Малфои: путь восстановления

Ум заостряется от книг, словно меч. Игра престолов. Ты удивишься, как легко с утра вставать с постели, когда ты счастлив. Джим Керри.

О чем она в жизни не могла судить, так это о том, хорошая ли она мать. Родившая в юном возрасте, будучи единственны ребенком в семье, Гермиона никак не могла знать как водиться с маленькими детьми, как их воспитывать и далее по списку. Не спасало даже то, что она водилась с шебутными Гарри и Роном с одиннадцати лет и весь их половозрелый период и что она прочитала в свое время уйму книг о воспитании детей, детей с особенностями, детей в аристократических семьях. Даже применяя все знания, полученные в книгах, из опыта, следуя наставлениям матери и свекрови, она явно была далека от того, чтобы говорить: «Я хорошая мать». Часто это доводило девушку до легкой стадии депрессии. Она закрывалась в библиотеке, после того как укладывала детей спать, долго ругала и корила себя за то, что позволяла каким-то вещам случаться в ее жизни и жизни ее детей. Царапая бледные запястья и кусая губы от обиды и злости, Гермиона проклинала себя и свою некоторую никчемность в этом деле. Наблюдая самобичевание молодой женщины, Нарцисса лишь удерживала Драко в стороне во время таких часов самобичевания. Не потому, что она хотела страданий невестки, вовсе нет. Потому что с пониманием относилась к ее комплексу отличницы. Будучи сама молодой женой и матерью, Нарциссе пришлось пережить некоторые не самые лучшие обстоятельства, которые так же как и над Гермионой висели тяжким грузом. Драко эта ситуация же решительно не нравилась. Чего-чего, а бессмысленного самокопания своей супруги он не принимал и не принимал пособничество матери на этот счет. Почему? Потому что Гермиона не была плохой матерью. Он не отрицал, что жизнь их детей за эти пару лет их жизни была подвержена бОльшей опасности, чем, например, мальчишка Уизли. Но вот если вспомнить Тедди, который был не намного старше Северуса, то тут еще был большой вопрос, у кого из парней жизнь была сложнее и опаснее. Главным-то было совсем не это. Главным было то, сколько любви и трепета вкладывали они в детей, то, как они воспитывали их и чему учили. Вопреки всем вмешательствам, вопреки всем злым языкам, которых на улицах магического Лондона не мало, молодые Малфои росли смышлеными и покладистыми. Они относились с уважением к старшим, учились отстаивать свое мнение и принимать чужое. Драко с гордостью мог говорить, что его дети вырастут приличными гражданами своей страны. В один из холодных вечеров, когда по Мэнору гулял прохладный ветерок, когда дети были давно уложены спать, а Нарцисса еще в обед уехала к сестре в гости, Драко застал свою супругу в малой гостиной у камина. Она задумчиво смотрела на огонь, что-то сжимая в руке. Словно совершенно не замечая присутствия супруга, Гермиона тонкими пальцами перебирала цепочку часов, которые давно подарил ей Фред. Сегодня ей раскрылось то, о чем говорили Цуру и Ахо. День ее смерти. Из того, что Гермиона успела увидеть, случайно попав в водоворот, этот день наступит не сегодня и не завтра. Должно еще пройти не мало времени, прежде чем ее лицо начнет покрываться легкими морщинами, а ее озорной взгляд сменится на мудро-покорный. Исходя из картинки, появившейся у нее перед глазами, она не могла сказать, кто и за что ее убьет. Единственное, в чем она могла быть уверенна на сто и более процентов, смерть ее будет далеко не естественной. — О чем задумалась? Мужской голос Гермиона услышала словно из бочки. Он был глухой, совсем не похожий на звучание воспоминания, которому она предавалась последнее время. Поняв, что голос звучал извне, девушка лишь захлопала ресницами, в попытке согнать с себя этот морок. — Ты что-то спросил? Я не расслышала. Встряхнув головой, волшебница пришла в себя и рукой убрала волосы, упавшие на лицо, за спину. Она посмотрела на мужчину, сидящего рядом с ней и улыбнулась. Драко очень изменился за последнее время. Она не могла этого не видеть, в отличие от других. Он повзрослел и сейчас вел себя как мужчина. Пусть и выглядел как повзрослевший мальчишка. Гермиона посмотрела на его лицо и улыбнулась. На показанной часами картинке не было Драко. Значило ли это, что в день ее смерти ее супруг будет далеко от нее? А будут ли они вообще к тому моменту еще супругами? — Спрашивал, хочешь ли ты выпить чаю со мной. Их не связывала любовь, это точно. По крайней мере, Гермиона точно бы не назвала их отношения с Драко любовью. Привязанность, может быть «дружба с привилегиями», но любовь — это явно не про них. Кивнув в знак согласия, девушка приняла протянутую ей руку и поднялась из кресла. — Определенно, выпью.

***

Их собирали чуть ли не на всегда. Все ли на месте вещи, есть ли в аптечке все виды лекарств, взяты ли книги профессора Скамандера, работают ли подготовленные Министерством порт-ключи. Желание Блейза отправиться вместе с Полумной на Юг Тихого океана вызвало у друзей некоторый шок. Никто не ожидал, что легкомысленный мулат изъявит желание поехать на край света ради каких-то неопределенных исследований, под руководством когтевранки. Перед отправлением друзей, Гермиона трижды повторила им лингвистические заклинания, которые помогут им в новом крае с пониманием языка. Драко заботливо сунул другу в карман маленькую фляжку с огневиски. Маленькая Роза подарила им нарисованную вместе с Шоном картину, а Северус — на удачу — вручил Полумне своего любимого игрушечного дракона.

***

Они смеялись над ней. Гоготали, тыкали пальцем и называли глупой и ни на что не годной. А она слушала, впитывала и думала, что ей никогда в жизни от этого не избавиться. Они не давали ей спать, нашептывая всякие мерзости ей на ухо, они не давали ей работать, убеждая, что все, к чему она не прикоснется — мерзость редкостная. Со временем этим голосам стали вторить руководители и начальник. Ее отстраняли проект за проектом, говоря, что качество ее работы ужасно снизилось и читать ее тексты просто невозможно. Она пила литрами кофе и зелья, смешивала то, что даже пятикурсник знает смешивать нельзя. Ее ни раз и ни два забирали в больницу, клали под капельницу и трехэтажным матом покрывали за неосмотрительность по отношению к своему здоровью. Мать, в последний раз заплатив за больничные счета, выставила ее из квартиры. Жизнь Перри рушилась как карточный домик. И винила журналистка во всем только одну семью.

***

Сегодняшний вечер вся чета Малфоев решила провести в свойственной аристократам тишине. Услужливый и обученный домовик умеючи играл на фортепиано, примерный Дарвин следил за тем, чтобы дети не ушиблись при игре около камина, Нарцисса, сидя в кресле, читала какой-то научный журнал, Драко же сидел на софе, взглядом уткнувшись в отчет о продажах, рядом сидела Гермиона, читая присланную пару часов назад статью Забини и Лавгуд. В гостиной приятно пахло корицей. Это Торин, пуская сворливые словечки в сторону Пенелопы, приготовил молодым господам пирог по рецепту маглорожденной госпожи Малфой. Игривая мелодия, вылетавшая из-под худощавых пальцев, легко обволакивала пространство комнаты и хорошо расслабляла. Дети играли рядом с камином. Северус заботливо подыгрывал сестре, когда та увлеченно обыгрывала какую-то только ей известную историю фигурками фантастических существ, подаренных бабушкой Молли Уизли на рождество. Отто лениво изображал холмы, на которых обитали различные горегубки и взрывопотамы. Изредка размахивая хвостом из стороны в сторону, кот поглядывал на истинную хозяйку и ее родителей. Дочитав статью, которая показалась Гермионе вполне содержательной, девушка склонила голову, коснувшись ей плеча супруга. Атмосфера никак не способствовала работе и мыслительным процессам, отчего Гермионе лишь искренне хотелось подремать на чьем-то крепком теплом плече. Тепло камина убаюкивало не только Гермиону. Детская игра тоже не затянулась на долго, и дети, обнявшись друг с другом и с котом, заснули на ковре. Увидев это, Нарцисса отложила в сторону журнал, который читала, и махнула Дарвину, стоящему неподалеку. Тот, поняв приказ хозяйки, бережно перенес детей с спальню, издав лишь тихий хлопок перемещения. Нарцисса удалилась из гостиной через пару минут, перед уходом потрепав сына по щеке и улыбнувшись задремавшей невестке. Драко еще некоторое время сидел, смотря куда-то перед собой. Его не одолевали мысли или что-либо в этом роде. Он просто сидел, наслаждаясь атмосферой, царящей вокруг него. На его плече дремала Гермиона, опустив на колени присланную друзьями статью о каких-то тварях, встреченных на окраине Аргентины. Его пальцы коснулись кучерявых мягких волос. Хоть в гостиной пахло корицей, от волос приятно пахло лавандой. Он гладил супругу по голове. В последние дни, когда ее не захлестывали эмоции саморазрушения, она всю себя отдавала своему обучению в Академии, занятиям английского и математики с Северусом и урокам рисования Розе. Драко очень нравилось, что постепенно Гермиона находила все больше и больше занятий для себя и меньше занималась явными признакам самокопания. На ее руках все реже и реже можно было увидеть царапины, да и режим сна она тоже наладила. Когда Гермиона зашевелилась, пробуждаясь ото сна, мужчина не отнял руку, а лишь опустил ее на женские плечи. - Дети уже спят. Не переживай. Волшебница улыбнулась и осмотрела гостиную. Домовика, игравшего на фортепиано, было не видно, но зачарованные клавиши все еще издавали музыку. Поленья в камине уже догорали. С кухни доносились тихие звуки, словно домовики на ночь глядя решили устроить генеральную уборку. - Так тихо. Уютно. Размяв затекшие плечи, девушка улыбнулась и взглянула на супруга. Тот как-то отстранено рассматривал ее запястье, на котором был надет подаренный им браслет. Его крепкие пальцы соскользнули со страниц отчета, который он изучал весь вечер, и очертили змейку браслета. - Гермиона, может, нам стоит завести еще одного? Их взгляды встретились. Мужественное лицо было так близко, что Гермиона могла разглядеть каждую ресничку этих голубых глаз. Голос, которым Драко задал вопрос, обволакивал. Но волшебница совсем не сразу поняла о чем шла речь. - Кого? Единорога? Кота? Она слабо усмехнулась. Мужчина взглядом отследил движение розовых нежных губ, а потом пальцами заправил волнистый локон за ухо, нежно коснувшись кожи щеки и уха. - Ребенка. Я говорил о ребенке. Женские губы дрогнули еще раз. Взгляд карих глаз зацепился за взгляд голубых глаз. Мужчина взял супругу за руку и нежно улыбнулся ей. - Почему ты заговорил об этом? Драко продолжал смотреть девушке в глаза, обдумывая, что ей ответить на этот серьезный вопрос. Что ей сказать? Сказать какую-нибудь глупость, переведя все в шутку, или постараться как-то объяснить все то, что крутиться у него в голове? - Ни один из наших детей сейчас не является оплотом Искренности. Долга, Насилия, но не Искренности. Да, мы их любим, но... Он закончил на половине, уловив во взгляде супруги некоторое беспокойство. Побоявшись, что задел слишком щепетильную тему, Драко хотел было закончить, что это все не спеху и можно вовсе не заморачиваться над его словами, как волшебница заговорила. - Мы можем поработать над этим вопросом. Девушка сжала крепче мужскую ладонь. Она понимала желание Драко сделать что-то для их семьи искренне. Конечно она сама не думала о том, чтобы завести еще одного ребенка, ведь сейчас переживала, что не справляется с воспитанием Северуса и Розы, но мысль о том, что Драко так же как и она думает о благополучии их семьи вселял надежду на что-то. - Я очень рад, Гермиона. Наклонившись вперед, Драко оставил на женских губах нежный, полный чувства поцелуй.