Что мне с тобой делать, тихоня?

Сказать, что Слепцова плачет, все равно, что не сказать ничего. Она буквально рыдает, вцепившись в смокинг на спине Орлова и ощущая на себе его растерянные, но такие крепкие объятия. Он ошарашен ее эмоциями, а она не в состоянии взять себя в руки. Что-то надорвалось в её душе вместе с этой песней, вместе с его хриплым голосом, который сквозил отчаянием. Будто именно в тот момент, когда они были на сцене, в те самые минуты она поняла его, поняла и приняла что-то, чем он был полон, из каких осколков состоял. Будто они стали ближе на неведомом ментальном уровне. — Ну, чего ты? — ласково шепчет ей куда-то на ухо Никита, заправляя выбившийся локон, а она наконец поднимает на него заплаканные глаза, шмыгает носом и, улыбаясь, покачивает головой, дабы не волновался, и вызывая тем самым ответную улыбку. Звук, оповещающий о сделанной фотографии, заставляет их оторваться друг от друга и уставиться на подошедших друзей. Мармеладова отвешивает подзатыльник Дену, едва доставая до его макушки рукой, и комментирует данное действие: — Звук выключать надо, балда! — Да насрать, — тут же отзывается Варламов, самодовольно усмехаясь. — Всё равно фотка пиздатая получилась. — Скинь мне её, придурок, — обнимая смущенную Даяну за плечи, проговаривает счастливый Орлов, что выглядит нелепо с гримом на его лице и вызывает улыбку у всех остальных. — Ты не заслужил, че лажал всю песню? — не скрывая ехидства, проговаривает Денис, подмигивая девушке. — Вот Слепцова красава, молорик вообще! — Спасибо, — тихо звучит улыбающаяся Даяна, перебиваемая голосом ведущего, который снова тараторил какую-то заунывную речь о результатах конкурса, а это сподвигло Мармеладову выпихнуть всех в зал, усадив на первые ряды, что пожертвовала толпа пятиклашек, стоило Орлову только глянуть. Слушать грамотно поставленную речь директора было приятно, он мягко высказывал недочеты, умело подчеркивал достоинства и таланты каждой из конкурсанток, выдерживая положенную интригу. Даяна не думала, что станет волноваться, но легкая дрожь все же пробила ее тело, заставляя сжимать платье на коленках в поисках средства, дабы унять разбушевавшиеся нервы. А затем полностью успокоиться, когда рука Никиты скользнула по ноге и ухватила ее руку, переплетая пальцы. Он не посмотрел на нее, зная наверняка, что та покраснела, и игнорируя явно заинтересованные взгляды друзей. Наплевать. Нет никакого желания что-либо объяснять, он просто счастлив сейчас, в этот момент, вот и всё. Вся церемония награждения проходит, как в тумане, под шум аплодисментов и крики одноклассников победивших конкурсанток, всеобщий смех и веселье. Атмосфера приятно удивляет Даяну, раскрывая в ее душе что-то теплое и нежное. — Честно сказать, наша следующая участница удивила каждого из сидящих в жюри, да и вообще в зале, — звучит голос улыбающегося директора со сцены, а все взгляды разом направляются на Даяну, которую такое внимание заставляет нервничать, но сжимающая в немой поддержке рука парня дает ей почувствовать себя куда увереннее. — Эта девушка оказалась не только невероятно умна, в чем мы лично убедились на интеллектуальном конкурсе, где она одержала безоговорочную победу, но и потрясающе талантлива! Она умеет удивлять и, мы уверены, содержит в себе еще уйму загадок, поэтому в номинации «Мисс Таинственность» побеждает… — мужчина выдерживает положенную паузу и, улыбаясь, продолжает. — Даяна Слепцова! Из ступора, сопровождающегося громкими овациями, девушку выводит тихий шепот на ухо, напоминающий, что нужно выйти. И она идет, на негнущихся ногах поднимается на сцену, ощущая невероятные эмоции, которые переплетаются в ее душе от громко аплодирующего зала, среди которых ее друзья, выкрикивающие по очереди ее имя. Директор говорит еще что-то, пока на Даяну одевают синюю ленту и вручают маленький букет цветов. И только в этот момент она понимает, что улыбается во весь рот, потому что невероятно счастлива. Победительницей становится девушка из одиннадцатого, одноклассница Мармеладовой, на что та бурчит что-то в духе «кто бы сомневался», а затем стискивает в объятиях Слепцову и верещит, что она все равно лучше, Варламов приходит к выводу, что в жюри одни дураки, а Настя скромно поздравляет девушку с самой красиво звучащей, по ее мнению, номинацией. Брат совсем как в детстве треплет ее за макушку и называет молодчинкой, крепко сжимая в объятиях и советуя не расстраиваться, но это и ни к чему, потому что ее накрыла волна эйфории и Даяна наслаждается каждой минутой, которую дарят ей эти люди. Она правда счастлива сейчас, в окружении дорогих ее сердцу людей, а победа или поражение в конкурсе ее никогда не волновали, раньше она не могла даже представить себя в подобном, так что одна возможность составить достойную конкуренцию была для нее подарком. — Где опять черти носят Орлова? — возмущается Алина, когда собирает всех для общего фото и обнаруживает недостающий элемент. — Здесь я, не бомби, — усмехается парень и отвешивает подруге легкий щелбан, проходя мимо и получая полный негодования взгляд, который только его веселит. Он останавливается около Даяны, наблюдая за ее покрасневшим сквозь грим лицом и протягивая скромную коробочку. — Поздравляю. — Спасибо, но не стоило, я… — начинает было Даяна, но Орлов перебивает ее красноречиво закатанными к потолку глазами и обнимает за плечи. — Мы фоткаться будем? Я готов. Два раза повторять Мармеладовой не нужно, она берет командование в свои руки, расставляет всех по местам, ловит какого-то паренька из средних классов, всучивает ему собственный фотоаппарат, а затем грозится расправой тем, кто не будет улыбаться. Фотки получаются настолько клёвыми, что Алина визжит от восторга, пересматривая их в третий раз, а затем хватает Орлова и Слепцову фоткаться на улицу, потому что такая красота не должна пропадать даром. Вся процедура затягивается еще на добрые полчаса, поэтому когда уже умытые и переодетые ребята собираются все вместе, их одолевает волна легкой усталости, которая, несмотря ни на что, настроение не портит. — Так, ребзи, есть предложение, кто откажется, тот лох, — говорит неожиданно Ден, самодовольно усмехаясь и получая красноречивый взгляд от Мармеладовой, мол, ну давай, удиви. — Блистай уже умом, Варламов, — устало проговаривает Настя, поправляя вечно сползающую лямку рюкзака, забитого до отказа мелочевкой в виде грима, кистей и плоек. — Короче, предлагаю забить хуй на завтрашние уроки и рвануть сейчас ко мне на дачу, шашлычок, гитара с Орла, отметим, так сказать, триумф нашей парочки, — улыбаясь, как чеширский кот, проговаривает парень, не замечая закатанных к небу глаз друга. Алина тут же с жаром поддерживает данную затею, мысленно прикидывая, как все устроить. — Я, наверное, пас, — отзывается Коржева, вновь поправляя лямку, которая на сей раз уже сползает настолько, что падает с плеча. Стоящий рядом брат Слепцовой перехватывает рюкзак, закидывая его на свое плечо и игнорируя недовольное лицо Насти. — Почему? — тянет Мармеладова, буквально повиснув на девушке и строя щенячьи глазки, которые та умело игнорирует. — Поздно уже, да и вещей у меня с собой куча, не хочу таскаться. — Так я в курсе, что поздно, — словно маленькому ребенку объясняет Денис, закидывая руку на плечи стоящего рядом Орлова. — Поэтому и с ночевкой. — Да и гитара у меня не с собой, так что все по домам заскочить успеем, — дополняет Никита, а после переводит взгляд на Слепцову, безмолвно спрашивая, идет ли она. Та невесомо пожимает плечами, но когда получает настойчивый взгляд и поднятую бровь парня, сдается и, устало вздыхая, согласно кивает. Орлов подмигивает и усмехается, возвращая свое внимание друзьям, которые уже вовсю решали во сколько и где встретятся, что купят и как будут добираться. Чертов Андрей кинул Даяну перед самым выходом, заявив, что его срочно вызвали на работу и поехать с сестрой и ее друзьями он не может, поэтому девушка шагала к месту встречи в гордом одиночестве, отгоняя настойчивые мысли о побеге. Слишком много всего произошло за последние двое суток, и она совсем не успевала за разворачивающимися событиями. Девушка сжимала запястье рукой, под которой прятался подаренный Орловым тоненький, аккуратный браслет серебристого цвета, и улыбалась себе под нос. Никита удивлял с каждым днем все больше, занимал каждый уголок мыслей, наполнял сердце небывалым теплом, и это, отчасти, пугало. Но это был приятный, чарующий страх, в пучины которого она шагала с высоко поднятой головой. — А где Андрюха? — первым делом осведомился Варламов, когда девушка подошла к уже собравшимся ребятам. — Его срочно на работу вызвали, к сожалению, — пожимает плечами Даяна, а Коржева на это только фыркает и разворачивается к вокзалу, заявляя, что поезд ждать не будет и поторапливая друзей. Дорога до дачи одноклассника оказывается недолгой, но достаточной, чтобы вдоволь насладиться романтикой электричек. Даяна неотрывно разглядывает сменяющиеся пейзажи за окном, задумавшись о чем-то глубоком, вдохновленная атмосферой, и изредка бросая взгляды на друзей. Орлов спит на ее плече, удерживая ногами чехол с гитарой, убаюканный размеренными покачиваниями электрички. Варламов, закинув ноги на соседнее сидение, играет в войнушку на телефоне и изредка отвлекается на беспрерывно что-то строчащую в телефоне Мармеладову. Настя, сидящая напротив, подобно Слепцовой погрузилась в рассматривание мелькающих в окне видов, с самого начала пути воткнув в уши наушники. Каждый из них был словно наедине с самим собой, своими мыслями, но тем не менее частью чего-то большего, что не позволяло поселиться в душе гнетущему чувству одиночества. Одиночество в толпе было ужасным, съедающим по крупицам изнутри, и Даяна была рада, когда поняла, что наконец-то от него избавилась. Когда ребята прибыли к месту, на улице уже достаточно стемнело, поэтому рассмотреть небольшой двухэтажный домик, которому явно был не первый год, практически не удалось, однако атмосфера природного дачного уюта окутывала, стоило только войти за калитку. Изнутри дом был светлым, просторным и ухоженным, явно присутствовала хозяйская рука, которая поддерживала в нем жизнь. — Ден, а че так холодно-то? — возмутился Орлов, когда раскладывал продукты и заметил, как девчонки растирают озябшие руки. — Потому что отопления нет, ща включу, полчаса и тепло, — отозвался мечущийся по мелким хозяйским делам Денис, успевая шепнуть девчонкам расслабиться и быть, как дома, а затем свалил в известном одному ему направлении. Телефон Мармеладовой зазвонил и она, с энтузиазмом принимая вызов, поскакала в соседнюю комнату, Коржева же последовала за хозяином дачи, обнаружив запароленный wi-fi. И только оставшись наедине с Никитой Даяна ощутила новый прилив неловкости, заламывая пальцы на все еще не отмерзших руках и избегая прямого взгляда в сторону парня, который неспешно ходил по кухне, расставляя продукты по местам, словно знал каждый уголок, явно пребывая здесь не впервые. — Никита, — произносит Даяна, дожидаясь, когда тот закроет холодильник и обернется в ее сторону, а затем продолжает, поглаживая браслет. — Я так и не сказала тебе нормальное спасибо, мне правда очень приятно. Он лишь усмехается в ответ и шагает вплотную к девушке до тех пор, пока та не упирается поясницей в высокий дубовый стол, загоняя в свою ловушку. Орлов перехватывает ее руки своими и нравоучительно покачивает головой: — Ледышки, — а затем, не давая и секунды на размышление, просовывает ее руки под толстовку и прижимает к собственному телу. Даяна дергается от неожиданности, но парень не дает ее рукам и двинуться с места, а прямой взгляд и нотки угрозы в голосе, заставляют ее замереть. — Только попробуй убрать. И она не решается. Как не решается оторвать взгляд от его искрящихся озорным блеском глаз, неотрывно глядящих на нее, скользящих по лицу и, в конечном итоге падающих к губам. И Слепцова неожиданно не выдерживает, скользит руками по бокам парня, притягивая ближе и пуская по телу разряды тока от контраста его разгоряченного тела и льда ее пальцев. Этой искры хватает, чтобы поджечь его самообладание, которого просто не хватит на нежный, почти детский поцелуй. Он примыкает к ее губам грубым, властным движением, притягивая к себе за бедра и исследуя каждый сантиметр. Непривычно, дико, до одурения смачно и глубоко, так, что можно задохнуться от переизбытка чувств, стучащих наравне с сердцем где-то под ребрами, так, что весь остальной мир тонет на задворках реальности, вместе с приглушенным стоном прямо в губы и заливистым свистом где-то со стороны. — Гони сотку, Алинка, я же говорил, что у них уже активные шуры-муры, — звучит задорный голос Варламова, а Слепцова прячет абсолютно красное лицо на груди Орлова. Отчего-то ей дико стыдно, но при этом очень-очень весело.