Полиглот

— Мне, правда, очень неудобно... — Натаниэль не оставлял попыток убедить Кастиэля даже сейчас, когда они поднимались по подъездной лестнице, но тот был непреклонен. — Ага, мне очень удобно оставлять тебя на улице, — рявкнул на него Кас. Эта тема, которую Нат мусолил просто всю дорогу, уже порядком надоела. Удивительно, умел же этот кошатник капать на мозги. — У меня, конечно, не царские хоромы, как у вас, но жить можно. Кастиэль выудил связку ключей из заднего кармана, и Натаниэль понял, что они уже близко. На следующей же лестничной площадке Кас остановился и приблизился к чёрной металлической двери. Вставил ключ в замочную скважину, покрутил его пару раз и дёрнул ручку, проходя в квартиру первым. Натаниэль зашёл следом и тут же начал осматриваться. Сказать, что жилплощадь Каса была меньше, как промолчать — по сравнению с домом Ната эта однокомнатная квартирка казалась муравейником. Узкий коридорчик, ванная и одна большая комната, разделённая барной стойкой на кухню и спальню. Но Натаниэль даже мысли негативной себе не позволял. Как-никак, это дом человека, который помог ему справиться с нападками отца и приютил в трудную минуту. Пока Кас снимал с себя верхнюю одежду и обувь, Нат топтался в дверях. До сих пор не верил, что такое вообще возможно. Кому сказать — не поверят. Хотя о таком лучше молчать. — Ну, что встал? — Кас метнул косой взгляд в сторону Ната и, удостоверившись, что тот начал-таки раздеваться, по-хозяйски прошёл вглубь квартиры. — Будешь жить здесь, пока всё не устаканится... — А если ничего не устаканится? — Нат позволил себе быть негативистом. — Вы планируете держать меня здесь до конца года? Кас плюхнулся на стул у барной стойки и подпер подбородок кулаком, смотря на Натаниэля раздражённо. — Да, если понадобится. Нат томно вздохнул и, нервно теребя лямку спортивной сумки, где лежали некоторые его вещи — те, которые он посчитал нужным взять (и, без сомнения, половину сумки занимали учебники и авторские пособия) — присел на стул напротив Каса. — Месье, я буду доставлять вам неудобства, — Кас закатил глаза, понимая, что Нат снова вернулся к закопанной стюардессе. — Я практически сажусь на вашу шею, мне... — Ой, помолчи, — Кас отмахнулся. — Не будешь же ты мне платить. — Ну, я могу устроиться на подработку... — Даже не думай, — фраза прозвучала как-то слишком равнодушно, чтобы её можно было принять за проявление заботы. Но, тем не менее, Кас прекрасно понимал, что Нат и так вкалывает не покладая рук, и подработка его лишь добьёт. — Если шило в твоей заднице не даёт тебе просто здесь жить, то ты можешь, — Кас задумчиво повёл подбородком вбок, — взять на себя всю домашнюю работу. Такое предложение было ожидаемо, хоть и не совсем устраивало Ната. Но было похоже, что категоричность Каса ему не перебить. Натаниэль согласно кивнул головой, и Кастиэль вдохнул с облегчением: теперь можно быть спокойным, что неприятная тема больше не будет поднята. Нат снова начал осматриваться: это было единственное занятие, которым он позволял себе заниматься в незнакомом доме. Пустые стены, без картин и плакатов, не добавляли квартире уюта, и Нат невольно подумал, что, будь его воля, это давно было бы исправлено... В углу комнаты что-то рычало и шевелилось. Что-то очень злое и большое. — Демон, это свои, — большая борцовская псина поднялась со своего места — небольшого пуфа для собак в самом углу комнату — и уверенной поступью подошла к Кастиэлю, не переставая посматривать на Натаниэля и демонстрировать клыки. — Я и забыл, что у вас есть собака, — Натаниэль взглотнул, смотря, как Кас с нескрываемой любовью начинает чесать пса за ухом, но попытался успокоить себя мыслью, что собака домашняя. — Она... прямо такая, какой я себе её представлял. — Она тебя не тронет, — заверил его Кастиэль. — Ну, пока я ей не прикажу. Натаниэль покачал головой от негодования. — Дай ему руку, — и тут же поспешил ответить на немой вопрос Ната, что читался на лице. — Он должен запомнить твой запах. Так делают все псы. Кастиэль направил морду Демона в сторону Натаниэля, но ошейник не отпускал. Знал, что у кошатников с собаками борцовских пород, по крайней мере, у этого точно, обычно бывают проблемы в "общении". Пёс нырнул под стойку, достаточно узкую, чтобы сразу же оказаться возле чужих ног. Нат, несколько помедлив, всё же протянул свою ладонь к морде пса, готовый в любую минуту её одёрнуть. Демон замер, принюхался, метнул взгляд в сторону хозяина, потом вновь посмотрел на протянутую руку и ткнулся в неё влажным носом. Нат вздохнул с облегчением. — Видишь, это не страшно. Но Нат отчего-то не хотел расслабляться. Естественно, опасность, исходящая от огромной незнакомой собаки, всё ещё заставляла его сидеть как на иголках. Но Кас не придал этому особого значения: свыкнется, куда денется. — Уже семь, — заявил Кас, метнув взгляд в сторону электронных часов на тумбочке. — Я собираюсь ужинать, ты будешь? — Да, не откажусь, — Нат не чувствовал сильного голода, но он с самого утра куска в рот не положил. Если пропустить ужин, то это аукнется диким жором ночью. Кас поднялся с места и подошёл к кухонным ящикам, начиная там копаться. — Вы умеете готовить? — Естественно, — заверил Кастиэль, доставая из буфета две пачки лапши быстрого приготовления. — Каждое утро у меня на завтрак лобстеры собственного приготовления. Нат скривился. Он не был гурманом, нет, даже наоборот, готов был закинуть в рот всё что угодно, но от лапши быстрого приготовления его воротило. Этот противный запах, едкий вкус и чувство, будто ты жуёшь резину, заставляли трепетать от отвращения. — Это вредно, — Нат привёл единственный разумный аргумент, который пришёл ему в голову. — Если вы будете есть это каждый день, то рано и поздно посадите печень. Выслушивая проповедь Натаниэля, но пропуская основную её часть мимо ушей, Кастиэль поставил на огонь чайник. И Нат быстро понял, что его нагло игнорируют, поэтому тут же решил взять инициативу в свои руки. Пока Кас не успел опомниться, Натаниэль выхватил у него из-под рук лапшу, оторвал упаковочную плёнку и тут же выбросил в урну. Он боялся, что если выбросить всю пачку, то Кас не побрезгует и достанет-таки свой ужин. — Ты что творишь? — тут же взорвался Кас, неверяще смотря то на Натаниэля, то на отбросы в мусорной ведре. Выхватив у Ната из рук пустую упаковку, он заглянул и в неё, против воли убеждаясь, что остались лишь крошки. — Это был наш ужин! Натаниэль лишь прикрыл глаза и, игнорируя возмущение учителя, прошёл к холодильнику. — Мы можем что-нибудь приготовить, — естественно, он планировал найти там хоть что-то: пару яиц, овощи или что-нибудь другое, что можно закинуть в рот и не отравиться. Но в холодильнике, прямо рядом с пустующей маслёнкой, повесилась мышь. Хотя, нет, в специальном отсеке запряталась открытая пачка молока, которую староста поспешил достать. — Ну, или мы можем... — Нат взглянул на срок годности, — ладно, не можем. Кастиэль стоял, опираясь на кухонную столешницу, и смотрел на Натаниэля, как на последнего идиота. — Зачем вам вообще холодильник, если вы всё равно там ничего не держите? — Натаниэль постарался незаметно перевести стрелки, но мысленно всё ещё искал обходные пути. — Хлеб у вас хотя бы есть? — Да, чёрный, — Кас, не прекращая скептически осматривать старосту, кивнул головой в сторону буфета на стене. Натаниэль открыл дверцу ящика и отыскал на второй полке батон хлеба. Несвежего, на вид ему было около двух дней, но есть, особенно в голодный час, можно. — Отлично, мы можем сделать тосты. — Ха-ха, — Кас поспешил прервать радостный мотив, — разбежался. Для начала купи мне тостер. Но Натаниэль, окончательно уверенный в своей идее, начал рыскать по шкафам в поисках сковородки. — Мы можем просто их пожарить, — он не отвлекался от своего занятия. — Мы с Амбэр делали так пару раз и ничего, пока живы-здоровы. И это будет куда полезнее, — Нат тыкнул пальцем в сторону урны, — чем эта ваша лапша. — Полезнее, — согласился Кас, — и безвкуснее. Жареный хлеб будет похож на резину! — Знаете, — Нат выудил из глубин шкафа сковородку, которую, казалось, даже хозяин этой квартиры видит впервые, — ешьте свою лапшу, я не против. Только сначала отыщите её в куче мусора. Кас посмотрел на него злобно, но промолчал. Этот аргумент был намного убедительнее всех остальных, и Нат, почувствовав, что никто ему больше слова поперёк не скажет, начал хозяйничать. У Кастиэля не было ни малейшего желания ему помогать — в конце концов, если бы не этот кошатник, то сейчас они бы наслаждались прелестной лапшой. Всё то время, пока Нат проводил свои махинации над едой, Кас послушно сидел и ждал. Бесспорно, в итоге он всё равно останется недовольным, даже если эти злосчастные тосты будут похожи на изысканное блюдо дорогого французского ресторана. Тут уже дело принципа. — Вот, ешьте, — буквально через пару минут Нат, опасаясь шипящего масла и раскалённой сковородки, аккуратно выложил на тарелку два жареных куска хлеба. — Можете выплюнуть, если это будет слишком ужасно, я разрешаю. Кас с недоверием взглянул на свою тарелку. — Это нормально, что они такие, — Кастиэль ткнул вилкой один тост, — горелые? — Да, абсолютно, — между тем Нат наложил себе и присел рядом. — Если бы у вас был тостер, то они приняли более... съедобный вид. Но не волнуйтесь, этим вы тоже не отравитесь. Кастиэль проследил за тем, как Натаниэль взял один из кусков прямо руками и откусил. Пережевал и, вроде, в смертельных конвульсиях корчиться не начал. — Ладно, — Кас пожал плечами и с удивлением заметил, что это действительно несколько вкуснее, чем он себе представлял. — Какая гадость, как такое вообще можно есть? — Если вам не нравится, можете отдать мне. — Ага, хочешь, чтобы я с голоду помер, ещё чего. Нат не знал, как расценивать эти слова. Но, смотря через пару минут на пустую тарелку, он понял, что всё было не так уж и плохо. Через пару часов Натаниэль стал вести себя куда спокойнее. Он перестал дёргаться от одного только вида Демона, хоть всё ещё и обходил его стороной, перестал постоянно лепетать что-то про то, что он не должен быть в этом доме обузой, хоть и силился вечно взвалить на себя все домашние хлопоты. И Кастиэлю это несомненно нравилось — лишняя пара рабочих рук никогда и некому не мешала. — Я постелю тебе на полу, — заявил Кас, выходя из ванной, попутно вытирая влажные волосы полотенцем. Натаниэль, который всё это время разбирался с домашним заданием, словно вырвался из сна. Когда смысл слов дошёл до него, он лишь пожал плечами. Как-никак, выпрашивать себе место на единственной имеющейся кровати было бы слишком нагло с его стороны. — Ну, на чём застыл? — Кастиэль пару раз махнул мокрой шевелюрой так, что несколько капель попало на задачник Натаниэля. Тот моментально принялся обтирать страницы ладонью. — Физика, но ничего сложного. Просто... мне подумать надо, и я пойму. Кастиэль украдкой взглянул из-за плеча Ната на условие задачи и на черновик. Какие-то непонятные формулы, много цифр, чёрт знает откуда взявшихся, стрелки и постоянные краткие условия. — Ну, думай, — пожал плечами Кас, не желая выдавать своего незнания. Но Натаниэль, кажется, уже зацепился. Или просто не мог спокойно работать вечером, ни на что не отвлекаясь. — У вас были высокие оценки? — спросил он, не отрываясь от решения. Кастиэль невольно удивился, потому что решать и разговаривать на отвлечённые темы одновременно — это, вероятно, удел Эйнштейнов. — Да, сравнительно высокие, — ну не говорить же, что учился он так себе? — Были, конечно, промахи, но в целом терпимо. Нат хмыкнул, но промолчал. Видимо, раскусил, зараза занудливая. — По английскому самый высокий балл, да? — между тем продолжал Натаниэль. — Нет, по физкультуре, — Нат нахмурился и покосился на учителя с недоверием. — С английским у меня вообще не очень хорошо всё было. То есть, знания-то были, а учитель, увы, их не видел. — Что-то типа личной неприязни? — Натаниэль вовсе оторвался от физики. — Да, так или иначе. Эта маразматичка постоянно занижала мне оценки. И постоянно выставляла меня дураком, хотя этот дурак сейчас занял её место! — И вы в подходе к педагогическому методу воспитания решили взять с неё пример? — Нат резко заткнулся, когда встретился с раздражённым взглядом Каса. — То есть... я хотел сказать, что... — Я понял, — как же этот зазнайка иногда бесит. Вон, ухмыляется ещё, чёрт такой. — Ладно, сиди за своими учебниками и не высовывайся, а то не только по моему предмету проблемы будут. Нат примирительно развёл руками и вернулся к физике, чему Кастиэль был несказанно рад. Пока Натаниэль грыз гранит науки, Кастиэль покормил Демона, расстелил гостю "кровать" возле стены, приготовил себе одежду на завтра, даже успел исследовать социальные сети. Но Нат не переставал что-то писать, высчитывать, один учебник ежечасно заменял другой. Кас сначала хотел дождаться, когда Натаниэль покончит со всеми этими делами, но ближе к полуночи силы иссякли окончательно. Он так и заснул на своей кровати в полусидящем положении с телефоном в руках. А разбудила Кастиэля боль в спине. Неудобная поза сделала своё дело, и сейчас позвоночник неустанно ныл. Кас буркнул что-то себе под нос про то, что старость уже близко, и хотел улечься нормально, пока не понял, что включённый свет мешает ему уснуть. Кастиэль взглянул на часы — половина второго. Уже поздно, но Натаниэль почему-то до сих пор не закончил кропать над своей домашней. Ну и придурок, подумал тогда Кас, ведь будь он на его месте, то давно бы уже на всё наплюнул и ушёл спать себе на здоровье. Хотя, вроде бы, Нат и так заснул. Учитель протёр один глаз и понял, что Натаниэль так и уснул за стойкой, положив голову на дорогие сердцу учебники. — Господи, ну что за придурок, — Кас нехотя поднялся с постели. Тело и мозг спросонья отказывались нормально работать. Пересилив желание завалиться обратно, Кас встал и подошёл к сопящему во сне Натаниэлю. Склонился над ним и внимательно вгляделся в его лицо. На лбу залегла небольшая морщинка, чего не было видно раньше — этому парню определённо нужно больше отдыхать. Что-то в его виде было непривычно: не было этой вечной натянутой улыбки, постоянной опрятности, а даже наоборот. Приоткрытый рот, растрёпанные волосы, прилипшая к страницам учебника щека. Забавное зрелище. — Просыпайся, — прошептал Кас, тряся за плечо. — Просыпайся, кому говорю. Нат приоткрыл глаза, что-то неразборчиво пробормотал себе под нос и отмахнулся. — Спать давай, умник, — шикнул на него Кастиэль, возвращаясь к своей кровати. — Я тебе постелил. — Да, простите, мне ещё недолго, — Натаниэль протёр глаза и тут же вернулся к работе, пытаясь сосредоточиться. — Я завтра разбужу тебя рано, успеешь всё сделать, — Кас нырнул под одеяло, но засыпать не спешил — ждал, пока правильный мальчик оставит свои дела. — Сейчас спать иди. Нат снова потёр глаза и, не имея ни малейшего желания спорить, начал потихоньку складывать все учебники в аккуратную стопочку. Слишком медленно, чтобы у Каса хватило сил проследить за ним до конца, но краем уха он слышал возню старосты. Как только шорохи стихли, Кас отрубился.