Имя мне Курама

      — Простите, вероятно, я ослышался, — вымученно улыбнулся мужчина, лет сорока на вид.       — Нет, вы всё верно услышали с первого раза, — протянул Индра, забавляясь реакцией правителя Танзаку и прилегающих территорий. — Но так и быть, повторюсь: я приказываю вам официально передать свои полномочия и всю полноту власти мне.       — Но это же… — голос дрогнул, даймё не мог подобрать слов. — Почему вы хотите этого? — тем не менее тихо спросил тот.       — Я желаю изменить этот мир, но одному мне не справиться, — да, следовало признать, что объединенные силы монахов и Асуры были весьма внушительны. — И нужно с чего-то начать. Из всего этого, — жест в сторону карты, подобной той, что висела в библиотеке храма, — ваша страна оказалась самой большой, устойчивой и стабильной. Ко всему самой развитой в плане культуры и политического устройства. Думаю, это станет прекрасным началом.       — Но ведь страна процветала благодаря стараниям вашего отца.       — Верно, а теперь я хочу получить то, что моё по праву наследства.       — Никто не наследует чужие государства, — возразил даймё.       — Ох. Вот как? Прекрасно. Значит, я буду первым, — глаза Индры сверкнули алым, и лицо мужчины потеряло осмысленное выражение.       — Я немедленно выполню ваш приказ, Индра-сама, — склонился теперь уже слуга нового даймё.       — Постой, вот тебе ещё несколько поручений: собери совет министров, я хочу знать о положении дел в моём государстве, вели приготовить для меня личные покои. Кроме того мне необходимо искупаться после долгого пути, а ещё нужны роскошные одежды, не гоже наследнику бога в чём попало ходить. Да и подкрепиться с дороги не помешало бы, вели приготовить для меня обед. И уберите это убожество, — кивок на знамёна, свисающие с потолка, — я придумаю свои.       — Всё будет исполнено, — поклонившись, даймё вышел из теперь уже не его резиденции и направился выполнять поручения.

***

      Индра с блаженной улыбкой на лице потягивал ароматный чай. Восседая на троне, ещё утром принадлежавшему другому человеку, он чувствовал, что получил наконец то, чего достоин. Впереди была встреча с министрами, не самое приятное мероприятие, но, безусловно, необходимое для нового правителя. Сёдзи отодвинулись в сторону, и в зал вошёл Акихито, бывший владыка этой страны, теперь же удобный и полезный слуга, знающий всё об этой стране.       — Индра-сама, министры уже собрались, — сообщил вошедший.       — Зови их сюда, — беспечным тоном распорядился юноша.       В зал, не считая Акихито, вошли семеро бледных как мел чиновников, занимавших самые важные посты в этой державе.       — Хм, кого-то не хватает, — заметил Индра, осматривая вошедших, — насколько мне известно, министров должно быть восемь.       — Вы правы, — подал голос бывший даймё, который, будучи под воздействием додзюцу, не разделял всеобщего волнения, — министр военных дел — Нобуо — не явился.       — Причина? — поинтересовался обладатель шарингана, пристально наблюдая за чиновниками, старавшимися рассесться подальше от него.       Ответить Акихито не дали, сёдзи с треском отъехали в сторону и в комнату ворвалась группа мужчин в доспехах, во главе которой стоял человек, одетый в более роскошный доспех.       — А вот и Нобуо, — улыбнулся Индра.       — Так, значит, это правда? Вы пришли сюда и узурпировали власть?! При всём уважении к вашему отцу и вам Индра-сама, вы не имеете никакого права так поступать! — гневно воскликнул министр.       — Ох, какой боевой дух! Вы очень мне пригодитесь, когда я пойду войной на тех, кто не склонится передо мной добровольно, — прокомментировал произошедшее юноша. — Ну, а теперь, я сделаю вид, будто не слышал оскорбительных намёков, которыми вы меня одарили. В свою очередь вы преклоните передо мной колени и признаете своим правителем.       — Этому не бывать, — ответил ошарашено Нобуо, — я не признаю своим повелителем того, кто получает власть подобным путём.       За следующие пару мгновений произошли почти одновременно несколько вещей: глаза Индры обзавелись черно-красным рисунком, над его правым плечом возникла полупрозрачная рука сусаноо и тут же смела с места стоящих в дверях министра и солдат, попутно ломая им кости и выламывая ни в чём не повинную стенку.       Индра развеял технику и окинул взглядом присутствующих. Парочка министров уже готова была рухнуть в обморок, если не больше, и все были белее стен комнаты. Лишь Акихито остался невозмутим в данной ситуации.       — Кто-нибудь ещё считает меня некомпетентным кандидатом на должность правителя страны? — задал он явно риторический вопрос. Ответом ему была лишь тишина. — Что ж, замечательно, тогда спрошу: все ли из присутствующих признают меня новым правителем?       Готовые испустить дух от страха министры не смогли выдавить ни звука, лишь продолжали в страхе пучить глаза на Индру.       — Ну, хоть кивните в знак согласия, — снисходительным тоном произнёс юноша. Последовало семь коротких кивков.       — Превосходно, — поднялся со своего места новый даймё, от чего министры вздрогнули, а один всё-таки безвольно сполз по стенке на пол. — Раз большая часть представителей государственного органа власти за, то я объявляю себя правителем этих земель и беру себе титул Хи-но-Мико*, — торжественно произнёс он. — Это у нас кто? — ткнул он пальцем в бессознательное тело.       — Министр церемоний — Мэсэюки, — ответил Акихито.       — Ой, как не вовремя, я хотел провести церемонию передачи трона, а он в обморок рухнул, — посетовал Индра. — А как насчёт заместителя министра военных дел?       — Он стоял рядом с Нобуо.       — Вот оно что. Ладно, найди ему замену, мне очень важно знать о состоянии своей армии, — рассуждал новоиспечённый правитель.       — Немедленно займусь этим, — отвесил поклон Акихито и удалился выполнять приказ.       — Ну, а пока ищут достойную замену военному министру, я не прочь пообщаться и с вами, господа, — обратился он к чиновникам, лица которых приобрели серо-зелёные оттенки. Казалось, с уходом Акихито они потеряли остатки самообладания.       — Особенно меня интересует министр финансов, а точнее, сколько денег в казне и где припрятано украденное из неё, — продолжил тот. После этой реплики ещё один мужчина отправился в царство Морфея. — Ага, значит это он, — не растерялся Индра, который уже откровенно забавлялся происходящим. — А теперь попрошу тех, кто ещё в сознании: во-первых, не терять его, а во-вторых, привести в чувство своих коллег. После чего мы, хоть и не полным составом, но всё же проведём совет, а я пока допью чай.       Развернувшись на месте, Индра величественно прошествовал к трону, и вооружившись очередной чашкой чая, стал наблюдать за представлением, устроенным министрами, пытающимися выполнить первые два задания своего нового повелителя.

***

      Результатами совета Индра остался доволен. Он получил полный отчёт о всех сферах жизни своей страны, а также клятвенные заверения министра финансов, что по крайней мере большая часть денег, значащаяся в отчётах как «Поточные расходы», будут возвращены на законное место. Также он отправил гонцов во все селения страны с приказом местным чиновникам явиться на церемонию передачи трона, которая должна была состояться через день. Индра рассчитывал устроить своего рода осмотр этого света общества и выяснить, кто из них может пригодиться ему в будущем в качестве наместников в отдалённых странах. Хотя внушение с помощью шарингана тоже никто не отменял, но от безмозглых кукол, хоть и верных, на должностях будет мало проку. Единственное, что подпортило настроение молодому правителю, так это доклад Кэтсуми о результатах её работы, или, если быть точнее, об отсутствии оных. Как и предсказывала лиса, совет вцепился во власть, видя, что Акайо возвращаться не собирается. А набрать среди демонов-обманщиков верных союзников задачка непростая, и к её выполнению Кэтсуми относилась крайне внимательно.       Следующий день Индра посвятил отдыху и осмотру замка, в котором он теперь жил. Работы предстояло сделать немало, так что юноша позволил себе побездельничать денёк, прежде чем приступить к подготовке армии и переговорам с главами соседних государств. В полдень следующего дня должна была проходить церемония, но чиновники ещё не прибыли. Это слегка насторожило Индру, однако он списал всё на малую скорость движения паланкиров. В общем, ничего не предвещало беды, но она всегда приходит оттуда, откуда её не ждёшь.       События того злосчастного дня начались для Индры побудкой среди ночи. Как ни странно, будил его Акихито. А кто бы ещё посмел? И причиной тому было то, во что Хи-но-Мико верил с большим трудом: восстание армии. Точнее, её бегство. Как выяснилось из рассказа бывшего даймё, слухи о свержении прежнего правителя и смерти военного министра очень быстро разнеслись по городу, а вместе с гонцами и по стране. И как оказалось, такое положение дел пришлось не по вкусу жителям государства. Вот до чего доводит высокий уровень развития культуры! Но поскольку никто не рискнул вступить в открытую конфронтацию с наследником Рикудо, страна разваливалась по-тихому. Короче, всё сводилось к тому, что недовольные граждане и солдаты прибились к чиновникам, которых Индра позвал к себе же на церемонию.       Эти предприимчивые господа, выяснив, что в союзниках у нового правителя лишь потерявший рассудок старичок даймё, рассудили, что за всеми сразу он не угонится и те без проблем смогут отхапать часть армии, казны и территорий. Что, собственно, они и сделали. И пока его величество изволили спать, те быстро переделили между собой территории, и теперь страна медленно распадалась на девять новых. Одной из этих частей был центральный район, где располагался Танзаку, и на эту часть не посягнул никто, всё же от наследника Рикудо стоило держаться на почтительном расстоянии.       Выслушав долгую безэмоциональную тираду, Индра первым делом решил, что Акихито тронулся умом от воздействия шарингана. И правда, что за бред?! Как какие-то людишки, не обладающие никакой особой силой, посмели идти против него? Против наследника божественной силы! Но факты, которые ему довелось выяснить чуть позже, говорили об обратном. Люди действительно разбегались как тараканы, и при всей своей силе он не мог угнаться за всеми. Как бы банально это не звучало. Для того чтобы управлять страной, ему нужен был круг преданных людей, которые были бы исполнителями его воли, но таковых он не имел. Понадеявшись, что самого факта его божественного происхождения будет достаточно, чтобы завоевать преданность и уважение, он не потрудился найти себе помощников. Теперь он понял, как ошибался. И впервые за свою жизнь почувствовал бессилие.       Индра сидел на своём троне и невидящим взглядом буравил пространство перед собой. После того рассказа он сразу же рванул по городу, проверяя правдивость слов Акихито. И действительно, часть жителей покинула город, казармы оказались практически пусты, а оружие из арсенала потрудились забрать уходившие к новым хозяевам солдаты. Не лучше ситуация оказалась и с казной. А по возвращению во дворец выяснилось, что и большая часть прислуги покинула его, пока тот бегал по городу. Индре казалось, что ещё немного и он начнёт крушить город, но вместо ярости пришла апатия. И сейчас, глядя на подготовленные отчеты и карту страны, поспешно разделённую линиями на новые государства, он пытался понять, что же сделал не так.       В комнату вошла пожилая женщина, неся на подносе чай для правителя. «Остались лишь те, кому некуда было идти», — размышлял юноша. «Что же пошло не так?» — эта мысль не покидала его.       — Ваш чай остывает, Индра-сама, — отвлёк его Акихито.       — Почему же так произошло? — спросил он скорее сам у себя.       — Вы были одни, некому было проследить за тем, чтобы ваш оккупационный режим устоялся, — бесцветным голосом ответил бывший даймё.       — Но вокруг моего отца всегда собирались люди, верили ему, шли за ним. И мне казалось, что тоже самое произойдёт и со мной.       — Кем был ваш отец?       — Ты что, совсем лишился разума? — поинтересовался Индра, глядя в остекленевшие глаза. — О Рикудо Сенине слышал когда-нибудь?       — Прошу прощения, вероятно я неправильно задал вопрос. Кем был ваш отец для людей?       — Богом… — и вдруг его осенило. — Идолом! Символом надежды и процветания! — вскочил юноша, хватая ртом воздух.       — А кем были вы в их глазах?       — Никем… — шёпот. И осознание этого факта раскрыло перед Индрой картину происходящего. Он видел лишь идеальный образ себя самого, но ведь это он его и создал. А не люди. Они увидели узурпатора, безумца, сбившегося с пути отца сына. Ему самому нужно стать кем-то в глазах народа, самому стать идолом, тем, за кем пойдут. И он им станет.       — Акихито, собери всех, кого найдёшь во дворце, и вели, чтобы к вечеру собрали людей на площади перед дворцом!       — Слушаюсь, — мужчина покинул помещение. А Индра стал обдумывать свою речь.

***

      Просьба правителя была выполнена, и к закату на площади перед дворцом собралась хоть и не большая, но всё же толпа.       — Негусто, — прокомментировал Индра вид из окна, переступая с ноги на ногу. Он волновался, пожалуй, впервые в жизни, ведь только сейчас сумел честно признаться себе в том, что был лишь тенью своего отца. И теперь ему предстояло доказать всем и в первую очередь самому себе, что он сам чего-то стоит. Время начинать. Индра стоял в тени дверного проёма и чувствовал себя так, словно собирался с головой нырнуть в ледяную воду. Сердце колотилось в груди, дыхание сбилось, волнение овладело каждой клеточкой тела. Но эта тревога одновременно пробудила какой-то до этого незнакомый азарт. «Будь, что будет!». Глаза сверкнули предвкушающим алым огнём. Прыжок!       Из мрака дверного проёма беззвучно выплыла тёмная фигура и, подняв голову, приковала взгляды присутствующих к двум мерцающим таинственным светом огонькам. Руки плавно вознеслись чуть выше уровня плеч, резкое движение кистей, и на балконе заплясали языки пламени, освещая человека, заставляя дрогнуть присутствующих. А затем заговорил искусственно усиленным голосом:       — Полагаю, каждый из вас уже слышал те мерзкие слухи, которые расползлись среди людей, о том, что я, сын Рикудо Сенина, узурпировал власть в этой стране. Всё это ложь! — выкрикнул он последнюю фразу. — Великий Мудрец всегда стремился к миру между странами, благополучию в домах людей. И после его смерти я смиренно взваливаю на свои плечи груз его ответственности. Но прежде всего я хотел увидеть, кто с благодарностью принимал доброту моего отца, а кто подобно червям плодился в плодах его стараний.       — И что же я вижу?! — взлетел ввысь голос, словно намереваясь достичь самих богов. — Стоило лишь пустить слух, и зажравшиеся чиновники разорвали страну на части! Набили свои кошельки, забрали себе земли, переманили армию! И бросили всех вас. Вместо того чтобы защитить тех, кто кровью и потом добывает для их столов пищу и строит им дома, они просто наплевали на вас! Как и на честь моего отца. Ведь он желал, чтобы все люди были как одна семья, чтобы каждый уважал чувства других. Эти заветы были нарушены, и нарушивших ждёт кара! И теми, кто будет вершить правосудие, будете вы!       Запястья рук соединились над головой, между ладоней заплясало голубое пламя.       — Вот он, ваш меч! Чакра! Сила самого бога! И я разделю эту силу с каждым, кто готов идти за мной!       За спиной мужчины скопилась фиолетовая энергия и стала принимать форму огромного человека, одетого в доспехи, который подобно огромной марионетке вознёс ладони к небу, в которых ревело пламя.       — Я, Индра Ооцуцуки, Хи-но-Мико, зову вас за собой! Вперёд! К силе, свободе, процветанию! Обрушьте же на головы предателей ярость детей огня! *       И последнюю фразу толпа подхватила полным восторга воплем. Они нашли себе нового бога…

***

      — Ну, и как? — дрожащими губами произнёс Индра.       — Вы были великолепны, повелитель, — бесстрастно прокомментировал Акихито.       — Хотя мог ли ты ответить что-то иное? — ведь бывший даймё всё ещё был под воздействием техники. Внезапно Индру охватила жалость к этому человеку. Раз уж он собрался строить новую страну, то, может, стоит уговорить его встать под свои знамёна добровольно? Глаза защипало от активации додзюцу, но Индра, не обратив на это внимания, бросил взгляд на Акихито, развеивая технику.       — Понимаю, что наше знакомство началось не лучшим образом, а мои дальнейшие деяния и вовсе были наглыми и безрассудными. Но всё же я хочу рассказать вам о том, что произошло, пока вы были в небытии, и пригласить вас на свою сторону.       — Нет нужды ничего пересказывать, я видел почти всё, но как во сне. И знаете, пожалуй, не откажусь от вашего предложения, — ответил бывший даймё. Индра был бы ошарашен таким заявлением, если бы не усталость, которая навалилась сразу после того, как он покинул балкон замка.       — Благодарю вас.       — Будут распоряжения?       — Завтра нужно собрать людей, которые хотят присягнуть мне и получить чакру, нужно как-то организовать это, — собравшись с мыслями, проговорил юноша.       — Вы не боитесь предательства со стороны этих людей? Хоть они и вдохновились вашими речами, но та сила, которой вы хотите их одарить, может быть направлена против вас.       — Я понимаю, — а перед внутренним взором пронеслась сцена, когда монахи храма объединили свои силы против него. Если собрать больше, то его могут одолеть. — И я не собираюсь никому из них верить на слово, я воспользуюсь помощью кое-кого, чтобы обезопасить себя.       Внезапно страшная догадка пронеслась в голове Индры, заставив сердце пропустить удар.       — П-пожалуйста, оставьте меня одного, — пролепетал тот.       — Всё в порядке? Вы выглядите взволнованным, — забеспокоился Акихито.       — Нет, всё хорошо, — солгал тот. Мужчина покинул помещение, а Индра дрожащими пальцами стал складывать печати.       — Призыв… — как обычно из облачка белого дыма возникла Кэтсуми и, поклонившись, спросила:       — Что-то срочное, господин? Вы уже вызывали меня недавно.       — Ты ведь обманула меня, не так ли? Ты осознаёшь всё, что происходит.       — Разумеется, господин мой, — елейным голосом протянула лисица, задорно скалясь. — И даже больше: я свободна от вашей техники.