Сыщик из забегаловки

      Джеймс Трейси действительно ушел. Рик не увидел его за всю свою смену, ни после нее, ни в кафе, ни рядом с ним. Он решил, что бывший коп, не теряя времени даром, сразу отправился к нему домой, но нет. Придя домой, Рик так и не увидел его.       Впрочем, это ничего не значило, Рик был уверен, что он обязательно придет. К приходу Трейси он тщательно подготовился — перво-наперво, прибрался, потому что за последние несколько дней его квартира превратилась в помойку. Затем Рик подготовил две чашки и пару бутербродов, потому что он радушный и приветливый хозяин, и совершенно неважно, что его гость не так давно угрожал пистолетом. И наконец, он достал тетрадку, чтобы скрасить ожидание, и стал черкать в нее все известные ему факты произошедшего преступления, сопровождая их кривоватыми рисунками.       Когда в дверь наконец постучали, Рик успел прикорнуть на диванчике. Часы на стене показывали полдвенадцатого. Уайберг встал и хорошенько потянулся. К двери он подошел, зевая и шатаясь на ходу.       — Вау, да ты ни разу не торопился, — сказал он, впуская Трейси внутрь. — Не стесняйся, проходи, бутерброды на столе, — бутерброды представляли собой несколько слегка подсохших кусков хлеба с маслом и джемом. — Чай или кофе?       — Кофе.       Когда Рик принес чашки с кофе для них, он обнаружил Джеймса, разглядывающего его каракули в тетрадке.       — Я бы предложил молоко к кофе, но, кажется, оно прокисло.       — Я не пью с молоком, — отозвался Джеймс.       — Вот и чудно, — он поставил чашки и сел напротив, внимательно разглядывая гостя. В его квартире обычно царил полумрак, а сейчас, вдобавок, одна из лампочек перегорела, так что теперь глаза Джеймса светились не золотом, а бронзой. Рик подумал, что этот парень не слишком хорош в разведке. Эти глаза были слишком запоминающимися и выделяли его из толпы.       — Знаешь… — начал Джеймс, откладывая в сторону тетрадь. Рик внутренне напрягся. — Я обычно не церемонюсь, когда кто-то начинает приносить мне проблемы. А из-за тебя меня продержали в камере почти сутки.       — Технически, — возразил Рик, — я в этом не виноват, и если бы ты не кидался на всех и каждого с кулаками, тебе бы не пришлось…       Трейси бросил в него такой взгляд, что Рик поспешил заткнуться.       Грозно сдвинув брови, Джеймс отвернулся и отхлебнул немного кофе. Кажется, Рик сбил его с мысли. Ему стало почти совестно, но он решил воспользоваться возникшей паузой.       — Слушай. Приятель, я, э-э-э… Я об этом думал весь день, как ты ушел. Ты считаешь, что я могу быть убийцей, но допускаешь, что можешь ошибаться, и хочешь найти настоящего. А я хочу разобраться с наркотиками и подставой. Почему бы нам не работать вместе? У тебя будет полностью безвозмездный помощник, а заодно ты сможешь присматривать за мной на случай, если я преступник. Что думаешь? — и Уайберг вперил воодушевленный взгляд в него.       — Идиотизм. Полный идиотизм, — мрачно сказал Джеймс. Он выглядел так, словно являлся воспитателем в детском саду и притом ненавидел детей.       — Но я могу быть полезным тебе! Я безобидный, меня не заподозрят, если увидят не в том месте, в отличие от тебя.       — Ты будешь лишь путаться под ногами, — фыркнул Трейси. — Я работал в полиции, и понимаю, что меня может ждать. А ты собираешься влезть в дела, о которых понятия не имеешь. Надеешься, что я буду с тобой нянчиться? Черта с два. Если тебя где-нибудь пристрелят, то поделом, и это не моя вина.       Рик поджал губы и чуть пригнул голову.       — Ты думаешь, я это не знаю? Я вполне осознаю, на какой иду риск, но попытайся понять — моя жизнь и так в опасности, и от того, что я куда-то там «лезу», — Рик демонстративно изобразил пальцами кавычки, — мне вряд ли станет хуже.       — Так уезжай из города, — пожал плечами Трейси. Рик помотал головой.       — Ни за что. Я намерен найти преступника. И ты мне не помешаешь. Неужели объединить усилия для тебя так трудно?       — Аргх, вот же говнюк мелкий, — желтоглазый верзила откинулся на стул и закрыл ладонями лицо. — Я сам не верю, что это делаю, но хорошо. Объединимся.       Рик с радостным возгласом подпрыгнул на своем стуле.       — Но!.. — Джеймс грозно выставил палец. — Ты будешь во всем — слышишь, во всем! — слушаться меня. И если я замечу в твоем поведении что-то подозрительное… — он прищурился, видимо, намереваясь напугать Рика. Но тот был слишком рад. Все шло как нельзя лучше. Проблема разгневанного копа решилась, и теперь у него был опытный напарник, знающий, как правильно расследовать дела.       — По рукам! — широко улыбнулся Рик.       Джеймс скривился, а Рик схватил ручку и снова придвинул тетрадь. Ему не терпелось обсудить их план действий.       — Правильно ли я понял, что наш главный подозреваемый — это Бруно-Стивен Нова-Смит?       — Да, — сказал Трейси, все еще морщась. — Он наркодилер. Непонятно, на кого он работает, и работает ли на кого-то вообще. Отдел по борьбе с наркотиками никак не может его прищучить, — Джеймс сделал паузу. — Я встретил Шеймуса в день, когда он умер. Он следил за Бруно. Мы оба видели, как он передал тебе пакет, и после этого Шеймус пошел за тобой. А через несколько минут он был убит.       Рик бодро записал эту информацию, стараясь не обращать внимания на то, как внутренне содрогается. Зачем Бруно передал ему наркотики? Чтобы специально подставить перед копами? Но если он знал, что за ним в тот момент следят… получается, он подставил себя самого! Если только заранее не планировал убить следящего за ним копа и этой статуэткой повел его в нужно место.       Правда, «Бинашет» совсем не походил на подходящее для убийства место.       — Ты так и не смог до него дозвониться? — уточнил Рик. Джеймс показал головой.       — На это все равно было мало шансов.       Уайберг был согласен. Он тоже пытался дозвониться до «Стивена Смита» и безуспешно. Потом он пытался найти на том сайте других людей, продающих статуэтки, но ничего подозрительного так и не нашел.       — Этот хрен действительно неуловимый, — процедил сквозь зубы Трейси.       Рик провел от имени КЛАРК в центре страницы к Бруно. После чего провел еще несколько линий в разные стороны, образовав солнышко.       — Окей, как насчет других подозреваемых? Коллеги, враги?       — Врагов у него хватает, — ухмыльнулся Трейси. — Он же коп. Любой, кого он когда-либо засадил, вполне может хотеть убить его. Гэбриэл наверняка уже пробил всех, кто недавно вышел из тюрьмы. Это самая очевидная версия.       — Гэбриэл — это тот детектив, да? Вы, кажется, давно знакомы.       — Достаточно давно, — сухо сказал Джеймс. Рик неуверенно поднял глаза.       — И он не может нам помочь?       — Забудь.       — Окей, — покладисто кивнул и задумчиво погрыз ручку, пока Трейси вставал, чтобы налить себе еще кофе. Похоже, ему не нужно говорить, чтобы он чувствовал себя как дома, у него с этим не было проблем. — А как насчет Делайлы?       Трейси замер на секунду, но кивнул.       — Не могу в это поверить, но проверить версию стоит.       — Может, любовница? Или любовник? В смысле, ее любовник, — сказал Рик, в ответ на поднятые брови Джеймса.       — Исключено. Я знаю Шеймуса и Делайлу много лет. Я бы знал, будь у них кто-то на стороне.       — Хорошо, как скажешь… — Рик дополнил последние штрихи к его импровизированной таблице преступления. Немного подумал, и добавил в список подозреваемых свое имя. На удивленный взгляд Джеймса, только пожал плечами. — Что мы теперь будем делать? У тебя есть план?       — Первым делом надо найти Бруно, разумеется. У меня есть знакомый в отделе по борьбе с наркотиками, за ним должок, — он сообщит мне, если что-то будет. Пока что у меня есть список точек, где его видели чаще всего.       — И что — ни адреса, ни семьи — ничего?       Джеймс покачал головой.       — Как негусто-то… Значит, мы начнем с того, что будем просто шататься на улице, надеясь встретить старика. А если ничего не получится?       Джеймс пожал плечами.       — Мне кажется, мы должны еще раз зайти к Делайле. Они жили вместе с Кларком, так? Может, осмотреть комнату и все такое? — предложил Рик.       — Дельно, для начала, — кивнул Джеймс, по его лицу было видно недовольство. Должно быть, ему было крайней неприятно думать о мисс Мевингер, как о преступнице.       Они беседовали еще несколько часов, обсуждая дело, возможные варианты событий. Когда они поняли, что мусолят одни и те же темы по несколько раз, договорились встретиться завтра днем и посетить Делайлу — Джеймсу хотелось поскорее исключить ее из списка подозреваемых, а Рику было интересно посмотреть на вещи Кларка. Вещи вообще много чего могут сказать о человеке.

***

      Они встретились на остановке — так Рик выяснил, что у Джеймса не было машины, и, признаться, этот факт его слегка покоробил. В Нью-Йорке у всех были машины. Сам Рик не считается, потому что он только входит во взрослую жизнь с ее взрослыми делами и бедами, и в любом случае, на машину у него нет денег, но Трейси это другое дело.       Уайберг не постеснялся сообщить Джеймсу, что это, как минимум, странно, и был послан куда подальше. Какой обидчивый коп.       По дороге к Делайле они шли в гнетущем молчании. После нескольких неловких минут раздумий, Рик решил, что это надо срочно исправлять и попытался завязать беседу.       — Сколько тебе лет?       — Что? Тебе-то какое дело?       — Я просто хочу узнать тебя получше, раз уж мы же работаем вместе. Нам стоит подружиться, ты так не считаешь?       — Нет.       — О, да ладно тебе! — протянул Уайберг. — Не будь таким букой. Я хороший друг, поверь мне!       — Мне все равно, — голосом утомленного жизнью старика ответил Трейси.       — Окей, попробую угадать. Тридцать пять?       Молчание.       — Тридцать девять? Тридцать семь? Сорок? Да, я угадал, тебе сорок?       — С чего ты взял?       — У тебя губы дернулись, когда я сказал сорок, значит, я прав! Ведь да?       — Нет. Мне НЕ сорок, — отрезал Джеймс. Кажется, это замечание его задело.       — Ты определенно выглядишь на сорок, — заметил Рик. — Даже старше.       Джеймс аж зубами заскрипел.       — Мне тридцать один, черт тебя дери.       Уайберг победно улыбнулся.       — Неужели было так страшно в этом признаться?.. А мне двадцать два, к слову.       Джеймс скосил на него глаза.       — Я бы не дал больше семнадцати.       Теперь пришла очередь Рика хрипеть от возмущения.       — …Почему?! Это из-за пирсинга? Или футболки с «Твистед систер»? Чтоб ты знал, эту великолепную группу слушают люди всех возрастов!       — Ты костлявый и мелкий настолько, что я мог бы унести тебя в одной руке.       — Неправда, я очень высокий для своего возраста!       — Но не для меня.       Рик возмущенно фыркнул. Можно подумать, этот верзила имеет право судить о росте! Для него и Годзилла небось был бы мелким!       — Зато, когда мне будет тридцать один, никто в жизни не решит, что мне сорок.       — Мы пришли.       Оба остановились перед дверью с некоторой неловкостью. Рик как наяву почувствовал обжигающий кофе на одежке и железную хватку на воротнике. И все это на глазах горюющей вдовы. Ох, как стыдно-то.       Юноша не знал, о чем думал Джеймс, но, вероятно, ему тоже было неловко. Впрочем, бывший коп быстро себя пересилил. Джеймс постучал по двери, и через несколько секунд она распахнулась.       Мисс Мевингер выглядела не в пример лучше, чем в их последнюю встречу. Она зачесала волосы в высокий хвост и была, как минимум, не такой помятой и невыспавшейся. Увидев их на пороге, она распахнула глаза и облокотилась о косяк, выжидательно уставившись на них. Рик улыбнулся и помахал рукой.       — Вау. Вы здесь. Снова.       — Прости за случившееся, Дели, — сказал Джеймс.       — Ты должен мне многое объяснить, Джеймс, — Делайла тяжко ухмыльнулась и освободила проход. — Проходите уж.       Джеймс и Делайла, не сговариваясь, прошли в гостиную и сели на диван. Рик робко пристроился рядом. Он решил оставить инициативу Трейси в этом разговоре, а сам прислушивался и параллельно разглядывал помещение.       — Так вы двое знакомы?       — Можно сказать и так. Мы… сотрудничаем.       — Ищете убийцу Шеймуса, — понимающе кивнула Делайла.       — Да. У нас были небольшие разногласия, но мы их разрешили. Ты не против, если я поговорю с тобой?       — Ничуть, хотя я уже устала повторяться. Я говорила и с полицией, и с твоим новым другом, и вряд ли скажу что-то новое…       Ричард думал точно также. Поэтому поспешил вставить свои пять копеек, несмотря на предупреждающий взгляд Джеймса       — Делайла, можно я осмотрю дом?       — Валяй, — женщина махнула рукой.       Юноша подскочил, оставив этих двоих разбираться между собой, и первым делом пошел искать спальню.       Прикрыв за собой дверь, Рик осмотрелся. Спальня была скудно, почти аскетично обставлена, и при этом в ней царил полнейший хаос — кровать разобрана, одежда раскидана по полу, стульям и прочей немногочисленной мебели. Почти всю стену занимало окно, свет из которого слегка бил в глаза. Возле окна стоял стол, замусоренный какими-то бумагами, коробками от фастфуда и прочим. Рик с любопытством пихнул ногой хоккейную клюшку, валявшуюся прямо перед дверью. Судя по всему, здесь давно никто не убирался, в отличие от остального дома. Рик припомнил, что видел в гостиной на диване сложенное одеяло. По всей видимости, Делайла даже ночевать здесь перестала.       Рик прикрыл за собой дверь и первым делом направился к столу. Признаться, он чувствовал себя довольно странно, из-за того, что был вынужден рыться в чужих вещах. Он быстренько разобрал весь мусор (точнее просто скинул его на пол, попутно выяснив, что кто-то из этой пары без ума от конфет «Сюзи»), пробежался глазами по блокнотам (все в дизанейрских зарисовках, ничего полезного). Залез в подстольню тумбочку. Большую часть занимала канцелярия — ручки, линейки, блокноты, папки. Некоторым вещам Рик даже не мог придумать применение. Из общего вида выделялся разве что ножик — небольшой, но очень забавный, с желто-белой резновой рукояткой и изображенной на ней птицей, которая зеркально повторялась на самом лезвии. Рик почувствовал малодушный порыв засунуть кинжал в карман, настолько он ему понравилась. Мысленно дав себе оплеуху, Рик положил его обратно в тумбочку и взялся за папки. Увы, они были полны все тех же эскизов и зарисовок. Кажется, Кларк не хранил дома материалы дела.       Рик открыл шкаф с одеждой, проверил абсолютно все карманы (в которых тоже нашлось немало «Сюзи»), порыскал в простынях и заглянул под кровать. Он даже исследовал пол на наличие какого-нибудь тайника — заведомо гиблое дело, в комнате был постелен линолеум. Он не нашел ничего, что могло бы натолкнуть на убийцу.       С точно таким же нулевым успехом были обследованы другие комнаты. Рик был прав, когда сказал, что дом может многое сказать о владельце. Например, у Шеймуса была привычка не опускать крышку от унитаза — об этом гласила записка-напоминалка в ванной, написанная Делайлой. Записка так и оставалась в ванной — Делайла не решалась ее снять, и это тоже многое говорило о ее чувствах.       Но ничего, что могло бы продвинуть их в их расследовании, Рик не нашел. Было ли это потому, что Рик не знал, что искать? Или может из-за того, что он новичок, он проморгал зацепки? Может, расследования — это просто не его? В расстроенных чувствах Рик вернулся в гостиную и первое, что он увидел, — Джеймса и Делайлу в обнимку. Девушка в слезах, а Джеймс гладил ее по спине. Они переговаривались очень тихо, и Рик расслышал только последние фразы, от которых ему стало неловко.       — Я скучаю по нему, — тихо сказала она.       — Я знаю, Дели. Я тоже скучаю. По ним обоим.       Рик тихонько покашлял, привлекая к себе внимание, и присел на кресло рядом с ним.       — Нашел что-нибудь? — полюбопытствовала Делайла, вытирая щеки от слез. Рик покачал головой с самым скорбным видом.       — Шансов все равно было мало, — заметил Джеймс, и Рику от его слов вовсе не стало легче. — Нам пора.       — Оставайтесь на чай, — предложила мисс Мевингер, но Джеймс покачал головой.       — Нужно идти. Еще увидимся, Дели.       Они ушли от Делайлы в гнетущем молчании. Рик не знал, о чем думал Джеймс, но сам он думал о том, что расследование дела даже близко не так легко, как он думал.       — Уайберг, хочу тебя предупредить, — вдруг сказал Джеймс, — у Дели фотографическая память. Если ты что-то ей подкинул или забрал… она заметит. И позвонит мне.       — Я ничего такого не делал, — возмутился Рик, но Джеймс лишь пренебрежительно фыркнул.       — Говорю же — просто предупредил.