The Time s Come

      За пару дней до феерического восстания Майкла из мертвых Тревор умудрился конкретно так поднадоесть молодому медику.       - ФИЛИПС! Ты мне все глаза смозолил! Прекрати нарезать круги! – Кэтрин махнула рукой.       Прямо перед девушкой булькал состав небесно-голубого цвета. Уже которую неделю врач безуспешно пытала воссоздать свой старый эксперимент. Ти ее отвлекал, хотя она прекрасно понимала, что жаловаться на него у нее просто нет права. Кэт помнила, как она сидела в кресле и дрожащими руками держа мятую бумагу, подтверждающую ее права на дом. Права на дом. Она и подумать не могла, что ей свалится с неба такое счастье. В принципе, ей были понятны опасения Рональда. И какого черта Филипс так с ней возится? Была, конечно, грешная мыслишка, что Ти влюбился, но она разбилась. Разбилась о тот взгляд, который этот невозможный мужчина бросал на коматозного брюнета. Нет, сам-то Тревор вряд ли что-то понимал. У него вообще с чувствами все очень неоднозначно, но женская интуиция просто вопила о том, что сердце его принадлежит старому другу. Хм… Женатому старому другу.       - ТРЕВОР! Положи это на место! – девушка недобро зыркнула на собеседника.       - Ой, да ладно! Я с химией на Ты.       - Ага, верю. Слушай, мне звонил Дэймон. Спрашивал, почему меня нет! Меня ведь и уволить могут!       - Ладно-ладно. Я разберусь.       - А ну-ка цыц! Никаких убийств в мою смену!       - Эй, за кого ты меня принимаешь!       - За Тревора Филипса!       - Ой, не гони волну. Я просто улажу дело. Ты главное не отвлекайся, – Тревор подкинул в руках бутылку пива и зубами содрал крышку.       Блондинка усмехнулась. Филипс сидел на столе и мирно хлебал отвратительный хмельной напиток. Трудно было поверить, что этот человек вселяет ужас в сердца своих врагов. Хотя, ее и раздражала дурацкая привычка мужчины постоянно орать - в последнее время он выглядел совсем не опасным. Одомашненным, что ли. При мысли об одомашненности Кэт не выдержала и засмеялась. Боже мой, кажется, она сама рехнулась, раз в голову лезет такой бред.       - Эй, ты не надо мной смеешься? – Тревор приподнял бровь. – А то смотри!       - Нет, нет…       - А мне кажется, что ты мне врешь! – мужчина подошел ближе.       Но девушка просто не могла справиться с приступом веселья и буквально повисла на собеседнике, не переставая ржать. От подобных манипуляций рука мужчины опасно качнулась и пиво вместо желудка вылилось прямо на стол. И не только.       Кэтрин сразу стала серьезной, в ужасе наблюдая, как алкоголь льется прямо в состав. Столько труда и все коту под… Вдруг мутная жидкость начала стремительно изменяться. Осадок растворился, делая состав абсолютно прозрачным. А так же цвет: вместо голубого, появился легкий лавандовый оттенок. Челюсть молодого врача гулко стукнула о столешницу.       - Филипс… Нужен штамм дрожжей! Быстро!

***

      Майкл чувствовал неприятную ломоту во всем теле. Он был бы не прочь немного поныть по этому поводу, вот только трубка во рту поставила крест на его планах. Молодая девушка командовала медсестрами, как капитан на корабле. Хм… Как же ее назвал Филипс… А, Кэт, кажется. Колеса каталки стучали по швам кафельного пола. Мужчина не совсем понимал, куда его везут, но вдаваться в подробности желания не было совсем. Везут себе и везут, главное, что тьмы больше нет.       Черт. Он жив. Брюнет все никак не мог поверить в это. Хуй знает, может, он просто спятил. Только вот уж больно реальными были все эти ощущения. К слову об ощущениях. Самой сильной эмоцией, вытеснившей все остальные, было удивление. Белые простыни, больничные приборы, запах хлорки и Тревор. Вот же паскудная сука судьба. Друг, преданный им, проданный в откуп собственной жизни неподвижно стоял у окна, наблюдая, как врачи задают ему глупые вопросы. Даже сейчас Филипс зачем-то плелся позади, уже нарвавшись на пару ласковых слов молодого врача. Странно, но эта девчонка совсем его не боялась. Видимо, это профессиональное.       - Твою мать, Филипс, тебе сюда нельзя! – блондинка выпихала сопротивляющегося мужчину за дверь. – Все с твоим ненаглядным в порядке будет!       Она медленно подошла к брюнету, надевая перчатки.       - Послушайте, мистер Де-Санта, вы просто обязаны выжить! А то Филипс разнесет все по камешку! – мужчина почувствовал, как игла впивается в его мышцы. – Ну, понеслась!       Майкл не мог справится с собой. Веки стали очень тяжелыми, а комната поплыла кругами. Но тьмы не было… Только белесая мгла. Ну и на том спасибо.

***

      Тревор откинулся на спинку красного вельветового дивана, отсутствующим взглядом окидывая аппетитную стриптизершу, которая, словно волчок крутилась около пилона. Странные мысли бродили в его голове. Скорее всего, он не мог отойти от осознания того, что у Кэт все-таки получилось. Три дня назад она рвала и метала, что ее гребаный состав «недостаточно приемлемой концентрации», а сегодня утром этот придурок Таунли открыл глаза. Заебись. Мужчина глотнул пива, любезно принесенного одной из девочек. Как же он все-таки пересрал, почувствовав на себе взгляд серых глаз. Жуть, да и только. Хотелось потыкать в Де-Мудильо пальцем, чтобы убедиться, что он действительно живой. Правда Кэт стала бы орать, позволь он себе такую вольность. Хм… И стоило бы ее пристрелить за это, но он, увы, не трогал женщин.       Тем временем танцовщица спустилась со сцены и фривольно разместилась на коленях у хозяина Ванильного Единорога, демонстрируя точеную фигурку в надежде на поощрение. Рука Тревора беззастенчиво скользила по всем изгибам девичьего тела. Даже охрана завистливо косилась в их сторону. Вот она, одна из привилегий владения подобным заведением. Но мысли его были крайне далеко от сексапильной шлюшки. Хотелось бы узнать, как Новаро отреагирует на то, что ей подняли жалование. И пусть она поблагодарит его за то, что он настолько миролюбивый, так как Дэймон отделался только одним отрезанным пальцем. Срань господня, сколько же было визгу. Так даже Аманда не верещала, когда узнала, чем Майки занимается. Вообще, он как-то размяк в последнее время. Слишком давно, наверное, он никого не убивал. Было до слез обидно, что мексикашки уже почти месяц не качали права, а китайцы вообще разбежались кто куда, как тараканы. Безнадега. Ну хоть вылазка в лабораторию его порадовала.       Тревор ухмыльнулся брюнетке, которая так упорно пыталась привлечь его внимание.       - Эй, крошка, не подержишь мое пиво?       - Конечно, мистер Филипс, только… ОЙ!       Мужчина, не церемонясь, поднял полуголую девицу на руки и прошел за кулисы. Наверное, ему действительно следовало бы выпустить пар.

***

      Крашеная блондинка еле держалась на ногах от усталости, но упорно шла навстречу неизбежности. Девушка давно уже смирилась с тем, что ее уволили. Слишком долго она не появлялась в клубе. Так что это дело необходимо было решить прямо сейчас. Жаль, конечно, придется искать другую подработку, потому что даже не смотря на то, что она теперь домовладелец - на содержание жилья уйдет не одна тысяча долларов.       Глубоко вздохнув, Кэтрин потерла глаза. Утренняя операция прошла хорошо. Теперь у мистера Таунли была пара новых почек, а у нее головная боль и чувство полного удовлетворения. Ух, если бы эти надутые индюки из Humane Labs узнали, что у нее получилось - их бы хватил инфаркт. Да, полиция ведь с ног сбилась, пытаясь найти виновных в краже редчайшего элемента. Только вот они и представить не могли, что он нужен им для личного пользования, а не для получения прибыли. Так что они проверяли каналы, по которым можно было контрабандой вывезти SX-6.23.       - Эй… КЕЙТ! – девушка подпрыгнула от неожиданности и повернулась на звук.       Прямо перед ней остановилась белая Шевроле, за рулем которой сидел Франклин Клинтон.       - П…прости, я задумалась, – Кэт почувствовала, как мгновенно вспотели ладони. Страх того, что ее разоблачили не давал нормально вздохнуть.              - Ох, простите! Я напугал вас? Я не хотел! – парень выскочил из машины, чтобы придержать покачнувшуюся девушку. – Простите еще раз, я просто проезжал мимо и был ужасно рад, когда увидел вас на светофоре. Вы позволите вас подвезти?       Кэтрин кивнула, стараясь, справиться с собой.       - Знаете, я ведь оставлял вам номер телефона, - парень удостоверился, что его спутница пристегнулась. - Но вы так и не перезвонили.       - Эм… У меня был очень тяжелый месяц. Я просто совсем забыла об этом.       - Знаете, вы произвели на меня неизгладимое впечатление. Если бы вы нашли возможным, эм, сходить со мной в определенное общественное заведение…       С каждым словом чернокожего гангстера страх и напряжение отступали. А эта странная манера говорить, будто он старался быть вежливым, но просто не знал как, жутко забавляла. Девушка не выдержала и засмеялась, согнувшись пополам. Теперь смущенным выглядел Франклин.       - Можно. Только я должна сходить на работу и получить уведомление об увольнении. А потом ты свозишь меня в ресторан. Идет?       Парень улыбнулся и кивнул.

***

      - Как не уволена? – Кэтрин присела в кресло.       - П…п…просто я не могу лишиться такого ценного сотрудника, – Дэймон затравленно зыркнул на темнокожего спутника своей лучшей певицы. – И еще я решил повысить твое жалование… Ты ведь не против?       Мужчина весь сжался, баюкая перевязанную руку, на которой не хватало мизинца. Кэтрин Новаро хлопнула себя по лбу.       - Ну Филипс… Хорошо хоть не убил, – пробормотала она.       - Ну так что, ты согласна? – казалось, еще секунда и хозяин заведения сиганет в окно.       - Согласна. Я могу приступать немедленно?       - Да-да, ступай. Работай, дорогая, – директор буквально выпихнул их за дверь.       - Ох, кажется, все отменяется, – они вышли в общий зал и Кэтрин уже готовилась мягко отказать парню.       - Кейт, я не могу остаться и послушать, как ты поешь?       - Ну хорошо, только не делай такое грустное лицо, доморощенный пикап-мастер, – девушка забавно поморщилась. – Слушай, иди займи столик, а мне пора за кулисы.       Франклин кивнул и вышел в общий зал. Кэт, глубоко вздохнув, направилась переодеваться. В гримерной ее встретила Анни, милая молодая девушка, которая была чуть ли не душой коллектива. Радостно взвизгнув, Анни повисла на шее у своей коллеги.       - Кэтрин! Где ты была? Мы все ужасно волновались! Девчонки думали, что тебя уволили! Или убил тот жуткий мужчина!       Кэтрин хихикнула. Так забавно было слышать страшные и ужасные слухи о том, что опять натворил Тревор Филипс. Причем иногда они были ну совсем из разряда деревенских баек.       - Ой, и какой у тебя классный цвет волос! Я просто в восторге! – она юлой крутилась около коллеги, засыпая девушку вопросами. – Ты теперь линзы носишь? Это мега кульно! Слушай, а где ты все-таки пропадала?       - Я была занята в больнице, – Кэтрин закусила губу, нанося подводку на глаза. – Филипс опять попал в историю.       - Этот психопат такой страшный. А ты так спокойно о нем говоришь!       Блондинка не смогла сдержать улыбки, вспоминая как «страшный психопат» дрых в кресле, свернувшись, словно собака, и забавно угрожал кому-то во сне.       - Ну, он местами бывает жестоким и неконтролируемым, но в остальном… С ним даже общаться можно.       - Ну, ты просто настоящая героиня!       - Хех, не без того! – мисс Новаро поднялась со стула и поправила складки платья. – Я пошла, Анни.       - Удачи, сирена!       Свет софитов на секунду ослепил ее, музыканты ждали сигнала, но почему-то девушка медлила. В голове звучала другая мелодия. Другая песня. И музыка ей не была нужна.       I was born amidst the purple waterfalls.       I was weak, yet not unblessed…       Ее слова каплями падали на землю. Гуляки и блудницы обернулись к ней. Но девушке было все равно. Ее покровитель Тревор Филипс, а значит, она может петь что захочет.       Where have all the feelings gone?       Why has all the laughter ceased?       Why am I loved only when I'm gone?       Голос грянул набатом. Откуда ей вообще известны слова этой песни? Может, она слышала ее в университете? И почему сейчас эти слова просто рвутся из груди.       Where have all the feelings gone?       Why is the deadliest sin - to love as I loved you?       Кто-то начал подыгрывать. Звуки саксофона вплетались в переливы звонкого голоса. Все молчали, не в силах оторвать взгляд от девушки, чьи руки были обращены к небу, будто и не было потолка над головой. Не было ничего - только мелодия, что без труда проникала в сердца всех пьяниц, шлюх и ублюдков, что коротали время за выпивкой.       I've never felt so alone in my life       As I drank from a cup which was counting my time       There's a poison drop in this cup of Man       To drink it is to follow the left hand path       Горе, боль, надежда, разочарование - все это скручивалось тугим комком в горле.       Remember, my child: Without innocence the cross is only iron,       Hope is only an illusion аnd Ocean Soul's nothing but a name...       The Child bless thee and keep thee forever       Последний аккорд отзвучал, погружая зал в тишину. Звон бокала, разбившегося на мириады осколков заглушили первые хлопки аплодисментов, что раздались из-за барной стойки. Франклин понял, что пропал.

***

      Солнце вальяжно укладывалось на ночлег в холмах, когда красный джип остановился около госпиталя. Мужчина вышел, чуть не упав на землю. Он судорожно зажимал бок в том месте, где кровь полностью пропитала рубашку и, сочась, капала на землю.       Филипс сплюнул темный сгусток и ухмыльнулся. Зря, ой как зря он сетовал на то, что недруги позабыли о его скромной персоне. Не забыли. Выжидали. Сегодня утром он решил заглянуть в трейлер. Давненько он там не появлялся. Вот только трейлера не было. Среди обуглившегося каркаса его дома валялись остатки личных вещей. Ярость вспыхнула мгновенно. Рванув к трейлеру Рона, мужчина чуть не выбил дверь. Казалось, в тот момент он готов был прикончить своего подельника за то, что тот не предупредил. Но мистера Янковски как ветром сдуло. А так же сдуло всю его мебель, переломало электронику и выбило окна.       Записка была пришпилена к внутренней стороне двери. Сучьи мексикашки ждали его в одном из доков Лос-Сантоса. И дождались. Тревор с превеликим удовольствием нашпиговывал свинцом никчемные тушки бывших союзников. Не то что бы он сильно переживал за Рональда, нет, просто не мог оставить без внимания личное оскорбление.       К счастью для Рона, мудланы мексиканские просто не успели всадить ему пулю в лоб, так как сами в скором времени отправились в мир иной. Их оказалось очень много, словно бы все эмигранты собрались в одном месте. Когда все закончилось, мужчина оперся на перила, стараясь перевести дух. Волна ярости прошла и он почувствовал себя невероятно усталым. Но передышка была недолгой.       Вообще, людям тяжело осознавать, что они не бессмертны. Тревор понял это, только когда последний полудохлый мексиканец пихнул его в грудь, сталкивая с лестничного пролета. Мужчина приземлился на штырь, так удачно торчащий из земли. Но Филипс не был бы Филипсом, если бы умудрился умереть так глупо и бесславно. Благо железный прут вообще не думал, что на него будут падать всякие там метамфетаминщики, и благополучно отломился. Собрав остатки непонятно откуда взявшихся сил, мужчина выдрал железку из своего бока. Он буквально рычал от боли, с каждым шагом все ближе подходя к машине.       Путь был неблизким, неприятным и опасным. Пару раз владелец ТФ inc. отключался прямо за рулем. Рон, ссыкло тупое, смылся сразу, как только запахло жареным. Бля, стыдно было признавать, но его помощь могла бы пригодиться. Но, несмотря на все трудности, мужчина смог-таки добраться до госпиталя. Пошатываясь, он вошел внутрь. К нему мгновенно подскочила медсестра.       - Новаро…- мужчина схватил девушку за плечо окровавленными пальцами. - Где Кэтрин?       - Ее смена уже закончилась. Сейчас я позову доктора.       - Мне не нужен другой доктор! Мне нужна Кэт, – мужчина опасно покачнулся и оттолкнул перепуганную сестричку. – Позовите. Она приедет…

***

      - Эй, ты реально здорово поешь! У меня просто нет слов! – Франклин налил в бокал шампанское и передал его своей прекрасной спутнице.       Кэтрин зарделась. Она и не помнила, когда последний раз кто-то так засыпал ее комплиментами. Девушка не ожидала, что мистер Клинтон дождется-таки окончания выступления. Но он сдержал свое слово, пригласив певицу в ресторан. В зале царил интимный полумрак, легкая нежная мелодия окутывала немногочисленных посетителей элитного заведения. Кэт благодарила всех богов, что после выступления она не успела переодеться. Уж больно вульгарно смотрелись бы ее джинсы и драная косуха среди шелка и хрусталя. Поправив подол платья, она улыбнулась собеседнику, наблюдая, как он забавно пытается подбирать слова, чтобы не перейти на сленг гетто. На самом деле, девушке было очень трудно представить этого парня в роли холоднокровного убийцы. Тем более человека, который по словам Филипса был ему как отец. Ужасно хотелось напоить его и расспросить, как следует.       - Кейт, – блондинка вздрогнула, забыв уже, что парень не знает ее имени. – Расскажи, чем ты увлекаешься?       - Мои увлечения достаточно банальны. Пение, вышивка, готовка, – господи, какую хрень она несет. Ее кулинарные способности оставляли желать лучшего, а про вышивание она читала в интернете. – А каков род твоей деятельности? Все, что я о тебе знаю, исходило исключительно из уст Тревора.       Девушка глотнула шипучий напиток.       - И что же он рассказывал? – парень нервно дернулся.       - Что ты перспективный… Эм, в криминальных делах молодой человек. Рассудителен и амбициозен. А еще, что тебя нашел старый друг Тревора… Марк… Нет… Макс?       - Майкл.       - Ах да, точно. Правда говорят, что с ним несчастье случилось, – блондинка охреневала сама с себя. Так врать и не краснеть. – Вот, в общем то, и все.       - Хм, я удивлен.       - Чему же?       - Тому, что Тревор не рассказал о…       Телефонный звонок оборвал молодого человека на полуслове. Кэтрин, извиняясь, достала аппарат, который выл сиреной скорой помощи. Это означало только одно.       - Ординаторская, слушаю вас!       - Доктор Новаро, здесь ваш психованный! Он истекает кровью! Распугал весь персонал! Никого к себе не подпускает. Вас требует!       - Хорошо, скоро буду, – девушка отключила телефон и начала судорожно собираться. – Франклин, сколько я должна?       - Нисколько! - парень выглядел немного разочарованным.       - Тогда в следующий раз угощаю я! - девушка встала из-за стола. – Вот черт! Я забыла верхнюю одежду в клубе!       - Это не проблема! Куда подбросить?       - Эм, мне нужно в больницу, там моя подруга просит присмотреть за больным дядюшкой. Я просто не могу ей отказать. Она много сделала для меня, – Кэт понятия не имела, поведется ли Франклин на эту явную ложь, но придумывать вранье поизысканнее у нее просто не было времени.       - Я отвезу тебя до больницы.       - О нет, не стоит. Если можно, то давай заедем в бар, а потом ты довезешь меня до стоянки, ладно?       - Конечно, – парень кинул купюры на стол и открыл перед девушкой дверь.       На улице по меркам Лос-Сантоса было прохладно и блондинка зябко дернула голыми плечами. Машина тронулась, увозя Кэтрин от ресторана. Франклин притормозил у магазина, сославшись на то, что ему срочно «надо выйти», а вернулся уже с коротким кашемировым пальто и накинул его на девичьи плечи.       - Ну вот, теперь не надо возвращаться! Показывай, где стоянка. А то ты, кажется, очень нервничаешь.       - Спасибо! Спасибо большое! Но я не могу принять такой дорогой подарок! – тонкие пальчики скользнули по гладкой поверхности обновки.       - Прошу тебя, считай это приз за твое прекрасное выступление и за то, что ты скрасила мой вечер.       Времени на препирательства у мисс Новаро просто не было и, коротко кивнув, она продиктовала координаты парковки. Машина проносилась по улицам, словно вместо колес у нее был реактивный двигатель. И вот показался знакомый проулок и ряды автомобилей.       - Где стоит твоя тачка?       - Эм, у меня не тачка, – блондинка в два шага пересекла паркинг и погладила бок своего верного Росинанта.       - Ты поедешь на этом? - челюсть темнокожего гангстера укатилась в неизвестном направлении.       - Ага, так быстрее, – ловко, словно она делала это всю жизнь, девушка подняла подол и запрыгнула на мотоцикл. – Спасибо тебе, Франклин! Ты замечательный парень!       Взревел мотор и железный конь сорвался с места, оставляя позади мистера Клинтона, который пялился на нее с непередаваемо влюбленным выражением лица. Девушка гнала по шоссе. Ветер трепал полы ее платья, но пальто, не смотря на свой слегка гламурный вид, неплохо защищало от холода. Филипс опять попал в беду. Вот черт. И почему она этому ну ни капли не удивлена? Хотелось орать и грязно ругаться. Но она девушка, так что пришлось грязно ругаться мысленно.             Двери больницы приветливо распахнулись, впуская сырой промозглый воздух. Подлетев к справочной, девушка подозвала Грэйс. Вопроса «где?» вполне хватило, чтобы получить четкий ответ. И даже нерифмованный. Блондинка бежала по светлым коридорам, провожаемая удивленными взглядами медперсонала. Ну да, где еще увидишь доктора в шелковом платье с кашемировым пальто на плечах, но в мотоциклетном шлеме и грязных туфлях.       Рванув на себя дверь палаты, она увидела его. На неизменной табуретке около подоконника сидел Тревор Филипс. Майкла перевели в реанимацию, но, кажется, Филипс этого не знал. Мужчина сидел, безвольно откинувшись на стену. На боку сквозь порванную рубашку виднелась огромная рваная рана. Выглянув за дверь, врач проорала:       - ГВЕН! СКАЖИ, ЧТОБЫ ГОТОВИЛИ ОПЕРАЦИОННУЮ! И КАТАЛКУ СЮДА! ЖИВО!       Девушка подлетела к раненому, сдергивая с головы шлем.       - Что же ты, блядь, творишь, а? Ты меня так в могилу сведешь! И кто тебя лечить будет? – оторвав кусок платья, она зажала им рану. Искать бинты просто не было времени. – Не смей умирать! Ты мне теперь и за наряд сценический должен! Дыши, ублюдок ты тупой! ДЫШИ!       Дверь открылась. В палату вошли два медбрата и Гвен с перевозкой.       - Ну все, парни, везите и готовьте его. Теперь он неопасен… Почти.

***

      Майкл предавался блаженному нытью. Правда несчастная медсестричка приходила не так часто, как ему бы хотелось. Он очнулся пару часов назад и откровенно пожалел, что вообще остался жив. У него болели даже те части тела, о которых он и понятия не имел. Хотя… Нет. Жить ему все-таки нравилось больше. Честно говоря, брюнет все еще не верил, что смог пережить падение с такой высоты. Он многого не понимал, а утолить его любопытство было, увы, некому.       Пытаясь задремать, мужчина принялся считать овец. И в тот момент, когда особо непослушная бяшка пролезла под забором, в дверях палаты кто-то появился.       - И не притворяйся, что ты меня не слышишь! Запомни, если ты уйдешь отсюда раньше, чем я тебя выпишу, то больше можешь мне не звонить! Кивни, если понял! – молодая врач была явно не в духе. Майкл усмехался. Он совсем не завидовал тому несчастному, кто вызвал ее гнев.       - Кэт… Ну чего ты сразу… - хриплый голос показался мужчине ну очень знакомым. – Царапина, не более.       - Я тебя по голове арматурой поцарапаю! Ты испортил мне вечер, перепугал до смерти, а теперь еще и пререкаешься! Совсем ты меня не ценишь, – девушка покачала головой. – А я по доброте душевной подыскала тебе компанию.       Кровать поставили на место, слева от брюнета. Медбрат, что привез больного, вышел и Таунли смог, наконец, разглядеть своего нового соседа. Мда, судьба играет человеком.       - Майки! Я вижу, ты находишься в состоянии аристократического недовольства! А это значит, что тебе лучше, – Тревор бросил какой-то абсолютно шальной взгляд на бывшего подельника.       Врач повернулась.       - О, Мистер Де-Санта! Похоже, вам лучше. Как вы себя чувствуете?       - Приемлемо, - ныть в присутствии Филипса почему-то не хотелось.       - Это замечательно! Приглядите за ним, а то у Тревора есть плохая привычка сбегать через окно, – с этими словами девушка тихонько притворила за собой дверь.       - Ну что, пухлик, кажись, мы здесь надолго застряли, – бывший напарник потянулся и зашипел от боли.       - Мда… Поздравляю.