Пять правил Савады Тсунаеши

За суши-баром находился небольшой сад деревьев, их высокие кроны создавали полутень, она надежно закрывала небольшое додзё. Его двери были закрыты уже десять лет, и Тсуёши Ямамото никогда бы не подумал, что откроет эти двери для своего сына. «От судьбы не убежать!» — подумал мечник, который унаследовал искусство меча от своего учителя и товарища. После того случая он и закрыл додзё, не в силах больше оттачивать свои навыки. Пока он открывал замок и раскрывал двери, в голове мужчины созревал, план, как заинтересовать Саваду Тсунаёши... «Поставим все на любопытство», — решил про себя Ямамото. *** После феерического бардака, что они устроили, Тсуна погрузился в думы обо всем сущем — «Съесть еще одну конфету или сразу две!». Такеши с ним не разговаривал, дуясь на свою голубую шевелюру, а сам мальчик не испытывал желания извиняться. «Разве я вчера не позволил себе попасться? Этого достаточно!» — решил про себя Савада и, услышав голос Ямамато-сана, вышел из комнаты, спускаясь вниз. — О, Тсуна-кун, ты вовремя, — Тсуёши улыбнулся, глядя на мальчика. — Мне надо отлучиться до вечера, а поскольку на вас ресторан оставлять нельзя, не поиграете ли на улице, пока я не вернусь? «Да, это точно, на нас теперь ресторан долго не оставят после вчерашнего!» — согласился мысленно Тсуна. — Конечно, — пожал плечами он и отправился наверх за своим рюкзаком, в который положил конфеты, шоколадки и печенье. Также немного денег, что еще у него оставались. Такеши фыркнул, смотря, как Савада беспрекословно подчинился отцу и убежал наверх, видимо, за вещами. «Надо же, какие мы послушные!» — подумал Такеши, все еще желая достать мелкого жука-шутника, который его умудрился вывести из себя. Надевая бейсболку, чтобы скрыть свои окрашенные волосы, он подхватил спортивную сумку и вышел за дверь. Он решил потренироваться, надеясь, что любимый бейсбол избавит его от этого чувства. Тсуна, спустившись, увидел, что Такеши уже ушел, и, попрощавшись с Ямамото-саном, решил следовать за одноклассником. «Сам предложил дружбу, сам надулся... какое странное поведение!» — думал шатен, следуя за Такеши. Дойдя до площадки в парке, Тсуна присел под деревом и стал наблюдать за тем, как знакомый отбивает битой подачи. «Он серьезно думает, что это поможет ему развить свои навыки?» — наблюдая за ним некоторое время, Савада понял, что Ямамото нужен партнер, однако сам он не подходил из-за разницы в росте. «А вот Хибари Кёя подошел бы идеально, смертельные подачи в его стиле!» — хихикнул Тсуна и тут вспомнил, что так и не посмотрел, что в той тетрадке, которую он забрал из дома Хибари. «Спорю, там расписание вроде «Забить сегодня три тысячи травоядных!»» — уже представляя, как он будет это читать, он совсем не ожидал нарваться на что-то серьезное и столь тайное. Тсуна дочитал страницу до конца, и смеяться ему как-то расхотелось. Видимо, у Хибари были очень строгие родители, и вместо друзей Хибари завел тетрадь, куда записывал свои мысли. «Интересный ты человек, Хибари Кёя!» — решил Тсуна и, убрав тетрадку, оглянулся и увидел, что Такеши кому-то машет. Проследив взглядом, кому именно, шатен сглотнул, ибо еще одна жертва его шалости шла прямо к ним. «И почему именно сейчас...» — мысленно простонал Тсуна, прижимая рюкзак к себе и поднимаясь с земли. Уходя за дерево, он присел за ним, чтобы наблюдать оттуда. К всеобщему удивлению шатена, Кёя подхватил мяч и, подкидывая его вверх, принял соответствующую стойку и кинул прямо в Такеши. «Смертельная подача в действии, я дожил до этого!» — подумал Савада и удачно поймал её прямо в свой распрекрасный лоб. На жалобный «Ойк!» Такеши внимания не обратил чисто из природной вредности. Просто достал еще один мяч и кинул его Кёе. Хибари усмехнулся, ловя подачу Такеши, думая, что идея этого травоядного была не столь плоха. Достать Саваду его же стилем, игнорируя и подшучивая, пожалуй, такая тактика даже веселит. Хотя просьба помочь с бейсболом и правда была. Вчера, когда они прибирались, Такеши попросил его об услуге, добившись от брюнета неясного молчания. Кёя и согласился только потому, что чувствовал себя немного виноватым. «Ну вас... скучные вы!» — решил про себя Тсуна и, потирая лоб, поднялся, решив потратить оставшиеся деньги на свой любимый сок. Ближайший автомат находился недалеко от парка. Он заложил руки за голову, и до него вдруг дошло — Такеши и Хибари видели его без маски. Рядом с этими двумя он просто забыл о своей тактике. Осознание этого факта заставило его замереть на месте и посмотреть в сторону двух мальчишек. «Значит ли это хоть что-то?» — обдумать этот вопрос ему не дал грубый толчок сзади. — Смотрите, как-никак, это наш чудак-неудачник Савада! — грубый голос Аки Накамуры Тсуна узнал бы из тысячи. Оборачиваясь к темноволосому парню, выше него аж на три головы, Савада надел свою радостную маску, где-то внутри не понимая, почему она не работает так же на Такеши и Хибари. — Аки-кун, знаешь, с «Растишкой» тебе пора завязывать, а то так скоро кличку придется менять на «Каланчу!», — улыбаясь во весь рот, Тсуна почувствовал рывок и дыхание Накамуры на своем лице. «Пахнет мятой, как можно есть эту гадость!» — Савада поморщился. — Ах ты мелкий поганец, я научу тебя старших уважать! — зарычал Аки, желая вдавить мелочь в асфальт. Резко отпуская его, он размял кулаки и растерянно заморгал. Поганец прополз у него под ногами и уже стоял рядом с Кидо. — Кидо-сан, мне тут в магазине буклетик сунули, оказывается, в «Мире игрушек» новый завоз мишек Тедди. Мне почему-то захотелось, чтобы ты знал, — сообщил он дёрнувшемуся Ямаде Кидо. Тсуне было известно, что тот обожает мягкие игрушки, видел его как-то в соседнем городе, покупающим розовых зайчиков, как он тогда сказал — «Для сестрички!». Вот только не было у Ямады сестры, так что вывод напрашивался сам собой. «Кстати о розовом цвете...» — вспомнил Тсуна и вновь обернулся к Аки. — Я тут видел женщину, удивительно похожую на твою маму, она бегала по улице и звала какую-то мусипусечку. Вы что, чихуахуа купили? Накамура побагровел. Его мама дружила с Наной, и Тсуна знал, что та обожает называть сына всякими уменьшительно-ласкательными прозвищами. А однажды даже сам присутствовал при их разговоре. Высоченный Накамура, которого поминутно называли то лапусичкой, то мусипусёночком, переливался всеми оттенками красного и злобно пыхтел в сторону матери, но та внимания не обращала. — А, — словно только что вспомнив, Тсуна прищёлкнул пальцами. — Ещё она приговаривала: «Сынок, я купила тебе твои любимые пирожные с розовой глазурью». Аки-кун, я тут в каком-то журнале одну статью увидел, и там говорилось, что парни, которым нравится розовый цвет, латентные геи и любят, когда их шлёпают. Это я так, для общего развития... Ой, что-то ты побледнел... Кажется, он немного перегнул палку, но слова уже возымели действие, и Тсуну поволокли за угол и больно швырнули о каменную стену. Мальчик успел уберечь голову, но больно ударился плечом. — Сейчас мы научим тебя уважать старших, малявка... Кто прошипел ему это, прежде чем ударить ногой в живот, Савада не понял. Трое парней били его в грудь и спину, пару раз попало даже по лицу. Уплывающим сознанием Тсуна услышал звук разрывающейся ткани и, открыв глаза, увидел, что его рюкзак разорвали. Содержимое высыпалось на грязный асфальт, и он только успел дотянуться до тетради Хибари, прижимая её к груди. — Какой жалкий вид, Савада, — Аки прижал ногой голову мальчишки, и тут его взгляд наткнулся на купюру в тысячу йен. Убирая, ногу парень подхватил деньги и усмехнулся. — Материальная компенсация, больше не попадайся нам на глаза! Трое старшеклассников ушли, а Тсуна так и сидел на земле, прижимая тетрадь к груди. Когда головокружение прошло, мальчик встал и побрел в сторону дома. Не Ямамото-сана, а в сторону своего. «Черт, кажется, руку сломали и ребра болят... в следующий раз нужно сразу деру давать, а не стоять столбом!» — думал Савада. Он добрел до своего дома, вваливаясь в калитку, и, доковыляв до двери, достал ключ. Мальчик заполз домой, абсолютно не думая, что кто-то будет волноваться о его исчезновении. *** Такеши довольно утер пот со лба и поймал наконец-то подачу Хибари. «Здорово кидает, ему бы в спорт! — думал мальчик. Не зря он попросил его помочь. — Хоть и уговорить было непросто!» — Спасибо, Хибари-кун, ты потрясающе кидаешь, — рассмеялся Такеши. Кёя, услышав непривычный для него комплимент, даже застыл, а потом отвернулся, чтобы травоядное не увидало его лицо. — Не говори лишнего, — буркнул мальчик и тут решил вспомнить о травоядном, которого они хотели достать. Но, посмотрев на то место, на котором сидел Савада, он его не обнаружил. «Когда он успел уйти?» — нахмурился Хибари. — Куда это странное травоядное делось? — А? Ты о Тсуне? — Такеши даже сначала не понял, кого имеет в виду его партнер по бейсболу. — Может, домой ушел, — пожал он плечами. — Угостить тебя чаем? — Как хочешь, — не стал отказываться мальчик, и они пошли к автомату, после того, как Такеши собрал все вещи в сумку. Переходя дорогу, Хибари слушал болтовню смеющегося травоядного и редко отвечал. Пока тот покупал две банки с чаем, он, повернув голову, увидел лежащий на земле разорванный рюкзак. «Точно такой же, как и у странного травоядного!» — подумал Кёя и, не осознавая своих действий, пошел прямо к вещи, что привлекла его внимание. — Хибари-кун? — Такеши, держа в руке две банки, не понял, куда это так заспешил его знакомый. Последовав за ним, мальчик тоже увидел разорванный рюкзак Тсуны. А то, что тот принадлежит Саваде, у Такеши сомнений не было. — Это же Тсуны, — Такеши наклонился, подбирая испачканную и разорванную вещь. По всему асфальту были разбросаны сладости, также не в лучшем виде. — Что тут произошло... — Видимо, это травоядное кто-то избил, — выразил свою версию Кёя, увидев кровь на стене. — И либо его куда-то забрали, либо он уполз... Вот теперь было не до обид, вспомнив, наконец, что вроде как сам дружбу Саваде предложил. И сам же обиделся на первую же шутку. «Подумаешь, волосы покрасили... тоже мне потеря! — Такеши увидел кровь впервые в жизни и испугался. — А что, если его куда-то увезли? Что, если он серьезно ранен? Тоже мне друг нашелся, Ямамото Такеши, ты кретин!» — Приди в себя! — Кёя, увидев, как бейсбольное травоядное побледнело, ударил его по щеке. — Ничего с ним не случилось, лучше подумай, где он! «И чего я вообще парюсь! Какое мне дело до этих двух... а, ладно, все равно делать нечего!» — подумал про себя Кёя, хватая Ямамото за руку и волоча его к суши-бару. Самым логичным было то, что этот чудик отправится именно туда, но Такеши, что пришел в себя через несколько кварталов, остановил Хибари. — Отец уехал, он бы не смог попасть в бар, — закусил губу мальчик. — Возможно, он пошел к себе домой! — Веди, — коротко отозвался Хибари. Дома Савады они достигли довольно быстро и, увидев открытую дверь, испытали облегчение от того, что нашли знакомого им чудика. Хотя, входя в дом, они быстро растеряли уверенность. Савада лежал посреди коридора, держа в руках аптечку. — Травоядное, — со вздохом отозвался Кёя, переворачивая парня и замечая опухоль на руке, чуть повыше локтя, и синяки на лице. Также довольно глубокую царапину на лбу. — Возьми аптечку, — сказал Кёя Такеши, а сам сумел поднять на руки Саваду. «Он вообще питается чем-то, кроме сладостей?» — подумал Хибари, подивившись весу травоядного. Уложив того на диван, они в четыре руки довольно быстро обработали мелкие синяки и царапины. Проблемы вызвали рука и ребра, по делу, его нужно было доставить в больницу, но это было невозможно. Такеши позвонил отцу, оставив сообщение на автоответчике, и они решили дождаться либо когда Савада очнется, либо когда прибудет Тсуёши-сан. Опустившись в кресло, что стояло рядом с диваном, Кёя глубоко вздохнул и закрыл глаза. «Что за невозможное травоядное? Слишком много проблем от него!» — решил про себя Кёя, и сам не заметил, как заснул. Вошедший Такеши чуть не уронил компресс, который принес, увидев спящего мальчика. Он тихо подошел к Тсуне и положил мокрую марлю ему на лоб. Зевнув, он с удивлением понял, что хочет спать. «Что... я же не настолько устал...» — это была последняя мысль перед тем, как Такеши уснул, присев на пол и положив голову на край дивана. ...Их кольцом окружило ярко-алое пламя. Втроем они стояли спинами к друг другу, но стоило Тсуне сделать шаг, поверх алого появился фиолетовый огонь. Кёя почувствовал, как его взяли за руку, точно так же, как и Такеши. Они оба посмотрели на Саваду, который по-прежнему стоял к ним спиной. Они пошли уверенно, как только поверх фиолетового огня появился ярко-голубой. Тсуна провел их прямо сквозь огненную стену. — Пора пробудиться…