Имя мне Курама

      Оба они не совсем люди, вот, что я скажу.       — Всё же от крушения ледников был толк! — прокричал Асура, обращаясь ко мне. — Тот инцидент натолкнул меня на это.       — Неплохо! Но сам по себе ты по-прежнему ничего не можешь, братец! — прокомментировал нашу совместную технику Индра. А я что? А я тут тихо повишу. Ладно?       — Курама, мне нужно будет время от времени пополнять запас чакры, так что будь на чеку!       — А я надеялся в кустах отсидеться!       Асура ничего не ответил, переключая всё своё внимание на Индру, готовящего новую атаку. Уклонение! Земля стонет под огромными могучими лапами. Прыжок в сторону и…       — Куда мы бежим?!       — Подальше от города!       Но далеко убежать нам было не суждено.       — Агх!       — Что такое?!       — Нога! — зашипел Асура.       — Но с ней всё…— и тут я догадался. Обернувшись, я увидел, что в левой задней лапе торчит призрачная фиолетовая стрела. — Ты это чувствуешь?!       — Нет, только притворяюсь! — огрызнулся Асура, разворачивая лиса, явно готовясь принять бой. Индра себя долго ждать не заставил, выпустив ещё одну стрелу, он превратил лук обратно в катану и бросился к нам. Стрела пролетела мимо, от удара мечом мы тоже уклонились, благо скорость движения у самурая была не ахти. Не медля ни секунды Асура заставил лиса вцепиться зубами в предплечье правой руки, которая держала меч.       Не теряя времени Сусаноо, ведомый волей Индры, один за другим нанёс три удара под левое ребро. Асура морщился, но терпел. Поняв, что такие атаки бессмысленны, Индра нанёс удар ногой в солнечное сплетение лиса.       — Кхагх!       — Отпусти его! Давай ударим с расстояния! — прокричал я, понимая, что такими темпами он долго не выдержит. Что за фигня?! С Наруто такого вроде не было. Хотя поди разберись, как работает та техника, которую сейчас использует Асура.       Спорить со мной не стали. Челюсти лиса разжались, а Индра напоследок приложил нас локтем по морде. Восстановив равновесие и сделав несколько прыжков назад, Асура сложил печати и обрушил целый ураган на противника, однако Сусаноо это не особо повредило. Асура не отчаялся и продолжил посылать сгустки сжатого воздуха в сторону Индры, не забывая уклоняться от посылаемых им стрел.       Пока братья кружили в этом смертельном танце, я бегло огляделся вокруг, оценивая масштаб разрушений. Да, разгулялись мы на славу: воздушные снаряды взрывались похлеще десятков авиабомб, обращая в щепки десятки деревьев за раз, Индра своими стрелами не меньше изменял ландшафт, а о том, какие ямы оставляли ноги и лапы без остановки носящихся Сусаноо и лиса, я вообще промолчу.       — Я то думал, вы хоть на что-то способны, но нет, — насмехался Индра.       — Я долго не протяну! — пожаловался Асура.       — Что случилось?!       — Слишком много чакры! Техника на такие объёмы не рассчитана, да и я тоже! — и не дожидаясь ответа, Асура создал перед мордой лиса огромный рассенган из алой чакры не менее двадцати метров в диаметре. Прицелившись, он несколькими мощными прыжками достиг Сусанно и впечатал его в грудь призрачного самурая. Тот отлетел на добрых триста метров, а Асура изготовил лиса к прыжку, готовясь нанести ещё один сокрушительный удар бешено вращающейся сферой. Прыжок, ещё один, и вот мы несёмся к противнику. Ещё немного!       Неожиданно фиолетовое пламя вспыхнуло ярче, и отрастив два призрачных крыла, самурай взмыл в небо, секундой позже раздался оглушительный взрыв — рассенган ударился о землю и развеялся. Едва пыль рассеялась, Индра принялся обстреливать нас стрелами с воздуха. Мы выскочили из котлована, созданного техникой, и принялись уклоняться от летящих в нас снарядов. Асура попытался сбить его несколькими воздушными техниками, но всё тщетно, Индра без труда уклонялся от наших атак, а если бы и не уклонялся, то я сомневаюсь, что урон был бы существенным. Тут я кое-что заметил:       — Асура, ты пропускаешь чакру через себя, используя техники! Попробуй использовать лёгкие лиса!       — Сосредоточься на ментальном каркасе истинной формы! — рявкнул тот в ответ, и мне стало ясно, что он уже рассматривал этот вариант как крайнюю меру.       — Ты уверен, что мы сможем…       — Просто сделай! — надрывался Асура. Спорить я не стал, закрыв глаза и сосредоточившись на образе исполинского лиса, стал ждать результата, и ждать пришлось не долго.       «Давай, давай, давай!» — зазвенел у меня в голове голос Асуры вперемешку с его эмоциями и чувствами.       «Асура?!» — в эмоциях пронеслись удивление и заинтересованность.       «Интересный эффект, но так даже лучше! Готово!» — я распахнул глаза и упал бы, если бы не был внутри лиса. Да какого! Теперь он был точно таким же, какого использовал Наруто!* Даже те чёрные линии на теле присутствовали! Единственное, что отличало эти две техники — цвет чакры. Лис, в котором находились мы, был цвета раскалённой до вишнёвого стали.       Гигантские пылающие алым огнём лапы сомкнулись в первой печати и перетекли во вторую, а за ней последовали остальные. Мощнейший поток воздуха с оглушающим хлопком вырвался из пасти и устремился в небо, сметая по пути летящую в нас стрелу. Сусаноо хлопнул крылом, пытаясь уйти от удара, ему даже удалось сместиться на десять метров влево, но мощнейшая техника задела крыло, от чего самурай завертелся волчком и, потеряв равновесие, стал падать.       Асура рванул к месту предполагаемого крушения. Прямо перед нами в трёхстах метрах с оглушительным грохотом рухнул Сусаноо и сразу начал подниматься на ноги.       — Хвосты! Используй хвосты! — проорал я, проклиная себя за то, что не додумался до этого раньше. Сосредоточившись на нашей с Асурой связи, я передал образы-инструкции о том, как использовать мои лисьи атрибуты. Я ощутил в его мыслях лишь безмолвное согласие, а моё тело пронзила боль. Как будто по телу текло множество огненных ручейков. Это была боль Асуры, чакра сжигала его изнутри.       Резко затормозив рядом с самураем, Асура поднял лиса на задние лапы и с оглушительным грохотом вогнал в землю пять хвостов, создавая таким образом опору. Остальными четырьмя он немедленно связал руки и ноги Сусанно, между свободных лап взревел огромный шар из кроваво-красной чакры.       Четыре хвоста резко дёрнули пленника на нас, а лапы разогнулись в толкающем движении, впечатывая технику в область солнечного сплетения Сусаноо. Слух уловил возглас, донёсшийся от головы этого монстра. Самурай затрепыхался, но хватка лиса была стальной. Несколько томительных секунд шла борьба, и к моему величайшему облегчению, раздался треск брони и вопль Индры, полный ярости и бессилия. Ещё мгновение, и рассенган прошёл сквозь самурая, круша призрачные кости и остатки брони. Ноги тут же развеялись, а верхняя часть туловища была подброшена хвостами. Лис упал на четыре лапы и, собрав вместе девять хвостов, крутанулся на месте волчком. Толчок, и сокрушительной силы удар хвостами обрушился на остатки техники Индры, отбрасывая её в сторону города. Спустя несколько секунд раздался треск перемалываемого в щебёнку камня и треск деревянных конструкций. Над городом взметнулись языки фиолетового пламени и клубы пыли — Сусаноо повержен.       Счастье и торжество, распиравшие изнутри, потонули в волне боли.       «Забери чакру!» — прозвенело в голове. И я немедля ни секунды начал убирать чакру обратно в печать. Лис начал исчезать, и мы мягко опустились на землю. Я поглотил всю демоническую чакру и, приняв свой обычный размер, бросился к Асуре.       — Асура! — склонившись над ним, я услышал тяжёлое дыхание — он был жив. Взгляд привлёк свет, струящийся из правой ладони. Там был круг, похожий на солнце, который сразу же померк и исчез, не оставив и следа. Я как завороженный продолжал таращиться на ладонь юноши. Это и есть та самая сила Рикудо, которую он разделил между сыновьями?       — Курама! — донеслось до чуткого слуха, и я чуть не расплакался от облегчения, увидев бегущих к нам Акиру, Хитоми и ещё нескольких относительно целых монахов. Акира застыл передо мной, тараща глаза от благоговейного ужаса.       — Что это было? — выдавил он.       — Потом объясню! Ему нужна помощь! — кивок в сторону Асуры, которого тут же обсели со всех сторон и стали осматривать.       — Через его тело прошло неимоверное количество чакры, он измотан, но всё будет в порядке, — вынес свой вердикт один из монахов. Послышался многократный вздох облегчения.       — Индра мёртв? — поинтересовался Акира.       — Нет, я думаю, его защитила техника.       — Хитоми-сан, — обратился он к обладательнице бьякугана, и та, поняв, что от неё требуется, активировала додзюцу, смотря в сторону города.       — На втором этаже дворца! Ему кто-то помогает подняться! — сообщила женщина.       — Проклятье! — выругался Акира.       — Дворец, значит? Прекрасно. Он станет его могилой! — рявкнул я, собираясь принять увеличенную форму.       — Куда намылился?! Ты ведь был с Асурой-сама и видел, на что он способен!       — Его силы исчерпаны. Он не может использовать свои глаза слишком долго.       — Откуда тебе знать?! — не унимался Узумаки.       — Просто знаю. Нельзя позволить ему уйти, я пойду туда и прибью его! — настаивал я.       — Я тебя не отпущу! Если он получит такую силу…       — А если отпустим, то найдёт способ эффективно нам противостоять! — рявкнул я, теряя самообладание, и уже собрался бежать отсюда, как очнулся Асура.       — Пусть идёт… — слабо пошевелил он губами.       — Асура-сама! — Акира рухнул на колени рядом с юношей, позабыв обо мне. — Не тратьте силы!       — Я всё слышал… если Курама говорит, что силы брата на исходе… то так и есть…       — Но откуда ему знать?! — не унимался красноволосый.       — Может, ещё немного поразглагольствуем и дадим ему сбежать?! — не выдержал я, оборачиваясь в сторону города, будто надеясь увидеть Индру, сверкающего пятками.       — Доверься ему… — просипел Асура и снова потерял сознание.       — Ты его слышал?! — поинтересовался я.       — Да. Иди.       — Вот уж спасибо! — огрызнулся я и, развернувшись к городу, я со всех лап помчался к Танзаку, на ходу принимая пятиметровый размер.

***

      Сколько длилась битва? Я поднял голову и попытался определить это по положению луны, но тщетно. Хорошо, что ещё чакра десятихвостого оберегает меня от нервного срыва, а то я бы уже в обмороке валялся. Хотя сейчас она мне не понадобится. Этой ночью я окунулся в частицу ужаса Четвёртой Мировой войны шиноби. И пусть мы устроили далеко не то, что я видел на экране, но и этого вполне достаточно, чтобы понять одно: Учихи не должны существовать. Я не говорю, что все представители этого клана подобны бешеным псам, но сильнейшие из них уж точно не в своём уме. Сегодня должен умереть не только Индра, но и весь род, основанный им. Плевать, что будет с Конохой и будет ли она вообще, плевать, что теперь я не буду знать, где искать Зецу. Этой ночью я видел репетицию апокалипсиса и теперь костьми лягу, но предотвращу это.       Треск сломанных деревьев под лапами прекратился, и я обнаружил, что покинул поле боя Индры и Асуры. Теперь я нёсся по узкой полосе леса, находившейся между пустошью и городом.       Выскочив на опушку, я встал как вкопанный, разглядывая город.       — Асура, ты зверь… — только и мог сказать я, глядя на юго-восточные ворота города. Точнее на то место, где они были. От развалин ворот и до самого дворца тянулась глубокая борозда, оставленная Сусаноо. Улица была уничтожена, а дома порушены, в нескольких местах занимались пожары. Сам дворец не особо пострадал, видимо основная часть инерции была погашена о дома.       «Жители города! Что же с ними стало?» — размышлял я, несясь по разрушенной улице. Жилые кварталы были в северной части города, именно поэтому мы атаковали с юга. Но глядя на разрушения, я не был уверен, что все уцелели. Я слышал, как били в гонг, но кому был подан этот сигнал? Воздух пропитался запахами гари и крови, но понять, с поля битвы ли принесены эти запахи или с города, было невозможно. Сейчас он казался безлюдным, и, я надеюсь, мы не убили гражданских.       В стене второго этажа дворца зияла большая дыра. Напружинив задние лапы, я прыгнул прямо в неё, уменьшаясь на лету, но тем не менее проломил пару досок передними лапами при приземлении. Разбудив своего духа и до предела напрягая собственные чувства, я побежал вглубь здания. Скоро я почувствовал двух людей. Ступая практически бесшумно, что было просто невероятно при моих-то габаритах, я прокрался в просторную комнату. Там, на кровати, сгорбившись сидел Индра и невидящим взором буравил пол. Его дрожащими руками перевязывала какая-то девушка. Грудь его была покрыта кровью, казалось, его кто-то исцарапал. Дав волю инстинктам, я прижался к полу и изготовился к прыжку. Неожиданно Индра вздрогнул и поднял на меня красные от полопавшихся капилляров глаза. Девушка тоже встрепенулась и, проследив за взглядом своего лидера, увидела меня, и даже попыталась закрыть собственным телом. Я, уже готовый броситься, застыл в изумлении, тараща глаза.       — Ты?! Что ты тут делаешь?!       — Ёкай-сан…       — Ты его знаешь? — поинтересовался Индра.       — Он спас меня и мою семью, когда на нас напала банда грабителей, — пролепетала та.       — И спас не для того, чтобы ты явилась к нему! Что ты тут делаешь?! Убирайся!       — Я пришла к Индре-сама, чтобы стать сильнее, — опустила глаза девушка. — Тогда я была так слаба и ничего не могла сделать для спасения своей семьи. А вы смогли… И я хотела эту силу. Хотела защитить тех, кто дорог мне.       — Но почему он?!       — Монахи Храма Ниншу не делятся силой. Если бы у каждого была чакра, то мир стал бы лучше…       — Если бы ты знала, насколько заблуждаешься! — рявкнул я, закипая от гнева. Что только наплёл им Индра?! — Уходи отсюда!       Я уже готов был отбросить её в сторону хвостами, но тут на плечо ей легла рука Индры. Резкий рывок, и их глаза встретились. У него ещё есть силы на это?! Моя догадка подтвердилась, когда две пылающие красным огнём спирали заполнили всё поле зрения, однако через мгновение наваждение померкло, и я увидел, что мой противник утирает только что выступившую из глаз кровь.       — Вижу, ты не в курсе, что Мангекё шаринган отбирает жизненные силы носителя и приводит к слепоте, — не удержался я от злорадства. Скосив глаза, я успел заметить убегающую по коридору девушку. И хорошо! Пусть не путается под ногами!       — Откуда ты знаешь?       — Это не твоё дело.       — Не важно, как только я захвачу тебя, я выведаю всё, что мне нужно.       — Сил-то хватит? — поинтересовался я, видя, как юноша покачнулся, поднимаясь с кровати. — Я неуязвим для обычных физических атак. Без твоих глазок ты всего лишь кусок мяса, пропитанный чакрой, — издеваться над Индрой оказалось неожиданно приятно.       — Раз так, я воспользуюсь оружием, — он резко схватил с кровати круглый железный веер и, взмахнув им, создал поток сжатого воздуха, который сбил меня с лап и протащил до противоположной стены этажа. Эти бумажно-деревянные перегородки только мешали двигаться.       Не поднимаясь, я плюнул в Индру огненным шаром, но к моему изумлению тот погасил его потоком воды, добытым из веера, и явно пытаясь закрепить успех, призвал достаточно жидкости, чтобы она достала до меня. Нехорошее предчувствие посетило слишком поздно, и мощный электрический разряд пронзил тело. Черт! Нужно научиться отключать нервные окончания, а то и на совсем отключить!       Продержав технику около десяти секунд, которые показались мне вечностью, Индра прервал технику, и приняв расслабленную позу, принялся буравить меня полным презрения взглядом.       — Вижу, ты с моим братцем только в сумме тянете на полноценного бойца, — протянул красноглазый. Я взревел от ярости и бездумно бросился на него. Ой зря! Но понял я это, только когда всего в паре метров от цели я заметил торжествующую улыбку на лице Индры.       — Ай! Ну! Почему! Всегда! По носу?! — чеканил я каждое слово, припечатывая его ударом лапы о барьер, в который меня поймали.       — А ты не так умён, как я думал, — продолжил плеваться ядом парень.       — На тебя и дурной силы хватит! — рявкнул я, увеличиваясь в размерах, и оскалился в довольной улыбке, когда пол под лапами жалобно заскрипел, а потом с треском начал проваливаться… или нет… Нет?!       — Ха!       — Чёрт! Кто строил этот дворец?! Это дом или ядерное бомбоубежище?! — пол лишь прогнулся, но так и не провалился.       — Я укрепил здесь всё печатями, а печати барьера и вовсе расположены на несущих балках, — просветил меня Индра. — Ты попался, лис!       Я оглянулся вокруг и с удивлением заметил, что параллелепипед барьера расположен чуть ли не по половине площади этажа. Причём ребра фигуры явно лежали параллельно несущим балкам, короче, мой немалый вес равномерно распределён по приличной площади. Ладно, пустим в ход грубую силу.       — Да ну? — я распластался по нижней стенке барьера и, оттолкнувшись всеми лапами, постарался раздвинуть стенки.       — Попался таки, — злорадствовал брюнет.       — Противопожарные печати имеются? — поинтересовался я.       — Разумеется, конструкции ведь деревянные. Боишься сгореть?       — Нет. Но испытать печати не помешает, а то вдруг некачественные, — подмигнул я, приняв размеры поменьше, развернулся спиной к Индре и принялся складывать печати:       — Катон: «Гнев Солнца»! — моя клетка вспыхнула ярче, принимая на себя удар.       — Не трать теперь уже мою силу, она мне пригодится, — спокойно прокомментировал мои действия Индра и судя по звуку куда-то пошёл. «За запечатывающим свитком! Куда ж ещё?!» — пронеслось в голове. Я усилил напор пламени, барьер прекрасно справлялся с огнём. Но не с температурой! Доски пола покрылись золотистым маревом от техники, противостоящей возгоранию. Посмотрим, сколько там чакры.       — Я ведь сказал хва… — вернувшийся Индра понял что к чему, но было поздно. Печать в углу издала трещащий звук, и марево пропало. В ту же секунду разогретые деревянные конструкции моментально вспыхнули, как спички. Раздался треск, и я вместе с барьером стал проваливаться вниз. Где-то на уровне между вторым и первым этажом барьер развеялся, и я рухнул на пол, который, заскрипев, тоже провалился. И зачем тут подвал?!       Приняв минимально возможный размер, я стал выбираться на первый этаж, и как раз вовремя, ведь со второго выглянул Индра, разматывая свиток. Нет уж! Чуть ли не моментально вырастая, я клацнул зубами в метре от свитка, но технику прервал. И решив не терять инициативы, я запрыгнул на второй этаж, обрушивая своим весом и его. Но вопреки моим ожиданиям третий этаж и крыша остались на месте. Печати! А я надеялся похоронить этого урода под обломками его же крепости!       Оглушительный грохот и непроглядная пыль. По совету духа я снова уменьшился, стараясь стать незаметнее, и не прогадал. Над головой просвистели цепи, окутанные фиолетовым пламенем. Сосредоточившись на звуке дыхания противника, я максимально тихо и быстро пополз к цели. Лапа задела что-то железное. Веер! И прежде чем подумать, я сделал ошибку. Ручка, к которой я прикоснулся, ударила током.       — Аррр! — выдал я себя, и в меня немедленно впились цепи. Они опутали мои конечности, не давая возможности свободно двигаться. Сдерживающая техника!       — Всё же только полбойца, — совсем тихо и устало протянул Индра, срезая с груди и живота наложенные ранее повязки. Разложив перед собой свиток, к которому тянулись фиолетовые цепи, и сев на колени, он склонил голову и принялся огоньком чакры на конце пальца выжигать печать на коже живота. А вот это точно запечатывающая! Сейчас или никогда!       Задергавшись в цепях и приняв максимально ровное положение, я оценил расстояние до Индры.       — Хватит сопротивляться, сейчас всё закончится… — облегчённо выдохнул мой враг, успокаивая, казалось, скорее себя.       — Да, закончится, моей победой. Во мне не полбойца. Уверен, Асура мысленно со мной! — сложенные на манер пружин девять хвостов резко разжались, запуская меня в полёт. Свиток, сметённый ударом и явно не рассчитанный на прямое механическое воздействие — разорвался, и цепи исчезли. Зубы сжали податливую плоть, и клыки со скребущим звуком скользнули между рёбер, пронзая трепыхающееся сердце. Я впился в него так, что плечо оказалось в пасти. Индра даже не дёрнулся, просто повис в моих клыках, и я чувствовал, как его голова скользит вдоль моей шеи, опускаясь на грудь. Дыхание и сердцебиение прекратились. Неужели конец? Я начал медленно разжимать челюсти, но тут мою левую переднюю лапу пронзила адская боль, такая, что перед глазами всё поплыло. Подскочив на месте и выронив обмякшее тело, я с ужасом уставился на чёрный огонь, жадно глодавший моё предплечье.       Я неосознанно принял предельно допустимый размер, и ударная доза чакры десятихвостого притупила боль, заменяя её яростью. Прежде, чем я успел о чём-либо помыслить, дух помощник выдал идею, которая была единственным выходом. Полностью отдав власть над телом сущности, я отстранённо наблюдал за тем, как чакра утекает из лапы и в большинстве своём концентрируется в челюстях. Те в свою очередь сжались выше пляшущих языков проклятого пламени. Только не закрыть глаза… Кости треснули под давлением могучих мышц. Рывок головой, и я спасён от проклятого огня. Дух отдал бразды управления телом мне, и меня тут же обдало волной боли, источником которой была изувеченная лапа.       Я рухнул на бок, принимая привычные размеры, и закрыв глаза заскулил от боли. Я лежал так до тех пор, пока не почувствовал, как боль утихает, прошло ещё несколько мгновений, и она исчезла полностью.       Я робко открыл глаза и чуть не расплакался от облегчения.       — Так вот зачем мне кровь… — алая жидкость, вытекая из вен, становилась вязкой, а затем немедленно превращалась в те ткани, которых не хватало. На моих глазах медленно, но верно отрастали новые кости. Ускорив ток чакры в теле и пополнив её запасы в СЦЧ, я стал подниматься. Рикудо, ты всё-таки гений.       Взгляд зацепился за обращающуюся в алую дымку оторванную лапу. К моему великому облегчению лапа, полностью распавшись, поднявшись в воздух в виде чакры и подняв за собой Аматератсу, просто сгорела, а огонь, лишившись топлива, развеялся. «Мататаби, я с тобой обязательно помирюсь». Если бы не кошка, я бы сегодня погиб.       Громкий треск ознаменовал начало разрушения дворца. Лишённое части противопожарных и укрепляющих печатей здание начало понемногу гореть. Взгляд скользнул в сторону Индры. Добравшись к его телу, я заглянул в остекленевшие мангекё шаринганы, ныне безжизненные. Даже умирая, он сумел доставить проблем. Теперь я понял, что поступил правильно. Гнев и торжество неожиданно накрыли с головой. Я победил! Но мне всё ещё хотелось разорвать на части его тело! Краем сознания я отметил, что снова увеличиваюсь в размерах. Так, стоп! Не нужно такого!       Словно последний аргумент моя тёмная сторона подбросила мне идею, заставившую губы растянуться в поистине демоническом оскале. Может, потом я пожалею об этом, или буду мучиться угрызениями совести, но сейчас мне плевать! Лить слезы буду потом, а сейчас… сейчас, орудуя когтем подобно скальпелю, я обрезал мышцы и глазной нерв, удерживающий глаз в глазнице. Затем и второй.       Подхватив восстановившейся, но ещё не обретшей шерсть лапой какой-то ровный осколок доски, я с удивлением заметил, что на коже предплечья красуется чёрное пятно. Ладно, потом разберёмся что к чему.       Водя раскалённым когтем над деревяшкой, я старательно выводил линии печати, предназначенной для долгого хранения органических веществ. По правде говоря, эта печать могла хранить глаза хоть вечно, но на это нужно было колоссальное количество чакры. Хм, для меня это не проблема.       Шаринганы пропали в облачке дыма. Подцепив импровизированное хранилище когтями, я бережно отправил его в пасть и, скривившись от неприятных ощущений, проглотил. Ну, а кому придёт в голову лезть в желудок к биджуу? Да и в любом случае лучшего варианта у меня нет.       — Катон: «Огненный кокон!» — тело Индры окружил кокон из огненной чакры, заставляя кожу моментально почернеть и вспыхнуть. Хоть замок и горит, осторожность не помешает. Подняв голову вверх, я изрыгнул ещё один столб пламени, поддерживая пожар, уже вовсю хозяйничавший на стенах.       Не дожидаясь, пока всё это рухнет мне на голову, я выпрыгнул в дыру, пробитую Сусаноо. Едва лапы коснулись земли, как здание с оглушительным треском обрушилось. Вот и ищите шаринганчик! О! Что же это получается?! Я единственный обладатель шарингана? Хах! Учиха Курама, первый и последний представитель великого клана! Хотя нет! С моими волосами я больше на Узумаки буду похож!       Я побежал рысью через охваченный огнём город. По пути я приводил в порядок свои мысли, по которым словно по поверхности озера носились ветры ярости и злобы, туманящие рассудок. Медитации принесли свои плоды: мне легко удалось усмирить чувства. Но на зеркальной глади озера отразилась мысль, заставившая меня споткнуться и задрожать от страха:       — Бьякуган…

***

      Первый серьёзный враг повержен, но он далеко не последний. Битва, разразившаяся той ночью, положила начало миру шиноби…