Do not be afraid admit to myself

      - Ваше Величество! Ваше Величество… - услышала Екатерина голос Кенны сквозь пелену, обволакивающую тело Королевы.       Когда женщина наконец-то ощутила полноценный прилив кислорода, она с трудом приоткрыла глаза, и затуманенным взглядом стала изучать лицо своей спасительницы. Фрейлина шотландской Королевы взволнованно смотрела на супругу Короля Франции, не забывая выкрикивать её имя и трясти за хрупкие плечи, дабы окончательно привести Екатерину Медичи в чувство.       Воспоминания бесстыдного поцелуя вихрем пронеслись в голове Её Величества, и она поспешила отпрянуть от девушки, с трудом приподнимаясь на локтях. Когда Кенна увидела в глазах Королевы недоверие и страх, то поняла, что помочь этой женщине будет нелегко.       - Екатерина, Вам нечего бояться. Я лишь хочу оказать Вам помощь… - как можно мягче проговорила фрейлина, ожидая реакции Её Величества.       - Убирайся к чёрту! – прошипела Екатерина, тяжело дыша и прожигая Кенну взглядом.       - Вы привыкли справляться со всеми трудностями самостоятельно, не прибегая к чужой помощи. Ведь так? – неожиданно сказала девушка.       На лице Королевы одновременно отразились боль, недоумение и жалость к самой себе.       Не дожидаясь ответа, Кенна продолжила:       - Но неужели Вам не хочется ощутить чью-то поддержку? Неужели не хочется хоть на мгновенье почувствовать себя слабой?       - Я не намерена отвечать на твои вопросы. К чему сие разглагольство?! Только не говори, что тебе действительно интересно то, что творится у меня в душе! – хриплым голосом проговорила женщина, всё так же находясь в неудобной позе.       Локти горели от недавнего падения, а под весом собственного тела, боль казалась Королеве ещё невыносимее.             Услышав речь Её Величества, фрейлина вздрогнула. Укол жалости к самой могущественной женщине Франции остро пронзил её сердце. Екатерина Медичи настолько разочаровалась в людях, что начисто отказывалась верить в их искренность, доброту и интерес к её персоне.       - Я беспокоилась о Вас. Я ждала, когда Король покинет Ваши покои, и, как оказалось, не напрасно… - вкрадчиво произнесла Кенна. – Теперь мы с Вами в одной лодке. Мы должны держаться вместе!       Юная фрейлина напоминала Королеве лань, утонченную и грациозную. Большие глаза вдруг вызвали у Екатерины умиление. Эта девушка, казалось, и правда ведет себя искренне. Что могло бы случиться, не подоспей она вовремя?       - Помоги мне встать! – велела Екатерина, протягивая девушке руку.       Обрадовавшись поведению Королевы, фрейлина поспешно взяла женщину за руку, и потянула её на себя. Резко встав на ноги благодаря девушке, Её Величество слегка пошатнулась, но Кенна ловко подхватила её за талию. Их лица оказались невозможно близко, а взгляды встретились, как тогда…       Лишь сейчас Кенна поняла, что под тонким шелковым халатом Королевы скрывается полностью обнаженное тело. Тяжело задышав, она начала обдавать теплом лицо женщины. Это дыхание, горячее и юное, было необходимо супруге Короля. Оно согревало её, даря надежду на что-то светлое и радостное, какой бы абсурдной ни была происходящая ситуация.       Нежные ладони Кенны заскользили по спине Королевы, плавно переходя к животу. Когда девушка случайно задела ноющий локоть Её Величества через алую ткань, Екатерина издала шипящий звук и резко отстранилась.       - Екатерина, простите, я не… - испуганно пролепетала фрейлина, осознав, что сама нарушила это, пусть и короткое, перемирие.       - Ты здесь ни при чем. Это ведь из-за Генриха. Из-за него я лишилась сознания, из-за него рухнула на пол, из-за него покалечилась. Но это не страшно. Страшно другое… - голос Королевы звучал непривычно мягко и доверительно. – Страшно то, что я не знаю, сколько ещё боли он причинит мне и нашим детям. Он всегда причинял мне лишь боль…       - Забудьте о нём. Поверьте, Вы достойны большего… - с этими словами, Кенна осторожно взяла ладонь Екатерины и поднесла её к своим губам.       Преданно глядя в карие глаза Её Величества, девушка начала поочередно целовать холодные подушечки пальцев Королевы, плавно спускаясь вниз по ладони. Поднимая вверх рукав халата Екатерины, Кенна скользила губами по направлению к израненному локтю. Когда фрейлина добралась до небольшого кровоточащего участка кожи пылающими устами, Королева вздрогнула от смеси чувств, вызванных невинной лаской. Это был союз боли, волнения и желания.       Кенна заметила огонёк, вспыхнувший в глазах супруги Короля, и, плавно опустив женскую руку, потянулась к поясу королевского халата. Ткань мгновенно соскользнула с плеч женщины, демонстрируя все прелести зрелой фигуры. Не в силах сказать и слова, Екатерина рванула застежку платья фрейлины. Приняв это действие за приглашение к манящему удовольствию, Кенна сбросила с себя наряд и предстала перед Королевой во всей красе.             Еще не оскверненная годами фигура, сияющая красотой и изяществом, затуманила рассудок Её Величества. Неподвластная здравому смыслу, Екатерина притянула девушку к себе и, накрыв юные губы поцелуем, потянула в сторону кровати.       Приятно удивленная фрейлина поддалась напору тела Королевы, и рухнула на белоснежные простыни, утягивая за собой хозяйку покоев. Возобновив поцелуй, прерванный во время падения, Её Величество схватила тонкое запястье девушки, и завела хрупкую руку над головой, как бы демонстрируя своё преимущество. Она проникала языком в призывно приоткрытые губы, углубляясь и упиваясь молодостью.       Кенна начала уверенно ласкать округлые бедра Королевы, чувствуя, как тело женщины становится всё податливее. Девушке захотелось самой завладеть Екатериной, ощутить власть над этой женщиной. Она прикусила нижнюю губу Её Величества и, воспользовавшись моментом растерянности, скинула с себя любовницу и оказалась сверху.       Королева нервно усмехнулась действиям девушки. Решив воплотить желание, возникшее в голове ещё во время первого поцелуя при Генрихе, Кенна мягкими поцелуями стала исследовать шею женщины. Услышав учащенное дыхание, фрейлина вновь слилась в поцелуе с Королевой. Рука девушки плавно скользнула вниз живота, стремясь к заветной точке. Когда Екатерина издала сдавленный стон, Кенна прервала поцелуй и спустилась к бедрам Королевы. Обжигая дыханием внутреннюю сторону бедер и изредка скользя по ним языком, девушка резко ввела два пальца в тело Её Величества. Екатерина выгнулась от яркой вспышки, охватившей тело. Удовлетворенная реакцией любовницы, Кенна прильнула губами к заветному месту, продолжая учащенные движения рукой.       Вкус Королевы, её нежная кожа, сдавленные стоны и встречные движения одурманили юную фрейлину. Ей хотелось доставлять Её Величеству непрерывное удовольствие, доказать, что та ей небезразлична, дать понять, что в этом мире есть ещё кто-то, кроме Генриха…       Безрассудно отдавшись Кенне, Екатерина сейчас упивалась блаженством. Она позабыла обо всем. Ей так не хватало чувства необходимости кому-то. Не хватало нежности. Запретные ласки вызвали в ней новые, непонятные, но будоражащие ощущения.       Когда движения Кенны стали ещё стремительнее и синхроннее, Королева достигла пика удовольствия и дернулась на перинах, издавая неистовый стон…

***

      - И что же мы будем делать теперь? – робко спросила Кенна, укутавшись в одеяло и наблюдая за Екатериной.       Королева, откинувшись на подушках, тяжело вздохнула и мечтательно улыбнулась, закрывая глаза. Фрейлина шотландской Королевы впервые видела Королеву Франции такой. Она привыкла видеть её сдержанной, холодной и, порой, жестокой. Женщина, лежащая сейчас перед ней, была нежной, раскованной, игривой и манящей.       Приоткрыв глаза и заметив взгляд девушки, Екатерина ухмыльнулась:       - Жить долго и счастливо.       Кенна смущенно опустила взор, притягивая внимание к длинным ресницам. Екатерина и сама не понимала, почему пошла на эту постыдную связь. Возможно, ей и правда захотелось доказать самой себе, что она ещё кому-то нужна, что она желанна. Быть может, ей просто захотелось отвлечься. Также вероятно, что она проявила слабость, уступив плотскому влечению. Да, поступок был ужасным, абсурдным и глупым. Но он – самое яркое впечатление за все эти мрачные дни.       Рассудок, уснувший на время любовной утехи, вновь заговорил в Королеве:       - А если серьезно, Кенна, то я должна сделать так, чтобы в моей семье, как и во всей Франции, воцарились покой и порядок. Нужно оградить всех от безумства Генриха. И ты мне в этом поможешь…