Пять правил Савады Тсунаеши

Реборн за свою долгую карьеру наёмного убийцы повидал немало и знал достаточно, чтобы заниматься репетиторством. Учить юнцов искусству убивать было непросто, поскольку в мире мафии царила вседозволенность, и приходилось вначале выбивать спесь и гордыню из юнцов, чтобы вбить им основы. Его приглашали быть репетитором, как для отдельных бойцов, так и для наследников влиятельных семей. Конечно, это расширило его связи и в преступном мире. Когда же внешний советник Вонголы связался с ним и предложил обучить его сына, который владеет волей Неба, он, не задумываясь, ответил согласием. Многие его коллеги не понимали, почему он занимается репетиторством, думая, что это напрасная трата нервов и сил. Сами они предпочитали упиваться драками до потери сознания, — или жизни, — это кому как повезёт. Перед неизбежной смертью ощущение страха у жертвы вызывало ни с чем несравнимый кайф — ведь это самое прекрасное, как считали некоторые убийцы. Что ж, Реборн вовсе не отказывался от драк и убийств, просто, благодаря своему проклятью, мог видеть потенциал в своих учениках, ощущая их пламя. На основе увиденного, он мог составить наиболее эффективные тренировки, высвобождая максимум силы из любого вида пламени. Тринисетте, облучив его и Леона своей энергией, дало им способность видеть подобное. Им обоим понадобилось много времени, чтобы привыкнуть к новой силе и освоить её. Именно поэтому он так старается учить именно наследников с посмертной волей Неба. Дар воистину уникальный по своим свойствам и значениям. Сколько бы он ни тренировал людей с этим пламенем, оно всегда было разным — Савада обладал насыщенно-оранжевым. Чего он, кстати, не ожидал, зная, что Савада Емитсу в дальнем родстве с Джотто Примо. Реборн открыл свою книжку, записывая первые данные о своём ученике. Он приехал в Японию, как только Емитсу нашёл его и предложил обучать своего сына, у которого чистое пламя Неба. Он согласился только для изучения нового вида этого пламени. Не каждый день тебе попадаются потомки Вонголы Примо. «Я-то планировал научить азам, провести пару уроков и уехать, а тут такой неогранённый алмаз. Стоит задержаться», — размышлял Реборн, которого, правда, слегка выбешивало глупое поведение ученика. Савада вёл себя, как пятилетка. А ещё он нашёл в его комнате много костюмов и косплей-атрибутики. Прям склад отаку какого-то. Хотя это все неважно. С таким-то уровнем пламени, которое пока только растёт. Обычно он контролировал примерный период подъёма и, основываясь на увиденном, тренировал так, чтобы ученик выкладывался по максимуму. «Здесь придётся повозиться. Что ж, Савада Тсунаёши определённо стоит того, чтобы развить его до предела», — решил про себя Реборн, направившись к дому Савады. Киллер решил, что сегодня он проследит за ним и Гокудерой, формируя начало нового Десятого поколения. Неожиданно на пути появилось препятствие в лице Наны Савады, которая, заметив его, попросила составить компанию, чтобы съездить в соседний город за стройматериалами, ведь муж давно хотел начать ремонт, да всё никак. Реборн, собираясь отказать, вдруг вспомнил, что этот самый муж хрупкой на вид женщины — второй человек в Вонголе, поэтому решил, что начнёт миссию завтра. Ну, правда, что может случиться за несколько часов его отсутствия?..

***

Тсуну вовсе не смущало, что он вывел своих друзей на чистую воду столь необычным способом. Если бы он знал, как дерзко и открыто они могут показывать свою страсть, то спровоцировал бы их гораздо раньше. «Главное, начало положено, а там уж как пойдёт», — подумал Тсуна, пробираясь к дому. Сейчас перед ним другая задача: не попасться на глаза своему репетитору. После пережитого оргазма тело было каким-то вялым, так что ему просто необходимо было повысить уровень глюкозы в своём организме. «Ах, мои сладенькие прекрасные лакомства… иду к вам», — мечтал Савада, открывая калитку и входя во двор своего дома. Он сразу направился к окнам, что вели на кухню. К счастью для него, мама оставила одно из них открытым, поэтому пробраться внутрь не составило труда. — Трудна и неказиста жизнь ребёнка-афериста, — тихо пробормотал Тсуна, пробираясь к главному предмету в каждом доме — холодильнику. Он всегда знал, что его мама самая лучшая женщина на земле и сейчас убедился в этом. «Только вот за какие заслуги моему дураку папаше досталась?» — подумал мальчик, заметив коробку с завтраком, на которой было его имя. В предвкушении вкусной еды, он закрыл холодильник и чуть не выронил коробку. На дверце была перекреплена записка, на которой ровным почерком было написано:

«Тсу-кун, я решила, что нашему дому необходим ремонт. Реборн-кун любезно согласился мне помочь с доставкой материалов, так что будем поздно… Целую!»

— Вот так поворот, — Тсуна пребывал в некоем ступоре, не представляя, как маме удалось заграбастать киллера в носильщики вещей. «Будда, я пропускаю такое зрелище… ха-ха», — посмеиваясь про себя, Савада приступил к завтраку. Глянув мельком на часы, он подумал, что Кёе и Такеши понадобится около получаса, чтобы расправиться с наручниками и привести себя в порядок. За это время ему нужно покончить с завтраком, придумать какую-нибудь пакость для великого и ужасного нахлебника Реборна и более детально обдумать дальнейшие действия с Гокудерой. Кстати о Реборне. Киллер находится тут уже несколько недель, а ничему путному так и не научил. «Если вся его наука состоит из беготни от идиотов и усмирения их гонора, я лично доведу Реборна до психушки!» — пообещал себе Тсуна. Мужик он вроде толковый, только либо меня недооценивает, либо, как и я, любит прощупывать людей, прежде чем действовать. «Интересно, насколько он силен как убийца? Как бы это проверить…» — Тсуна думал над вариантами привлечения репетитора на свою сторону. Он чертовски сильный и на все его выкрутасы реагировал достойно, отплачивая той же монетой. Такой человек пригодится ему. Конечно, если ничего из этой затеи не выйдет, он просто использует Реборна на полную, а потом перешагнёт и пойдёт дальше. Сейчас же этот парень достойный кандидат в союзники. «Все, что мне нужно — это больше информации, вот почему появление Гокудеры для меня важно. Он ближе нас к мафии, и это безусловное преимущество. Вот бы ещё найти человека в самой Вонголе…» — закончив с завтраком, Тсуна вымыл посуду и отправился в душ, уже зная, как он проведёт сегодня день.

***

Спустя полчаса Тсуна взял свою сумку со всем необходимым и отправился в старшую Намимори. По дороге он продолжал размышлять о том, что произошло вчера в лесу. Признаться честно, такой взрыв был для него неожиданным. Да ещё с таким эффектом. Как только Гокудера появился в их классе, Савада сразу понял, что такого информатора грех упускать, а уж способов его укротить — масса. Он не врал, когда говорил своему однокласснику, что тот теперь принадлежит ему. Тсуна видел его пламя и разглядел его потенциал, когда прогремел взрыв. Так что было бы глупо давать такому человеку уйти. — Тсуна-кун! — раздался голос позади Савады. Обернувшись, он увидел Сасагаву Киоко, которая бежала к нему. — Доброе утро, Киоко-тян, — улыбнулся Тсуна, приметив, что на девушке был спортивный костюм. — Бегаешь с братом? — Точнее «за» братом, — рассмеялась Киоко, когда сумела перевести дыхание. — Он опять убежал вперёд, а я отстала. — Ничего, я уверен, он сам тебя найдёт, — уверенно произнёс Тсуна, зная, как печётся Рёхей о своей сестре. Глядя сейчас на Киоко, он подумал, что она немного изменилась после их встречи. «Оно того стоило», — подумал Савада, вспоминая, как именно он познакомился с боксёром. Метод воздействия был выбран правильно, и Сасагаве хватило всего недели, чтобы прийти к ним в команду. Киоко же даже не поняла, что её использовали, но зато стала больше общаться с братом. — Знаешь, в соседнем городе Какуё открыли парк развлечений. Самое популярное там — лабиринт для влюблённых, и если его пройти, заняв первое место, то можно получить шоколад ограниченной версии. Кажется, разных вкусов. — Вау! Круто! — Тсуна аж подпрыгнул на месте, уже представляя, как он пройдёт весь лабиринт и попробует вкуснейшего шоколада. Такая новость была приятной неожиданностью, пожалуй, его дружба с Киоко себя оправдывала. — Обязательно съезжу! Все шоколадки мира мои! Сасагава рассмеялась, видя боевой настрой друга. Он ей очень нравился. Она не понимала, почему одноклассники стараются держаться подальше от Савады. Тсуна-кун любит пошутить и всегда на позитивной ноте, Киоко нравятся такие люди. Да и братик не стал бы общаться с плохим человеком. Год назад именно Тсуна-кун, показал ей, что она ошибается, позволяя брату идти одному к своей цели. Киоко не любила драки, но любила брата. Тсуна-кун сказал тогда: «Прежде чем говорить, что тебе что-то не нравится, испытай это на себе!» Нехотя согласившись, Киоко начала изучать бокс. Интернет, книги, журналы, коих, благодаря брату, было достаточно. «Савада-кун тогда фыркнул и отвёл меня в какой-то клуб, где мы и увидели братика, сражающегося на ринге». Только потом она поняла, что это были бои без правил. «Братик нас увидел и очень разозлился. Но сильнее всех была зла именно я. Обо мне заботится, а за собой не следит!» — подумала Киоко, вспомнив, что именно тогда она решила стать менеджером брата, чтобы приглядывать за ним. — Я бы тоже хотела сходить, но у братика соревнования в другом городе, а я еду с ним, поэтому не смогу посетить этот парк, — Киоко очнулась от своих мыслей, продолжив разговор. — Вот оно как, — Тсуна состроил задумчивое лицо, но потом рассмеялся. — Тогда я обязательно выиграю для тебя этот шоколад, — похлопав девушку по плечу, Савада попрощался и продолжил свой путь к школе, весело насвистывая какую-то мелодию. — Спасибо, — растеряно произнесла Киоко, не ожидая таких слов от Савады. Её немного опечалил тот факт, что Тсуна-кун не услышал её последних слов. «Надо не забыть его поблагодарить в школе!» — подумала девушка, услышав, как её окликнули. Рёхей, совершив круг, догнал её. — Киоко! С тобой все в порядке, во имя экстрима!!! — Рёхей встревожился, заметив задумчивое лицо сестры. — Да братик, все хорошо, — улыбнулась девушка и побежала дальше. — Да что случилось-то? — пробурчал Сасагава, поняв, что сестра ничего ему не скажет. По велению самого вкусного шоколада с орехами — по мнению Савады, — он не столкнулся с Кёей и Ямамото. «А то начали бы слишком рано», — подумал Тсуна, открывая чёрный ход своим личным ключом. В коридорах царила тишина, что неудивительно, если вспомнить, что сегодня суббота. Вчера он умудрился расслышать, как Хибари велел Рёхею принести Гокудеру в медкабинет. Тсуна не сомневался, что их громкий друг так и поступил. Все-таки «соперник посланный судьбой», так выражался сам Сасагава, что невероятно бесило Кёю. «Интересно, все мои хранители будут на чем-то повёрнуты? И если подумать, то с Гокудерой их уже пятеро, значит, нужны ещё двое», — Тсуна вспомнил, что в той коробочке было семь колец. И надо думать, скоро объявятся и остальные. Одной проблемой меньше, ему не придётся их искать, ведь Девятый сам отправит к нему нужных людей. Это ожидаемо, ведь он захочет контролировать новое поколение. Значит, пришлёт парочку верных Вонголе людей. И Тсуна прекрасно понимал, что Гокудера как раз такой. «Шпион Девятого Вонголы, звучит как-то не круто!» — Савада, занятый размышлениями, дошёл до нужного кабинета и, дёрнув за ручку, с удивлением понял, что та заперта. «Запер принцессу в башне злой дракон», — усмехнулся про себя Тсуна, вспоминая прозвище, которое заработал себе Рёхей в подворотнях Намимори. Открыв двери, Тсуна прошёл в помещение, увидев своего будущего хранителя в обнимку с подушкой. «Правильно говорят, хочешь знать о человеке больше, увидь его в трёх состояниях: спящем, пьяном и возбуждённом! С последним я, пожалуй, повременю…» — Тсуна положил рюкзак на стол и начал доставать всё, что ему понадобится: парик, повязка, маркер, платок и бенто. Теперь осталось быстро осуществить задуманное. — Сегодня я такой развратник, — тихо сказал сам себе Тсуна, забираясь на кровать и усаживаясь прямо на живот Хаято. Застыв на секунду, он удостоверился, что тот продолжает спать. — В полку сурков прибыло, блин. Взяв в руки парик, он, как можно осторожнее, надел его на голову Гокудеры, спрятав родные волосы под ярко-жёлтый «ёжик». На лоб легла повязка, в центре которой был нарисован спиральный знак угловатой формы. — Проснись же во мне, великий художник, — щёлкнув пальцами, Тсуна взял маркер, которым нарисовал у носа Гокудеры три линии — с одной и с другой стороны. Обрисовал глаза, нанося на них тени. Осматривая всё вкупе, Тсуна расстроился, что «великий» художник в нём умер, и, чтобы почтить его светлую память, закусил горе леденцом. Дело осталось за малым. Расстелив платок на груди Гокудеры, Тсуна поставил на белую ткань бенто, открыв пластиковый контейнер. Перемещаясь, Савада поставил колени прямо на запястья Гокудеры, вызвав тем самым весьма неприятные ощущения. Они то и заставили Хаято проснуться, мигом ощутив на себе непонятную тяжесть и аромат еды. Гокудера открыл глаза и увидел перед собой лицо Савады Тсунаёши, который, к слову, весьма удобно устроился на его животе. Дёрнув руками, подрывник понял, откуда боль в руках, и кто в этом виноват. Ещё секунда и до Хаято доходит, что его используют в качестве стола. — Какого хрена, мать его, ты делаешь? — не сдержал крика Хаято, но в ответ получил лишь глупую улыбку и порцию риса. Лишь чудом он не подавился, начиная машинально пережёвывать пищу. — Тихо-тихо, мой юный герой, — Тсуна проигнорировал возмущение, успев засунуть в открывшийся рот палочки с рисом. — Завтрак — важная часть будней. Недаром говорят, как позавтракаешь, так и поужинаешь. «Судя по присказке, день у меня дерьмовый будет», — подумал Гокудера, прикидывая в голове, как освободиться из захвата и сбежать. В палочках, которые держал Савада, теперь были суши. — Иди к черту, — послал Хаято, но, посмотрев в глаза Тсуне, отчего-то вздрогнул и рот машинально приоткрыл. — Ты умный парень, Гокудера Хаято, и я уверен, тебе не придётся повторять дважды, — Тсуна потянулся к сумке, доставая оттуда острый соус и поливая им рис. Перемешав, он поднёс немного к губам Хаято, продолжая его кормить. «Такая невозмутимость и при такой позе. И в каком это месте японцы скромные?» — подумал Гокудера, проглотив остро приправленный рис. После кухни его сестры такое количество соуса — мелочи, но к его удивлению, было даже вкусно. — Начнём мы, пожалуй, с объяснений и перейдём прямо к вопросам. У тебя их, вероятно, много после вчерашнего, ведь мы оба видели пламя друг друга. То, что произошло вчера, навело Тсуну на мысли, что в мире мафии полно интересных игрушек. Взять хотя бы ту шашку, которая без труда вызвала его пламя. Хорошо, что он вовремя успел его загасить, иначе осталась бы от Гокудеры кучка пепла. «Хотя, наверное, и от меня тоже», — мысленно хмыкнул Савада, помня, что шашка сработала и на Хаято, а на краткое мгновение его ураган зажегся разными цветами: они были в форме точек и небольшие. Возможно, Гокудере нужно стать взрослее и сильнее, чтобы он смог превратить эти огоньки в полыхающее пламя. А, возможно, всё это бред и ему причудилось. «В принципе, я не против обоих вариантов сразу. Но смотрелось бы это круто, нам бы пригодился туман и гроза…» — размышлял Тсуна. «Так значит, он помнит?» — Хаято под пристальным взглядом Савады почему-то не мог заставить себя шевельнуться. Вчерашний взрыв, а точнее реакция пламени, удивила Гокудеру. Он помнил лишь разноцветную вспышку, после чего потерял сознание. — Я хочу быть предельно откровенным с тобой, — Тсуна достал шоколадку с орехом и, отламывая по кусочку, скармливал её Гокудере. — Ты прибыл сюда по просьбе Девятого Вонголы, чтобы шпионить и втереться в доверие ко мне. Боже, я такой популярный… интересно, почему только у парней? Ой, что-то я отвлёкся. «Какого дьявола? Он придуривается или реально идиот?» — Хаято чувствовал, как задёргалась его бровь, и это было лишь начало. — Так о чем я? — Тсуна коснулся пальцем щеки, состроив умное лицо. — Мне прекрасно известно, зачем ты тут. Служить Вонголе, направляя нас в нужном Девятому направлении, а если мы оступимся — ликвидировать? — Чушь! — не сдержался Гокудера, уловив момент, чтобы ответить. — Я хочу убить тебя, чтобы стать Десятым Вонголой! Уж лучше я, чем такой слабак, как ты!!! — Боже, ну что ты так орёшь? — Тсуна потеребил ухо, слегка поморщившись. Положив ладонь на горло Хаято, Савада слегка сжал его, не позволяя Гокудере дышать. — Заткнись и слушай, Ураганчик. Врать мне не нужно, я вижу тебя насквозь. Да, ты жаждешь власти, но совсем не такой, как у босса Вонголы. Ты хочешь совершенно иного, и вся твоя грубость и показушный понт похожи на метания раненого зверя. Ты боишься, Гокудера Хаято, а страх весьма сильный ошейник. И знаешь, в чём ирония? Тсуна посмотрел на Гокудеру, взгляд которого, и правда, выражал страх. Хоть Савада и прихватил его за горло несильно, это невероятно напрягало. — В том, что стоит мне высвободить пламя из рук, и для тебя всё исчезнет! — холодно припечатал Тсуна, а затем, убрав руку, лучезарно улыбнулся бледному, как смерть, Хаято. — Пока мне достаточно твоих причин, чтобы находиться в Намимори. Можешь шпионить, сливать о нас информацию, можешь подставлять, мы убегать не будем. Про достойную плату не забывай: мелочь, а приятно. Но настанет день, когда я потребую от тебя конкретного ответа на вопрос: Вонгола или я? Гокудера не успел ответить на столь впечатляющую речь, соглашаясь с некоторыми словами Савады, но это касалось лишь мотивов его приезда сюда. Он просто выполнял задание, а сейчас Хаято чувствовал, что его действительно готовы принять в ещё несформированное десятое поколение. Их прервал угрожающий рык, который Тсуна узнает из тысячи. Повернув голову, он увидел в дверях трёх истуканов. То есть друзей, двое из которых претендовали на него в качестве любовника. — Савада Тсунаёши, ты совсем охренел?! — вопрос был задан громко, и наверняка его бы слышала вся школа, которая, впрочем, привыкла к этому. — Что? — Тсуна невинно похлопал глазками, не понимая, с чего от Такеши и Кёи исходит такая убийственная аура. — Я всегда хотел позавтракать с Наруто. — Ась? — не понял Хаято, уставившись на Саваду нечитаемым взглядом. Ямамото, пребывающий в шоке, посмотрел на Хаято более внимательно и только сейчас заметил, в кого Тсуна превратил его. То ли от нервов, то ли от утреннего происшествия, но Такеши упал на колени и громко рассмеялся. — Что ты ржёшь, как конь, это мечта моего детства, а у вас с Кёей комплекция не та, — надул щеки Савада, по-прежнему восседая на Гокудере, как на троне. Рёхей, прислонившись к косяку, тоже хихикнул. Пройдя в кабинет, он взял небольшое зеркало, которое стояло на столе, и навис с ним над головой Хаято. — Твою ж налево, какого хрена я Наруто?! — закричал Гокудера, дёрнув головой, отчего незакреплённая повязка съехала на нос, а парик чуть сбился. — Судьба твоя такая, хокаге ты наш распрекрасный, — философски заключил Тсуна. — Хватит ржать, как конь! — не сдержавшись, Кёя вытащил тонф и ударил Такеши по макушке. — Ау, больно, — прошипел Ямамото, но хихикать не перестал. Утирая слезы с глаз, он вновь посмотрел на Хаято. — Ну, повезло тебе, Гокудера. — Чем это? — ехидно осведомился Хаято. — Тем, что волосы не голубые, — Такеши уткнулся в плечо Хибари, сдерживая смех, но воспоминания об их личном опыте не желали покидать сознание мечника. Кёя приложил руку к лицу, позволив себе лёгкую улыбку, которою, к счастью, никто не увидел. Да, тогда было не до смеха, и Савада делал всё, чтобы его достать. А сейчас, глядя на офигевшего новичка, это, и правда, казалось забавным. «Я попал к психам!» — заключил Хаято, абсолютно не понимая замечания про цвет волос. И почему один из этих парней смеялся, как пришибленный. Савада же тем временем слез с кровати, поправляя, как ни в чем не бывало, футболку с розовыми мишками на груди. — Ураганчик, это Кёюшка, Такешичка и Рёхейчик, они мои друзья и верные последователи сникерс, прошу любить, кормить и не обижать, а то будет больно, — представил присутствующих Савада. На что, собственно говоря, «Кёюшка» повторно рыкнул и выпустил из тонф цепи, которые несколько раз обвили плечи и руки Тсуны. — Не смей коверкать моё имя! — резко припечатал Кёя, притягивая Саваду к себе. — Эх, Кёя, Кёя, кто ж начинает ухаживания с БДСМ-а? — Тсуна покачал головой и схватился за цепь, дёрнув её резко на себя. Хибари хоть и ожидал подобного, но ясно не думал, что рывок будет настолько сильным. Сокращая расстояние, Кёя не собирался останавливаться. Он был чертовски зол на Саваду за его сегодняшние выкрутасы. — Я тебе сейчас покажу БДСМ, — прошипел Хибари, добираясь до горла Савады. — Какого черта ты вытворял с новеньким?! — Завтракал, а что? — Тсуна, конечно, понимал, с чего Кёя разошёлся, но решил держать лицо до конца. — Сидя на нем!!! — взревел Хибари, собираясь подарить Саваде удар в челюсть, но его руку вовремя остановил Такеши. — Кёя! — Ямамото успел удержать руку друга. Хибари словно очнулся и, посмотрев на свою ладонь, которую занёс для удара, понял, что до сих пор сжимает тонфу. Его удар Савада бы, конечно, выдержал, но это могло отдалить их от цели, которая так близко. Цепи с грохотом упали к ногам Тсуны. Столь резкий звук вывел всех из оцепенения. Наверное, весьма ожидаемо было возмущение со стороны Савады. Гокудера почему-то подумал, что у кандидата в наследники характер достаточно переменчив и непредсказуем. И если предположить, что хорошее настроение чередуется с плохим, то сейчас некий Хибари Кёя может крупно огрести. Теория Гокудеры потерпела крах, поскольку Савада сбросил с себя ослабевшие цепи и молча прошёл мимо застывших друзей. — Оставим нашу гонку на некоторое время и займёмся делом. Моя мать дала нам фору в несколько часов. Так что — к сенсею и на полигон, посмотрим, чего стоит киллер, присланный меня убить. Возразить беспрекословному тону Савады никто не посмел. Через полчаса они вышли из школы, отправившись к суши-бару семьи Ямамото.

***

Семья Бовино была самой малочисленной и не слишком влиятельной, по меркам мафии. И всё же, несмотря на такие очевидные минусы, их уважали и предпочитали с ними не связываться. Когда у нынешнего главы появился маленький наследник, он не ожидал от него сильного пламени. Но случай, показавший, что ребёнок может пропускать через себя удары молнии, заставил босса Бавино вспомнить, что их далёкий предок был первым Хранителем Грозы Вонголы с особыми свойствами. На мальчика тут же возложили большие надежды, но босс понимал, что он слишком мал для такой ответственности. Конечно, его тренировали обращаться с оружием, но с основным тренингом решили повременить. Несколько лет спустя, глава Бавино сумел связаться с Реборном. По слухам, самым компетентным репетитором. Он не ожидал, что такая личность откликнется, но, к удивлению всей семьи, киллер явился. Реборн тренировал Ламбо так, что всё семейство всерьёз опасалось, что ребёнок не выживет. Но, вопреки всем опасениям, через три месяца пятилетний мальчик мог выдерживать удары в тысячу ват и выпускать достаточно сильное пламя. Добившись такого потрясающего эффекта, Реборн туманно намекнул боссу Бавино: — Этот мальчик в будущем сможет добиться многого, но только если пойдёт за своим Небом. Произнеся такое загадочное предсказание, киллер исчез. И вот сейчас Бовино получает просьбу от самого дона Вонголы с просьбой — читай приказ, — чтобы их сын стал Хранителем нового наследника. Бавино не смел даже подумать об отказе, поэтому ничего не оставалось, как согласиться. — Фабио, собери Ламбо и пусть отправляется в Японию в город Намимори. Позже я решу, кто отправится вместе с ним. — Да, босс. «Мне совершенно не хочется отправлять сына в таком юном возрасте, да ещё и к неизвестному человеку. Так что я потребую гарантий, дон Вонгола!» — подумал босс Бовино, принимая решение. Сейчас Ламбо десять, и он впервые отправляется так далеко от дома.