Photos

Интересно, как это — смотреть на нью-йоркскую подземку по диагонали? Перси усмехнулся своему отражению в зеркале, одернул свитер, застегнул куртку и натянул шапку. В этот раз до дома Нико он планировал пройтись пешком, ведь, как выяснилось, живет он всего в двух кварталах от него. Вчера они отлично повеселились у Рейчел. Посли битвы печеньем перешли на битву подушками. Потом Рейчел наступила в ведро с зеленой краской и решила разрисовать всех в разных стилях. Перси она с помощью синей краски сделала похожим на океан. Ну, или на человека, который очень замерз. Это с какой стороны еще посмотреть… После рисования поиграли в твистер, где Лео и Элла завязались в такой узел, что Тайсон впервые в жизни испытал чувство ревности. Завершающей в их эксцентричной вечеринке была игра в «Правду или вызов». Свои грязные тайны пришлось раскрыть Джейсону, о Лео они не узнали ничего нового, а Перси отправили в магазин за чипсами и колой, когда он выбрал вызов. Как ни странно, это был вызов от Рейчел. Таким образом она хотела всех удивить. И удивила. Домой Перси пришел утром и шепотом объяснялся с отчимом, пока мама спала на диване, заботливо укрытая колючим пледом. Оказалось, она ждала его часов до четырех, отказываясь идти спать, как бы Пол ее ни уговаривал. Когда утром она проснулась, Перси пришлось напомнить ей, что ее сыну уже двадцать четыре года и он вполне может провести ночь не дома. Она чуть было не посадила его под домашний арест. Растопить ее сердце удалось только горячим кофе со сливками. И она даже отпустила его вечером гулять. Сразу после того, как ему удалось объяснить, что это не свидание. Шагая по улице, Перси сунул руки в карманы и в самом деле думал, зачем Нико собирается фотографировать метро. Фантазия Перси вообще была далека от всяких этих творческих необычностей. Ему сложно было представить, что интересного фотограф может найти в подземке. Хотя о чем это он рассуждает, Рейчел могла найти необычное в шариковой ручке, которую Перси носил в кармане куртки. Поднявшись на лифте, Перси прошел до квартиры и перед тем, как позвонить в звонок, увидел на двери приклеенный конверт. Перси снял его и не удержал свое любопытство — заглянул внутрь. В конверте лежал желтый стикер с надписью: «10000 $. Больше я ждать не буду». Что это могло значить? Если Перси смотрел правильные детективы, то эта записка могла быть только угрозой от каких-то вымогателей. — Привет, — Нико открыл дверь и увидел Перси с конвертом в руках. — Опять? — он тяжело вздохнул, забирая стикер, чтобы кинуть его к еще трем таким под зеркалом. — Проходи, я сумку возьму и пойдем. — Что значит «опять»? — Перси просмотрел другие стикеры, на них была написана только сумма. — Кто это тебе пишет? — Понятия не имею, — отмахнулся Нико, застегивая пальто. — Идем, — откуда-то в его голосе появились командные нотки, будто он хотел отвлечь Перси от этих посланий. — Нет, подожди, — Перси торопливо схватил его за руку и ощутил, как Нико машинально сомкнул пальцы вокруг его ладони. Было что-то неловкое и смущающее в этом жесте, но Перси постарался не думать об этом. Он притянул Нико обратно к полочке под зеркалом. — Кто-то же это пишет. И явно не из большой любви к тебе. Что может значить «Больше я ждать не буду»? — Это не твое дело, — отрезал Нико и вырвал у него из рук последний стикер. — Если он больше ждать не будет, то собирается проявить себя и действовать открыто. Если он перейдет к более серьезным угрозам, то тогда я еще задумаюсь над этим. — Ты знаешь, кто это, — Перси сложил руки на груди с видом победителя. — Ты знаешь, поэтому так спокоен! Вот. А я волнуюсь за тебя. — Послушай, Джексон, — Нико в упор посмотрел на него, сжав кулаки. Выглядел он не очень дружелюбно. Перси ожидал услышать нечто в духе «Не нужна мне твоя помощь!». — Мне достаточного чрезмерного беспокойства обо мне со стороны моего бывшего парня. Правда, его слишком много. Еще один интересный факт о Нико — он гей. Перси замер на мгновение, осознавая это и отпуская его руку, а потом снова продолжил высказываться по поводу писем. Гей Нико или не гей — разницы особой не было. — Нико, но ведь это серьезно! — Перси помахал всеми записками сразу перед носом фотографа. — Они ведь могут угрожать твоей жизни! — А еще это все может оказаться простым приколом, Перси, — Нико отстранил его в сторону и направился к двери. — Ты просто насмотрелся дурацких детективов. Я предпочитаю подождать. Пойдем. — Нет! — Перси во второй раз схватил парня, но теперь уже за плечи, развернул его к себе и немного наклонился, чтобы посмотреть в темные глаза, спрятанные за челкой. — ТЫ расскажешь мне все, а потом мы пойдем. — Во-первых, прекрати уже меня трогать! Я не люблю, когда ко мне прикасаются, — Нико раздраженно вырвался из крепкой хватки Перси и стряхнул несуществующие пылинки с пальто. — Во-вторых, мы собирались гулять. В-третьих, если тебе так хочется, то я расскажу, — Перси ликующе взмахнул руками. Но Нико поспешил разочаровать его. — Только после того, как ты изучишь со мной нью-йоркское метро. — Идет! — ответил Перси, протягивая ему руку. Нико крепко пожал ее, что Перси даже удивился, откуда в этой узкой кисти с тонкими пальцами столько силы.

***

Ничего интересного Перси в метро не увидел, хотя они с Нико прокатились под всем Манхэттеном. Нико все время что-то фотографировал, а Перси только и мог теперь подмечать, какой рукой он это делает. Вот он снимал толпу, входящую в вагон, при этом на кнопку нажимал правой рукой, а объектив крутил левой. Все, как обычно. Однако, ловя одинокого человека у схемы, Нико быстро вытянул левую руку, странно извернувшись, чтобы удобно схватить камеру. — Что ты надеешься там увидеть? — Перси со скучающим видом пил кофе из одноразового стаканчика и смотрел, как Нико, подсвечивая себе вспышкой, разглядывает рельсы. Он почти спустился вниз, рискуя попасть под поезд. Отвечать Нико не собирался, только больше наклонялся и — надо же — фотографировал там что-то. Свою сумку он после долгих споров отдал Перси. При этом он раз десять повторил, что если тот разобьет хоть один объектив, поцарапает хоть один фильтр, то Нико лично пустит его на запчасти для фотоаппарата. И неважно, что живой человек не очень подходит для этого. И теперь Перси прислонился к прохладной стене и рассматривал Нико, каждую минуту проверяя сумку у себя на плече. Почему-то угроза Нико показалась ему вполне реальной. Парень вообще выглядел достаточно серьезно, так что можно было поверить, что его слова — не просто слова. Любые слова. У Перси накопилось многовато мыслей о Нико. Особенно теперь, когда Перси точно выяснил, что тот гей. Не то чтобы ориентация была так важна для Перси, но, наверное, стоило соблюдать какую-то дистанцию. Мало ли как Нико может воспринимать его прикосновения. Если говорить об этом, то Нико сам сказал, что не любит прикосновения. Надо было постоянно помнить об этом. Много о чем надо было помнить. Как минимум потому, что Нико - гей. Это утверждение почему-то не давало Перси покоя. А Нико спокойно присел на одно колено в двух шагах от него и, повернув камеру боком, снимал уже левой рукой. Чем вообще геи отличаются от обычных людей? Перси попытался осмотреть Нико. Длинные волосы, вряд ли их можно собрать в хвост, но они определенно длинные. Черные, волнистые, шелковистые, растрепанные. Ну и что? Да ничего. Натуралы тоже носят длинные волосы. Блестящие черные серьги в ушах. Едва заметные. Да есть сотни музыкантов, которые встречаются с толпами девушек и при этом носят серьги. Ладно, единственная деталь во внешности Нико, которая способна была выдать в нем хотя бы скрытого гея — резинка боксеров, которую было видно над ремнем джинсов. И все! Все! И то это не показатель. Перси показалось, что его голова сейчас взорвется. Нико обычный парень. Какая разница, кого он предпочитает в постели? К тому же, кажется, ему нравятся блондины. А еще утром Перси был брюнетом. И вообще, что опять за мысли?! Перси отвел взгляд от Нико. Ну, не собирается же он всерьез думать о том, нравится он Нико или нет. Вряд ли нравится. А может, и нравится. — Все, Перси, хватит, — сказал он сам себе и сделал глоток остывшего кофе. В это время Нико даже не подозревал о мыслительном процессе в его голове. Спокойно стоял на платформе, вытянув правую руку с фотоаппаратом снимал, поддерживая левой. И, кажется, снимал не рельсы и не поезд. Судя по углу, он пытался поймать одновременно и рельсы, и платформу. Потом развернулся, мазнув взглядом по Перси и послав ему кривую улыбку, и стал снимать сторону, куда уезжает поезд. Наклонился он для этого достаточно сильно, но никому как будто не было до него дела. Как и до звука приближающегося поезда. Его огней Нико, кажется тоже не видел, потому что даже не сдвинулся с места. И Перси уже знал, что произойдет в следующий момент. Поэтому не стал думать, все мысли выдуло из его головы ветром от приближающегося поезда. Стаканчик с кофе сам вылетел из его рук, расплескивая напиток по полу. Глухо ударилась о пол сумка Нико. А Перси, как в замедленной съемке, почти летел к Нико, чтобы, обхватив его руками за талию и прижав к себе, оттащить подальше на платформу. Как раз в этот момент, когда они оказались на безопасном расстоянии, поезд остановился на платформе и народ потянулся внутрь. Никто не обращал внимания на обнимающихся парней. А Нико, казалось, замер в руках Перси не в силах пошевелиться. И Перси не мог разжать руки, пока вокруг шли люди. Что-то странное проскользнуло между ними, пока они стояли так, прижавшись друг к другу. Но потом платформа опустела, и Перси медленно убрал руки, тихо извиняясь. — Ну, спасибо, наверное… — Нико все еще тяжело дышал, приходя в себя. — В этот раз ты хотя бы не разбил фотоаппарат… — Имею право, я его купил… — оба пребывали в шоке и соображали очень медленно. Все, на что хватило их ума сейчас, это смех. И парни рассмеялись. Нико смеялся недолго. Пока все еще посмеивался, он прошел к своей сумке, обогнув лужу кофе, и повесил ее на плечо. — Все, думаю, хватит на сегодня приключений, — он посмотрел на Перси. — Поехали обратно. — Да, — Перси с улыбкой вздохнул и встретился взглядом с фотографом. В том, что Нико снимал метро, был один несравненный плюс. Можно было уехать домой без особых затрат на такси. Даже не надо тратить время на поимку такси. Нужно только несколько минут постоять на платформе, чтобы дождаться поезда. Перси старался держаться не слишком близко и не слишком далеко, стоя в шаге от Нико. Они не обменялись ни словом. И еще Перси чувствовал, как Нико бросает на него неопределенные взгляды. И когда они случайно встретились взглядами, пришло понимание. Просто понимание того, что Перси готов спасать Нико, куда бы тот не бросился. Под поезд, под машину, в сомнительную авантюру или на встречу с тем, кто посылал ему эти стикеры. Перси сам осознал это для себя и увидел в глазах Нико искреннюю благодарность, хоть и старательно прикрытую напускной сердитостью. Как будто он одними глазами хотел сказать: «Не нужна мне твоя помощь! Но ты все равно помогай…» Перси усмехнулся своим мыслям. А Нико крепче ухватил фотоаппарат, нахмурившись.

***

Сидя в полупустом вагоне метро, Перси подвинулся ближе к Нико, чтобы посмотреть фотографии. От него не укрылось, как напрягся фотограф, когда Перси устроил свой подбородок у него на плече. Но менять свое положение не стал. Пусть Нико не думает, что Перси неуютно рядом с ним. К тому же так было лучше видно фотографии на небольшом экране. — Зачем тебе это? — спросил Перси. Ему пришлось отстраниться, потому что Нико выключил фотоаппарат и решил убрать его в сумку. — Для конкурса. Победитель поедет снимать города Европы за счет заказчика, — застегнув сумку, Нико повернулся к нему. — Это тот самый конкурс, где нужно показать Нью-Йорк с необычной стороны? — Перси удивился. Ему почему-то казалось, что только его подруга могла повестись на это. Потому что весь этот конкурс выглядел как полная ерунда. Хотя… он ведь не фотограф, может, для них это и интересно. — Это только первый этап, — ответил Нико и вдруг подозрительно нахмурился. — А ты откуда знаешь? — Моя подруга Рейчел Дэр тоже участвует, — ответил Перси. Он включил всю свою наблюдательность для такого случая, но все равно никак не мог разгадать, что думает Нико. Он просто задумчиво нахмурился. А что это могло означать, Перси не знал. Может быть, Нико был не рад появлению нового конкурента. Может быть, думал, как обойти конкурента. — Дэр… — медленно произнес фотограф. — Это случайно не дочка бизнесмена Дэра? — Случайно она, — усмехнувшись, ответил Перси. — Мне вообще везет на таких друзей с богатыми родителями, — Нико нервно дернулся от этого заявления и опустил взгляд. И опять Перси не смог понять, что это значит. — Жена моего друга, например, дочь известного актера. Тристан Маклин, если слышал о таком. Нико вдруг вскинул голову и удивленно посмотрел на Перси. — Подожди, — он поднял руки, останавливая Перси, чтобы еще раз все медленно уточнить для себя. — Ты хочешь сказать, что дружишь с Джейсоном Грейсом? Ты ведь говорил о его жене Пайпер? — Ну, да, — недоуменно сказал Перси. Он взял Нико за запястья и опустил его руки. Пришло его время уточнять. — Ты что, знаешь их? — Мы с Джейсоном дружили в детстве, а потом я был фотографом у них на свадьбе, — медленно произнес Нико. — Тебя не было на их свадьбе. Я помню всех гостей. Особенно какого-то парня мексиканца, который напился текилы и приставал к высокомерной блондинке. — Когда была их свадьба, у меня были соревнования во Флориде, — ответил Перси и улыбнулся. — Мексиканец это наш друг Лео Вальдес, он действительно очень любит текилу. А блондинка… — Перси помрачнел. — А блондинка там могла быть только одна. Моя девушка Аннабет. Слушай, ты не знаешь, она отшила его тогда или у них было что-то? Нико посмотрел на него со смесью вины и сочувствия. — Я не знаю. Но ты лучше не бери это в голову. Тогда все были пьяные, мало кто и с кем. Она ведь все равно встречается с тобой, — он положил руку на плечо Перси, стараясь утешить, потому что тот грустно опустил плечи и задумчиво смотрел перед собой в одну точку. — Конечно, — ответил он. — Пойдем, нам пора выходить.

***

Ночные улицы пустовали. Сыпал редкий мокрый снег, Перси шел рядом с Нико, глядя себе под ноги. Как ни странно, мыслей у него почти не было. Он просто наслаждался обществом Нико. После того, как они выяснили, что имеют общих знакомых, показалось, что мир действительно тесен. Возможно, они встретились бы раньше. На свадьбе Джейсона и Пайпер. Но познакомились ли? Вряд ли. Перси бы веселился на свадьбе лучшего друга, ему не было бы дела до какого-то фотографа, который снимает всех, как назойливый папарацци. И фотографии бы его Перси так и не оценил, потому что все свадебные фотографии одинаковые. Интересная вещь — судьба. Перси даже уважительно покивал своим мыслям. Управлять ими он уже был не в силах, но слушать свои собственные неуправляемые рассуждения ему нравилось. Ведь зачем-то же нужно было судьбе свести его и Нико. И как хорошо она свела их не на свадьбе, отправив Перси на соревнования, а в осеннем парке. Какой тонкий психолог эта судьба. Среди людей такого не найдешь. Так точно она почувствовала настроения разных ситуаций и подобрала лучшую, в которой они могли встретиться. Встретиться неясно для чего. — Ну, ты все еще хочешь услышать про эти записки? — спросил Нико таким тоном, что Перси стоило быстро передумать и понять, что для Нико это тяжелая тема. Но Перси был непреклонен. — Да, — хотя на какое-то время он даже забыл про письма и угрозы. И если бы Нико ему не напомнил, то мог бы и не рассказывать. Похоже, этот парень был таким же честным, как Перси — героическим. — Тогда давай зайдем ко мне на чай, — он кивнул Перси на открытую дверь, и тот согласно кивнул. В лифте Перси заметил, как Нико старается держаться в отдалении. Он, собравшись рассказать Перси, что знает о письмах на двери, как-то погрузился в себя и сильно напрягся. Перси даже немного пожалел, что заставил его это делать. Похоже, это будет не просто неприятный для Нико разговор, а самый нежеланный. Интересно, еще не поздно передумать? У двери Нико остановился, и Перси налетел на него. — Что случилось? .. — заглянув через плечо Нико, Перси увидел, что тот держал в руках. Еще один конверт, из которого Нико достал более содержательное письмо, чем прошлые. Все, что Перси смог прочитать на листе, это длинный номер, не похожий ни на сумму денег, на на что-либо еще, кроме банковского счета. — Ты уверен, что тебе надо это знать? — Нико пропустил его в квартиру и захлопнул дверь. В темной прихожей они могли увидеть только силуэты друг друга, и Перси совсем растерялся. Да, ему надо было быть везде и всегда. Да, ему надо было знать абсолютно все. Но в этом случае он колебался. И все же кивнул. — Тогда обойдемся без чая, — Нико прошагал в комнату и сел на диван, Перси поспешил за ним. Света все еще не было. Только благодаря полной луне можно было разглядеть очертания комнаты, однако Перси полностью сосредоточился на Нико. — Это все из-за моего отца, — тихо начал Нико. Он вертел в руках конверт, сминая уголки, и избегал смотреть на Перси. — Он достаточно влиятельный человек в некоторых областях. И еще у него много денег. Для сравнения: отцу твоей подруги столько денег и не снилось, — он прервался, формулируя фразы. — Это не первый раз, когда я сталкиваюсь с угрозами. Наверное, и не последний. Я же говорил, что в следующий раз автор тех писем расскажет о себе больше. Это связано с конкурсом. За эти деньги я могу «купить» свое участие в конкурсе. — Но ты же в нем уже участвуешь? Или я чего-то не понимаю? — Перси нахмурился, хотя едва ли Нико мог увидеть это в темноте. — Теоретически, да, участвую. А вот практически — не знаю. Думаю, им ничего не стоит обратить мои фото во что угодно, когда я отправлю их заказчику. Тем более, что связь с заказчиком я имею только через посредника. Думаю, если я не заплачу им ту сумму, — Нико со злостью бросил конверт перед собой на диван. И пристально посмотрел Перси в глаза. Как ему удалось сделать это в темноте, Перси не знал, однако почувствовал, как его словно током ударило. — То они либо успокоятся тем, что я не участвую, либо перейдут к другим действиям. Однажды они уже перешли к действиям… — И что случилось? — Перси неожиданно для себя увлекся. Одно дело, когда такое происходит в детективных сериалах, совсем другое, когда все разворачивается на твоих глазах в жизни твоего друга. — Не твое дело, — резко ответил Нико. — Важно лишь то, что такие деньги я могу достать только через отца. А к отцу я не обращаюсь за помощью с тех пор как… — он резко оборвал себя, будто боясь сказать что-то тайное. — В общем, давно. — А чем занимается твой отец? За что ты его так ненавидишь? — откуда это взялось у Перси в голове, он не мог сказать. Нико ведь не сказал напрямую, что ненавидит своего отца. Это просто следовало из его слов. И сейчас Перси немного испугался, вдруг Нико не ненавидит своего отца, просто хочет быть независимым. У Перси была такая же история. Его отец, настоящий отец, тоже обеспеченный человек. Но Перси не хотел от него зависеть. — Чем он занимается, это не так важно, хоть и незаконно. Ненавижу я его за то, что он — убийца, — слова Нико эхом отразились от стен и тяжело осели в душе Перси. Тон Нико не возможно было воспринимать двусмысленно, только так, как он сказал. Он произнес это с такой оглушающей ненавистью, что Перси сам возненавидел этого человека при том, что и имени его не знал. Однако по отношению к Нико он испытал лишь одно — ничего. Он не испытал ничего. А ведь перед ним сидел сын убийцы.