Undisclosed Desire. WOAS.

[Катриона появляется до непосредственного знакомства Ванессы с Дракулой, события развиваются несколько иначе, чем в каноне] Мисс Ванесса Айвз слишком долго боролась. Боролась отчаянно и, несмотря на то, что рядом всегда были друзья, боролась она в одиночку, ибо демоны прятались глубоко в ее сознании и никто, кроме нее самой, не смог бы ей помочь совладать с ними. Наверное, она сломалась именно в тот момент, когда отвергла Итана, осознав, что будет слишком эгоистично упасть в его объятия и позволить себе наслаждаться его любовью и заботой, тогда как взамен ей предложить было нечего, кроме боли потери в будущем. Итан был обречен рядом с нею — как и всякий, впрочем. Ванесса вправду любила его, и потому не подпустила к себе слишком близко. Мечты о счастье были неуместны — ей это самое счастье было недоступно с самого рождения, так уж вышло. После того, как Итан покинул Лондон (кажется, не по своей воле, но она не углублялась в это), Ванесса заперлась в доме Мюррея и сознательно превратила себя в собственную тень. Охранные заклинания и амулеты хранили ее тело, но безумие пожирало ее дух, и по ночам она, простоволосая и босоногая, едва одетая, блуждала по сумрачным коридорам и разговаривала с тем, кто не желал называть своего имени, но призывал ее в свои объятия бархатным шепотом, сводящим с ума. Невидимый искуситель обещал ей успокоение и тишину, обещал ей любовь и власть, покровительство и поклонение. Все, что требовалось от Ванессы взамен — это всего лишь ненадолго умереть у него на груди, чтобы затем возродиться и наконец исполнить свое истинное предназначение. Она была готова согласиться, прошептать «да» и упасть в ласковую бездну непроглядной тьмы, она была готова отречься от всего, во что когда-либо верила, потому что сил бороться больше не осталось, и Ванесса уже даже не могла сказать наверняка, а верила ли она вообще когда-либо во что-то, кроме того, что она — Невеста Тьмы?..

***

* * * Мисс Катриона Хартдеган появилась в доме Малькольма Мюррея безо всякого приглашения и среди бела дня взломала дверь, явившись перед всклокоченной и грязной Ванессой словно рыжеволосая валькирия в длинном черном плаще и с дерзкой улыбкой на устах. — Мистер Лайл предупреждал меня, что дела могут быть плохи, но он, похоже, значительно приуменьшил масштабы катастрофы… Здравствуйте, мисс Айвз. Я — ваш новый рыцарь в сверкающих доспехах. Мое имя Катриона Хартдеган, для друзей — просто Кэт. Взгляд у вас прямо сейчас отнюдь не дружеский, но это пройдет, как только вы примете ванну, оденетесь и наконец нормально пообедаете. Смею заверить, что мистер Лайл наделил меня полномочиями действовать силой… Но неужели вы в самом деле одичали здесь настолько, что мне придется так и сделать?.. И ведь ей пришлось — Ванесса смутно помнила, как рычала и вырывалась, а хрупкая Катриона оказалась на удивление сильной и буквально заставила ее скинуть грязную сорочку и забраться в ванную, осторожно вычесала колтуны из ее свалявшихся волос, выбрала для нее наряд и помогла одеться, а затем вывела на свежий воздух и отвела обедать, и ей пришлось кормить дизориентированную и оглушенную выходом из своего добровольного заточения Ванессу едва ли не с ложечки. Прошло несколько часов до тех пор, пока Ванесса, наконец, смогла достаточно осознать происходящее и вернуться к реальности настолько, чтоб поговорить с Катрионой, используя не одни лишь междометия да бессвязные слова. — Значит, вас послал ко мне мистер Лайл? — Он ваш добрый друг, — тепло улыбнулась Катриона при упоминании этого старого чудака. — И он здорово переживает о вас. Ему пришлось уехать, но мысль о том, чтобы оставить вас одну в беде, для нашего мистера Лайла недопустима. — И он прислал вас вместо себя, — наконец, губы Ванессы тронула благодарная и вымученная улыбка. — Ах, Кэт, но смею ли я просить вас… — Вам и не нужно, Ванесса, — мягко, но вместе с тем непререкаемо отозвалась Катриона. — Я буду рядом, я не оставлю вас. Мистер Лайл рассказал мне все о вас, и — наверное, это ужасно глупо! — я заочно прониклась вами, а когда попала в дом и увидела вас там, на лестнице, такую бледную и испуганную, потерянную, босоногую и полураздетую… Разве могу я отдать вас на растерзание чудовищам? Ведь смысл моей жизни как раз и состоит в том, чтобы сражаться с ними. — Мне кажется, будто я сплю, — призналась мисс Айвз растерянно и растроганно одновременно. — Очень скоро вы осознаете, что наконец проснулись, — пообещала ей Катриона, и сдержала свое слово. Она оставалась подле Ванессы каждую ночь — именно ее громкий, уверенный голос, прогонял шепчущую в сумрачных коридорах тьму, под ее напором этот бархат обратился пеплом, а пепел обволакивать не может. Чары медленно, но верно спадали с Ванессы — она буквально заново училась верить в себя и жить без страха. Храбрая Кэт не позволяла ей падать духом и доверять теням, притаившимся за окном и в гулких коридорах дома. Именно Кэт настояла на том, чтобы в доме вновь всюду пылали камины и горел свет, чтобы появились несколько горничных и повар, чтобы паутина и грязь с запустением исчезли, чтобы все блестело и сверкало, чтобы тепло и уют вытравили зло прочь. Но главным лекарством для Ванессы были ее губы — Катриона целовала сначала осторожно и нежно, а затем настойчиво и глубоко, страстно и сладко, и невозможно было не верить в жизнь, в будущее, в счастье, когда тебя целуют вот так. — Я так долго изучала смерть, чтобы однажды суметь подарить тебе жизнь, — твердила она, уходя по утрам по своим делам, и Ванесса верила ей, и ждала ее, и становилась все сильнее и уверенней, и если и чудился ей вновь полуночный шепот, то она с легкостью гнала его прочь.