Мой маленький рай

На следующее утро Хань не появился ни на завтраке, ни на занятии по аква-аэробике. Его блондинистая макушка не наблюдалась нигде. И это было странно, так как Минсок знал, что сегодня его очередь проводить все спортивные мероприятия в отеле. После завтрака Мин поднялся в свой номер, задумчиво покосившись на дверь соседнего, он решительно постучал. Долгое время никто не открывал и парень, стоявший в коридоре, хоте было уйти, решив, что соседа нет, как дверь приоткрылась. В дверной проем высунулась голова хозяина комнаты, чьи глаза расширились от удивления при виде посетителя. - Мин? – его голос звучал странно. Немного хрипло, а еще устало и как-то расстроено. - Привет, – улыбнулся парень. – Тебя не было в бассейне, и я подумал… - Проходи, – дверь распахнулась шире, являя взору Минсока Луханя, одетого в одни лишь спальные шорты. Отчего-то смутившись, Мин потупил взгляд, проходя по небольшому коридору в комнату. Номер был идентичный с номером Минсока. Шторы плотно зашторены, отчего комната была погружена в полумрак, а двуспальная кровать у стены разобрана. Одеяло, скомканной грудой валялось в изножье. Хань прошел к кровати и уселся на нее. Его била мелкая дрожь. Минсок присел на самый краешек рядом с ним. - Я заболел, – наконец вымученно произнес блондин, обнимая себя руками за плечи. В этот момент он выглядел таким хрупким, несчастным и беззащитным, что Минсоку остро захотелось заменить чужие руки своими, прижать к себе как можно сильнее и согреть своим теплом, пока лихорадка не перестанет мучить стройное тело. Но он лишь сглотнул, отгоняя такие странные мысли, затем произнося нарочито бодрым голосом: - У меня есть с собой лекарства. - И почему я не удивлен? – посмотрел на него из-под спадающей челки Хань. – Наш предусмотрительный Минсок-и. - Оставь свой сарказм, – обиделся парень. – Я же тебе помочь хочу. - Да-да, а я неблагодарная свинья. - Олень. - Что? - Неблагодарный олень.

***

Несколько дней напролет Хань валялся в номере, лечась предоставленными ему Минсоком лекарствами. Он взял недельный больничный, обещая все потом отработать сверх нормы, и теперь скучал в четырех стенах своей комнаты. Скучал без Минсока. Последний катался по острову, посещая исторические памятники, зависая в небольших кафе узких улочек, работая над своей книгой. Вечером же он притаскивался к Ханю и рассказывал о своем дне. Минсок был прекрасным рассказчиком. Они пили чай с лимоном и болтали о всяких мелочах и не только: о книгах, путешествиях, мире вокруг, мечтах. Лу все порывался разузнать о будущей книге, но касательно нее Мин был непреклонен, предпочитая не показывать свои работы до их окончания. Часто они спорили из-за этого, ведь Ханю так хотелось заглянуть за эту завесу таинственности, открыть для себя еще одну частичку Миновой личности. - Потом обязательно пришлю тебе экземплярчик, – это внезапное «потом» царапнуло где-то глубоко внутри у обоих парней. Больше тема творчества Мина не поднималась. Они старались не говорить много о будущем вне этого маленького острова, на котором сошлись их пути. Старались обходить стороной скользкие и неловкие темы, как например услышанные телефонные разговоры или брошенные наобум фразы. Однако днем, когда они были порознь, невысказанные вопросы надоедливо роились в голове. Минсок думал о непрозрачных намеках Лу Ханя и своем отношении ко всему этому. Хань думал о загадочной СонМи, с которой так мило ворковал по телефону Мин. Однако, ни одному не хватало духу поднять интересующую его проблему. На четвертый день затворничества Ханя устоявшийся порядок был нарушен. Накануне вечером Мин проторчал у соседа до глубокой ночи, поэтому решил остаться в отеле, и сполна насладиться «лежачим» отдыхом. Так и не уснув, с самого утра он отправился на пляж, вернувшись к завтраку, где встретился с Ханем, который пребывал в каком-то угрюмом настроении. Мин же, наоборот, весь светился от счастья и наполнявшей его энергии. Это заставляло китайца дуться еще больше, ибо «ну почему он такой бодрый с утра, когда я унылая говняшка». После завтрака Минсок удобно устроился в шезлонге у моря, читая. Там его и нашли товарищи Ханя, с которыми он в первый день играл на пляже в волейбол. - Минсок, у нас есть к тебе просьба, – обратился к нему один из французов, кажется Люк. – Вечером мы устраиваем танцы. Я буду ведущим, и нашей Эффи нужна пара, – кивнул он на девушку, что стояла рядом, ту, чье имя Мин не запомнил. – А тут еще Хань так некстати заболел. Помоги, а? - Но что я должен буду делать? Не то чтобы я не умею танцевать, но и не профи, как бы. - О-о-о, не переживай, мы все тебе покажем, расскажем, одежду подберем. Ты должен будешь танцевать сиртаки, греческий танец, - парень похлопал Мина по плечу. - Ничего, если ты не умеешь, я научу, – вдруг тихо отозвалась молчавшая до этого девушка, заискивающе глядя на Минсока из-под длинной кучерявой челки. - Пожалуйста, пожалуйста, выручай, – подключилась вторая девушка, Мая. - Н-ну, хорошо. Только я, правда, не уверен в результате, - неловко улыбнулся Мин, взъерошив рукой волосы на затылке. Вечер настал неожиданно быстро, и вот Минсок, наряженный в традиционную одежду, стоит за импровизированными кулисами. Он никогда не выступал перед публикой и сейчас очень волновался, задаваясь вопросом, как вообще согласился на эту авантюру. Сердце испуганной пташкой стучало в груди, когда к нему подошел Люк: - Переживаешь? - Немного. - Не переживай. На вот, выпей, – парень протянул ему серебристую флягу. - Что это? - Коньяк, – улыбнулся Люк, откручивая крышку и первым делая глоток. – От стресса. После того, как терпкая жидкость горячим потоком прошлась по пищеводу, Мин действительно почувствовал себя гораздо лучше. Так что, когда к нему подошла его партнерша, Эффи, он уже был готов на подвиги. Смело схватив ее за руку, он отметил, что та была влажной и немного липкой. Дрожь какого-то легкого отвращения прошлась вдоль позвоночника, но парень отогнал непрошеную гостью, улыбнувшись девушке легко и непринужденно, принимая восторженную улыбку в ответ и шагая на площадку для выступлений. Они вчетвером от души сплясали под зажигательную музыку. И пусть Минсок периодически забывал шаги, он лучезарно улыбался зрителям и, казалось, вовсю наслаждался процессом. В общем-то, первый сценический опыт был не таким уж провальным, откровенно говоря, Мину даже понравилось. Они стояли в сторонке с ребятами, обсуждая выступление, пока на фоне играла какая-то музыка и все желающие могли потанцевать. Минсок лениво скользил взглядом по танцующим и стоящим в стороне людям, когда внезапно взгляд приковала одинокая фигура, жмущаяся к колонне навеса над танцполом. Было ветрено, и парень кутался в одежду, то и дело, шмыгая носом. - Ты бы вернулся в номер, Хань, – обеспокоенно протяул Мин, подходя на расстояние вытянутой руки. - Не хочу, – грубовато отозвался тот. – Осточертело уже сидеть в четырех стенах! - Но ведь ты еще болен… - У меня ничего уже не болит, температуры нет, так что… - Можно снова смело болеть? – иронично спросил Минсок, начиная злиться. У него было такое прекрасное настроение, а кое-кто своим кислым недовольным видом решил его подпортить. - Если тебе так надоело мое общество, так и скажи, – раздраженно бросил Хань, отталкиваясь от колонны. - Нет, ты неправильно понял… В этот самый момент к парням подошла Эффи, легко касаясь минова плеча. - О, ЛуХань, привет! – с легким акцентом, произнесла по-английски она. – Как ты себя чувствуешь? Выглядишь не очень. Как у тебя дела? - Спасибо, лучше всех, – повернулся к ней Хань, приторно сладко улыбаясь. - Рада за тебя! Выздоравливай скорее. А ты, наверное, пришел посмотреть вечернюю программу? - Вроде того, – усмехнулся в ответ парень. - Видел, как мы с Мином хорошо танцевали? - О да, еще бы! Вы так прекрасно смотритесь вместе, – еще более слащаво улыбнулся китаец. Минсок на его слова лишь раскрыл рот от удивления, а вот девушка похоже была ничуть не удивлена. - Правда же? Так здорово, – чуть не подпрыгивала от радости Эффи, хватая Минсока за локоть, в то время когда сам парень продолжал таращиться на Ханя, пытаясь понять, что вообще происходит. - Я в таких вещах профи, – утвердительно кивнул Лу. – Что ж, не буду вам мешать. Развлекайтесь, а мне пора пить таблетки, так что избавляю вас от своего общества. - Поправляйся скорее, – улыбнулась ему вслед Эффи. Минсок продолжал сохранять молчание до тех пор, пока блондинистая макушка не скрылась в холле отеля. Только тогда он обратил внимание на повисшую на его локте девушку, которая что-то весело рассказывала ему, казалось бы, ничуть не расстроенная тем, что ее собеседник в разговоре не участвует. - Пойдем танцевать, Мин, это моя любимая песня. - Прости, эм-м-м, мне что-то нехорошо. Наверное, что-то не то съел за ужином. Пойду тоже выпью таблетку, – с этими словами он мягко вытянул свою конечность из ловкого захвата и направился вслед за Ханем, даже не удостоив девушку взглядом. Поднявшись на нужный этаж, Минсок, быстро шагавший по коридору, увидел впереди соседа, который открывал дверь в свой номер. Парень ускорил шаг, преодолев последние метры почти бегом, успевая подставить ногу в дверной проем, препятствуя закрытию двери. - Что за… Мин? – раздалось по ту сторону двери, когда брюнет с силой дернул дверь на себя, распахивая. Прямо на него вывалился взъерошенный Хань, которого Минсок быстро впихнул в комнату, входя следом, и закрывая дверь. - Да что ты творишь? - Пытаюсь с тобой поговорить. - О чем же? - Да вот, хочу узнать, что за хрень ты творишь . - А я что, я себе стараюсь не мешаться в стороночке, сижу в четырех стенах, пока ты хорошо проводишь время, отдыхаешь вовсю, – Хань прошел в комнату, усаживаясь на кровать, вытянув ноги, в то время как Мин продолжил глупо стоять посреди комнаты. – Позволь узнать, это ли настоящий Ким Минсок? Или ты такой только с девушками? Весь такой раскрепощенный, улыбчивый, обходительный, – слова лились ядовитой рекой, так что Мину казалось, что где-то там в глубине Ханя прорвало лавину. Его глаза лихорадочно блестели в полумраке, как у обдолбанного торчка. – А со мной строишь из себя прямо поруганную невинность, мальчик-цветочек, да? Весь такой серьезный, правильный…Тьфу. Крутишь тут курортные романы направо и налево. - Ты несешь какой-то бред, Хань, – тихо произес Минсок, широкими шагами подходя к кровати и тенью нависая над парнем. - Ах бред… – начал было тот, но был грубо прервал сухими губами Минсока, коснувшимися его лба. Спустя, казалось, вечность Минсок отстранился: - Так я и думал, у тебя поднялась температура. На вот, выпей. Хань затравленно принимал из рук Мина какие-то таблетки, которые затем покорно выпивал. Ким закутал его посильнее в одеяло, легко поглаживая по спине. От мерных движений Ханя неудержимо клонило в сон, так что он почти задремал, когда внезапная мысль пришла ему в голову. Он заворочался, выпутываясь из плотного кокона, поворачиваясь к Минсоку: - Кто такая СонМи? - Моя двоюродная младшая сестра, – улыбнулся Минсок. – Спи, Хань.