An Eye for an Eye

— Перестань ржать и начни быть полезным! — зашипела я на Джейми, протягивая руки к его шее в намерении задушить. Он подавил последний порыв заливистого смеха и отмахнулся от меня, попутно вытирая выступившие в уголках глаз слезы. Столовая галдела десятками голосов. В воздухе стоял аромат пиццы и жареной картошки. По атмосфере все это напоминало фаст-фуд. Отличное место, чтобы строить планы. Я недовольно ковырнула вилкой свой салат. — Ладно-ладно, — наконец, начал Джейми, и я узнала этот тон. Сейчас должна последовать вразумительная речь о том, что же мне делать. — Ну, у тебя две проблемы и по три выхода на каждую. Первая проблема — парень. Выход первый — сдаться. Выход второй — влюбить в себя какого-нибудь идиота (хотя я не уверен, что существуют настолько идиоты, уж без обид), или договориться с кем-нибудь, чтобы тот притворился твоим Ромео на пару дней… недель… месяцев.., — кажется, он на несколько секунд потерялся в математических вычислениях, но потом продолжил. — Ладно, проблема вторая — вечеринка. Я, конечно, приду (но только если будет бесплатный лимонад), но мы с тобой вдвоем явно не закатим убедительной пати на хате, так что тут варианты все те же — сдаться, завести штук пятьдесят друзей или заплатить всем по двадцать баксов, чтобы они пришли и погромили твой огромный шикарный дом. Ну, что скажешь? Я ничего не сказала — я просто упала лицом в поднос. — Ищи жертв, — пробубнила я невнятно, но, судя по смешку и довольному ерзанию на стуле, Джейми меня прекрасно расслышал. — Та-а-к, что ты думаешь насчет Скотти? У нас с ним математика совместная. Кажется, ты ему еще челюсть чуть не сломала дверью в прошлом году. По-моему, отличное начало романа! — Скотти не годится, — ответила я. — Что? Но… — Скотти не годится. Я не рассказывала Джейми, что после того, как я почти сломала ему челюсть, я еще минут двадцать орала на него в коридоре за то, что он «идиот, не видишь куда идешь, да еще и меня виноватой сделал! Хлебальник закрой, урод прыщавый, еще раз увижу — точно без передних зубов останешься!». — Эм, ладно, — неуверенно согласился мой друг. — Ларри? Он очень милый мальчик. Блондинчик такой, да еще и в веснушках весь. Уверен, твоей маме понравится. Мне бы понравился. Он такой худенький, что через рубашку можно его лопатки рассмотреть. И уши у него очень милые. Ну, знаешь, аж лизнуть хочется! Хотя, откуда тебе знать… Джейми говорил очень взволнованно, так что я даже подняла голову. На его щеках алел румянец. — Если ты думаешь, что сможешь через меня приблизиться к парню своей мечты — перестань думать, Джейми, это мерзко, — я фыркнула. — Я знаю, что ты сохнешь по нему с младшей школы. Джейми раздраженно вздохнул и, видимо, хотел выдать тираду на тему «Да как ты могла такое подумать?!», но вовремя понял, что все бесполезно. — Ох уж эти мальчики-натуралы, всегда такие прекрасные и недоступные, — вздохнул он. — Сейчас заплачу, — цинично отозвалась я. Пока мой горе-помощник предавался унынию, я оглядела помещение. В углу кучковались парни из баскетбольной команды — шумные, высокие и очень тупые. Их было бы легко развести, если бы они все меня не ненавидели. Дальше — ничем не выдающиеся мальчишки, у большинства из которых точно есть девушки. Я точно не знаю, у кого именно их нет, а если буду тыкать наугад — обязательно где-то проколюсь. Кроме того, многие могут быть шестерками Эллиота, и если я буду слишком сильно усердствовать, он прознает о моих планах. Ботаны слишком невинны и тупы, чтобы впутывать их в такое дело. Неформалов вообще упоминать не стоит — если приведу такого домой, точно отправлюсь куда-нибудь похлеще, чем частная школа. Я снова опустила голову на стол. Бесполезно. Половина школы меня ненавидит, вторая половина ходит под Эллиотом. Мне никогда не найти себе парня. — У нас осталось еще целых девять часов, не унывай! — похлопал меня по плечу Джейми. — Попробуй подойти к кому-то из новеньких. К нам в этом году перевелись несколько новых человек — и что их вообще притягивает в этот захудалый городишко? — двое из которых были парнями. И только с одним мы были ровесниками. — Его зовут Пит, у меня с ним совместная биология сегодня была. Кажется, он любит комиксы. Он все время всем лыбится и со всеми болтает. Это твой шанс! И как я сразу не догадался? — Джейми хлопнул себя по лбу и лучезарно улыбнулся. — На следующей же перемене идешь знакомиться! На следующей перемене Джейми оттащил меня к шкафчикам, заставил посмотреться в зеркальце, поправить волосы и даже нанести блеск на губы! Я плевалась, огрызалась, брыкалась, но все же понимала, что так нужно сделать для моего же блага. Если не притворюсь нормальной, то не смогу ему понравится. — Давай, пошла! — Судорожно заколотил меня по плечу Джейми, когда «объект» подошел к своему шкафчику. Пит оказался низкорослым и коренастым шатеном. Вполне себе обычный парень, ничего выдающегося. — Только не ляпни чего, — приказал друг напоследок и отправил меня дружеским пинком под зад. Я едва сдержалась, чтобы не запустить в него сумкой. Все двадцать три шага до шкафчика Пита казались мне пыткой. Я пыталась изобразить невинное и слегка смущенное выражение лица, присущее всем девушкам в момент, когда они видят предмет своей любви. Ну, я по телевизору видела. Должно быть, в итоге получилась гримаса агонии, потому что как только я остановилась рядом с Питом, он спросил с обеспокоенным выражением лица: — Э, ты в порядке? Он что, назвал меня «Э»? Вот козел. — А? Что? Да! Конечно, все просто шикарненько! — пролепетала я и, чтобы он окончательно подумал, что я идиотка, выставила вперед кулак с поднятым вверх большим пальцем. Уверена, сейчас весь коридор таращится и ржет. — Меня зовут Айла. Хотела познакомиться с тобой. Пит изменился в лице — добродушно улыбнулся и подал мне ладонь для рукопожатия. — А я Питер. Очень приятно. — Ага, и мне, — сказала я с широкой неискренней улыбкой. — Слушай, я тут подумала, что тебе, может быть, требуется помощь? С городом? Могу показать тебе злачные места, если хочешь, — последнюю фразу я буркнула в своей привычной манере и почти хлопнула себя по губам за это. Вот дура, нужно быть милой и приветливой! Кажется, я ему нравлюсь — он до сих пор улыбается, а не посылает меня на три буквы. Я предприняла еще одну попытку построить глазки и очаровательно улыбнуться. Наверняка, неудачную. — Оу, — все с такой же улыбкой протянул он. — Прости, но сегодня я немного занят. Мы с моим парнем… — Поняла! Можешь дальше не говорить! Хорошо провести вам время! Пока! Я умчалась подальше от него, сыпля проклятиями направо и налево, задевая плечом какого-то младшегодку и даже не замечая этого. — Джейми! Ты чего не сказал мне, что он из ваших? — пронесся мой громогласный рык на весь коридор. За целый день в школе я не нашла ни одной подходящей кандидатуры, а на теле Джейми прибавилась пара новых синяков. Поэтому мне ничего другого не оставалось, кроме как сесть на велик и поехать домой. Да, я, Айла Райдер, наследница древнего рода аристократов, езжу домой на велике. А что? Экологично и спортивно. Единственный минус — Эллиот любит догонять меня на своей новенькой Мазерати, опускать стекло и всячески измываться, ровняясь со мной в скорости. Прямо как сейчас. — Ну что, придет твой парень на ужин? — насмешливо спросил он, положив локоть на дверцу. — Конечно, — громко и уверенно ответила я. Ах, надо было все же идти в театральный кружок. Он еще продолжал издеваться надо мной какое-то время и отстал почти у самого дома. Да, поражение будет унизительным. Я прибегла к крайним мерам — полезла на сайты знакомств и начала писать всем подряд о неземной любви и предложении руки и сердца. В итоге нарвалась на троих извращенцев и четырех милашек, которые извращенкой назвали меня саму. К назначенному времени я сдалась. У меня не было ни парня, ни друзей, ни даже подставного парня! Даже если жиголо нанять — он не успеет приехать. Уф, ну и дура же ты, Айла. Проиграла, так и не начав игру. Ну, что ж, пора собирать вещи в новую школу. Можно сразу запасаться скотчем, чтобы заклеивать себе рот, и пластырем, чтобы потом заклеивать побои. Знаем мы эти частные школы… — Жалостью самой к себе я могу заняться и позже, а пока нужно принять поражение с достоинством. Скажу, что мы расстались два часа назад! Гордо задрав голову, я спустилась к столу. Там меня ждал еще один сюрприз в виде мужского тела, восседавшего рядом с Эллиотом. Это был Люк — его лучший друг. Они были очень похожи — оба неугомонные бабники, оба популярны, оба потрясно красивы (по мнению всех тупых куриц). Одна беда — Люк жил один с матерью, денег у них едва хватало, чтобы оплачивать жилье. Я знала, что он где-то подрабатывает, чтобы помогать матери и накопить на колледж, но этого вряд ли было достаточно... … Эврика! Это самая идиотская идея, что когда-либо приходила в мою дурацкую башку, но разве отчаянье — не повод, чтобы рискнуть? — Люк! Ты уже пришел, почему не позвонил? Я бы встретила. Нам же теперь нечего скрывать, — таинственно сказала я, пройдя к столу и чмокнув его в щеку. Не сморщиться от отвращения было сложно — от него пахло дешевым парфюмом и немного сладким мужским потом. Я поспешила вытащить его из-за стола, пока он не пришел в себя. — Я же с тобой поговорить хотела! Под округленные глаза-тарелки всей моей семьи я выволокла его на улицу. — Идиотка, ты что тво… Ай! Я с силой наступила ему на ногу и закрыла за собой дверь в дом. Надеюсь, они не слышали его криков. — Не ори так. Сейчас все объясню, тупица. Наша «любовная история» началась еще с младшей школы, когда он только познакомился с Эллиотом. Они сразу же стали закадычными друзьями. Вместе издевались надо мной, конечно же — то любимого хомяка на люстру засунут (земля тебе пухом, Вонючка), то в шампунь краски подмешают, то из окна выкинут (бывало и такое), то в бассейн посреди зимы впихнут. В общем, думаю, теперь вы понимаете, почему мы не обращаемся друг к другу ласковыми словами? Но родители мои его просто обожают, несмотря на то, что он явно нам «не ровня». Но глядя на него с этого ракурса — распрямленные плечи, нахальный взгляд серых глаз, светлые волосы, неряшливо спадающие на лоб, и надменная недовольная ухмылка — он бы точно прижился в нашей семейке! Я быстро объяснила ему все. С каждым словом его бровь ползла все выше и выше, пока совсем не скрылась под нестриженой челкой. — То есть, ты хочешь… чтобы я притворился твоим парнем? — переспросил он уже в третий раз. — Да, идиот! Оттого, что ты еще раз задашь этот вопрос, ответ не измениться. — Но ты же понимаешь, что Эллиот меня просто убьет? Минимум — взглядом. Максимум — лопатой. Он даже не побрезгует руки замарать, — серьезно ответил он. Я отмахнулась. — Какое ему дело вообще? Ну ладно, вы, может, поссоритесь немного. Но не до такой же степени, — попыталась я его успокоить, но, судя по взгляду, вышло не очень убедительно. — Ладно. Не об этом. Три тысячи баксов. Он сделал большие глаза. Просто огромные глаза. Глазищи. — Чего? — Тупица, — я в отчаянии хлопнула себя по лбу. — Ты будешь каждый раз задавать по пятнадцать ненужных вопросов? Я заплачу тебе три штуки баксов за то, чтобы ты притворился моим парнем. Убедительно притворился. Перед всеми. И Эллиот не должен ничего заподозрить. И в школе тоже. Он вдруг изменился в лице и наклонился ко мне. Большая разница в росте давала о себе знать. — Признайся, ты просто в меня втюрилась. Так и знал. Я чуть не завыла от негодования, топнула ногой и громко зашипела прямо в его нахальную морду: — Думаешь, я вообще попросила бы тебя, если бы не крайний случай? Я в безвыходном положении и предлагаю тебе заключить очень выгодную сделку. Только идиот бы отказывался от такого на твоем месте. Хотя, о чем это я. Ты же и так идиот, на что же я надеюсь? Я вздохнула и закрыла ладонью глаза. И что мне теперь делать? Продолжать унижаться и уговаривать его? А может, он просто хочет больше денег? Или на самом деле так дорожит дружбой с Эллиотом? Когда я снова открыла глаза, он опять был слишком близко. И опять с этой тупой ухмылочкой. — Я приму твое предложение при одном условии. Я скрестила руки на груди. — Валяй. — Будешь называть меня господином и выполнять любое мое пожелание, — сладко произнес он, поддевая мой подбородок пальцем. Наверное, на многих девушек этот жест произвел бы неизгладимое впечатление и они без промедления согласились бы на любые его условия. Но только не я. Я с силой отбила его руку, развернулась и пошла в дом. — Плевать. Можешь сейчас высмеять меня. Дура я, что вообще тебя попросила. Забудь. Ну вот, теперь я окончательно обречена.