При дворе Червонного Короля

Ранним вечером, когда Буби, уступив просьбам принца, сладко спала в своей старой келье, в монастырь прибыла удобная повозка, о которой по голубиной почте просил Бентен. Ее сопровождал сам королевский лекарь Руфиус Нёфь, личность в высшей степени загадочная и необычная. Выходец с Южных островов, он был невысоким, рыжим, очень замкнутым и немногословным. Нелюдимый и одинокий как человек, он обладал удивительным даром врачевания, что позволяло ему много лет пользоваться покровительством королевской семьи и жить так, как он считал нужным. Он лихо спрыгнул с коня, отчего короткий плащ взметнулся у него за спиной, снял с седла увесистую кожаную сумку и оглянулся в поисках того, кому можно передать поводья. И вдруг замер, словно парализованный. В следующую секунду он медленно повернулся на каблуках, оказавшись лицом к дверям госпитального корпуса, до которого от ворот было не меньше полета стрелы. На пороге стоял кардинал Антонио. Несколько минут двое мужчин стояли не двигаясь и, казалось, даже не дыша. Они словно разглядывали друг друга, но не глазами, а каким-то внутренним, более внимательным и требовательным зрением. Первым пошевелился лекарь. Он прижал руку к груди и низко поклонился падре как старшему. Антонио склонил голову в ответ, отошел от двери и жестом предложил гостю пройти внутрь. Подойдя к нему, Руфиус произнес с достоинством: – Для меня честь приветствовать вас, падре. Однако голос его звучал глуховато и в глазах читалось беспокойство. Антонио в свою очередь смотрел на гостя строго и холодно. – Сейчас как раз подошло время перевязки. Вы можете сделать ее сами, сударь. – Вы провели все, как надо. Я не сомневаюсь. – И тем не менее. Я хочу быть уверен, что у Его величества тоже не возникнет лишних сомнений. Лекарь еще раз поклонился и пошел к дверям. Уже на пороге он обернулся и снова встретился глазами со священником. – Я бы хотел… – начал Руфиус. – Как вам будет угодно, сударь, – откликнулся Антонио. – То есть, вы позволите? – Таков мой долг. Лекарь заметно повеселел, повернулся и быстрым шагом вошел в коридор. *** У принца появление королевского лекаря вызвало не менее противоречивые чувства, чем незадолго до этого появление Бентена. С одной стороны, это было знакомое лицо, хороший человек, которого он знал с раннего детства и привык воспринимать, как неотъемлемую часть своей жизни. С другой, – это было очередное свидетельство того, что к той привычной жизни, от которой он ненадолго сбежал, необходимо возвращаться, причем очень скоро. – Добрый вечер, Руфиус, – поздоровался он. – Со мной все в порядке. – Не сомневаюсь, – повторил лекарь. – Я вообще приехал не к Вам, а к падре Антонио. Принц сделал вид, что обиделся: – Как? Моя жизнь была в опасности, а вас это не волнует? – Нисколько, – лекарь раскрыл свою кожаную сумку, достал оттуда маленькую склянку, добавил ее содержимое в кувшин с водой и тщательно вымыл руки. – Вы родились в рубашке. Нет смысла портить свою жизнь, переживая за вашу. – А как же заявления Микки? Он говорит, что видел по звездам… – Ваш Микки слеп как крот. Поднимите руки, монсеньор, я поменяю повязку. – Хотите заставить меня замолчать? – Ричард притворно вздохнул, подчиняясь. – Именно. *** Когда Буби проснулась и пришла к госпитальному корпусу, то сразу увидела королевскую повозку. Это могло означать только одно: пришла пора прощаться с падре. Однако ни в госпитале, ни в домике при храме его не оказалось. Она уже хотела начать расспросы, когда увидела, как из храма Троицы выходит незнакомый мужчина. Он был бледен и глаза его подозрительно блестели, но лицо светилось радостью и умиротворением. Вслед за ним, непривычно собранный, строгий и серьезный вышел падре Антонио. Он сразу заметил Буби, притаившуюся в тени старой ивы. – Как хорошо, что ты здесь, дочь моя, – сказал он, и выражение его лица слегка смягчилось. – Тебе пора собираться в дорогу. – Поэтому я и пришла, хотя мне совсем не хочется уезжать и прощаться с вами. – Ты знаешь, что эти стены всегда примут тебя, дитя. Но также ты знаешь, что укрыться здесь от жизни, для которой предназначил тебя Господь, – малодушие, я бы даже сказал, предательство. А что до меня, мы увидимся в Столице через неделю, как я уже обещал тебе. – О, благословите, падре! Он благословил ее, сжал руками хрупкие плечики и поцеловал в лоб. – Ступай с богом, Аржантина. Найди в себе терпение и мужество, и ты будешь достойна своего счастья. Она кивнула, вытирая нос кружевной перчаткой, и вдруг снова увидела только что встреченного незнакомца. Он стоял у повозки и отдавал распоряжения: слов отсюда было не разобрать, но общий смысл происходящего прекрасно угадывался. – Падре, кто это? Что он здесь делает вообще? – Это королевский лекарь. Он приехал побеседовать со мной. Прошу тебя, по возможности, держись от него подальше. – Почему? – Потому что он колдун. *** Повозку, прибывшую в монастырь Святой Троицы, сопровождал не только лекарь Нёфь, но и десять солдат, пятеро из которых принадлежали к элитной гвардии Тэна Бентена. В монастырь они не входили, разбив небольшой лагерь прямо перед его воротами. После того как повозка с принцем, а также Бентен, Буби и лекарь верхом на своих конях покинули обитель, солдаты также сели в седла и заняли свои места перед повозкой и за ней, так что процессия получилась весьма внушительной. В границах Червонного Королевства просто не существовало злоумышленников, которые могли бы причинить вред (или хотя бы решиться на это!) принцу, окружённому такой армией. Первое время Бентен – сама беззаботность – ехал возле повозки, развлекая принца и Буби шутками и интересными историями. Он даже попробовал сделать вид, что ухаживает за девушкой, стараясь оправдать таким образом ее постоянное присутствие рядом. Однако притворяться, как и врать, глава королевской гвардии практически не умел, поэтому вся его показная веселость довольно быстро сошла на нет. Ричард, убаюканный мягким покачиванием повозки, большую часть времени спал, а Буби, Бентен и Руфиус ехали рядом, погруженные каждый в свои мысли. Тишину время от времени нарушали лишь голоса и смех королевских гвардейцев, чьё отменное настроение было совершенно искренним. Оглядываясь на главных зачинщиков этого веселья, Буби видела своего двоюродного брата и думала о том, что он, почти ровесник принца, тоже выглядит мальчишкой. Только совсем другим: дерзким, юрким черноволосым сорванцом, готовым шутить и дурачиться всегда и везде.