Делая вид

       Снежинки за окном укрывали хорошо расчищенные с утра дороги в мешанине бурой грязи. Вик стоял возле окна, пил кофе и думал, что он стал слишком старым для этого дерьма.        — Я слишком стар для этого дерьма, — сказал он вслух.        — Так больше не говорят, — отозвался Крис, который явно караулил все это время неподалеку, чтобы вставить свои бесценные пять копеек.        — Тоже мне эксперт в трендах, — прокомментировал Вик.        Его бедер коснулись подозрительно горячие ладони. Скользнув к ширинке, они попытались расстегнуть пуговицу на брюках.        — Эй! – Вик хлопнул ладонью по пальцам злоумышленника. – Это еще что такое?        — Так праздник же, — обиженно ответил Крис, но руки убрал, а сам встал рядом и начал сверлить суровым взглядом.        — Вот именно, — согласился Вик. – Кто просил устроить «ивент с блэкджеком и шлюхами»?        — Допустим, я, — сказал Крис.        — Кто забраковал всех эскортников и экскортниц, а потом заявил, что это была просто шутка такая? – продолжил Вик.        Крис отвернулся и пошел к гардеробу. До Вика с запозданием дошло, что до сих пор любовник был абсолютно голым.        «Может, стоило по-быстрому?» — пронеслось в голове.        — Обязательно быть такой язвой каждое Четырнадцатое? – спросил Крис из недр гардероба.        — Традиция, — вздохнул Вик.        Десятки праздников, слившихся в один отвратительный день, пронеслись перед его глазами. Диме не понятно было торжество Любви, но вполне устраивало торжество денег. Иногда Вику казалось, что к этому дню все холостяки столицы копили деньги, чтобы выкроить часик в его компании.        — Допивай быстрее, я такси вызвал, — Крис швырнул в него неподобающе розовый кашемировый джемпер.        — Это что? – спросил Вик, пытаясь постичь, кому в обозримой реальности могло прийти в голову, что нужно превратить классическую зимнюю одежду в смесь веселья с идиотизмом.        — Твой праздничный костюм, — ответил Крис. – Надевай.        — Это?! – ужаснулся Вик.        Он бы не возражал, если бы надо было идти голым. Он бы не возражал против пижамы или затасканных домашних брюк с майкой-алкоголичкой Криса, но… Табу были, как выяснялось, даже у него.        — Так, давай без этих твоих рассказов про розу цветов, — попросил Крис, морщась.        Объяснять ему, что «роза» была «ветров», а «цветов» была «палитра» Вик не стал – таксисты по праздникам за задержку могли наехать даже на таких как Крис. Не стоило злить их.        Через десять минут, одетый в чудовищную смесь классики с произведенной школьником кислоты Вик сидел в такси, размышляя о вечном.        — Купили уже? – спросил таксист.        — Что купили? – удивился Крис.        — Презенты, — пояснил таксист. – Суженым.        — Э-э-э… — даже у Криса не нашлось ответа на этот вопрос.        — Просто у меня тут есть, — таксист открыл бардачок, не отрываясь от вождения. – Рафаэлки, духи, есть даже… это самое.        — Какое самое? – спросил Крис.        Вик улыбнулся. Если где-то кто-то начинал намекать, что есть такой выбор, который сделает только больной ублюдок, Крис обязательно уточнял, что это за выбор. И довольно часто делал его.        — Глянь сам, — предложил таксист и швырнул в Криса прозрачный пакетик с легким содержимым.        Пакетик описал дугу и шлепнулся аккурат на коленки Криса, который приподнял за уголок «презент» от таксиста и начал изучать.        Перед ним, вне всяких сомнений, был флоггер.        Сделанный то ли из вельвета, то ли из бархата. Порождение ажиотажа вокруг праздника в адской смеси с хайповой темой известной книги и серии фильмов. На кривой прилепленной этикетке было написано: «Пачувствуйте себя Мистером Грейем».        — Сколько? – спросил Крис.        — Пять тыщ, — довольно улыбнулся таксист.        — Еще есть?        — Ты охренел? – шепотом спросил Вик.        — Это ты охренел, солнышко, — шепотом ответил Крис, улыбаясь уголком губ.        Ненадолго Вику стало очень хорошо от этой злой улыбки, которая не предвещала ничего хорошего. А потом он вспомнил про «пять тыщ».        — Три штуки, — таксист был в восторге.        — Возьму все, — заявил Крис.        — Да ты…        К счастью, машина затормозила так резко, что договорить Вик не успел. Раздался гудок – гудел их водитель.        Потом прозвучал хрясь. Машину сильно тряхнуло.        — Жопа, — пробормотал водитель.        — Накину сверху, если мы прямо сейчас закажем новое такси, а ты уж тут сам.        В такие моменты Вик понимал, почему терпит майки-алкоголички дома. Только один человек во всей столице на аварию мог отреагировать так спокойно, будто они с самого начала планировали ехать с пересадкой.        — Телефончик оставь, — вздохнул водитель.        Крис забрал три отвратительных флоггера, обменялся телефонами с таксистом, докинул наличными за поездку, которая завершилась небольшим столкновением посреди оживленного проспекта, а потом вынырнул наружу.        Новое такси подобрало их через пару минут. Задавать вопросы на фоне летящих мимо машин было неудобно. Вик стоял в окружении бензиновой вони, криков водителей столкнувшихся машин, яркого зимнего солнца и краем глаза следил за тем, как улыбается городу Крис. В этом было что-то… за гранью добра и зла.        — О, наша! – обрадовался (еще больше) Крис и нырнул в новую машину.        — Поцеловались? – понимающе спросил водитель.        — Еще нет, — ответил Крис.        Водитель заинтересованно пилил его взглядом всю поездку, но больше не произнес ни звука.        Возле клуба дежурила охрана. После рукопожатий они открыли дверь и пожелали хорошего вечера. По привычке Вик ответил: «Вам тоже», а потом долго вспоминал мем из интернета. Будет забавно, если ребята спустятся в клуб посреди праздника и забьют на работу.        Забавно или… тревожно.        Но они не спустятся.        Вечер даже не начинался, до сбора гостей было еще полно времени, и Вик не ожидал, что в зале будет кто-то кроме официантов, уборщиц и администратора. Оказалось, в зале сидели Андрей с Шуриком.        — Ого! – Крис тоже удивился, пожал руку Андрею и потрепал по голове Шуру. – Какими судьбами?        — Мы решили отпраздновать заранее, — ответил Андрей. В руке у него был бокал с коктейлем, и по выражению лица было ясно – алкоголь.        — Все окей? – спросил, на всякий случай, Вик, шлепнулся рядом и сбросил пальто.        — А у тебя? – ответил вопросом Андрей, глядя на джемпер.        Вик вздохнул, взглядом указал на Криса и добавил:        — Без комментариев.        — Ну, тебе идет, — дипломатично заметил Андрей.        — Ты съехал с темы, — заметил Вик. – Все нормально? Может, подкинуть вас куда или… не знаю, бар за мой счет?        — Ловлю на слове, — Андрей отсалютовал бокалом. – С утра выслушивал советы, как лучше подкатить к «бабе на вечеринке». Цитата.        — О, у нас тоже есть улов! – обрадовался (неизвестно чему) Крис. Бросил на стол купленные у таксиста плетки и добавил: — Пять тыщ, имей в виду.        — Ты где это взял? – ужаснулся Андрей.        — Ой, — Шурик схватил один пакет, повертел. – Хотите стать мистером Греем?        — И ты туда же? – Андрей устало провел ладонью по лицу. – Повтори, а? – крикнул он бармену.        Мальчик за стойкой спрыгнул с табуретки и побежал к рабочей зоне. Табуретка упала. Несколько секунд эхо отражало звук грохота. Шурик зажал уши. Вик стоически терпел.        — Все нормально? – крикнул Крис, когда шум испарился.        — Д-да! – ответил бармен.        — Аккуратней там, — попросил Крис.        — Так точно! – крикнул в ответ бармен.        Крис удивленно почесал затылок:        — Не знаю, что с ним такое.        — Он запал на Андрея Евгеньевича, — подсказал Шурик, разворачивая пакет.        — Ты-то откуда знаешь? – спросил Крис.        — Он мне так сказал, — объяснил Шурик, вытащил флоггер и бережно пропустил под пальцами игрушечные ленты.        — Тебе? – удивился Вик.        — Он неделю работает, — ответил Шурик. – Дядя Крис, а вы на кой черт, простите пожалуйста, эту хрень купили? – он с выражением искреннего недоумения посмотрел на Криса.        — Не нравится? – расстроился Крис.        — Она же из бархата, — сказал Шурик, и это многое проясняло, хотя и не было в полном смысле ответом на вопрос.        К столику, за которым невольно оказались они вчетвером, подошел бармен. На трясущемся подносе он держал бокал с виски-колой.        — За… за счет заведения, — вырвалось у бармена.        Через секунду он исчез и появился только за стойкой, где наблюдал из засады за тем, как Андрей взял бокал и сделал пару глотков.        — Я передумал, платит он, — тут же решил Вик, кивая в сторону стойки.        — Ты эксплуатируешь труд наемных работников, — ответил Андрей.        — По крайней мере, я не покупаю флоггеры из вельвета, — сказал Вик.        — Из бархата, — возразил Шурик.        — Дай-ка, — попросил Андрей, забрал из рук Шурика плетку и пропустил под пальцами.        Вику тоже стало любопытно, как ощущается флоггер из бархата на руке. Он распаковал второй пакет.        — А ты говорил, не окупится, — усмехнулся Крис.        — Так никто и не собирается тебе платить за них, — ответил Вик.        Под пальцами тонкие ленты бархата ощущались подобием шелка. Вызвать что-то кроме щекотки такой экзотикой было физически невозможно.        — Нравится? – улыбнулся Крис.        Вик содрогнулся:        — У тебя температура?        — Хуже, — ответил Крис. – У меня Четырнадцатое февраля.        — Возьму два, — сказал Андрей.        Шурик уже распаковывал второй флоггер.        — Ну вот, а ты говорил, никто не собирается платить, — обрадовался Крис. – Потом закинешь на карту, — добавил он Андрею. – И чтоб не как обычно.        — Давай я сам разберусь, а? – поморщился Андрей.        — Ты меня задолбал своими чаевыми, — Крис огрызнулся, но Вик понял, что это шутка.        Они ругались иногда, конечно… По какой-нибудь фигне, чтобы потом вдвоем пить в уголке, обсуждая суровый мир. В остальном сложно было найти двух настолько похожих людей.        Шурик начал заплетать косички на своем флоггере, и это действие так поглотило его, что на пару попыток Вика завязать разговор парень не отреагировал совсем.        — Он давно работает? – спросил Андрей, кивая Крису на бармена.        — Тебе зачем? – спросил Крис.        — Для друга, — ответил Андрей.        — Для друга он не сдается в аренду. Мы с Виком проверяли – Темой не интересуется, алкоголем тоже, — сказал Крис.        Все это было правдой.        — Ну-ну, — усмехнулся Андрей и с плюшевой плеткой пошел к барной стойке.        — Он же несерьезно? – предположил Вик.        — Да, по ходу… серьезно, — ответил Крис.        Они одновременно посмотрели на Шурика.        — Откуда я знаю, — ответил тот, не отвлекаясь от плетения косичек. Флоггер приобретал вид игрушечной девятихвостки. Шурик старательно завязывал на концах узлы, которые от настоящего кожаного девайса могли бы оставлять приятные последствия на коже.        — У вас все в порядке? – спросил Вик.        — Конечно, — Шурик удивленно посмотрел на него, отложил флоггер на место рядом. – Почему вы спрашиваете?        Вик кивнул в сторону барной стойки, где Андрей тихо беседовал с барменом, лицо которого даже в приглушенном свете клуба напоминало помидор.        — Я тут не при чем, — прошептал Шурик заговорщически. – Он сам.        Вик улыбнулся.        — Тебя оставить с плеткой? – спросил он.        — Угу, — Шурик уже вернулся к плетению.        Крис пошел глубже в зал, за которым оставалось всего три крошечных комнаты. Их удалось отвоевать у кухни. Увы, куда большим спросом в месте пользовались бизнес-ланчи, чем возможность провести быструю сессию. По этой причине Вик редко сюда заглядывал, но для Четырнадцатого богатый стол был в самый раз.        Они прошли мимо столиков, мимо входа в туалет – Андрей довольно грубо толкнул бармена вглубь уборной, мимо кладовой и закрытой «на обслуживание» комнаты, где протекал потолок. Крис открыл следующую, схватил Вика за воротник и утащил внутрь.        — Ты что творишь? – удивился Вик, даже когда его прижали к стене.        Такая спонтанность за последние месяцы стала редкостью. Или… за последние годы?        — Подумал, что этот джемпер тебе не идет, — усмехнулся Крис, и в его руке сверкнул нож. Настоящий, в этом можно было не сомневаться.        Вик замер. Ножей возле него не было уже давно.        Порождение современной моды легко поддалось острому лезвию. Крис резал снизу вверх, задевая кожу ровно настолько, чтобы это вызывало желание, а не страх. Вернее… такой страх, который вызывал желание, а не панику.        — Ты меня в подарочную упаковку завернул? – улыбнулся Вик.        Лезвие подобралось к подбородку, пришлось впечатать голову в стену и замереть.        — Подумал, нормальный тебе будет жалко, — усмехнулся в ответ Крис. – Выбирал на распродаже.        Лезвие опустилось ниже – к левому соску.        — Ты же не… — вырвалось у Вика.        — Не? – нарочито удивленно спросил Крис. Острие погрузилось под кожу на смешные миллиметры, но даже это было чудовищно больно. Вик напоминал себе, что двигаться – дергаться – нельзя, иначе будет хуже, но страх мешал соображать рационально.        — Зачем? – выдохнул Вик. – Ты же…        — Я же? – лезвие прочертило линию до правого соска и замерло над ним. Левый до сих пор горел огнем. Желание возражать резко испарилось.        — Веди себя хорошо, — сказал Крис после долгой паузы, во время которой лезвие не двигалось.        — Как скажешь, — ответил Вик настолько искренне, насколько мог.        — Развернись.        Упираясь руками в стену крохотной комнаты, выгибая спину под короткими, но подробными командами любовника, Вик пытался вспомнить, почему не любил Четырнадцатое. Ничего не приходило на ум.        Лезвие коснулось его шеи после того, как он почувствовал в себе член. Самостоятельно двигаться означало получить травму, плохо совместимую с дальнейшим спокойным вечером, поэтому он делал только то, что ему говорили. Дышал, прогибался, цеплялся за стену…        Когда терпение Криса закончилось, и они остались наедине друг с другом, без ножа, ушла всего пара минут на оргазм. Он, по большому счету, не имел значения. Куда важнее были тонкие порезы на груди, шее, спине…        — С праздником, — Крис швырнул в него пакет, обернутый в кислотно-розовую бумагу.        Под ней была белоснежная рубашка.        — Помочь? – спросил Крис, когда Вик начал застегивать пуговицы.        Пальцы дрожали.        Следы от порезов останутся на тонкой ткани. Будут красноречивым доказательством того, что произошло накануне для окружающих, а после… Вик не сомневался, что не будет стирать рубашку. Просто оставит в гардеробе. Повесит в один ряд с другими и каждое утро будет смотреть на нее.        — Ты сумасшедший, — улыбнулся он.        За столиком их ждал Шурик, который демонстрировал Андрею готовое изделие: игрушку-девятихвостку.        — Хотите, я постою сегодня на баре? – предложил он, когда Вик устало плюхнулся рядом.        — Зачем? – удивился Крис.        — Тут дело в чем… — замялся Андрей. Ему несвойственно было вести себя так, он всегда прямо говорил даже о вещах, в которых чувствовал себя неправым.        — Ты же не… — нахмурился Крис.        — Ну, откуда я знал! – то ли возмущенно, то ли виновато ответил Андрей и бросил на стол свой бархатный флоггер.