Полиглот

— Эм... Месье, проснитесь, уже утро. Кас скривился и уткнулся носом в подушку. Он ещё в детстве, когда у родителей вошло в привычку подолгу отсутствовать, отвык от того факта, что кто-то может будить его по утрам, поэтому сейчас навязчивый голос над ухом казался чем-то потусторонним. — Вы можете опоздать. Проснитесь, пожалуйста. Кастиэль нехотя приоткрыл один глаз, но разглядеть смог лишь расплывчатый силуэт человека, нависшего над ним. — А, это ты, — Кас снова закрыл глаза, но только для того, чтобы в следующую секунду протереть их и увидеть мир ясно. — Сколько времени? — Достаточно, — Натаниэль медленно, но верно становился тем придирчивым чурбаном, которого Кас на дух не переносил. По утрам, похоже, его придирчивость увеличивалась в несколько раз. — Если вы сейчас же не встанете, то мы можем опоздать. Кастиэль взглянул на часы и цыкнул. Всё он успеет, куда так торопиться? — Бутерброд с маслом или тосты? — Натаниэль, стоило Касу начать подниматься, отошёл на пару шагов. — Выбора больше нет. — Я схожу в магазин, собирайся пока и жди. — В магазин? Утром? Вы серьёзно? Кастиэль проснулся окончательно и поспешил занять ванную. Хотя "занять" — понятие весьма растяжимое. Утром он душ не принимал, только расчёсывался и чистил зубы, поэтому водные процедуры не отнимали у него много времени. В отличие от Натаниэля. Не сказать, что Нат пропадал в ванной комнате столько, что у родных возникала мысль выбить дверь или вызвать службу спасения, нет. Но всё же он засиживался несколько дольше, чем любой другой нормальный парень, зато выходил оттуда уже полностью одетый и готовый в любую секунду уйти в школу. Чего не сделал сейчас — видимо, вчерашние события всё же подбили его график. Этим "чудесным" утром Натаниэль расхаживал по квартире без штанов, но, что уже хорошо, в школьной рубахе. По пути в ванную комнату Кас на секунду остановился, смерил Ната оценивающим взглядом, отчего тот резко покраснел и поспешил заверить, что сейчас он оденется, не надо на него так смотреть. Кас лишь усмехнулся, мысленно ставя галочку, что ноги у Натаниэля не ноги, а палки. — Мне нужно выгулять Демона, так что я в любом случае пойду на улицу, — сказал Кас, скрываясь за дверью. Натаниэль, успокоившись, что теперь его точно никто не видит и некому больше пялиться, подошёл к двери в ванную, не осмеливаясь её открыть. — Я могу остаться здесь или мне идти с вами? — спросил он. — Как хочешь, — и все остальные звуки тут же потонули в шуме воды. — Тогда я останусь, — и, не услышав ответа, пошёл за брюками, всё ещё коря себя за несобранность. — Легранд, подойди сюда, — Кастиэль расслабленно откинулся на спинку стула, наблюдая, как Нат собирает свои вещи. Сегодняшний день был для Натаниэля напряжённее, чем все будничные дни вместе взятые. Он не успел как следует подготовиться к истории (и Каса ничуть не грызла совесть), не заполнил бумаги для директрисы, плохо спал ночью, из-за чего был похож на раздражённую старуху. Всё это навалилось на него в один день, и из-за этого он постоянно куда-то спешил, суетился, а его руки и мысли были всё время чем-то заняты. — Вы что-то хотели? — Да, это по поводу занятий. Нат напрягся и еле сдержался, чтобы не стукнуть себя по лбу. Он уже распланировал весь свой день на несколько часов вперёд, и дополнительных занятий в этом графике явно не было. — Я думал, что в этом триместре уже ничего не будет. — Я хотел предложить заниматься дома, — Кас внимательно следил за реакцией старосты, — не за спасибо, конечно. Раз уж так сложились обстоятельства, и это никому не будет доставлять неудобств, я могу подтянуть тебя и на каникулах. — Да, думаю, было бы неплохо, — Нат, кажется, несколько повеселел. Странный он человек, все дети должны рвать и метать, что у них отнимают халявную неделю. — Но денег у меня нет, и я не знаю, чем... — Я просто повешу на тебя ещё какие-нибудь дела на время каникул, — Кас незаинтересованно пожал плечами, — так что по этому поводу не беспокойся. Если ты, конечно, не хочешь расплатиться телом. Нат сначала кивнул пару раз, явно не осознавая, на что идёт, а потом резко застыл. Он округлил глаза и посмотрел на Кастиэля в упор, а тот изо всех сил пытался сдержать улыбку, и пока у него это прекрасно получалось. — Эм... Вы сейчас... эм, — у Натаниэля медленно начали краснеть уши, но лицо лишь побледнело. Это зрелище было весьма забавным. — Вы серьёзно? — Абсолютно, — Нат остолбенел, и Кас, не выдержав, хихикнул. Староста резко сощурился. Кастиэль, понимая, что больше нет смысла выдерживать марку, засмеялся в голос. — Боже, ты бы видел своё лицо! Я действительно похож на человека, который готов такое предложить? Натаниэль на эмоциях всплеснул руками и, заявив, что: — У вас дурацкие шутки! — удалился. Кастиэль ещё пару раз хихикнул ему вслед, и в дверях Натаниэль не сдержался, чтобы не посмотреть на Каса злобно ещё разок. Когда он вышел, Кастиэль поспешил успокоиться. В конце концов, он всё ещё должен выдерживать марку грозного учителя. Следующий урок был окном, поэтому Кас позволил себе никуда не спешить. Он сидел за своим столом, покачиваясь в кресле кресле из стороны в сторону, и наслаждался видом на школьный двор и отдалённым шумом за дверью кабинета, пока одна мысль не ударила ему в голову и не выбила все остальные. Он. Только что. Флиртовал. Осознание этого факта не давало ему покоя весь оставшийся день. Он достаточно часто подкалывал людей и изредка эти подколы имели псевдоромантический подтекст, но Кастиэль не видел в этом ничего такого, что могло бы вызвать у других или у него самого подозрения. Пошлые, именно такие, какие он опустил после первого урока, шутки Кас предпочитал оставлять при себе. Единственным человеком, с которым Кастиэль разрешал себе такую вольность, была Дебора. Да и тогда, надо сказать, Кас сотню раз подумал, прежде чем говорить что-то в этом роде. А сейчас всё вышло как-то само, на автомате. Он не хотел говорить ничего пошлого, просто пришлось к слову. И если подумать, то этим можно объяснить все его поступки, в которых ранее Кас не видел ничего такого. Но он не был уверен, был ли того же мнения Натаниэль. Он, в конце концов, подросток, а всех подростков, особенно в старших классах, мысли приводят только к одному. Кастиэля не слишком волновало то, что он флиртовал (слово-то какое, его даже в мыслях произносить противно) с парнем — он ещё с подросткового возраста начал подозревать в себе бисексуальность. Его куда больше терзало то, что человек, на которого Кас положил глаз — просто эталон лицемерия и слабости. Возможно, внутри его сознания водятся такие черти, что даже Дебора могла бы позавидовать (что маловероятно, конечно, но теперь-то он точно не повторит ошибок молодости, не будет слепо верить каждому). А ещё немало волновал тот факт, что Нат несовершеннолетний. Сколько ему? Семнадцать? Шестнадцать? Он вообще достиг возраста согласия? Кас опешил, когда поймал себя на этой мысли. Ужас. Он всего лишь опустил не очень удачную шутку в сторону Натаниэля, а его мысли привели его к тому, что будет, если они переспя... — Месье, — вспомнишь солнышко — вот и лучик. — Вы не заняты? Кастиэль оторвал взгляд от своих бумаг и поднял голову. В дверном проёме стоял Натаниэль, и сейчас, после целого дня в раздумьях, Кас решил взглянуть на Ната под другим углом. Оценивающе. — Что случилось? — так или иначе, Нат не часто сюда заглядывает. — Сегодня последний день, меня отпустили раньше, — расценивая это как приглашение, Натаниэль прошёл в кабинет и остановился возле первых парт. — Мне сказали, что вы у себя, я не стал вас отвлекать. Но вы тут уже второй час, я тоже не могу сидеть в коридоре вечно. — Ну, шёл бы без меня, — огрызнулся Кас. — У меня нет ключей. Кас свёл брови на переносице. Действительно, придётся делать дубликат для кошатника. — Сразу бы подошёл, нечего было сидеть там, — Натаниэль повёл головой вбок, сжимая губы. Какой благородный, отвлекать не хотел. — Ладно, посиди пару минут, сейчас пойдём. Натаниэль вздохнул — то ли с облегчением, то ли от раздражения — и присел за парту. Именно здесь он обычно сидел во время занятий. Кастиэль сделал вид, что всё его внимание сосредоточено на бумагах в руках, но сам он косо поглядывал на Ната. Тот сидел и, кажется, совсем не замечал чужого взгляда: картина за окном была дня него куда интереснее. И, честно сказать, Кас даже понял, что именно его привлекло в Натаниэле, ведь он был далеко не уродом. Если бы ещё не его правильность, то, возможно, у старосты были бы все шансы забрать корону на выпускном вечере (здесь Кас, конечно, перегнул палку, но всё же). У него ухоженная кожа и волосы, опрятный вид, да и сам староста на людях (что казалось странным) держался вполне себе улыбчиво и дружелюбно — прямо-таки символ очарования. — Кстати, сколько тебе лет? — невзначай поинтересовался Кас, собирая бумаги со стола и закидывая их в ящик. — Мне? Семнадцать в феврале. Грубо говоря, у них около восьми лет разницы. Чёрт возьми, он не должен был это высчитывать. Он вообще не должен думать о Нате в таком ключе, потому что он, мать его, ещё маленький мальчик. — Весело, — Натаниэль непонимающе посмотрел на Каса, но тот лишь раздражённо махнул рукой. — Уходим.