У больших мальчиков крошечные сердца

- О, Боже мой! Что это? – пытаюсь перекричать шум. - Что? – Маттиа сводит брови. - Этот ор! Что происходит? – мне действительно страшно. - Это итальянская семья. Привыкай, - улыбается, обнимает меня за талию, тянет меня за собой. Пытаюсь ориентироваться в этом шуме. Бог мой! Все что-то кричат. На самом деле не кричат. Просто разговаривают, но все вместе! Одновременно! Не могу ничего разобрать. – Мам! Мам! – подзывает Маттиа Энни. - Какая радость! Вы приехали! – она обнимает нас. - Как ты выживаешь в этом? – шепчу Энни. - Смотри, - выставляет вперед палец. – Если смотреть только на того, кто тебе нужен – можно разобрать каждое слово, - учит. - Окей. Постараюсь. - Нико! Нико! – подзывает мужа. – Нужно познакомить, - кивает на меня. - О! Холи! Как долетели? – обнимает меня мужчина. - Долетели хорошо. Маттиа приказывал мне не бояться океана под пузом самолета, - улыбаюсь. Нико громко что-то говорит на итальянском и все замолкают. Я пытаюсь понять, что он говорит и, по прилепленным ко мне взглядам осознаю, что он представляет меня всей семье. - Бонджорно! – произношу с идиотским акцентом. Масо громко прыскает с другого конца гостиной. Ах ты сученыш! - Мама, это Холи, - ко мне подводят старую женщину. Очевидно, это та самая знаменитая бабушка братьев - Холли. - Ты же не думаешь, что я разучилась понимать твой американский акцент, Нико? Девушка Маттиа. Наконец-то и он привел женщину в дом, - улыбается мне. Девушка Маттиа? Чего? Вздрагиваю от ее громкой итальянской речи и мне руку жмет дедушка. – Мой муж Эдуардо, - сообщает мне Холли. - Скажите ему, что мне приятно наконец познакомиться со всей его большой семьей, - улыбаюсь. - Немного понимаю, - говорит мне Эдуардо на ломанном английском. О! Как замечательно. - Энни, - шепчу маме братьев. – Покажи мою комнату, у меня эти дни… - Пойдем, дорогая, - тянет меня за собой. Мы покидаем гостиную-муравейник и поднимаемся на третий этаж. - Почему бабуля посчитала, что я девушка Маттиа? – интересуюсь. - Мы не можем представить тебя просто подругой. Эду и Холли не поймут. Поэтому будет куда проще, если они будут думать, что вы пара, - улыбается. Ну ладно… – У тебя отличная комната. Увидишь сады соседей и море. - Ух ты! Мать твою! – восхищаюсь, глядя в окно. – Прости, Энни, - прикрываю рот. - Располагайся, детка. Ванная на первом этаже, - уходит. Опускаюсь на пол, открываю чемодан. А зачем? Куда деть вещи? Осматриваюсь. Шкафа нет. - Какая красота! – входит Тео. – Знаешь что за комната у меня? На кровати Майкл, Джорджио на надувном матрасе, и мы с Масо на кушетке, - жалуется. Я улыбаюсь. – Знаешь, из чего сделана кушетка? - Нет, Маттео, - вынимаю ночную сорочку. Положу ее под подушку. - Она из стали, стекловаты, колючих опилков и снова стали! – кивает. - Идем, я тебя пожалею, - тяну руки. Маттео укладывает голову мне на колени. – Почему твой отец уехал отсюда? – запускаю пальцы в густые черные волосы моего любимого друга. - Он посещал штаты. Музейная практика. Что-то в этом роде. И встретил в Сан-Диего маму. Она ни за что не переехала бы. А отцу было наплевать где жить, - жмет плечами, поворачивается на спину. Зеленые глаза смотрят на меня. - Я рада, что мы приехали, - наклоняюсь, чмокаю Тео в лоб. – Покажешь мне здесь все? – веду плечом. - Покажу. Только не сегодня, - накрывает свой рот моей ладонью. – Слушай, можно я буду ночевать у тебя? - Нет! Нельзя, - улыбаюсь. - Но, положение обязывает. Ты же моя девушка, - кривляется. - Все мы знаем, что это не так, - прищуриваюсь. Он секунд десять смотрит мне в глаза не отрываясь, и мне становится жутко неловко. Я не знаю куда себя деть. - Оглохли? – врывается Масо. СЛАВА БОГУ! – Ужин стынет. - Сегодня готовили без нас, - жмет плечами Тео. - Как же мы будем есть то, к чему руки шефа даже не прикоснулись? – смотрю на Масо. - Метти просто отстой перед шефами этой кухни, - младший брат уходит. - Он серьезно? - хватаю Маттиа за руку, и он поднимает меня с пола. - Ну, я не самый худший вариант, но в моей семье готовят просто великолепно, - игриво подмигивает мне и мы спускаемся вниз.