Обратная тяга

      Невыносимо яркое свечение словно расщепило на атомы всё пространство вокруг. Святыня, выжженная земля, бушующий ливень и даже Момои с Куроко точно растворились в этой слепящей пелене. Тело Кагами, наоборот, будто парализовало убойным транквилизатором, в то время как в голове на удивление мгновенно прояснилось. А зря. Потому что, впитывая каждое слово ведьмы, мозг наотрез отказывался мириться с доносимым из её уст приговором.       Казалось, та распиналась уже целую вечность, пытаясь объяснить, что напрямую влиять своим дарованием Ками может лишь сейчас, когда великая чудо-сила снизошла на этот мир. Что всё это благодаря бреши, вызванной завершением печати. Но божество ещё слишком слабо, и, пока канал духовной материи, соединяющий наш мир с тонким, не иссяк, есть возможность успеть исцелить только кого-то одного.       Несмотря на то, что всё сказанное звучало фантастически заумно, Тайга весьма ясно улавливал основную суть. Отчего припадок истеричной безысходности начал возвращаться в десятикратном размере, становясь до того невыносимым, что не сравнился бы с самой изощрённой пыткой.       ─ Да лучше просто прикончите меня вместо того, чтобы заставлять делать такой выбор! ─ сорвался он на очередном излиянии ведьмы. В голове стали заполошно мелькать кадры из их с Тецуей обыденной жизни, тут же перемежаясь с его и Аомине бытом, нескончаемыми азартными перепалками, совместной учёбой. С их вечерними стычками под кольцом до полного, но такого кайфового изнеможения... С их...       Тайга резко вдохнул полной грудью, как в последний раз, и зыркнул исподлобья так, будто задумал прожечь неоном радужки в ведьме дыру.       ─ Ни я, ни Дайки никогда не просили впутывать нас во всю эту срань. И я не собираюсь выбирать, кому умирать, а кому быть инвалидом. Я хочу, чтобы все мои близкие были живы и здоровы! Сейчас я желаю только одного ─ чтобы всей этой божественной херни с нами вообще никогда не происходило! ─ лишь оголтело выпалив всё то, что накипело, Кагами ощутил, как атмосфера вокруг прилично накалилась. Сияние заискрило ещё ярче, и резко стало тяжело дышать, а в воздухе повеяло озоном.       Янао смотрела в ответ не менее угрожающе и угрюмо, но после непродолжительного молчания абсолютным контрастом к ситуации вдруг разразилась задорнейшим смехом. И, даже не пытаясь прикрыть неуместного веселья, тотчас вернулась к привычной ехидной интонации:       ─ Ну, что тут сказать, идея сколь безумная, столь же и гениальная ─ я о таком и помыслить не смела.       ─ То есть, как это? ─ изумлённо и одновременно настороженно, ещё до конца не веря в то, что благодаря его истеричному воплю возникла какая-то альтернатива, воспрял Кагами.       Вот только ведьма резко вернулась к предостерегающей стали в голосе:       ─ Как ни странно, Ками это даже по силам. Но за вмешательство в естественный ход вещей расплата совершенно непредсказуема, ─ она вмиг приблизилась к Тайге, с вызовом заглянув в полные негодования глаза. ─ Ведь безвозвратно может упорхнуть не только плохое, но и всё то прекрасное, что подарила вам судьба.       Упёрто не отрывая от Янао взгляда, Кагами настырно засопел:       ─ А ведь подвохом изначально несло за километр.       ─ Так уж устроен наш мир, разрушать в нём всегда было гораздо проще.       Несмотря на то, что ведьма тут же затаилась, терпеливо ожидая ответа, Тайга буквально осязал, как время, отведённое для принятия решения, нещадно уносилось синкансеном. Он и сам не знал, почему до сих пор медлил, когда выбора и без того нет. Скорее, из-за необузданной ярости и отчаяния, которые уже просочились в его жилы настолько, что каждое последующее слово давалось ему с немыслимым усилием:       ─ Плевать... Валяй! ─ стиснув зубы, отчеканил он. ─ Но прошу, сделай так, чтобы больше никакая потусторонняя дрянь не угрожала их жизни и здоровью, ─ а стоило только произнести слова согласия, как разум Кагами словно заволокло дурманом. Лишь подтверждающее его просьбу обещание было последним, что он смог разобрать через застящий сознание и тело поток хаотично искрящих частиц.

***

      Сквозь дрёму Тайга ощутил довольно знакомую тёплую тяжесть на груди. И, даже не пытаясь хоть немного привести себя в чувства для выяснений, что к чему, с долей выработанного автоматизма забасил: ─ Да сколько раз повторять, идиота кусок, чтоб не наваливался на меня во сне, ─ с непривычной легкостью спинывая с себя вконец охамевшее тело, Кагами только тогда сообразил, что оно оказалось на удивление мягким и... утончённо-изящным? Но на этом метаморфозы ожиданий далеко не заканчивались...       ─ Бака, Тайга, ─ то самое тело всё же подало возмущённый голос. Довольно высокий и очень даже знакомый. ─ Зачем же так грубо?       ─ Алекс... А ты что здесь забыла?! ─ ошарашено вылупив глаза, Кагами, как ошпаренный, подорвался с кровати, ещё сам до конца не въезжая ─ из-за чего его, собственно, так передёрнуло...       ─ Я улетаю только вечером, а ты меня готов выпроводить прямо сейчас? ─ Алекс скосила наиграно оскорблённый взгляд, но резко спохватилась, совершенно забив на разыгрываемую драму. ─ Кстати, тебе тут Куроко звонил, сказал, что скоро зайдёт. У вас там вроде общешкольный выезд на какую-то выставку намечался.       ─ И когда тебе надоест лазить по чужим телефонам?       ─ Но ты спал, как убитый. А он всё пиликал и пиликал.       ─ Подожди, ─ на полпути к выходу из спальни, Кагами неожиданно осёкся. ─ Это был сам Тецуя!? Как он, то есть с ним всё было в порядке?       ─ А с чего вдруг не «быть»? Ну, ты даёшь вы же только вчера...       Так и не дослушав отповедь Алекс до конца, Тайга, схватив мобильник, осоловело ломанулся в ванную. Зачем именно? Спросонья он ещё толком не соображал, его тело вновь среагировало рефлекторно. Ведь мысли о том, что что-то здесь не так с момента пробуждения, неустанно зудели в голове пугающе странными полубредовыми кадрами воспоминаний. Они напоминали скорее кошмар, безумное наваждение, нежели реальные события. Поэтому Кагами сразу и не придал им особого значения. Вот только каждая деталь, каждое действие виделись настолько живыми...       Слишком живыми, чтобы быть сном.       Тайга оглядел в зеркале самого себя ─ всё как обычно: всклокоченная огненная шевелюра, багрянец глаз, хорошо так оттеняющий заспанную припухлость под ними, брови домиком, и неважно, что перевёрнутым, зато ─ свои родные; руки, ноги, бронза загара по коже, да даже шрам на внутренней стороне бедра был на месте, но... Почему-то ощущение некой инородности по непонятным причинам настырно его не покидало.       Всё стало на свои места в один хлопок входной двери. В голову словно воткнули жёсткий диск с недостающей, но крайне важной информацией после экстренного форматирования системы.       Больница и ужасная авария; обнажённые, прижатые друг к другу страстью на грани срыва их с Дайки тела; полуразрушенное святилище с гадкой завывающей тварью; ведьма, учёба, неловкие признания... Тайга, затаив дыхание, пролистывал хронологию собственной жизни в обратном порядке, событие за событием, фрагмент за фрагментом, вплоть до самого начала, до отправной точки ─ дня, который он выжег в своей памяти не сходящим клеймом.       Дня, когда они с Дайки должны были обнаружить странную площадку и такого же странного мальчика, предложившего им мяч.       Именно того дня, в котором он, чёрт возьми, оказался здесь и сейчас.       «Но разве это не значит тупо начать всё сначала?»       ─ Кагами-кун, так и знал, что придётся тебя подгонять, ─ откровенно выражая недовольство в голосе, в ванную заглянул Куроко.       И, мгновенно выпустив из виду все тревоги и гложущие мысли, Тайга восторженно кинулся к нему навстречу.       ─ Тецуя, живой! Ты как себя чувствуешь? Всё цело? Ничего не болит? ─ словно в подтверждение каждой реплики он, совершенно опустив любые нормы приличий, начал ощупывать друга со всех сторон. Казалось, даже хвост с ушами замаячили на радости.       ─ Ты странно себя ведёшь, Кагами-кун, ─ попытался увернуться из крепкого сентиментального захвата Куроко. ─ Учти, не думаю, что такая неубедительная имитация нервного расстройства послужит хорошим объяснением нашему опозданию, ─ на полном серьёзе процедил он.       И сразу вслед за приливом безудержного счастья Тайгу, наконец, проняли первые тревожные звоночки. Похоже, что Тецуя и не думал ничего вспоминать.

***

      На подходе к Экспоцентру Тайга, снедаемый чувством нервозного ожидания, совсем было поник. Ведь окончательно подтвердить все свои домыслы и догадки он мог только здесь, только теперь, только с ним. А школьным автобусом добираться пришлось охренеть как долго. Да и улизнуть до столь нужного места в этот раз оказалось не так-то просто. Пришлось даже пару раз возвращаться, попав под горячую руку бдящих старост. И как только в прошлый раз ему так лихо удалось избежать их неотрывного надзора?       То, что в его прошлой жизни было ветхим кортом, на поверку оказалось небольшой утоптанной полянкой. Куда же они тогда так старательно мяч забивали... Единственное, что не изменилось ─ это широкоплечий, высокий силуэт, который всё так же призывно уже встречал здесь Тайгу.       И сердце резко пропустило удар, а в груди защекотало неуёмным вихрем бабочек.       ─ Хэй чувак, неужто на своих двоих сюда доковылял, ─ совершенно не задумываясь, выпалил он.       Аомине явно замешкал, заметно меняясь в лице. Надо же, настолько давно это было, что Кагами уже и забыл, каково оно ─ попасть под его выжигающий молниями немилости взгляд. Так искажать своё лицо угрожающей гримасой умел только этот парень.       ─ Случаем ничего не попутал? Как бы тебе на своих четырёх не пришлось отсюда уползать, дерзкий ты наш.       ─ Дайки, да не кипятись ты так, я же просто о твоём физическом состоянии беспокоюсь, ─ тут же дал заднюю Тайга, но переговорщик априори из него был так себе.       ─ Нарываешься, ушлёпок. С каких это пор я для тебя стал «Дайки»? ─ Аомине единым порывом зажал в кулаки ворот куртки Кагами и с силой дёрнул на себя. ─ И с чего вдруг намёки такие о моём здоровье? ─ Что в прошлом, что сейчас, сегодня он, видать, так и искал повод. Вот только мальчик в этот раз, похоже, отнюдь не собирался появляться.       Сопротивляться такой неожиданной агрессии сил было предостаточно, да и на словах ответить вроде оставалось что, но Тайга молчал, лишь оцепенело хлопая глазами.       Вот же он ─ его Дайки, стоит совсем рядом, обжигая кожу дыханием. Ничего ведь не стоит потянуться навстречу и стиснуть изо всех сил в своих объятиях, но... Нельзя. Потому что взгляд холодный, надменный, пренебрежительный. Потому что, теперь его Дайки...       Увы, сейчас этот Дайки ─ совершенно чужой человек.       Тайга, всё так же продолжая молчать, поднял руку, но нет, не пытаясь вырваться из цепкого захвата. Он провёл тыльной стороной кисти по взмокшей от возмущения скуле Дайки, нежно скользя по ней костяшками пальцев. Кожей к коже собирая влагу испарины, спустился огрубевшими подушечками к сжатым в плотную нить губам. Тем губам обладателем которых был сам ещё совсем недавно.       Кагами понял только сейчас, что, по большому счёту, в последние дни совместного проживания им было уже совсем и не важно, кто в чьём теле находился.       ─ Дай, неужели ты совсем ничего не помнишь...       Не зная, как реагировать на происходящее Аомине подвисал совсем недолго, а потом резко сорвался диким зверем:       ─ Да ты совсем охуел, ─ презрительно процедил он, пробивая кулаком чётко под дых. Глаза Дайки в мгновение затопило неприкрытым отвращением и яростью. Он со всей силы приложил Кагами в живот ещё раз и ещё раз, пока у того плетьми не повисли руки и вместе с асфиксией дыхания из глаз не вырвались слёзы.       Когда Тайга решился изменить ход событий, то вроде принимал тот факт, что может быть тяжело. И казалось, что морально подготовил себя к любому исходу. Но теперь как же нестерпимо он жалел, что тоже не остался в таком блаженном неведении. Неужто это его «расплата»?       ─ Мало того, что конченый идиот, так ещё и пидор, ─ больнее чем самым обозлённым ударом словами добил Аомине. ─ Сорян, кулак сам вдруг дёрнулся, а так я тёлок никогда не бью, ─ отбрасывая обмякшего Кагами в сторону, прошипел он.       И пока тот, откашливаясь, надрывно пытался сделать вдох, Дайки лишь едко сплюнул под ноги перед тем, как уйти:       ─ Ну и в мерзость же вляпался.

***

      Тайга даже не понял, сколько времени, вот так ─ в потерянном ступоре просидел на пятой точке прямо в том месте, куда был отброшен Аомине. Мысли до того свалялись в одну кучу, что уже действительно начало казаться, будто он стал двинутым по фазе шизофреником, страдающим ложными воспоминаниями. Да всё вокруг буквально кричало об этом!       ─ Я смотрю, ваша встреча с Дай-чаном состоялась. И, похоже, состоялась довольно бурно, ─ вдруг вырвал из оцепенения раздавшийся со стороны вывод.       Кагами аж вздрогнул, решив, что ему уже начали мерещиться и голоса. Но, обернувшись назад, обнаружил вполне себе живую и весьма реальную Момои.       ─ Не серчай на него, Тай-чан, ─ осторожно, будто стараясь что-то проверить, продолжила, подойдя чуть ближе, она. ─ Мало того, что его родители на грани развода, так ещё и кошмары приходили из нашего общего... бывшего будущего.       Так и не подав в ответ ни звука, Тайга лишь стал ещё более напряжённо вглядываться в выражение лица собеседницы. Хотя, не увидев ничего, кроме искренней надежды в её взгляде, решился-таки подытожить:       ─ Походу, ко всем нам приходили, только не все всё вспомнили.       И Сацуки тут же заметно расслабилась, присев на корточках рядом:       ─ Ну да, сама проснувшись, не сразу поняла, что к чему. Ты вообще как?       ─ Паскудно себя чувствую. Я уже думал, мне в дурку пора с такими приходами... ─ Кагами замялся, суетливо пытаясь сформулировать что-то поважнее собственных стенаний, но не успел. Потому что Момои совершенно неожиданно разревелась, как дитё, потерявшееся в толпе.       Скорее всего, накопившийся стресс просто вырвался наружу, стоило только окончательно удостовериться в том, что они действительно верно друг друга понимают. Ведь, по сути, теперь лишь Тайга остался её единственным товарищем по несчастью. И хотя он был абсолютным профаном в вопросе успокоения юных особ, но всё же решился слегка приобнять Сацуки за плечи. И это на удивление эффективно сработало. Потому что уже через минуту, прерываясь лишь на протяжные всхлипы, та начала разоряться буквально шквалом пояснений:       ─ Прости, я хотела сразу связаться. Но ни у меня, ни у Дай-чана ещё нет твоего номера. А Тецу-кун... ─ шмыгнув носом, она тяжело вздохнула и, видимо подавляя те же эмоции, что сейчас грызли изнутри и самого Тайгу, защебетала неестественно быстро даже для себя: ─ Да просто струсила я ему звонить! После того как поняла, что Дай-чан ничего не помнит, сразу же помчалась к Янао-сан, а от неё прямиком сюда. Кагамин, пока плита не вернулась в изначальное состояние этого времени, её срочно нужно отвезти к колдунье. Ты же мне поможешь?       Кагами, не раздумывая, сразу же согласно закивал в ответ.       ─ Значит, Мононоке, несмотря на перемещение в прошлое, всё-таки остался запечатан?       ─ А ты до сих пор не понял? Янао-сан ведь обещала разобраться с ним. Вот только ещё она мне ясно дала понять, что здесь тоже не всё гладко.

***

      Тащить на собственном горбу тридцатикилограммовую тяжесть оказалось не так-то просто. Особенно из-за того, что от концентрации на ноше всё время отвлекали случайные тычки снующих в час пик прохожих. В метро и вовсе пришлось придумывать дурацкие объяснения такому странному грузу перед смотрителем станции. Благо, здесь удалось положиться на подвешенный язык Сацуки, довольно ловко навешавшей целую гирлянду рамена тому на уши.       И всё равно было очень неловко и одновременно очень тяжело, так что к дому Янао Тайга уже буквально доползал. Руки отваливались, а тело гудело тупой мышечной болью. Но продолжать двигаться к цели не слабо мотивировало то, что старуха тоже ничего не забыла. И, как минимум, смогла бы дать объяснения, а, как максимум, оказать помощь и содействие в их непростой ситуации.       ─ Значит, лишь двое из вас вспомнили, ─ словно выверив их появление минута в минуту, Янао, как ни в чём не бывало, уже встречала гостей свежезаваренным чаем. ─ Кстати, твоё родное тело тебе больше к лицу.       И только благодаря её словам до Тайги, наконец, дошло, что так жутко тормозить с самого утра он умудрялся ещё и из-за привыкания к вновь возвращённому телу. Хотя в нём будто даже дышалось легче. Парадокс.       Сама же старуха вообще ни капли не поменялась ─ ни в выражениях, ни в лице, ни в характере. Только её гостиная, как ни странно, стала светлей и просторней. Видать, благодаря тому, что ещё не погрязла в нескончаемо прибавляющихся пергаментах, манускриптах и обрядовой атрибутике. Откуда они только брались?       ─ А судьба у нас оказалась стерва зловредная. Смотрю, решила поиграть в «От любви до ненависти», ─ освободив Кагами от ноши и традиционно усадив гостей за стол, без ложной деликатности подсыпала соль на рану Янао.       И даже несмотря на то, что от её интонации явно веяло горечью, Тайгу, вдруг воспринявшего эти слова, как поддёвку, тот час перемкнуло:       ─ Ну, так не тяните, сделайте с этим уже что-нибудь!       ─ Увы... Цените, что всё обернулось именно так. Могло быть гораздо хуже, ─ будто ожидая подобной реакции, непривычно невозмутимо уверила та. ─ Создавая временную петлю Ками, прежде всего, сохранял целостность печати. Мы же не хотим, чтоб Мононокэ вновь освободился?       ─ А ещё я не хочу видеть полный презрения взгляд близких мне людей, ─ пристыжено, уже больше для проформы продолжил бунтовать Кагами.       На что ведьма лишь вымученно вздохнула и так же спокойно добавила:       ─ Демона теперь я полностью беру на себя. А в остальном ─ разбирайтесь сами. Скажу только, что пока твоя с Дайки связь не угасла ─ всё в ваших руках.       ─ Янао-сан, спасибо Вам, ─ опередила Сацуки порывавшегося снова сгоряча что-то ляпнуть Тайгу.       Но, словно испытывая их нервы на прочность, старуха вновь подлила масла в огонь:       ─ Отблагодарите после, когда благополучно доживём до того дня... Снова, ─ прозвучало до такой степени «уместно», что весь позитивный настрой Момои улетучился в один момент:       ─ Да что ж ещё может быть не так, ─ удручённо простонала она.       ─ Остерегайтесь фантомов происшествий, подстроенных тварью. Не факт, что они повторятся, но будьте начеку. И да поможет нам всем Ками.       Несмотря на то, что выдав эту информацию, дальше ведьма искренне старалась успокоить своих раздосадованных гостей. Разжёвывала, что хоть время материя и беспощадная к тем, кто меняет его течение, но вершить собственную судьбу только в их силах... Всё равно Тайга ни хрена не почувствовал облегчения, выйдя из дверей её гостеприимной обители. В голове настойчиво крутилось последнее предостережение.       ─ Интересно, как нам «Ками поможет», когда сам ещё доходяга? ─ уже на подходе к станции попытался разбавить он затянувшееся молчание.       ─ Оу, здесь не переживай. Пресса и заинтересованные ведомства уже, абсолютно случайно, узнали о святыне. Думаю, вместо сноса и застройки там в ближайшее время, лишь прибавится желающих помолиться.       ─ И когда ты только всё успеваешь...

***

      Находиться с Аомине рядом, но в то же время держась в стороне, было точно испытанием психики на прочность. Ведь Тайгу со дня их встречи у святыни он и на пушечный выстрел к себе не подпускал. К тому же, его непредсказуемые вспышки гнева участились в разы. И даже Сацуки сдерживать этот напор негатива становилось всё сложнее и сложнее.       Собственно, по этой причине чуть не сорвался и тот самый (в прошлом долгожданный) товарищеский матч Сейрин и Тоо. Кагами отделался лишь фингалом под глазом, а Аомине сулила дисквалификация за развязывание драки. Создавалось впечатление, что всё то, к чему он так активно стремился после зимнего Кубка, нещадно рушилось на глазах.       Дайки словно вновь возвращался в худшее состояние времён Тейко.       И хотя, вопреки опасениям, на этот раз с его матерью никакого несчастного случая не произошло, но Тайга и Сацуки теперь даже не были уверенны ─ к лучшему ли это... Поскольку Аомине-сан, видимо, не выдержав стресса, собрала вещи и уехала в неизвестном направлении. А отец Дайки вместо того, чтобы отправиться на её поиски, полностью погрузился в работу, совершенно перестав появляться дома.       Разыгрываемая в семье Аомине драма явно сказывалась на самом Дайки. Он то с ума сходил, то на зомби становился похож, заставляя только гадать ─ что же, в самом деле, творилось в его голове? Сацуки это дико расстраивало, но одновременно заставляло полностью сосредоточиться на моральном состоянии друга, отвлекая от мыслей о Куроко. Который, по неясным причинам, тоже резко отдалился.       ─ Может, на это потребуется больше времени и усилий, но я определённо не собираюсь сдаваться, Тай-чан. Чего и тебе советую, ─ настырно старалась не опускать руки Момои. Так что даже Тайга перестал косить под дурачка при её явных намеках об осведомленности в вопросе его истинных чувств к Аомине.       Казалось, всё в этом временном перезапуске шло наперекосяк. Кагами с замиранием сердца считал минуты, дожидаясь того самого дня.

***

      Уже которую неделю подряд Аомине мучили кошмары, заставляли каждую ночь просыпаться в холодном поту. Ему снились отвратные твари, собственная смерть в различных вариациях, а самое ужасное ─ секс. Секс с человеком, которого он теперь презирал до тошнотворной судороги в конечностях. По логике, холодный пот и поллюции ─ вещи совершенно несовместимые, но, наверное, только не для него.       А ещё Дайки не покидал вопрос ─ почему так адски щемит сердце в присутствии Кагами? Словно тот из-за него пережил что-то ужасное в действительности. Да этот гад, походу, не собирался оставлять его в покое ни во снах, ни наяву. И даже сейчас: почему именно он оказался в том месте, где, наконец, захотелось абстрагироваться от всей гнетущей гнусности мира вокруг. Просто какой-то верх подлости от последнего...       ─ Ты, блядь, следишь за мной, что ли?       ─ Не бесись, эта площадка не твоя собственность, к тому же я сваливаю, ─ небрежно отмахнулся Тайга, но тут же притормозил, замешкавшись: ─ Только скажи, с тобой ничего необычного, случаем, сегодня не происходило?       ─ Да заебал со своими сраными намёками. Просто сгинь и не приближайся... а впрочем, похер, ─ Аомине словно включил режим «таран» и, демонстративно оттолкнув плечом Тайгу, рванул что есть сил прочь.       «Неважно куда, ─ полыхало в голове, ─ главное, подальше».       Поэтому, миновав заграждение корта, даже не глядя, решил срезать путь там, где только сказочный долбоёб мог додуматься. А уже в следующий миг сердце ухнуло прям в пятки, когда увидел, как сломя голову пёр прямо на вырулившую фуру. Самое смешное, что сильнее её сигнала был слышен только крик вопреки всему мчащемуся следом Кагами. Ведь вместо того, чтобы отскочить в сторону, Дайки так и застыл чёртовой статуей в честь того самого сказочного долбоёба.       Тайга выдернул его с проезжей части, считай, в последнюю секунду. И, утягивая за собой в сторону тротуара, завалился вместе с ним же на землю.       ─ Эй-эй-эй, ты там живой!? ─ потратив всего ничего на то, чтобы перевести дух, вновь засуетился он. И, пока Аомине в состоянии полнейшей фрустрации принимал сидячее положение, уже успел внимательно осмотреть его голову, руки, ноги ─ да, всё тело! ─ Фух, слава Ками невредимый, я чуть кони не двинул от страха, ─ тяжело дыша, но с чувством выполненного долга прижав Дайки к себе, Кагами обессилено уткнулся лбом в его плечо.       И из-за выброса адреналина ли? Или же в организме сбойнуло восприятие после падения? Но отчего-то его запах показался Дайки до боли родным. В один миг, въедаясь в лёгкие, этот запах навеял неясное, но такое невыносимо близкое сердцу. Хотя выяснять ─ что именно, долго не пришлось, ведь стоило Тайге, спохватившись, попытаться отпрянуть...       ─ Хах, вот дерьмо, ─ Аомине передёрнуло, как от разряда электрошока. Он тотчас попятился назад и, уперевшись спиной в сетку заграждения, начал цепляться за неё, будто та была единственной связью с реальным миром, а он сам вот-вот потеряет сознание от несходящего наваждения.       ─ Воу, прости, я не хотел... я... я, правда, только помочь и никакого подтекста, ─ тут же зеркально попятившись назад, стал сокрушаться Кагами. ─ Главное с тобой все о'кей. А я... мне, пожалуй, пора, ─ вставая и отряхиваясь, он сделал шаг назад, но полностью развернуться так и не решился. Похоже, остановился из-за совершенно сконфуженного взгляда Дайки. А ещё его сдавленного стона.       Сам же Аомине не шелохнулся ─ так и застыл: полусидя, до боли в суставах вцепившись в рабицу забора. Наверное, лишь хаотично бегающие зрачки позволяли хоть немного понять, какой атомный взрыв сейчас творится у него в голове. А там другого и не могло происходить...       Когда воспоминания нахлынули, будто приливной волной.       Когда все мучившие видения резко начали приобретать форму и ясность.       Когда кошмары, царившие во сне, оказались холодящей сознание явью.       Когда вся та неприемлемая близость, что он так рьяно отрицал и ненавидел, обрушилась уже произошедшей реальностью. Той реальностью, где он сам невыносимо всего этого жаждал.       ─ Охренеть!       И чёрная дыра отчуждения в груди мгновенно затянулась ─ настолько резкой, пронзительной болью, что, казалось, он вот-вот сдохнет, ощутив, как сходит с ума его сердце. Сердце, которое, как последняя истеричка, до полуобморочной одури сейчас рвалось к Тайге.       ─ Тай, как ты это сделал. Как ты нас спас? ─ прежде чем подумать, уже выдохнул Аомине. А до того, как понять, верно ли дошёл до Кагами его «подтекст», не удержался ─ начал заливисто, задорно и во весь голос хохотать. Поскольку, сам того не желая, уже заранее представил, как тот на манер прищемившего хвост котёнка округляет глаза.       И хоть Тайга откровенно тупил, но всё же долго себя ждать не заставил:       ─ Да ладно! ─ выпалил, зардевшись он. И... да! ─ именно с тем самым, выражением на лице. Настолько долгожданным «тем самым», что...       «А смысл объяснять. До тебя слишком долго доходит, идиот», ─ так и не успело сорваться с его языка. Да, похоже, и не надо было...       Потому что в следующий миг каким-то фантастическим манёвром, Дайки придавливал уже Тайгу к сетке-рабице своим телом и, переплетая между собой их пальцы, целовал. Целовал напористо, самозабвенно, обжигающе. Целовал, совершенно наплевав на место, время, окружающих и приличия. Целовал, отдаваясь без остатка, как в первый и последний раз одновременно. А Тайга абсолютно податливо и запредельно счастливо растворялся, тонул, дурел, тлел и воспламенялся вновь в этом ядерном вихре воспрявших, как феникс, чувств и воспоминаний Дайки.       И плевать, что оставалась ещё херова гора нерешённых вопросов. Ведь самое главное, что они все живы, целы и невредимы. Главное ─ они теперь вместе. А вместе они уж точно смогут всё преодолеть.