Исправление ошибок

— О Господи, не могу поверить, что я буду дышать одним воздухом с Гарри Стайлсом! — Мило, можешь ли ты хоть постараться на половину выглядеть таким же раздраженным, как и я? — Энди нахмурилась, бросая взгляд на своего лучшего и единственного друга. Мило Чейс был высоким и стройным, а также являлся темнокожим профи в танцах. Его улыбка была равноценна светящемуся солнцу, и его карие глаза выглядели более шоколадными, чем требовалось, а также мрачными. Он имел все, чего не было у Энди, и, может, из-за этого они дружили в течении двух лет. — Прости меня, Энди, но это невозможно, — ответил он с улыбкой. — На самом деле, я не понимаю почему ты так раздраженна. Энди испустила вздох, присматриваясь к небольшой толпе, которая увеличивалась и увеличивалась у входа. Погода была облачной, но дождя не было все утро и, очевидно, что не будет весь день. Они прислонились к потрепанной машине Мило. Анджелина предполагала, что у Гарри будет своя охрана, но когда она спросила об этом мать, то не получила никакого ответа, так что двадцатилетняя девушка решила, что будет безопасно, если она позовет с собой Мило, у которого есть собственная машина. Если говорить честно, то порой Энди думала, что является королевой драмы, если рассматривать всю ситуацию. Толпа началась двигаться, и Энди выпрямилась, приметив Гарри. На нем были надеты очки и шляпа, а также две разных сумки висели за его плечами. Темнокожий мужчина, обличенный во все черное, сдерживал папарацций, но он не мог запретить им задавать вопросы. — Гарри, что привело Вас сюда? — Мой путь. — Как Вы себя чувствуете, Гарри? — Я в порядке. — Гарри отвечал, бросая мимолетную улыбку. Он заметил Энди и широко улыбнулся, заставляя Мило засвистеть. — Он здесь! Он здесь! — волнуясь, шептал Мило и схватил руку Энди, в попытке сохранить спокойствие. Энди посмотрела на него дикими глазами, молча призывая своего лучшего друга вести себя естественно. Гарри сделал шаг ей навстречу, протягивая руку. — Энди, правильно? — Именно, — ответила она, сжала его руку и слегка потрясла ее — все это имело деловой характер, а она выглядела профессионально. — Ты приехал вместе с охраной? Папарацции не переставали делать фотографии. Сейчас они спрашивали Гарри о том, кто она такая и, может быть, она его новая девушка, что заставила Энди вновь ощутить вкус своего завтрака. Гарри же выглядел спокойно и пожимал плечами на все вопросы. — Думаю, та машина хотела бы отвезти меня до отеля, но вижу, что ты приготовила другую, — сказал он, оглядываясь через плечо на побитую «Тойоту». А затем он наконец-то обратил свой взгляд на Мило, чьи глаза с дикостью смотрели на папарацций. — Гарри. — Он кивнул. — Да, я знаю, — отозвался Мило, и Энди состроила гримасу. — А я Мило Чейс, ее лучший друг. Охранник встал за Гарри и тихонько позвал его, после чего сделал шаг, чтобы стоять ближе к нему и что-то прошептал на ухо. Энди пристально смотрела на папарацций, которые все еще топтались вокруг них, и удивлялась: почему они все еще продолжают делать фотографии, если ничего не происходит? Единственное внимание от СМИ, которое она получала, был момент, когда компания выпустила книгу, а различные журналисты были приглашены на пресс-конференцию и разговаривали о книге, но за пределами всего этого, она была нормальной студенткой. — Как насчет того, чтобы моя охрана сопровождала нас во время поездки? — предложил Гарри. — Ладно, — Энди кивнула. Она нежно подтолкнула Мило, и девятнадцатилетний парень споткнулся. Но он быстро выпрямился и обошел машину, чтобы сесть за руль, а Энди села рядом на пассажирское сиденье. Машина Мило была стандартной «Тойота» с четырьмя дверями. Предполагалось, что это будет машина его кузена, но он уехал, оставив ее для него. Порой было трудно завести ее, и не всегда это удавалось сделать быстро, но в остальном машина работала хорошо и, в конце концов, Мило был достаточно чистоплотным, чтобы удерживать машину в хорошем состоянии. — Не могу поверить, что я только что встретил Гарри Стайлса! — сказал он, держась за руль. Энди закатила глаза и посмотрела в зеркало заднего вида, чтобы узнать чем занят Гарри — они уложили последнюю сумку в багажник. — Тебе следует завести машину сейчас же, — приказала она, — он остановился в Радиссон Блу. — Вот это да! Энди едва засмеялась и выпустила маленький вздох, когда устроилась поудобнее. В голове типичной Анджелины Бишоп была только одна вещь — книга, она до сих пор не читала и не редактировала первую главу, а, может быть, он начал работать над ней только сегодня — она осознавала, что у него был долгий полет. Ну, она думала, это не похоже на то, что он собирается делать что-либо в то время, как она будет читать и давать советы. Она удивленно всматривалась в город, слушая комфортное и мягкое бормотание, что исходило от Мило (радио не работало). Большинство старых и величественных зданий контрастировали с жителями, которые в основном являлись студентами или молоденькими взрослыми. Если сжать всю информацию, то перед тем, как переехать сюда, Энди думала, что не сможет привыкнуть к Манчестеру, учитывая, что она довольно долго жила в Лондоне (но сейчас он шумный, слишком занятой и переполненный людьми). Мило съехал на обочину рядом с отелем, припарковываясь рядом со входом. Гарри и охрана вылезли из машины спустя несколько секунд и прошли сразу на регистрацию. — Предполагаю, что здесь я должен также и тебя высадить, — сказал Мило, едва хмурясь. — Прости, — ответила Энди. — Я все расскажу тебе позже, думаю, будет много деловой ерунды. — Меня это не волнует. Это бизнес с Гарри Стайлсом! — Он повысил голос. — Так что займись делом, разберись со всей этой ерундой и... можешь рассказать ему пару фактов обо мне, чтобы он думал, что я достаточно крут для тусовки с ним, — добавил он весьма быстро. Энди рассмеялась и кивнула, думая, что Мило понимал, что она не сделала бы ничего подобного. Она поблагодарила его за поездку и покинула машину. Когда Энди зашла в отель, то осознала, что на ней были небрежные рваные джинсы, джемпер, ботинки и рюкзак. Люди вокруг нее носили деловые костюмы и брендовую одежду, у женщин были дорогие сумочки, а звук их высоких каблуков раздавался повсюду. Это не было тем, что она привыкла видеть, но для СМИ это означало «время для встречи». К счастью, большую часть разума Анджелина это совсем не заботило. Она величаво зашла в здание, будто это место принадлежало ей, холодно посмотрела на тех, кто сканировали ее снизу вверх, и увидела человека из окружения Гарри, который, казалось, оживился, когда заметил ее, ведь задерживал лифт. Еще двое зашли внутрь, и они поднялись на последний этаж в абсолютной тишине. Энди следовала за ними по роскошному холу, оглядываясь вокруг и замечая, что здесь было совсем немного дверей, а также гораздо тише, чем на первом этаже. Лысый мужчина постучал в одну из них, и дверь скоро открыл тот же парень, с которым Гарри показался в аэропорту. — Что я должна буду делать, пока нахожусь здесь? — выпалила Энди, сделав шаг внутрь. Комната выглядела как место для приема. — Знаешь, следовать за кем-то, соблюдая дистанцию, в полной тишине, должно приветствоваться другим человеком, но... Черт возьми, что ты делаешь?! — Аэропортовый мужчина похлопал по ее рукам и расставил ноги на ширине плеч. — Эди, все в порядке! — Она услышала, как закричал Гарри из, как она предполагала, спальни. Энди отдернулась и свирепо посмотрела на Эди, который сделал шаг назад и встал рядом с другим парнем. Она обиделась и присела на серый диван, ожидая появления Гарри. Комната была невероятно стильной: стены были белым, а вся мебель была в викторианском стиле. Минуты проходили без единого звука, и сейчас Гарри стоило бы появиться. У Энди был большой порыв откинуться на спинку дивана, дабы чувствовать себя более комфортно, но деловой этикет, который мама вбила ей в голову, призывал выглядеть презентабельно, а также сидеть ровно. «Почему он не появляется так долго?» — думала она. «Разве он не знает, что его кто-то ждет?». — Так! — Неожиданный хлопок испугал Энди. Гарри вышел из своей спальни, одетый в обычные рваные джинсы и футболку, а его волосы были убраны в пучок на макушке. Он передал Энди распечатанную первую главу и сел на козетку напротив кофейного столика, оглянувшись назад, Гарри сказал своим охранникам: — Вы, парни, можете идти в свои комнаты. Со мной все будет в порядке. Они кивнули и вышли из комнаты, оставив лишь Гарри и Энди. — Они будут вести себя так все время? — спросила она, тихо переворачивая первую страницу. — Лишь непрерывное молчание вокруг тебя. — Не все время, — ответил Гарри, — но они будут рядом, чтобы выполнять свою работу. И они милые парни. — Ага, — равнодушно промямлила Энди. Она начала читать. С красной ручкой в руке, она отмечала каждый момент, которые следовала бы отредактировать или обсудить. Первая глава занимала двенадцать страниц, она считала, что подобный размер весьма хорош для подростковой книги, но она перечитывала текст несколько раз, чтобы убедиться в своей правильности. Она чувствовала, как глаза Гарри уныло просверливали дырки в ее голове, при этом сам он не двигался все время. — Ты очень серьезная, — внезапно заявил он. — Тебе двадцать, правильно? — Да, — коротко ответила Энди, не отрываясь от рукописи. Гарри ухмыльнулся. — Какой твой любимый цвет? Глаза Энди перестали двигаться от слова к слову. Ее рука крепко сжала ручку, и она удерживала свой взгляд на рукописи, хотя это был больше как способ, чтобы не показывать ему раздраженного лица. Она не могла позволить себе наброситься на Гарри и попросить его заткнуться, потому что она работает (над его сюжетом). — Не думаю, что это особо важно. — Она предпочла высказаться, чтобы продолжить исправление ошибок. — Что ты думаешь о замени имени героини на Мэрни Миллер? Это звучит лучше, чем Мэрни Стивенс. — О, и правда, — Гарри легко согласился, — я исправлю. Энди продолжила тихо читать главу, пока не поняла, что исправила все. Она передала рукопись обратно, собираясь. — Это хорошее начало, но нужно немного подправить, — объяснила она, — исправь то, что я обвела и отдай на рассмотрение части, которые я выделила на полях. Ты не обязан выполнять все, что я говорю, хотя бы потому, что это твоя книга, но я просто делаю свою работу, предлагая варианты развития сюжета и новые пути, чтобы высказаться. Важно иметь в голове своих читателей. Энди поднялась, закидывая рюкзак себе на спину, и Гарри озадаченно уставился на нее. — Дай мне знать, когда я смогу прочесть следующую главу, и я обязательно этим займусь. — Куда ты собралась? — спросил он. — Домой. — Почему? Энди прищурилась, желая узнать — это был серьезный вопрос или нет? — Я ведь закончила свою работу здесь... — ответила она. — И? — Гарри засмеялся, поднимаясь. Он бросил рукопись на кофейный столик и похлопал по карманам. — Давай съедим что-нибудь внизу, ну же. Энди стояла на месте, пораженная Гарри, который подошел к двери и открыл ее. Он остановился, понимая, что она не идет за ним, и повернулся к ней, подзывая. — Смотри на это, как на благодарность за проделанную работу, — парировал он, закатывая глаза. Этот жест заставил ее сжать губы. — А сейчас пойдем, я проголодался! Гарри не стал ждать ответа Энди и вышел, оставив дверь открытой. Она задушила воздух перед собой, представив шею Гарри, а затем встряхнула руки. Как он смеет приказывать, даже не спросив ее мнения? Он решил взять контроль над ее жизнью в свои руки? Он непрофессиональный, неосмотрительный и выходит за границы раздражительности. — Энди! — закричал он из холла. Она с трудом закрыла глаза, сдерживая крик, который хотела выпустить, и вышла из комнаты. Гарри немедленно оскалился и продолжил путь к лифту вместе с Энди, которая волочилась сзади. — Я слышал, что здесь чудная еда! — сказал он, поджидая ее. — Так что я предполагаю, что буду есть как король, после пищи в самолете. Ты ведь ешь мясо? — Да, — ответила Анджелина, заходя в лифт. Единственный вегетарианцем в ее семье была вторая, по возрасту, сестра, которая жила с тремя собаками и кошкой. — Я не особо люблю сырое мясо, но сейчас я готов съесть стейк, — пробурчал Гарри. — Обычно после тура я неделю привожу свое тело в норму, отвыкая от всей еды, что мы привыкли есть во время выступлений. Так что, я думаю, мой желудок согласен на сырое мясо! — Кру-уто, — безразлично отозвалась Энди. Лифт зазвенел, золотые двери открылись. Гарри озорно покинул его вместе с Энди, которая все еще волочилась позади него. Он забавно ходил, она поняла это хотя бы потому, что его ноги были длинными, а ступни большими, и каждый раз, когда он делал шаг, это выглядело так, будто он старается сохранить баланс и не упасть. Потом она заметила, как он держал голову, смотря на все с любопытством вместо высокомерия. Обычно она находила это легким — читать людей, знать, как они действуют в различный ситуация, но это было сложно сделать с Гарри — она не знала что случится, а если он будет дурачиться рядом с ней и разговаривать шутками или же будет искренним? Гарри поговорил с хозяином ресторана, после чего тот провел их к столику на двоих. Она пробормотала «спасибо», когда хорошо одетый мужчина в черном отодвинул стул для нее, положив рюкзак рядом с ее ногами. С этого этажа открывался вид на город, который все еще был заволочен тучами, но оставался сухим. Гарри сел напротив нее и поблагодарил мужчину, когда он принес им меню. — Не желаете немного вина? — Мужчина предложил, в основном глядя на Гарри. — Нет, спасибо, — ответил он, — просто воды, пожалуй. Мужчина кивнул и немедленно исчез. Гарри легкомысленно открыл меню, вновь повторив насколько он голоден. Сначала Энди сидела со скрещенными руками и ничего не делала, будто выдвигала протест о том, что находилась здесь, но она знала — ох, она знала — Гарри практически заставил бы ее заказать что-нибудь. Что, если она разозлит его, и тогда он разрушит их издательский дом? Что, если он нажалуется ее матери? — Знаешь. — Он неожиданно начал, поймав ее врасплох. — Мне рассказывали о нескольких действительно хороших издательских компаниях в Лондоне, даже лучших, чем твоя семья. Гарри смотрел на нее сквозь ресницы и ухмылялся. Энди сжала челюсти и испустила вздох в негодовании. Она увидела официанта, который направлялся к ним — он использовал свой черный фартук вытирая свои, вероятно, вспотевшие ладони, и выглядел нервным — так что она наклонилась вперед, пристально всматриваясь в собеседника. — Извини? — прошипела она и увидела, как его улыбка увеличилась. Официант остановился около их столика. — Вы готовы сделать заказ? — спросил он с улыбкой. Выражение лица Гарри быстро сменилось на лицо щеночка, которым он прикидывался, и глаза Энди расширились. Он с улыбкой оглянулся на официанта, кивая головой. — Я буду стейк, средней прожарки, и пюре, пожалуйста, — сказал он. Официант записал его слова в блокнот и взглянул на Энди. Но она даже не посмотрела меню, а лишь облизнула пересохшие губы. — Хм... — Она смотрела на Гарри. — Я буду тоже, что заказал он, пожалуйста. — Это все? Гарри и Энди кивнули, и официант удалился. Их выражения лица изменились, Энди смотрела на Гарри все также внимательно, а последний упомянутый победоносно ухмылялся. — У меня никогда прежде не было ассистента, — заговорил он. — Ты Сатана. — Во-первых, я выбрал вашу семейную компанию потому, что она была одной из самых маленьких, и я подумал, ну, знаешь, почему бы не предложить им первый большой и известный роман? Плюс, твоя мать и правда миленькая, — он продолжил, — но когда она предложила мне твою помощь, то я счел это за удобный случай. — Ты угрожаешь мне.... — Энди недоверчиво выдохнула. — Я просто решил повеселиться, — Гарри невинно пожал плечами и добавил, подмигнув. — Кстати, я люблю черный кофе. — Ты придурок! — Она ответила, скрипя зубами и пытаясь не повышать голос, так что сжала край стула. — Ты ведь знаешь, что я не могу позволить себе делать все, что захочу, потому что работа моей матери на грани. — Когда работа над книгой закончится, то я исчезну из твоей жизни, будто ничего и не было, — продолжил он, наслаждаясь реакцией Энди — он был доволен. — Но все лгут. Писательство — это не особо веселый процесс, это утомляет и порой наскучивает, а ты можешь сделать это интереснее. — Он широко улыбнулся. — Ты гораздо хуже, чем просто придурок. — Энди сверлила его взглядом. — Ты эгоистичный придурок! — Не похоже, что вам нужны деньги, — ответил Гарри с безразличием, вновь пожимая плечами. Ярость Анджелины заставила ее молчать. Ее глаза жалили, грудь быстро вздымалась и опускалась, и, казалось, не хватало только дыма из ушей. Она поднялась, задвигая стул обратно. Закинув рюкзак на плечи, Энди вышла в то время, как официант принес им воду. Гарри не звал ее; он даже не вздрогнул, вместо этого поблагодарил официанта и сказал, что его собеседнице срочно пришлось уйти, и начал пить воду, наслаждаясь видом. Он знал, что она все еще работала на него. А еще знал, что она не станет делать ничего, потому что ее мать может потерять самого крупного клиента и разозлится на свою дочь. Ее шаги по тротуару были большими и тяжелыми. Энди не собиралась извиняться перед людьми, которых толкнула, ведь просто шла туда, куда вели ее ноги. Она остановилась, когда первый всхлип потревожил ее грудь. Энди быстро вытерла слезы и потупила взгляд, боясь стать посмешищем, плача на публике или просто плача. Она не плакала, когда развелись ее родители; она не плакала, когда ее отец пропустил ее первое Рождество, или когда он забыл позвонить и поздравить ее с днем рождения; плакать из-за Гарри Стайлса было деградацией. Энди сделала глубокий вздох и подняла голову. Она утерла свой нос рукой, тихо моргая и выжидая момента, когда слезы исчезнут. Она была Бишоп и не просто Бишоп, а Анджелиной Бишоп — девушкой, которая запугивала авторов, когда была маленькой, а также одним из лучших редакторов в стране, если не самым лучшим (пожалуй, это было похоже на саморекламу, но Энди слишком давно не получала жалоб и считала это знаком хорошей репутации), и она изо всех сил получала победу. Ее телефон зажужжал в кармане, и она достала его. Ее мама отправила ей очень простое сообщение, которой разрушило все планы превратить жизнь Гарри в сущий Ад. Она не знала как действовать дальше, не знала что сказать ей, и все же Джейн призывала ее быть лучшей. «Ты сможешь сделать это!» Энди облокотилась на стену позади нее и на мгновение закрыла глаза. Она сильнее сжала телефон, проигрывая разговор с Джейн прошлой ночью в голове, явное восхищение царило в глазах ее матери, и она гордилась своей дочерью. Предпринять что-либо, что способствовало бы разрыву контракта с Гарри Стайлсом, сделало бы ее маму печальной и, последняя вещь, которую Энди хотела бы увидеть, разочарованной. Телефон зажужжал, вытаскивая ее из пучины мыслей, и Энди подняла его, увидев звонок от Мило. — Привет, — поздоровалась она, слегка прочистив горло. — Я ведь не мешаю? — Он быстро спросил. — Нет, нет, — ответила она. — Я только что ушла. — Чудно! Как все прошло? Энди открыла рот, чтобы все рассказать, но тут же медленно закрыла его. Она поняла, что улыбается, — сначала понемногу, а потом больше и больше — когда блестящая идея засветилась в ее голове. — Мило, когда мы в последний раз устраивали киномарафон? — Уф... — Мило задумался. — Может, около месяца назад, но это все равно круто! Я знаю, что ты занятая леди. — Да-а... — Она замолчала; иногда она чувствовала себя плохо из-за того, что занята все время. — Как насчет того, чтобы устроить его сегодня? Мне нужно отвлечься... от всей работы. Фильмы и мороженое — звучит чудесно. — И походит на план. Увидимся позже. — Пока! Мило завершил звонок, и Энди опустила телефон, выпуская вздох. Делать что-либо со своим лучшим другом — лучшее развлечение на данный момент, к тому же она давно не тусовалась с ним, как принято лучшим друзьям, и Энди хотела исправить это, подтвердив звание лучшего друга. Она все еще не была уверена, стоило ли рассказывать Мило о случившимся с Гарри, ведь знала, что он ценился им, но немножко мороженого и страшных научно-фантастических фильмов смогли бы сделать вещи лучше, а также легче.