NO HOMO

— Ни одного журналиста под дверями? — Эггси заглядывает в кафе и нервно озирается. Вспышек фотокамер не следует. — Мерлин, что ты сделал? — Насыпал крысиного яда вокруг. М как всегда выглядывает через свое окошко раздачи и семофорит Эггси по-страшному. То ли посадка запрещена, то ли Тимми свалился в колодец, не понять. В конце концов, Мерлин тычет пальцем в сидящую за стойкой Роксану, которая занимается тем, что разливает немного кофе на столешницу, а потом его вытирает. — Только не это, — подходит к стойке Эггси и снимает ветровку. — У тебя закончились антидепрессанты? Или твой драгдилер подхватил простуду? — Конечно, шутник, так и есть. Надевай передник и марш работать. Срывать злость на друзьях — дело хреновое, но она слишком зла. Произошло все, как и предсказывалось. К ней в дом явились люди в черном и забрали Газель. Какая-то хуйня в стиле братьев Крэй! И все — нет никаких законных путей вернуть ее, остается лишь выкрасть среди ночи и бежать в Канаду. Вплавь. — Нет уж. Буду стоять у тебя над душой, пока не расскажешь, что стряслось, — Эггси скрещивает на груди руки — верный признак, что он уперся рогами. — Эй, я получу сегодня свой бургер с курицей? — раздается позади возмущенный голос. — Курица сбежала, как поймаем — так сразу, — отбривает Эггси. И Рокси рассказывает ему все с самого начала. Матерясь через слово, пиная ногой стойку и почти изорвав в клочья все доступные салфетки. Сказать, что Эггси в шоке, будет преуменьшением. Просто поверить невозможно, чтобы один человек испоганил стольким людям жизни за такой короткий срок. В последний раз это удалось Fox, когда они отсняли новую Фантастическую четверку. — Вот что, у них перед выборами будет последний снобобал, пойдем туда. И вдарим ему по яйцам так, чтобы они болели весь премьерский срок. — Я не могу. Это общий прием. Я не могу там быть, — Рокси снова проливает кофе, но Эггси отнимает у нее кофейник и убирает подальше. — Мой отец посол Великобритании в Соединенных штатах. Я Рокси Мортон, и я пообещала, что не буду появляться на таких официальных приемах. — Так! — Эггси поднимает руки, останавливая Роксану. Потом идет, забирает заказ с кухни и относит клиенту. И обращается к Мерлину. — Ты знал? Скажи, ты тоже какой-нибудь родственник политика? Мерлин, словно Торин, смотрит внимательно, а потом боком скрывается в кухне. Ну здорово! Клуб Диоген в новом воплощении. Куча гомосветских людей, которые прячутся в центре Сохо и работают в кафе под прикрытием. — Может, уже пора? Мы вроде все открытые гомосексуалы, только нихрена мы не открытые. Словно сидеть в интернете, прикрывшись никнеймами, и ничего не бояться. — Слушай, не впутывайся в это, ладно? — Рокси закидывает полотенце Гэри на плечо, забыв, что оно пропитано кофе. — Ты слишком многого хочешь. Пятнадцать лет назад ты бы совсем чокнулся, каким был мир. Афроамериканцы получили права, геи получили права, даже плюшевый медведь в том ужасном фильме. — Эй, я еще не смотрел его! Эггси переключает канал на телевизоре и все же начинает работать. Они так лихо ушли от изначального разговора. Каждый остался при своем, но с общей злостью на Гарри Харта. А новостные программы бубнят опять о нем и его рейтинге, который пошатнулся после скандала. Это уж слишком. Он опять подходит к Роксане. — Слушай, Рокс, я - гей, а ты — лесбиянка… — Звучит так, будто я должна собрать тебе стол из Икеи, а ты — помочь мне выбрать платье, — улыбается девушка. — Кстати, не помешало бы. Для снобовечеринки. — У меня есть идея получше. *** Благотворительный прием в помощь приюту для детей с отклонениями в развитии. Сейчас уже простой снобовечеринки не бывает, только со сбором средств. Но Эггси не выбирать, он здесь не для веселья. Хотя, может, совсем чуть-чуть. На входе его стопорят. Черт, да что с ним всегда как с черными в семидесятых?! — Сэр, вам нужен галстук, — франту-распорядителю совсем не нравится кричащая золотыми пятнами куртка Эггси. Между прочим, лучшая из тех, что у него есть. Эй, он и так согласился оставить кепку! — А тебе нужны будут костыли, если немедленно нас не пропустишь! Это уже говорит Роксана, одетая в некое подобие фрака. Словно говорящего всем мужчинам: я одеваюсь в вашу одежду и сплю с женщинами — выкусите. Она хотела нарядить Эггси как стереотипного гея, но тому это не шло. А вот Мерлину шло. Именно его они увидели, едва протиснулись мимо протестующего франта. Ну вот же чертово провидение, которое свело их в одном кафе! — М, твою мать! — Эггси и Рокси только подошли, а Мерлин уже притянул за воротник мимо проходящего официанта и разжился для них шампанским. — Ну давай, расскажи уже. Политик? Аристократ? — Второе, — отвечает Мерлин, прокрутившись вокруг своей оси и продемонстрировав килт, который красиво разлетелся. — Охрененно древний шотландский род. Был осужден и изгнан за свою ориентацию. Уехал в Лондон и открыл кафе. И точно не мог вас не нанять. — Вот черт! — вскрикивает Рокси, игнорирую то, как все оборачиваются в ее сторону. — Так и знал, что ты — босс! Слишком подозрительно, что мы с ним никогда не встречались. Ланс и Перси тоже? — А то. Вон они, — М находит коллег в толпе. Ланселот в адовом зеленом костюме должен всех бесить больше всей их компании. — Но я не буду раскрывать их, вас же не раскрывал. Даже делал вид, что не в курсе, когда вы сами начали об этом трезвонить. — Я не вижу Харта, где он? — Эггси поднимается на мыски, но результат не меняется. Скорее всего он заныкался в угол, увидев парня. — Не знаю. Я видел его, когда пришел, но после нет. Может, у него заболела жопа, когда он увидел нас? Я бы был этому рад, не скрою. Эггси обходит зал по кругу, но не находит Гарри. Здоровается с отцом. Тот смотрит на его костюм скептически, но не поднимает из этого скандал. Мать даже удивляется, что тот без кепки. Единственное, где Эггси еще не смотрел, — это туалет, но именно в коридоре он и обнаруживает Гарри. Харт разговаривает с каким-то важным снобом, скорее всего из своего штаба. Они не замечают Гэри, тот замирает в темноте. Начало приема — еще никто не выпил столько, чтобы бежать в туалет. — Да мне плевать, Гарри! Ты с ума сошел? Какая муха тебя укусила? — Честер, я решил. — Ты на это потратил сколько лет? А я на тебя денег? Ты рушишь все к чертям! Мы еще можем побороться, несмотря на твою ошибку, только не нужно сбегать. — Я хочу.. — Да плевать мне на то, что ты хочешь! Даже не думай о том, чтобы сняться с выборов и уйти из партии. Это откровенная… хуйня. Слишком многое на кону! Честер словно ставит точку в их разговоре и выходит, толкая плечом Эггси в спешке. Только тогда Гарри замечает парня и тяжело, словно обреченно вздыхает. Тут-то Эггси и понимает, что за всеми поступками, которые он приписывал только Харту, стоит еще много людей.