Под прицелом: Аукцион

— Убери от меня свои руки! — истерический крик, оттолкнувшись от пустых стен глухой и пропитанной сыростью комнаты, резанул по ушам мускулистого мужчины, и тот, не раздумывая, грубо заломил руки девушки за спину, заставив ее упасть на колени. — Ублюдок, — прошипела она, выплюнув изо рта зеленую прядь растрепавшихся волос. Стоящий неподалеку парень, который все это время расслабленно рассматривал голые стены, как-то недовольно покосился на мерцающую под самым потолком лампочку, а затем театрально драматически выдохнул: — Ну и дыра, Карен... — Заткнись, щенок! Какого черта... — рявкнула та, дернувшись в сторону, но ее голову тут же придавили к холодному полу тяжелым сапогом. — Полегче, Гажил, — наиграно нахмурился тот и слегка прищурился, переместив изучающий взгляд в самый дальний угол комнаты. — Не все умеют принимать гостей должным образом, — он ловко выудил из кармана своего пиджака маленький фонарик и медленно провел холодным лучом света от своих ботинок до самого угла, который привлек его внимание секундами ранее. — Так-так... — ухмылка медленно тронула его губы, и тот вальяжно подошел чуть ближе. Раздражающий свет быстро скользнул по растрепанным свисающим волосам, почти потерявшим ярко-рыжий оттенок в каплях грязи и пыли; затем дотронулся до лица, расписанного фиолетовыми и красными «красками» опытной художницы; переместился чуть ниже, демонстрируя длинные алые следы на оголенном торсе и крепко связанных руках; и завершил свое путешествие на слегка порванных черных штанах... Опознав в этом сидящем теле прислонившегося к стене парня, «гость» перевел взгляд на девушку... — Ай-ай-ай, Лилика, — он покачал головой и приблизился к углу еще на несколько шагов. — Знали бы в участке, чем ты тут занимаешься, — протянул он со странной улыбкой, чуть присев. — Ты ответишь еще, жалкая скотина, — пропуская каждое слово мимо ушей, продолжала рычать Карен. — Конечно отвечу, только, я тебя умоляю, дорогая, перестань сравнивать себя со мной, — парень откинул голову рыжего назад и пригляделся к полуоткрытым глазам — в сознании. — Не трогай его, — не унималась девушка, брыкаясь в разные стороны, что порядком раздражало Гажила. Потому он, выдавив сквозь зубы что-то похожее на «эта стерва меня бесит», вытащил ее из комнаты, не забыв для уверенности придержать за волосы, а затем скрылся на лестничной площадке. Сырые стены наполнились тишиной. — Беда с этими женщинами, правда? — непринужденно протянул парень, обращаясь к рыжему, но тот только болезненно скорчился и еле повернул голову на бок, пряча лицо от света. — Слышишь? — более громко спросил он... Над ухом раздался щелчок пальцев... Коллинз быстро открыл глаза, сделав глубокий вздох, а затем медленно различил в темноте висящую над кроватью люстру. Чтобы полностью понять произошедшее, ему понадобилась еще пара секунд. Когда он наконец признал в темном полотне потолок своей спальни, дрожь окончательно прошла, а сердечный ритм пришел в норму. Локи вытащил из-под одеяла руку и накрыл ею вторую половину постели, надеясь наткнуться на талию Скарлетт, но ничего подобного не произошло. Ладонь ощутила лишь мягкие складки простыни и край тонкого одеяла. Парень испуганно повернул голову в сторону и, так и не увидев на соседней подушке копны длинных волос девушки, встал с кровати. — Эльза?..

***

Нервно закусив нижнюю губу, Джерар еще раз глянул на большое табло над своей головой и с ужасом понял, что самолет уже сел... причем пять минут назад, и долгожданная встреча состоится вот... совсем вот сейчас. Стоящий неподалеку Грей мигом выкинул в мусорное ведро стаканчик из-под кофе и с глупой улыбкой пристроился сбоку от Фернандеса. В голове обоих смешалось все: страх перед неизбежным, радость и отчаяние... Каштановую макушку сестры, уткнувшейся в свой телефон, Джерар заметил не сразу, зато возвышающегося над всеми охранника, который даже пригнулся при выходе из пункта приема багажа, он увидел мгновенно. Синеволосый уже давно понял, что с ростом волнений отца по поводу сохранности его чада увеличивается и площадь, занимаемая телом телохранителя. Мужчине понадобилось всего несколько секунд, чтобы выбрать верное направление, и теперь две фигуры двигались прямо к еле живым телам двух друзей. — Стоять, — выдавил синеволосый, поймав слегка сдающего позиции Грея за край футболки. Сбоку от него послышался тяжелый вздох. — Может, без меня? — не сдавался Фуллбастер, понимая, что у него есть надежда, пока младшая Фернандес не подняла голову с экрана мобильного устройства. А тот... вы когда-нибудь слышали выражение «человек-амбал»? В общем, именно он Грея ни чуть не смущал. — По рукам, но ты навечно в списке врагов народа, — мило улыбнулся Джерар, когда Асока все-таки заметила его скромную персону в толпе встречающего народа. — Джерар... — Грей... — Что? — Она ребенок! — закатил глаза парень. — Мдам, тринадцатилетняя девочка-подросток, — уточнил Фуллбастер, за что получил еще один укоризненный взгляд от друга в стиле «ты серьезно?». — Восемнадцатилетние девочки тебя не смущают... Вставить свои «пять копеек» по этому поводу брюнет не успел, зато Джерар победно улыбнулся и принял сестру в свои объятья. Впрочем, выглядело это так, будто он обнял мешок картошки: Асока совершенно не умела засыпать в самолете, к тому же они ее выматывали из-за долгого сидения на пятой точке, что та в принципе ненавидела. Поэтому, уморенная ленью, она просто подошла к синеволосому, даже не раскинув руки, и уткнулась носом в его футболку. Словесное приветствие оказалось таким же вялым, будто ее заставили говорить с набитым какой-нибудь гадостью ртом. Странно было признавать, но такой неподвижной она ему нравилась больше. Обычно ее поведение ничем не отличалось от беготни шиншиллы, а это добавляло приличное количество проблем. Хотя, на первый взгляд, по ней невозможно сказать подобное: невысокого роста девчушка с большими глазами и чуть кругловатым лицом с добрыми чертами производила впечатление наимилейшего создания. Она была почти что копией главы семьи, который мало того, что в молодости был тем еще непоседой, так еще и по его виду не скажешь, сколько грешков притаилось за его спиной. — Опять эта жара, — как только парень пожал руку охраннику, пожаловалась Асока, бубня Джерару куда-то в живот, а потом слегка отстранилась и подтянула высокий хвост на макушке. Ей невольно вспоминались времена, когда чета Фернандесов проживала на Аляске: горы, пейзажи, прохлада... Это были ее лучшие воспоминания, чего нельзя было сказать о Джераре. Он не разделял любовь сестры и отца к шапкам и курткам, поэтому их семье периодически приходилось чередовать места проживания по типу климата. Оказывалось так, что либо Джерар превращался в ледышку, проклиная умеренные пояса, либо Асока плавилась от жары субтропиков. — Я такие цифры только в учебнике по алгебре видела, — шатенка указала на экран своего телефона с виджетом температуры воздуха. — Надеюсь, у тебя есть дома мороженое, иначе я вернусь обратно первым же рейсом, — шутливо предупредила она, а затем медленно перевела взгляд чуть правее... В общем-то, на этом весь словарный запас закончился неподдельным удивлением и красноречивым румянцем на щеках. — Г-Грей? Привет... Фуллбастер изобразил самое милое, что имелось в его арсенале, и призывно вытянул к Асоке руки, намекая, что тоже не против потискать мешок с картошкой. У него вообще был особый подход к младшей Фернандес, и Джерар этим активно пользовался. Пожалуй, вообще единственное, чем он пользовался без укоров совести, потому что его друг был идеальным отвлекающим фактором, действующим на женские особи любого возраста. Не сказать, что Грей был первоклассным ловеласом, скорее наоборот — случайных связей парень сторонился. Просто барышни, в число которых случайным образом попала и бойкая Асока, зачастую принимали его обходительную вежливость за симпатию, хотя он не делал намеков и не осыпал комплиментами. Все его таланты проявлялись в полную силу очень редко, а точнее, только тогда, когда на горизонте появлялась потенциальная кандидатка на роль его возлюбленной. Естественно, Грей активно пропагандировал Джерару неправильность сей ситуации, да и сам он не горел желанием подрабатывать нянькой, но после долгих объяснений друга, что без его помощи ему свет не мил, все начиналось сначала. Джерару доставался так любимый им покой, Асоке — приятная компания, а Грею — опыт в общении с детьми. Фернандес все понимал, но поделать ничего не мог. На войне с его взбалмошной сестрой, готовой каждый угол разнести во имя экспериментов, все средства были хороши. Именно поэтому он как никогда был рад, что Грей выбрал именно этот промежуток времени для поездки по делам. Но было одно большое и неприятное «но». Ни Фуллбастер, ни мороженое, ни ее телефон не смогут отвлечь Асоку от весьма щекотливого вопроса по поводу новоиспеченной сожительницы, который только сутки назад начал вгонять самого Джерара в болезненную бледность...

***

Звук удаляющихся шагов утонул в звонкой тишине, переставшей в последнее время казаться такой привлекательной, и оставил парня в одиночестве посреди комнаты... Джерар все еще ощущал у себя на щеке теплое дыхание, на шее — мурашки от легких прикосновений подрагивающих пальцев, а на губе — бархатную мягкость. Те участки кожи, к которым она прикасалась, просто горели... Ему хотелось, чтобы сердце не переставало перебивать поток мыслей в голове — просто было страшно заглянуть в свои чертоги и увидеть тот хаос, который навела там эта светловолосая особа за пару секунд... Теперь Фернандес мог официально заявить, что перестал понимать происходящее на его глазах. Хотя нет... не так. Теперь он официально мог заявить, что отказывается понимать происходящее. Ему бы хотелось свалить всю вину на разыгравшуюся фантазию, но холодок, бегающий по спине от чужих прикосновений, лишь обиженно продолжал напоминать о себе легкой дрожью. Она... чуть его не поцеловала. Эта тихая блондинка, которая боялась лишний раз взглянуть на него. Случись это, и кто знает, что бы произошло потом. В лучшем случае все бы закончилось аналогичным побегом, а в худшем — у Джерара просто сорвало бы крышу, а там и придумывать нечего. С кем-то из этих двоих что-то было явно не так. Джерар попытался уловить в воспоминаниях тот момент, когда их с Люси отношения переступили дозволенную границу, но так и не смог. Либо все это произошло мгновенно, либо он просто отказывался ранее признаться самому себе, что ощущает нечто иное, находясь рядом с этой девушкой. Мысли неумолимо склоняли чашу весов ко второму варианту... За эти годы Фернандес настолько отвык от внутреннего тепла, что даже не мог вспомнить, где было положено начало его чувствам. Может, это было в тот момент, когда он осторожно придерживал ее ногу, обрабатывая ссадины, или когда желал спокойной ночи, или когда на мгновение заглянул в карие глаза тем вечером в бассейне. Ладно потерять телефон и забыть, при каких обстоятельствах это произошло — куда не шло, но забыть, где потерял голову, куда страшнее... Джерар постоял на месте еще пару минут, теряя последние остатки ощущений чужих прикосновений, а затем зачем-то поднялся к спальне Люси, так и не осмелившись постучаться. Что он ей скажет? Вдруг это был секундный порыв и она даже не понимала, что делает? Тогда она скорее всего начнет извиняться завтра утром — но если все иначе? Если Люси ожидала чего угодно, но только не такого резкого отказа? Поменьше бы этих вопросов и надоедливых «если», тогда ему бы хватило смелости разобраться во всем сразу и не размазывать эту кашу по тарелке. Кем он себя возомнил, когда затеял все это? Героем? Пытался помочь? Да, но он никак не ожидал, что перестарается настолько сильно. Впрочем Люси было ни чуть не легче. Если у Фернандеса проглядывалось хоть какое-то рациональное зерно, то она запуталась совсем... Девушка пыталась отрицать эту тягу, игнорировать явные признаки, но в итоге что-то проклюнулось сквозь стену сомнений и вылилось наружу. Люси было действительно страшно, что все это взаправду, поэтому она избегала любого контакта, чтобы хоть как-то заставить его держаться на расстоянии. Правда, эффект получился совершенно обратный, так как парень неосознанно делал все, чтобы заставить ее сорваться. И теперь на дне остался неприятный осадок в виде стыда, ведь Фернандес, как девушка ошибочно думала, обо всем уже догадался. Ей просто хотелось, чтобы это чудо, которое он сотворил, забрав ее из своего кошмара, не кончалось, но хорошего помаленьку. Добротой сказок злоупотреблять не стоило, а то они имеют свойство резко отличаться от реальности. Но она хотя бы попробовала. А для чего? Чтобы расставить все точки над» «i» и не мучить себя? На этот вопрос Люси надеялась получить ответ следующим утром, но после бессонной ночи ни она, ни Фернандес не осмеливались вылезти из кровати и пойти навстречу неизбежному. Каким бы сложным ни был этот разговор, будет хуже, если он так и не состоится. Это будет выглядеть так, будто две тени ходят рядом в одном доме и пытаются не замечать присутствие друг друга. Проблема была лишь в том, что у Джерара оставалось все меньше времени на объяснение надвигающейся бури. Асока неумолимо приближалась, а у парня не было совершенно никакого алиби. Правда, Грей предложил кое-что при их последней встрече пару дней назад, но эту идею он расценил как глупую затею. Сейчас же, когда время недовольно подгоняло Джерара сзади горящей палкой, эта мысль перестала казаться ему такой уж плохой... Неизменным оставался лишь страх, что в сложившейся ситуации он сделает все только хуже. Джерар не разрабатывал никаких планов перед тем, как постучаться к девушке, и не придумывал речей. Он просто был намерен на пару минут засунуть все свои мысли в оное место и четко объяснить сложившуюся ситуацию Люси, которая, он надеялся, все поймет и даже после вчерашнего не отвернется от него. Сказать первое слово оказалось намного труднее, чем Фернандес ожидал, потому что девушка уставилась на него так, будто за ней пришли из налоговой инспекции. Когда Джерар помято зашел в спальню и в сомнениях встал у изголовья кровати, та сразу отвлеклась от рисования на потолке узоров своими пустыми глазами и встала с постели в метре от него. — Люси, — начал синеволосый, но, увидев, что та собирается остановить его, отрицательно помотал головой и выставил ладонь перед собой. Его палец чуть не коснулся носа блондинки, но это заставило ее закрыть рот и внимательно посмотреть в глаза собеседника, — просто послушай. Мы никуда не денемся от этого разговора, потому что я так все не оставлю. И как бы абсурдно это не звучало, сейчас постарайся на секунду об этом забыть. Вчера я хотел сказать тебе, но... — Фернандес постарался замять продолжение и что-то промычал, — у нас есть одна проблема...

***

— Мисс Скарлетт, как я рад вас видеть, — насмешливо произнес парень, вскакивая со своего рабочего кресла, и быстрым шагом обошел деревянный стол, чтобы вальяжно отодвинуть стул для девушки. — Доброй... — запнулась Эльза, — ночи. Чего это тебя на «Вы» потянуло? — либо ей не показалось, либо этот человек действительно ждал ее в такой поздний час у себя в кабинете.  — Ну, да. Обойдемся без этого. Удачное же ты время для визитов выбираешь.  — Извини... — Не извиняйся. Я знал, что рано или поздно эта встреча состоится, — не церемонясь и прекрасно понимая, каким нелицеприятным может оказаться этот разговор, ответил он, чем уже запустил механизм в голове девушки, и отошел к окну, за которым простиралась тихая ночь. Предпочитает лучше сразу приступить к делу, чем обмениваться ненужными любезностями. К тому же невежливо задерживать даму и портить ее настроение, осознавая, что ей нужно.  — Ты слишком предусмотрительный в последнее время, — не собиралась отставать Скарлетт, сверля взглядом темные глаза, хитро смотрящие на скрывающую явное волнение девушку из-под коротких ресниц. — Может, тогда освободишь меня от нужды объяснять причину, по которой я здесь? — Ну да, ни к чему меня тебя задерживать, а то вдруг виновник торжества спохватится, — довольный собой, начал парень, наблюдая за дернувшимся уголком губ Эльзы, и стал мерить шагами кабинет, — Прости, что так самодовольно. Просто зачем тебе еще сюда приходить, кроме как из-за Локи, верно? Можешь не верить, но я прекрасно понимаю все твои чувства, — он подошел ближе к столу, чуть подперев корпус рукой, и уставился куда-то в стену. — Сколько же ненужных переживаний из-за этой любви... И я уверен на все сто процентов, что ради него ты готова на ту подлость, которую уже давно задумала, но нам незачем становиться врагами. Согласишься со мной? "Все продумал, подонок". — Согласна. Ты ведь понимаешь, что я... мы оба можем доставить друг другу не мало проблем. Может, все-таки обойдемся без жертв? — процедила Скарлетт, когда он снова переместил на нее свой изучающий взгляд, хотя в мыслях и негодовала, что вынуждена общаться с ним более лояльно. Правда, это не помогало. — Откажись от сделки и оставь его в покое, — чувствуя, что этот диалог не удастся сделать более мягким, сказала напрямую Эльза. Парень тяжело выдохнул, подбирая слова... — Мне бы очень хотелось, учитывая то, что я прибегаю к помощи многоуважаемого мистера Коллинза в крайних случаях, но... — Но ты не можешь позволить себе так рисковать, поэтому решил добраться до Хартфилии чужими руками, чтобы прикрыть свою задницу, — не самым вежливым тоном закончила Скарлетт, пренебрегая осторожностью, и с вызовом посмотрела на своего собеседника, который хоть и приготовился к острым замечаниям, но на такую резкую атаку не смог найти ничего более подходящего, кроме грубости. — Направляла бы ты свою догадливость немного в другое русло, Эльза, возможно, этот неприятный разговор вообще бы никогда не состоялся, — прокашлялся парень, заставив девушку на секунду нахмуриться и заинтересоваться его словами, — но сейчас не об этом... Не хочу хвастаться, но я, конечно же, все знаю о тебе и Джераре, так что... — ехидно улыбнулся человек, не то стараясь перевести тему, не то подвести немного ближе к самой главной проблеме, но у Эльзы уже сдавали нервы, когда кто-то опять начинал упоминать это имя. — Так что, поверь, я не стану пренебрегать его помощью и при определенных условиях воспользуюсь этим должным образом, — хоть и зная, что собеседник, даже слегка задумавшись, не подаст знаков волнения, поспешила предупредить Скарлетт. Кого вообще волнует, что она зареклась не разговаривать с Джераром после их последней встречи? Сейчас эта информация была единственным оружием в ее руках, и Эльза не собиралась сдаваться просто так.  — Куда ты постоянно торопишься? — придержал коней парень, приблизившись к стулу Скарлетт и положив руки на его спинку, как будто хотел успокоить ее вспенившиеся эмоции. Не помогло. — В это трудно поверить, но я тоже не хочу проблем. Эта система хрупкая, Эльза. Ты и сама знаешь, что бывает, если из хлипкого домика вытащить карту с самого низа. Мы ведь не хотим полного краха? Я даже готов пойти на уступки... Скажу больше: Локи сможет забыть обо мне навсегда... — он сделал акцент на имени, а затем наклонился чуть ниже, — но только после того, как выполнит условия нашей договоренности. И только из-за тебя... Услышав голос прямо у себя над ухом, Эльза сжала ладони в кулаки и встала с мягкого сиденья, но не повернулась. — Может, я чего-то не понимаю, но... — Но ты ничего не понимаешь. И в этом полностью виноват я, — усмехнулся собеседник, нетерпеливо отставляя в сторону стул, который преграждал ему путь. — Честно, не хотелось бы терять талант Локи, но без жертв в нашем мире трудно чего-то добиться, поэтому я готов поменять вас местами... — парень приблизился намного сильнее, чем Скарлетт бы позволила, но девушка с трудом вникала в смысл последних его слов, поэтому ее мысли полностью сосредоточились именно на этом. — Я, конечно, знала, что шутник из тебя никакой, но ты либо совсем с головой перестал дружить, — уже не задумываясь, говорила девушка, — либо действительно думаешь, что я встану в один ряд с твоими проектами с "золотым дном", — Эльза повернулась к нему лицом и отступила на шаг назад, не в состоянии находиться так близко к этому человеку. — Какая же плохая у меня все-таки репутация бесчувственного кошелька, — наигранно расстроился он, уцепившись взглядом за ладонь девушки, сжавшую край стола, к которому он ее подогнал, — но твои руки творят чудеса, Эльза. Ты сделала из Коллинза другого человека. — Он хотя бы этого заслуживал, а тебе ничто уже не поможет. Ты так сильно для себя стараешься, что за три года умудрился потерять почти все, — прошипела Скарлетт и отодвинулась еще дальше, но парень, вместо того, чтобы уже чуть ли не заставить ее забраться на стол, только рассмеялся. — Пожалуй, я все-таки недооценивал способности Локи в промывании мозгов. Мне жаль, что я не могу сказать тебе... — Замолчи. Ты ничего не знаешь, — выдавила Эльза, прикрывая глаза. Все вокруг нее пытались запутать ее своими мнениями: Локи твердил одно, а Джерар говорил другое, только они хотя бы были близки ей. Но что бы ни сказал стоящий перед ней парень, она не поверит ни единому слову. Правда, истина не всегда лежит на устах тех, кому мы доверяем... — Скоро ты вспомнишь мои слова. Обещаю...