покачал головой провидец. - Что бы ты без нас делал... Дальнейшие события слились в Васиной голове в одно сплошное размазанное пятно. Варя и Олег ходили и договаривались, договаривались и ходили. Сначала в ЗАГС за одной справкой, потом за другой, затем за третьей... Через несколько часов беготни по крошечному городку, Варвара была выжата как лимон - наколдовалась на неделю вперед. Олег ходил мрачный, словно туча, и с каждой минутой мрачнел все сильнее и сильнее. К тому моменту, как все формальности были улажены и зомбированные работники морга готовились к ритуалу, Хольг отвел Василия в сторону и доверительно сообщил о том, что у них назревают проблемы: деда что-то нигде не видать, а должен возле тела болтаться. Значит, прячется, причем прячется так, как умеют только трусы с огромным опытом. Короче, нужно вызывать тетю Аду с Любомиром, а это затянется на долго - путь неблизкий. - А разве они не могут пройти по свече? - Удивленно спросил Вася отзвонившегося Олега. Для аспиранта старшее поколение являлось чем-то всесильным и самым умелым. - Я тебе по секрету расскажу: это вообще мало, кто умеет. Варя у нас девушка исключительная, но талантами не делится, - покачал головой медиум. - А ты себе вообще представляешь, что это такое и как работает? Нет? Ну, вот тебе кусочек матчасти, пока ждем тяжелую артиллерию, а легкая отдыхает на лавочке. Не все из вчерашней лекции забыл, про огонь помнишь? Перед смертью он гаснет и больше напоминает свечу, отсюда пошло название. По сути, "свеча" - это последний путь человека, который вот-вот умрет. Он может знать об этом, а может и не знать, это одинаково для самоубийц и для тех, у кого органы шалят. А еще для тех, кто свою смерть предчувствует. Идет такой человек по улице и думает "завтра на этом месте меня собьет автомобиль". Приходит завтра - и сбивается. Но это, скорее, исключение. В общем, вход в свечу находится в той географической точке, в которой человек осознал то, что ему скоро хана. А выход - там, где эта самая "хана" наступила. Пересекаются некромантом одним шагом, какое бы расстояние они не покрывали. Я думаю, что если покопаться, то можно найти несколько подходящих заброшенных свечей и добраться сюда из Питера, но это сколько же пересадок делать надо! Да и приехали бы они выжатыми. Но - они не умеют этого. Варю бабушка с детства учила, но она сейчас и десятой части своего дара не осознает. - Почему так? Почему бы призраку не остаться тут, поучить немного еще? - удивился Вася, затаптывая мстительную мыслишку о том, что не только его покойные предки - те еще разгильдяи. - Есть там какая-то история непонятная, - замялся Олег. - Короче, бабушка осталась, хоть ее и отпустили, но Варя ее не видит. У нее там... в общем, спроси у Варьки сам, а? И пошли, наконец, поедим, а то я за себя не отвечаю! Пока некроманты ели криво сляпанные бутерброды на берегу реки и гуляли по берегу, тучи сгустились еще сильнее, надвигался дождь. Пришлось вернуться к моргу и дожидаться приезда старшего поколения под козырьком на скамеечке около входа. Неудивительно, что приезда Аделаиды и Любомира он ждали сильнее, чем Дня Рождения. Мокрые глава и теоретик круга хотели разобраться со всем еще сильнее, так как над ними козырька не было, и оба (если не считать ворона) промокли практически насквозь. В молчании двинулись к крематорию. Поймав знакомого работника, Варя отвела его в сторонку и что-то настолько эмоционально внушила, что у бедняги руки к зажигалке потянулись. Убедив его в том, что сжигать труп подручными средствами вот прямо сейчас не надо, некроманты подошли к гробу и пристально уставились на мертвеца. Мертвец, которого уложили в гроб в той же самой одежде, в которой нашли в лесу - ветровка, футболка, тренировочные штаны, под взглядами чуть ли не поежился. Духа нигде не было видно, но присутствие ощущалось. - Вася, скажи честно. - Негромко позвал Любомир. - Ты деда видишь? - Нет. - Покачал головой аспирант. - А ты, Олег, видишь? - И я нет, - пожал плечами медиум. - А он, как тот самый суслик, - Любомир как-то странно зашевелил пальцами. - Есть. Ага! Все ясно. Кто деда одевал? Варя? - Что Варя сразу? Агент ритуальный одевал. - Девушка стрельнула глазами в Любомира, но не стала продолжать тему. - А что? Не хватает чего-то? Он не смог бы пробиться сквозь внушение, не надо вот. - Часов не хватает. Не расстраивайся, один мертвец одно скажет, другой - другое. Люди даже и не знают, кого слушаться. - Успокоил ведьму Любомир. - Дедушку можно сжигать, а я пойду потолкую с агентом... - Вы сейчас о чем? - Не понял диалога про говорящих мертвых Вася. - Что за часы? - Не бери в голову, потом расскажу. - Отмахнулась Варя, к удивлению машиниста посыпая мертвеца крупной солью, вытащенной из пакета в рюкзаке. - Черт, воду забыли. Ну да ладно, и так сойдет. Потом пепел польем. - Халтурщица. - Поджала губы Аделаида, давая отмашку машинисту. Из неприметной двери вышли четыре молодых парня-оператора, переложили гроб со стола на каталку и подвезли к пульту загрузки. Непонятно откуда из стены вылезли пугающего вида захваты, подхватили гроб и начали потихоньку втягивать в печь. Шторки разъехались, гроб медленно поплыл внутрь. У Васи перехватило горло. "Все, что мы есть, чем не стали и были, останется взвесью танцующей пыли" - всплыли в голове строчки из стиха какого-то поэта-современника. - Эй. - Варя тихо подошла сзади и осторожно коснулась руки аспиранта. - Первый раз всегда так. Потом легче. - Много ты кремаций видела? - тихо спросил Василий. - Достаточно. Более чем. - Так же тихо ответила девушка. - Он будет гореть около часа. До костей. Они не горят, их измельчают в кремуляторе. Потом пересыпят прах в мешочек и мы сможем поехать домой. - А что с духом? - Напомнил молодой некромант. - А дух вот. В часах. - Ответил вместо Вари вернувшийся Любомир, помахивая в воздухе ремешком. - Вместо кукушки. Я пока не буду его прогонять. В воспитательных и познавательных целях. Я думаю, вам есть о чем поговорить. Держи. - И что мне с ними делать? - С сомнением покосился Василий на главу клана. - Я его до сих пор не вижу. - Не волнуйся, этим займемся в ближайшие дни. Мы пока посидим тут, а ты бери Варю и дуйте в отдел соц.защиты, пока он не закрылся. Получишь компенсацию на погребение, долг Олегу отдашь. - Отмахнулся Любомир. - Не засыпайте на ходу только, Гена был тощим, быстро прогорит. Он оказался прав. К тому моменту, как ребята, не обменявшиеся за всю прогулку до Пенсионного Фонда ни словом, вернулись, еще теплый прах был у Олега в руках. Уставшие колдуны пошли на электричку . *** - Дорога дальняя, нас никто не услышит, весь основной круг в сборе - задавай свои вопросы, пока есть время, - вздохнула подмокшая Аделаида, доставая вязание. - Только давай без загадочек в духе "что было раньше: курица или яйцо", я не орнитолог. - Хорошо, начнем с того, что вы сейчас упомянули, - кивнул Василий. - Что такое круг? И почему вы взяли меня в свой? - Ты когда-нибудь слышал что-нибудь о ведьминских кругах? - начала ведьма. - Что-нибудь знаешь? - Ну... это грибочки, причудливо растущие в лесу на полянах? - предположил Вася. - Сам ты... грибочек, - закатила глаза тетя Ада. - Колдовской круг - условное название. Кто-то называет это общиной, кто-то ковеном, кто-то шабашем. Названий много, суть - одна. В него входят маги, которые по какой-то причине решили держаться вместе. Друзья, родственники, просто знакомые. Кто-то в обычной жизни, не связанной с ремеслом, друг с другом не видится. А кто-то наоборот - дружит, женится. Некоторые работают вместе - вариантов масса и каждый решает это сам для себя. Изначально, много лет и даже веков назад, круги подбирались по талантам. Чтобы у каждого был свой медиум, ремесленник, боевой маг, чтец мыслей, провидящий, ликвидатор, теоретик, специалист по насыланию и снятию проклятий. В общем-то, круг - это что-то вроде организации. Есть технологи, есть рабочие, есть бухгалтера и уборщицы... Аналогии ясны? - Ну... В общих чертах. Зачем вы устраиваете сборы? - Иногда попадается сложная или непрофильная работенка, с которой можно справиться лишь вдвоем-втроем или всем кругом сразу. Или просто передать ее специалисту. Например, Олег никогда не сможет поднять зомби так виртуозно, как Любомир. А я отвратительно хожу по свече, в отличие от нашей юной Варвары... Что касается того, почему мы тебя к себе взяли... А тебя больше не возьмет никто. Ты Захарченко. Необученный новичок с неизвестным неоткрытым талантом, эдакая бомба, которая стремится саму себя подорвать, да еще и зацепить как можно больше людей... Тьфу ты, опять сбилась, - Аделаида отложила вязание. - Еще вопросы? - Вот вы говорите, работа разная, специальности... А много вообще направлений у магии? - задумался Вася, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. Свою фамилию, род, деда, магию, да и самого себя он начинал тихо ненавидеть. - У магии - полно. Конкретно у некромантии - тоже хватает, - уточнила Ада. - Но про магию в целом я говорить не буду, она нас не касается. Привороты, лечение, бытовая магия - это совсем другое болото. Мы варимся в своем, соседнем, но поверь - оно тоже весьма обширное. - И какие направления у конкретно некромантии? - Поправился Василий. - Каждый некромант сам выбирает себе специализацию или она передается по наследству? Кем был мой дед и те, кто передал силу ему? - Я тебе сразу скажу: дед твой за почти сто лет практики так никем и не стал. Поотхватывал немного по верхам и стал дурить народ. И предки его такие же были. У вас в роду нет ни одного исключительного специалиста, нет никого толкового даже. Большим достижением было хотя бы выбрать себе специализацию, обычно силенок и ума даже на это не хватало, уж прости. А все потому что никакой культуры обучения молодежи - это же время еще тратить надо! Что касается направлений в целом... Дай-ка подумать. Ну, смотри. Начнем с легкого - теоретики. Теоретик в нашем кругу - это я. У меня хорошая память и талант к систематизации информации. Я веду записи, дневники, по которым впоследствии пишу книги для потомков. Теоретически - отсюда и название - я разбираюсь вообще во всех специальностях. Я знаю ритуалы для поднятия и упокоения мертвых, могу представить, как общаться с духами умерших, знаю, как работает предсказание и как снять проклятие... Но практически я ничего из этого толком не умею. По роду мой талант - чтение мыслей, занимаюсь я именно этим, и, как это ни забавно, но как раз этот процесс подвести под теорию я не могу. Теоретиком может стать каждый, но это невероятно занудное и унылое дело, если ты, конечно же, не фанатик книг и писанины. - Но вы же поднимали мертвых, а потом они сами закапывали сами себя, - напомнил Вася вчерашние слова колдуньи. - Так может любой теоретик? - Не любой. Только очень упрямый, - фыркнула бабушка. - А упрямства мне не занимать. Так. О, чтение мыслей. Как я уже говорила, объяснить этот процесс я не могу, но штука настолько же полезная, насколько и гадкая. Первые несколько лет тебе кажется, что ты сходишь с ума - в голове постоянное жужжание, иногда просыпаешься посреди ночи оттого, что кто-то за стеной решает: вешаться ему или не вешаться... Но потом начинаешь привыкать и извлекать выгоду из этого, помогать людям морально, а себе - финансово. - И чем же вы можете помочь тому, кто решает повеситься в соседней квартире? - заинтересовался аспирант. - Намылить веревку и табуретку одолжить, - скривилась старушка. - Я за свободу действий. Если надоело землю топтать - иди и самоубивайся на здоровье, только спать не мешай. - Мда... А кто еще есть? - Еще есть боевые некроманты. Те, кто может повелевать мертвыми, словно куклами. Небольшие отряды даже из них делают, полностью управляемые, послушные, покорные. Самое известное и одно из самых сложных направлений некромантии. У нас такой маг - Любомир. Человек, несмотря на некую легкомысленность и обилие слабостей... - Боевой маг, на которого все дружно посмотрели, отвлекся от пакета с печеньем и подмигнул, засовывая голову дохлого ворона под крыло - типа спит. - ...Весьма и весьма сильный, очень молодой и с большим потенциалом. Любомир может зомбировать мертвых, а это сложнее, чем живых, потому что сначала мертвеца нужно заставить думать вообще, а уже потом - думать по-своему. Очень сложно перебить привычную для тела волю. Например, заставить покойного священника пойти и кого-то живого убить. Да ты и сам видел, на что он способен. - Провидцы? - покосился Вася на улыбающегося Олега. - Провидцы - те, кто улавливает что-то из потусторонней материи. Считается, что мертвые вне времени, поэтому не делают разницы между прошлым, настоящим или будущим. Те, кто умеет слушать мертвецов - умеют слушать время. Но Олег у нас единственный в своем роде, я таких больше не встречала. Может, дело в том, что дар он принял в самом детстве, при рождении, когда еще не знаешь, что правильно, а что не очень, - ведьма с каким-то непонятным участием посмотрела на помрачневшего Хольга. - Ты слышал о том, что дети лет до пяти иногда видят то, что недоступно взрослым? Барабашек там всяких, призраков, полтергейстов... На самом деле, всей этой нечисти не существует. Вернее, существует, но не для всех. Абы кому она не показывается, только ведьмам, причем не таким, как мы. Некроманты их тоже не видят, тут уже другая школа колдовства, то самое соседнее болото, про которое я говорила. В общем, мертвые. Дети, которые их видят, со временем вырастают и крепко заучивают то, что им внушают взрослые: призраков и барабашек не существует, все, что невозможно подвести под крепкую доказательную базу - не имеет права на жизнь. Типа "я бы дружил с тобой, но мне сказали, что тебя не существует". Дети колдунов, к счастью, подобного насилия над разумом лишены, но они видят случайные образы или каких-то семейных призраков, и то - в силу возраста. Какого-то серьезного потустороннего зрения они лишены, как не получившие силу. А Олег - он получил. Его колыбель качала его мертвая... - Довольно. - Грубо прервал тетю Аду на полуслове Олег. - Кто там качал мою колыбель - дело уже исключительно лично мое, к делу не относящееся. Короче, я залезаю в чужие сны, потому что это умели некоторые мертвецы, которых я на этот талант ограбил. Я не умею читать мысли в полном значении этих слов, как эта многоуважаемая дама, которая иногда хочет чересчур подробно кому-то рассказать о том, что знает. Зато я вижу прошлое и будущее, потому что его видят мои драгоценные знакомые трупы. У нас с ними прекрасный взаимообмен - они жрут мое жизнелюбие, а я взамен их эксплуатирую. С некоторыми у меня настолько прекрасно налажен контакт, что я смотрю прямо сквозь них, буквально их глазами. Повисло неловкое молчание. Смущенная Аделаида смотрела в окно, теребя в руках ручку сумки. Олег смотрел себе под ноги, ковыряя один кроссовок другим, затем, наступая сидящим на ноги, неловко выбрался в проход и направился к тамбуру - явно пошел курить. Любомир невозмутимо доедал печенье, громко шурша пакетом и осыпая крошками собственную бороду, колени и ворона. Варя пыталась читать книгу, Вася - понять, что вдруг произошло. Наконец, он не выдержал и первым нарушил молчание: - А что насчет Вари? Если тут тоже какая-то история неприятная, то заранее извиняюсь. - Не, у меня история по-своему неприятная и странная, но колыбели там не фигурируют. Я - ремесленник. Если сказать грубее, но понятнее - занимаюсь бытовухой. Я могу пройти путем свечи, то есть, если где-то был ныне мертвый человек, то я могу поднять его следы и физически оказаться там. Ну, я тебе вчера показывала. Это умеет далеко не каждый, занятие это трудоемкое и занудное, потому что зона покрытия маленькая. Также, я зомбирую, вернее, внушаю свою волю. Это из-за того, что мертвые спокойно видят и наши эмоции, и наши мысли, и наши желания. Я позволяю мертвецам увидеть это все, а затем заставляю их нашептать увиденное тому, кому хочу что-то внушить. Занятие тоже довольно простое, но требует предельной концентрации: если ты не знаешь, до какой станции тебе ехать, то мертвый этого не прочитает и не расскажет, а контролер этого тоже не будет знать. Более продвинутые персонажи заставили бы ту дамочку отковырять из собственной памяти похожее на ту абракадабру название, но мне это пока недоступно - слишком мало опыта и сил. Пока мои таланты на этом заканчиваются, но я надеюсь, что научусь всему остальному. Или хотя бы научусь в совершенстве пользоваться тем, что есть. Некоторые пути для меня закрыты, но есть еще направления, которые можно проработать. - Например, какие? - заинтересовался Вася, представляя перспективы, открывающиеся перед колдуном такого направления. - Ну, я смогу "выжимать" знания из мертвого. Допустим, мертвец говорил на французском. Отлично! Через какие-нибудь три месяца я тоже заговорю на французском. Или, к примеру, он преподавал физику. Я подтяну этот несчастный предмет если не до уровня лектора, то хотя бы на твердую четверку. Удобно. - Не спорю... А кто еще есть? - согласился Василий, прикидывая, какое же ему направление нравится больше всего. - Еще есть наложение и снятие порчи, приворот через мертвых, - очнулась Ада. - Некроманты заставляют мертвецов вспомнить ненавистных им при жизни людей и внушают мертвецам, что человек, которого нужно проклясть - и есть эта самая фигура. Или напоминают про такое чувство, как любовь, и тогда мертвец начинает таскаться за жертвой и внушать ей, что она кого-то любит. - Кого-то? - Уточнил новичок. - Того, кто заплатил деньги за приворот, - подмигнул Любомир, и сразу стало ясно, что такой работой он не гнушается. - Или отворот. Или сначала за приворот, а потом, вдвое больше, за отворот. Тут уж как получится. - А что делают ликвидаторы? - Вспомнил Вася последнюю профессию. - Как ясно из названия, ликвидируют. Такая себе работенка, грязноватая. Но зато всегда актуальная. По сути, ликвидаторы убирают хвосты, которые остались от всех остальных профессионалов, - ответила старая ведьма. - Что значит - ликвидируют? - не понял парень. - Ликвидируют - значит убивают душу. Она больше не перерождается, ей не дают время на то, чтобы она отпустила это тело, эту землю, этих людей. Если после удачного приворота мертвец все равно таскается за жертвой, доводя ее до помешательства - его убивают, уже насовсем. Если труп для армии, которого поднял боевой маг, не хочет ложиться обратно в землю, движимый мятежной душой, засунутой обратно в разлагающееся тело - душу уничтожают. Если я спрашиваю какого-то мертвеца о будущем клиентов на протяжении года, и он исправно предсказывает его ста людям, а на сто первом "залипает" и хочет знать только его прошлое или будущее - я обращаюсь к ликвидатору и этот труп не интересуется уже ничем, потому что его больше нет. - Ответил вернувшийся с перекура Олег. - Вот это и значит "ликвидировать". - Это как-то... Аморально и отвратительно, - скривился Вася. - Вы сейчас можете сказать что угодно про то, что я мягкотелый и вообще Захарченко, но убивать душу только потому что она надоела - это гадко и грязно. - Расслабься, парень, ты прав. - Любомир почесал ворона по шее и тяжело вздохнул. - Это самая редкая, самая грязная и самая неуважаемая профессия среди некромантов. У таких людей обычно нет ни друзей, ни семьи, ни детей. Убивать живых, теплых людей - ужасно. Но они все равно переродятся со временем, а кто-то и сразу. Обнулят свою память, отпустят ошибки и живых близких, выберут новое тело - и вуаля. А вот убивать душу... Это словно идти не против самой природы - против нее некроманты идут с самого начала своего пути, потому и считаются изгоями среди остальных колдунишек. Это... идти против самих себя, против своего рода, против не только жизни, но и смерти. Если некромант - изгой для всех остальных, то ликвидатор - изгой для некромантов. - У вас... У нас в круге есть такие? - спросил смущенный Василий. - Нет, - поджала губы Аделаида. - Не хватало нам еще... Такого... На весь Санкт-Петербург таких человек пять наберется. Зарабатывают, конечно, хорошо, но счастья им их работенка явно не приносит. И правильно. - Бррр... Ладно. А умеют ли обычные люди видеть и слышать мертвых, если некромант не направлял их к заказанному человеку? - решил сменить тему Вася. - Конечно. Мертвые всегда готовы чем-то поделиться, но видят и слышат их лишь медиумы, некроманты и спиритуалисты, - ответил Олег. - Для всех остальных слова мертвецов воспринимаются как свои собственные идеи, пусть и очень странные. Некоторые называют это музой. - Прости, чем? - Нахмурился Захарченко. - Я ослышался? Музой? Это той, которая приходит к поэтам и заставляет их писать и уходить в запой? - Ага, именно ею. - Хихикнул медиум. - Людьми, которые слышат голоса, полнятся психушки. Их лечат, убивают галоперидолом, проводят терапии, а человек всего-то слишком восприимчив к загробной болтовне. Мертвецы-то, они разной степени болтливости бывают. Есть такие, которые могут стихи или рассказы нашептать, а то и целую книгу. Или подселить мелодию, которая потом - если напишется, конечно - станет хитом и покорит все радиостанции. Или толкнуть под руку и заставить нарисовать картину, слепить скульптуру, изготовить куклу или макет корабля. Есть те, которые привязываются к одному человеку, и тот воспринимает их как "внутренний голос". Кто-то спорит с ними даже. Кто-то считает, что у него в голове несколько личностей живут, которые могут дружить или враждовать между собой, деля голову этого человека. А на самом деле там всего лишь пустила корни веселая компашка неупокойников, которые живут чужой жизнью, практически полностью подавляя волю человека. - Хочешь сказать, что никто сам по себе не творит? - Оскорбился за классиков филолог. - Нет, ну почему же. Творят. Толстой наверняка сам писал свой талмуд, вряд ли нашелся настолько занудный мертвяк, который захотел этим поделиться. Пушкин вот тоже писал сам, ты наверняка раздобыл где-нибудь его не издаваемые порнушные стихи, - покачал головой Хольгерт. - Есенин и Маяковский - те так точно сами писали! Думаю, очевидно, почему. А вот Афанасьев, этот неугомонный маэстро-собиратель сказок, явно действовал по чьему-то науськиванию. И слава Богу, или кто там сидит и игнорирует неуемные души. Кроули сто процентов плясал-писал под чью-то дудку, как и Папюс. У этих ребят наверняка были свои персональные особо злокозненные мертвецы, оттягивающиеся на полную катушку. - Выходит, все их слышат... - Задумался аспирант. - Значит, это не так уж и плохо? - Ну как тебе сказать... Вообще-то, плохо, - погрозила пальцем Аделаида. - Маньяками люди тоже не просто так становятся. Есть детки, которые сызмальства кошек вешают и щенков камнями забивают. Откуда в молодой душе со стершимися воспоминаниями такие гадкие позывы? Тут явно кто-то за плечом стоит и питается страданием невинных животных. От такой погани людей избавлять надо, пока они не выросли, а загробная дрянь не пустила корни в их души и разумы. Иначе потом в петле будет болтаться соседская девчонка, а под грудой камней найдут немощного старика. - То есть, преступников тоже нету, это людей под руку толкают призраки, которые питаются страданием и смертью? - пытался вникнуть Вася. - А как насчет тех, кто умирает от рук одержимого маньяка? Каков шанс, что они останутся призраками и надерут задницу тем, кто заставил их убить? - Во-первых, нет - преступников, которые сами по себе жестоки - полно. Во-вторых, шансы на отмщение не стопроцентны. Многие свежевыпущенные из убитого тела души не понимают, кто был истинной причиной их смерти. Мстят тому, кто всадил нож или спустил курок. Те же, кто понимают и видят настоящего обидчика, не всегда могут ему что-то сделать, так как дух-убийца может уже сто лет зависать на земле, и душа новая - что ребенок рядом со взрослым, настолько же беззащитна и беспомощна. Либо не может причинить вреда и отомстить за себя, либо идет дальше и перерождается, прощая собственную смерть, - опять вмешался Хольгерт, которому Вася - и небезосновательно - больше доверял в вопросах культуры и образа мышления мертвецов. - Для многих людей, как бы странно это не звучало, смерть - способ начать все заново и не запороть следующую жизнь. Я никогда не встречал душу, которая помнила бы свою предыдущую жизнь, так что об этом я могу догадываться, но... Как показывает жизнь, некоторые стирают свою память не полностью, и иногда, родившись на севере, видят сны о юге. Или, работая продавцами, хотят и могут учить чему-то, да еще и помнят, как это правильно делать. Вот такая вот штука - жизнь. - Каким образом стирается память? - Никто не знает. Ходят слухи, что это связано с церковью, как бы это ни было странно. Считается, что среди молитв, особенно католических, есть те, в которых определенный порядок слов складывается в заклинания, которыми пользуются и колдуны. Всем известно, что католический "Pater noster" отлично отгоняет на некоторое время всякую муть. Российский "Отче наш" тоже справляется с этой задачей, пусть и не так хорошо, - пожал плечами Олег. - Это я как католик говорю, если что. А вообще, по статистике, те, кого крестили при жизни и нормально отпевали после смерти, редко остаются тут висеть. А вот не отпетые, не похороненные, некрещеные... Этих ребят полно. - Слушайте, если обычные люди могут отпускать мертвых, священники те же самые... А могут обычные люди колдовать? - Могут, и ты сам уже в этом убедился, - затронула болезненную тему Аделаида. - Есть заклинания, зашифрованные в молитвах. Но молитвы - это слова. Точно такие же, как и все остальные, просто сказанные в определенном порядке и с определенным настроением. Проклятия действуют ровно по такому же принципу. Твой отец, не имея ровным счетом никакой силы, разве что предрасположенность к ней, как родственник из твоего рода, проклял тебя. Да. Обычные люди умеют колдовать. Особенно если их в колдовстве поддерживает какой-либо призрак. - То есть... Вы хотите сказать, что моя мама помогла ему? - холодея, спросил Василий. - Вот просто так, ни за что? Я же не виноват в ее смерти! - Погоди, не горячись. - Тетя Ада успокаивающе коснулась его колена. - Во-первых, чисто теоретически, ты причастен. Во-вторых, мертвые, как я уже говорила, имеют свою логику. В-третьих, никто не говорит, что твоему отцу помогла именно она. Возможно, там рядом просто болтался какой-то непонятный дух, которому хотелось посмотреть, что из этого выйдет. За гранью жизни не так уж много развлечений. - Отличное развлечение. Испортить чью-то жизнь, что может быть веселее? - фыркнул Вася. - Придурки. - Согласна, но я еще раз повторяю: у мертвых своя логика и свои развлечения. А мы, вообще-то, приехали. Небольшой ручеек пассажиров потянулся к выходам из вагона. Сидящие ровно в центре некроманты не торопились вставать, давая возможность толпе схлынуть. В воздухе повисло молчание, за окном было слышно жужжание толпы, ожидающей возможности зайти с перрона в вагон. - Я, пожалуй, пойду. - Нарушил молчание Вася. - Мне еще со старухой разбираться. - О, отличная идея. - Оживился Хольгерт. - Я с тобой! - А зачем? - Удивился новичок. - Я, наверное, и сам смогу... Разве нет? - Сможешь. - Согласился Олег. - Но вместе гораздо веселее. Прекрасная Варвара, вы составите нам компанию? - С удовольствием. - Лукаво улыбнулась девушка. - Не могу же я пропустить такое зрелище: Вася кого-то выгоняет, да к тому же сам. На такое билеты нужно продавать!