Отныне и во веки веков

Серсея стиснув зубы, с некой отстраненностью взирала на малый совет, ей было горестно, непосильный груз тяжести не покидал ни на секунду истерзанное сердце матери. Но королевству нужен король, и ей пришлось согласиться с мнением большинства и именно сегодня должна состояться коронация её младшего сына Томмена, который никогда не должен был взойти на престол. Он не готовился к такому, его жизнь должна была стать другой, не обременённой тяжестью непосильной короны. Но судьба зачастую играет с жизнями людей не по правилам, и всё чаще толкает смертных в пучину боли и вечных мук. Серсея была облачена в золотисто-желтую одежду, окрашенную шафраном. Вплетённые ленты придавали волосам объём, а аромат, что исходил от её тела, был настолько тонким и манящим, что даже присутствующие с наслаждением вдыхали запах царский благовоний. Прекрасная и настолько же опасная женщина, в эти секунды напоминала многим собравшимся обычную статую, высеченную из глыбы камня неизвестным творцом. Печаль и скорбь делали её черты лица мягче, а глаза впервые не лгали и выдавали все эмоции, что терзали её искалеченную душу. - Наследный принц, будет поистине хорошим царём, пусть боги осветят его путь, и не впадёт во тьму его юное сердце. Женщина даже не взглянула на того кому принадлежали столь щедрые слова, но голос ей показался знакомым, хотя это едва ли что либо могло поменять. Покорно кивнув, львица с шумом откинулась на спинку резного стула и, скрестив руки, с вызовом посмотрела на всех собравшихся знатных господ. Их маски льстивости, заставляли Серсею ненавидеть их ещё больше, каждая клеточка организма будто кричала ей “ Уничтожь их, ведь они уже похоронили твоего сына, а теперь хотят избавиться и от другого! Убей их… убей ” и женщина рассмеялась на очередной фразе сказанной напыщенным вассалом, и все собравшиеся в один миг переключили все свои взгляды на смеющуюся звонким смехом королеву- регентшу. В её изящных руках уже давно покоился позолоченный кубок с орнаментом их благочестивой семьи, на дне которого ещё плескалось багровая жидкость с пряным запахом добротного эля, хмель настолько сильно вскружил голову, что даже ненавистный карлик не смог повлиять на свою взбалмошную сестрицу. - Я сказал, что-то не так, ваша милость?- лысоватый мужчина преклонных лет и с множеством морщин в области глаз, пристальным взглядом смотрел на красивую женщину, что с энтузиазмом продолжала напиваться, не обращая внимания на его реплику. - Ну, что вы, просто у королевы сегодня прекрасное настроение, её младший сын, наконец-то взойдет на престол и лишь по этой причине, моя сестра ведёт себя столь неразумно. Бес смерил сестрицу уничтожающим взглядом и вновь учтиво улыбнулся оскорблённому вассалу, которому вроде бы и понравились объяснения полумужа, но в тот же момент черты его лица немного измелились и очередная морщина разрезала лоб, делая его лицо хмурым и немного недовольным. - Не смей оправдываться, тем более за меня, ублюдок! Я смеялась, и буду продолжать, это делать! Кто вы?! Все вы! – Регентша, повысив голос, и пристав со стула обвела совет уничтожающим взглядом.- Если Джоффри вернётся, я буду смотреть, как ваши языки будут лизать его зад, ради прощения, ведь голова каждого будет, на грани жизни и смерти, он вырежет ваши глаза и скормит стервятникам, вы забыли своего короля! Так просто отказались от него, я не видела его тела, и отказываюсь верить в его смерть! Повисло тяжёлое молчание, за окнами послышалось щебетание пташек, где-то садовники с интересом обсуждали предстоящее торжество, и лишь в зале малого совета с каждой секундой нарастала непосильная тишина, что давила не только на слух, но и на глаза в целом. Каждый смог представить картину по своему, и почти каждый собравшийся ощутил на своей шее, острый метал топора, что плавно опускается, отрезая им возможность к существованию, и этот пристальный взгляд бесцветных глаз их забытого короля, что возвышаясь на трибуне, хищно обнажает зубы при виде очередной жертвы. это последнее будет, что смогут запомнить вассалы если жестокий король всё же вернётся. Предательство не прощают, тем более предательство короля. - Дорогая сестра, ты нагоняешь жути, в тебе говорит вино, не хотела бы ты отдохнуть в своих покоях? Дабы не портить такой великий день своими подозрениями, ведь именно сегодня, твой не менее любимый сын, должен будет взять всю обязанность страны на себя, ему не нужно видеть твоего циничного траура по старшему, ведь именно ревность сейчас правит твоим сердцем, ты считаешь себя предательницей перед Джоффри, который, увы… мёртв. - Ах, ты дрянь! Бокал полетел в Тириона, и лишь предугадав её дальнейшее действие, мужчина сумел увернуться от утяжелённого предмета. - Увидите её! Двери в зал распахнулись и на пороге в дорожном плаще, появился отец этого семейства, как всегда гордый, излучающий власть и повиновение не только детей, но и всех собравшихся в этих стенах, он одним взглядом заставил Серсею удалиться, тем самым сняв напряжение в воздухе, что витало от слов регентши. Юный принц стоял около окна, сжимая пальцами край торжественного камзола, он нервничал и в глубине сердца не желал всего этого, ему всю жизнь хотелось лишь покоя, а теперь судьба подтолкнула его в объятия самой смерти, ведь стань он королем, сколько бед посыплется на его юную голову. Даже сейчас юноша понимал, что всё кардинально поменяется, а сможет ли он удержать власть? Если даже его старший брат, не сумел. В двери тихонько постучали, Томмен не желал никого видеть, но обернувшись, не сумел отказать в приёме, он восхищался ею. Быть может даже, благотворил, первая любовь оказалась непосильной для него, и он попал в умело поставленные сети настолько легко, насколько это только возможно. Её ладони скользят по груди, глаза в глаза жаркое дыхание, что щекочет его губы, опаляя неизвестным желанием – обладать. Он хочет её всем своим существом, но так и не осмелился даже на лёгкий поцелуй, боясь быть отвергнутым. - Я не надеялся на встречу,- шепчут его губы, а Маргарет лишь сильнее прижимается к его груди, давая возможность прочувствовать, как бьётся её сердце, под столь тонкой материей почти что откровенного наряда. И он возбуждается в силу юного возраста, но даже понятия не имеет, как совладать с собой, или что делают в таких случаях. Но её пальцы плавно спускаются вниз, верёвки поддаются нежным касаниям и вот её ладонь уже обхватывает напрягшейся член наследного принца, срывая с приоткрытых губ молящий стон. - Позвольте мне, снять напряжение, мой король? Облизнув вторую ладонь, обольстительница принялась двигать рукой, приводя будущего короля в неописуемый восторг, её пристальный взгляд лишь увеличивал волну возбуждения, её щёчки покрыл легкий румянец, а пересохшие губы, словно магнит манили для жаркого поцелуя и лев не сдержался, схватив девушку за шею, он заставил Маргарет подарить ему настолько страстный поцелуй, будто через секунду они навечно канут в лету и это лишь единственный миг, когда они ещё могут дарить себя. Растворяясь полностью в похоти своих тел. - Стань моей королевой? И наслаждения будут божественными… Она знала по его реакции, что несколько движений и принц изольётся, быстро опустившись на колени, Маргарет принялась усердно работать ртом, он был способным учеником и жадным на удовольствия, его ладони опустились на её макушку, заставляя девушку заглатывать член по самые яйца, пара толчков и лицо девушки коснулись первые капли спермы, он смотрел на неё сверху вниз, и уже знал, что именно она станет его королевой. Вот только никто из них не догадывался, что корабль, пришвартовавшийся в Гаване, вернул в родные земли, истинного короля и защитника семи королевств. Джоффри поправив потрёпанный плащ и отряхнувшись от пыли, с улыбкой посмотрел на возвышавшийся замок, в котором некогда он был королём. Его мысли тут же переключились на Сансу, он уже представил, как удивится его возлюбленная при их встрече, но он даже не мог представить, как удивится он сам. Быть может прошла целая вечность с момента его мнимой смерти. или вся жизнь до… просто сон? Но именно сейчас король, ни о чём не догадывался и, расплатившись с капитаном небольшого торгового судна, как обычный путешественник двинулся по вымощенной дороге туда, где его уже никто не ждёт.