Две судьбы, одна дорога. Прорыв несломленных.

Умирать всегда весело, будь то первая смерть, или миллиардная, это всегда весело и одновременно больно. — Воу-воу. По-моему, тебе нужно заканчивать с безумием, — сказал Тома, сидя у «себя в мире». Тело его полностью восстановлено, оазис преобразился, в общем, он старается не скучать, как может. — Пожалуй, соглашусь, было бы не весело перенестись в одну из сестёр, — сказал я, пытаясь очнуться. Постепенно я начал чувствовать тело, подумав немного, прогнал по телу волну, которая обострила мои чувства и рефлексы. Попытался включит сонар, но ничего не вышло. Через две секунды почувствовал «проникновение» в моё тельце. Очнулся. Открыл глаза. Лежу в больничной палате, ещё ночь. Правда ладонь на груди Мисаки младшей которая сидит на моей кровати. Вот ж попал, так попал. — Привет, неужто я такой озабоченный рукоблуд, что даже без сознания умудряюсь приставать к красивой девушке, — сказал я, пытаясь убрать руку, что у меня собственно не вышло, похоже я под наркозом. Забавно. — Нет. Ты всего лишь схватил меня за руку, всё остальное я сделала сама, пытаясь проверить целы ли твои мозговые функции. Сказала Мисака, продолжая держать твою руку у своей груди, — сказала младшая. Немного подумав, пустил по телу волну, которая «отключила» наркоз. Резкая боль поразила моё тело, зато теперь я мог двигаться, да и тактильные ощущения вернулись. Мисака нахмурилась. — С тобой всё в порядке?! Спросила Мисака, почувствовав резкие изменения в работе твоей нервной системы, — взволновано спросила младшая. — Не волнуйся, всё в порядке, я просто убрал последствие наркоза, — сказал я, убирая свою ладонь с её груди. Мисака младшая немного покраснела, странно было видеть подобные чувства на её «непрошибаемом» лице. — Спасибо что проведала меня, — сказал я, улыбнувшись ей. Боль, что мучала меня постепенно отступала. — Я всего лишь хотела удостовериться в том, что ты в порядке. Сказала Мисака, оправдывая своё поведение, — сказала она, вставая с кровати, и собираясь уйти. — Знаешь. Проявление заботы является одной из черт любви, — сказал я. После этой фразы Мисака младшая остановилась. — Когда я капался в вашей базе данных, я наткнулся на информации о том, что вы совсем «неполноценные» клоны. Ваша жизнь коротка, очень коротка, — сказал я, пытаясь усилить её внимание ко мне. — И сейчас меня мучает вопрос. Как же вам помочь? — Будь уверен. Ты ещё увидишь Мисаку. Сказала Мисака, скрывая за своими словами загадочность смысла этой фразы, — сказала младшая, не поворачиваясь ко мне. — А увижу ли я тебя? — спросил я. — Тебя, Мисаку. Мисака застыла на месте, было видно, что она охвачена внутренними терзаниями. Видно она решала что-то для себя, и не только для себя, для всех Мисак. — Кто знает, но надежда умирает последней. Сказала Мисака, — ответила Мисака, спустя минуту ожидания. После чего продолжила свой путь. — Береги себя, — сказал я. Мисака вновь остановилась. — Думаю, будет правильно пожелать тебе того же. Сказала Мисака, обдумывая в данный момент твои слова о заботе, — сказала Мисака младшая. Открыв дверь, она махнула мне на прощание рукой, и ушла, прикрыв за собой дверь. — Я тут подумал … — сказал Тома. — Так ты умеешь это делать?! — спросил я. Тома ответил аплодисментами на мою подколку. — Ты бы влюбился в Мисаку, не будь того проклятия? — спросил он. А ведь действительно. Кого бы я полюбил без того проклятия? Случайного свидетеля моей смерти? Оригинал и её клонов? Смог бы я так же помочь им? — Кто знает друг мой, кто знает… — ответил я. А ведь он прав. Сцука задаёт такие вопросы, которые должен был задавать я. — Ты помнишь, что мы единое целое? — спросил Тома. — А ты бы полюбил её? — спросил я. — Кто знает… — ответил он.

***

Обдумывая свои чувства и приходя к выводу что да, я бы влюбился в Мисаку. Провалился в слабый сон, окончившийся приходом доктора с раннего утра. Проводя осмотр, он несколько удивился. — Сдаётся мне что ты тут навеки решил прописаться, видно я всё же не один такой … — сказал он, смотря на меня насмешливым взглядом. — Прости Док, но я тут понял, что школьная форма тащит, — сказал я. — Хотя… — Вижу, ты не сильно пострадал, — сказал он. — Хотя если честно, когда тебя доставили, было бы гуманнее добить тебя. А сейчас ты уже почти восстановился. Подобная регенерация поражает, — сказал он. — Она бы и не могла быть плохой, всё же за неё я заплатил огромную цену, — сказал я. — Что верно, то верно, — сказал Док. — Полежишь ещё немного, и выпишем тебя, — сказал он, разворачиваясь и уходя. — А что собственно с клонами? Да и как Акселератор поживает?! — спросил я. Док остановился. — Клонам выписали поддерживающую терапию, — ответил он. — Необходима разработать методику лечения, чем мы сейчас и занимаемся. А Акселератор. Славно ты его избил. Так что с недельку он тут пролежит, а дальше пусть себе гуляет. — Ну и хорошо, я уж думал, его Мисака прибьёт, — сказал я. — Лежи, лечись, и не мешай мне работать, — сказал Док ворчливо, прекращая диалог. — И вам удачи, — сказал я. Док покинул палату, а я решил ещё немного поспать, благо во время сна я находился в медитации. Облака плыли по небу, а я бессовестно дрых, на тактично созданном для меня гамаке. — И всё же, я бы не забыл ту девушку … — сказал я про себя, размышляя в двойном сне. — Какую девушку? — спросил Тома, «мешающий» для меня «абсент». — Да так, не забивай голову, узнаешь позже, — сказал я. — Ну как знаешь … — сказал он, бросая в меня литровую кружку, которая плавно приземлилась на мой гамак, ибо я быстро вышел «из себя». В палату пришла Мисака Старшая. Ыть, не выдаём себя! Мисака подошла к моей кровати, а я всё ещё тихо лежал и «спал». Мисака долго и упорно смотрела на меня, потом немного подумав, спросила. — Ты спишь? Я молча «спал» дальше. Мисака присела на кровать. Отложив тёмный пакетик на тумбочку, она взяла меня за руку. — Ночью, твоя сестра сделала то же самое, и это привело к тому, что моя рука оказалась на её груди, — сказал я, открывая глаза. — Доброе утро. Мисака очень, очень, очень сильно смутилась, еле сдерживаясь от того что бы меня не ударить, он отпустила мою руку. — А ведь я правду сказал, — сказал я. — Она, как и ты хотела просканировать меня на наличие повреждений. Мисака сидела красная. У-у-у-у… «засмущал девушку» так что она даже встать и убежать не может. — Док сказал, что твои сёстры помещены на хранение, и сейчас идёт разработка методики их лечения, — сказал я, подкидывая тему для разговора. — Да. Я, это… В общем, они прекратили эксперимент, — сказала Мисака. — Отлично, — сказал я. — Спасибо, что не убила Акселератора. — А о нём то ты зачем волнуешься?! — спросила Мисака немного возмущённо. — Не стоит забывать что он, такая-же жертва как и ты, и твои сёстры, просто ему была отведена другая роль, — сказал я, присаживаясь в кровати. — И прошу тебя не спорить со мной, твои сёстры думают так же. Мисака немного погрустнела. В ней кипела злость и ненависть, и ещё что-то, в чём я пока не спец. Но поборов эти эмоции, она умудрилась успокоиться. Взяв пакет с тумбочки, она протянула его мне. — Вот, купила тебе самого дорого печенья, — сказала она. — Прости, но сейчас я начну нудить, — сказал я, делая нудное лицо и дожидаясь, пока моя фраза «дойдёт» до адресата. — А ты знаешь, что домашняя выпечка всегда самая вкусная? — спросил я. — А самые дорогие печенья всегда залёживаются в магазине и становятся чёрствыми, а потом их покупают всякие красивые девушки, и несут больным на всю голову? Палата озарилась смехом. Мисака даже слезу непроизвольно пустила. — Ну ты выдал! — сказала она, не прекращая смеются. Я достал из пакета коробку, распечатал её, достал печеньку и протянул её Мисаке. — Если честно, я не шутил, — сказал я. Мисака не переставая смеются, взяла печеньку. — Ты попробуй, — сказал я, доставая ещё одну и пытаясь её разгрызть. Печенька и вправду оказалась чёрствой. Мисака перестала смеяться, и попыталась так же разгрызть печеньку. — Я убью этого продавца, — сказала она, запуская пару разрядов на своей руке. — Не стоит перетруждать себя, — сказал я. — Это сделаю я. Настроение Мисаки вновь немного поднялось. А я всё думал, наблюдая за ней. Что же её тревожит? Но мысли в голову не приходили, точнее лезли, но не те. Так что начнём импровизацию. — Знаешь, если бы тогда, ты бы не поделилась своим ДНК то твои сёстры бы не родились, — сказал я. — Они бы не испытали чувств, ни плохих, ни хороших. И хоть большая их половина умерла, они не будут обвинять тебя, ведь ты подарила им жизнь. Помни они всегда будут любить тебя. — А я только хотел тебе предложить это сказать, — сказал мне Тома. — Ну по крайней мере, ты сам не такой плохой, каким себя считаешь. Мисака тем временем, обдумывала сказанное мною. — Знаешь, ты прав. Спасибо, — сказала она и пошла к выходу. — Я пойду. — Ага. Береги себя, — сказал я, смотря «вослед» ей. Так. В любви почти что признался, так что спать! Где там мой «абсент»?! Подумал я, ныряя в другое я, что внутри. «Абсент» всё ещё лежал на моём гамаке, не пролившись, не нагревшись, не потеряв трубочки, красота… Вот, лежу, покачиваюсь, «абсентик» попиваю, вспоминаю, как умилительно мурлычут бомжи в своих снах… — Хорош, думать про ересь! В комнату зашла Индекс. Одна! — сказал Тома. Я вернулся обратно. Открыв глаза уставился на удивлённую Индекс. — Привет, печеньку будешь? — спросил я, протягивая ей открытою коробку. Индекс находясь под действием «особой уличной магии» машинально взяла коробку в руки и съела одну из печенек. — Ну как оно? — спросил я, с интересом наблюдая за её реакцией. — ТОМА! ЧТО ТЫ СКАЖЕШЬ В СВОЁ ОПРАВДАНИЕ?! — Спросила Индекс. — Ничего. Такой уж я, — сказал я, положив ладонь на голову Индекс. — Прими меня таким, какой я есть. Индекс зло на меня посмотрела, после чего выдохнула, опуская взгляд. — Твоя проблема в том, что ты всегда стараешься решить чужие проблемы, — сказала, она, откладывая коробку с печёнками, — Ради кого сражался в этот раз? Я улыбнулся. Вот ведь, всё понимает. — Ну, уж точно не только ради себя, но и не только ради других, — сказал я. Она повисла на моей шее. — Взрослеешь, — сказала она радостно. — А теперь запомни, и я, и Айса волнуемся за тебя, и чиби-сэмпай тоже. Улыбнувшись, посмотрел вдаль, что скрывалась за окном. И почему все считают её ребёнком, включая меня?!

***

Индекс была мною отругана. Получив коробку печенья, она была отправлена домой, под присмотр Айсы, которая скорей всего будет мне «мозга» выносить, когда я вернусь. Вот ведь «жена» нашлась. — Смотри. Всего лишь жизнь нескольким девушкам спас, и сразу столько кандидаток на женитьбу, — сказал Тома, «валяющейся» в соседнем гамаке, и попивая «абсент» аки я. — Тебе что, глюки в голову полезли?! — Спросил я, поперхнувшись, своей порцией. — Нет. Просто мысли вслух, — сказал Тома. — То, то же, Индекс надо женить на ком-нибудь из церковников, например на «огнемёте», — сказал я. — А почему сразу на нём? — спросил Тома. — Ну как. Он её любит, — сказал я, вспоминая поведение Стэйла. — А она любит тебя, — сказал Тома. — Ага, только вот, я её нет, — ответил я. — По твоим чувствам не скажешь... — Мгновенно парировал, переходя в атаку Тома. — Легко «глаголить», не понимая сути … — сказал я, уходя в защиту. — И всё же не согласен! — сказал Тома, усиливая натиск. — И всё-таки окстись! Это твои эмоции! — заявил я, проводя контратаку, и поражая его одним точным ударом. Тома ушёл в ступор, а я вновь принялся за «посасывание» через трубочку «абсента». Видимо он забыл, что мы единое и неповторимое целое, и уже начал путать эмоции. А может это я путаю, а он нет?! Откуда-то из далека раздался звонок. Чертыхнувшись, я вынырнул обратно и начал искать телефон. Который оказался в тумбочке. Нажав на кнопку приёма «вызова», я поднёс «трубку» к уху. На той стороне молчали. — Ты ли это Ли? — спросил я, недолго думая. — А как ты догадался? — спросил Ли, удивлённым голосом. У меня сложилось ощущение, что сейчас у него вместо лица морда довольного кота. — Я так понимаю, ты починил мой телефон? — спросил я, получше устраиваясь в кровати. С той стороны трубки раздался смешок. — Да, но звоню не поэтому. Ты знаешь, сколько шуму подняла твоя заварушка с Акселератором? — спросил Ли. — А ты знаешь, что я сделаю с тем, кто замешан в этом эксперименте, и не является «подопытным» образцом? — спросил я его тихим, ничего не предвещающем голосом. — Спокойно, друг мой, спокойно. Я тут замешан косвенно, собственно я проектировал оружие для сестёр, — сказал Ли, немного заволновавшись. — Кстати да. Я один из тех, кто разрабатывает «стабилизации» сестёр. — Ну, ну. Потрепыхайся ещё недолго, — сказал я, расслабляя пальцы левой руки, что сейчас были сжаты в кулак. — Так вот… — продолжил Ли. — Ты бы знал какой шум поднялся. Но это не главное, сейчас тебе придётся свалить из города. В общем так, жди … — сказал он, вешая трубку. — И что это собственно значит?! — спросил у меня Тома. Я промолчал. Немного напрягшись, я усилил чуйку. Она зафиксировала большое количество людей, одну из сестёр, кота и Ли, что неспешно шёл к моей палате. — А ты уверен, что ваша встреча и знакомство были случайностью? — спросил Тома, немного встревоженным голосом. — Да я уверен. А теперь давай не отвлекай! — сказал я, затыкая Тому. В дверь постучали. — Ли-сан, входите, — сказал я. Дверь открылась, и в палату вошёл Ли. — Эх… Старею, теперь даже удивить никого не могу, — сказал он, подходя ближе. — Я вас внимательно слушаю, — сказал я, устраиваясь в кровати ещё удобнее. — Ну вот опять. Молодёжь. Давай просто на «ты», — попросил он, улыбнувшись не сильно. — Так, что ты хотел? — повторил я свой вопрос. — Ну во-первых, держи свой телефон, — сказал он, протягивая мне телефон. — Я порылся в начинке, и прошивке, так что теперь он будет помощнее и убить его будет не просто. Почти все разъёмы остались прежними. Зарядное устройство и гарнитура лежат там же. — Премного благодарен, — сказал я, принимая пакет. — Это мне надо быть благодарным. Знаешь как сейчас порой непросто найти что-то настолько сломанное и починить его, — сказал Ли. — В этом плане тебе виднее, — сказал я. — Во вторых. Тебе придётся свалить отсюда подальше, билеты уже выбраны, так что отдохнёшь на пляже, — продолжил Ли. — И да, у тебя теперь на телефоне установлена программа, которая тебе поможет «вспомнить». Камоэ-сан подобрала тебе целую кипу данных, так что думаю, ты вспомнишь всё. Охх. Теперь и она знает, хотя я не особо шифровался… Только от Индекс по просьбе Томы. — Ладно, благодарю за это, — сказал я, находясь в своих мыслях. — Эмм, это звучит как-то странно, но да не суть, — ответил Ли, «усиливая» улыбку. — Ладно, я пойду. Не стоит, чтобы меня здесь видели… — Один вопрос, — сказал я. Ли остановился. — Слушаю, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — А что будет, если я, скажем, повышу свой уровень до пятого? — спросил я, внимательно всматриваясь в лицо Ли. Он думал долго, его лицо играло масками, пока не устало от этого и не стало выражать лишь сочувствие. Наконец он собрался с мыслями. — Ты либо повторишь судьбу акселератора, либо тебя постараются убить, и второе скорей всего намного вероятнее. Поэтому друг мой, ищи настоящих друзей, если жить хочешь, — сказал Ли серьёзным тоном, после чего поклонился и вышел быстрым шагом. — Удачи Ли! — крикнул я ему вслед. И ведь неизвестно, почему он ко мне так привязался. — Просто, мы с тобой притягиваем людей … — сказал Тома. — Пожалуй соглашусь мой друг… — ответил я.

***

Идти домой. Утром. Рано. Благодать… «Флешка» встала как родимая, и теперь у меня в ушах играл трек («Voodoo people» Prodigy). А я шёл и ностальгировал… Детство… — Странная у тебя музыка … — сказал Тома, сидя в нашем мире и листая мой «плэйлист». — Ну, у каждого свои вкусы и вон как она мне пригодилась в битвах… — Ответил я. — А мне нравится. Не всё конечно, но нравится, — сказал он. — Ну, так слушай на здоровье, — сказал я, переходя на бег. Бежать по улице, слушая музыку. Это ж как я давно этого не делал. А, Ли молодец. Гарнитура была беспроводной, удобной, не вылетала даже при сильной тряске, а звук… В общем, пробежав пару десятков километров просто так, я мокрый до «немогу» отправился в школу. Пробежав по «учительскому отсеку» я наткнулся на чиби-сан. — Доброе утро, Камоэ-чан, — сказал я, останавливаясь рядом с ней. — О Тома-тян! — сказала она, обратив на меня внимание. — Обидно да! — пробубнил Тома. — В общем так! — сказала она, привлекая мой внимание, и делая лицо немного строже. — Так как твоё поведение привлекло слишком много внимания, ты отправишься на ближайшее время на «отдых». Солнечные пляжи… — Понятно, — ответил я. — Ну раз так! — Она порылась в горах бумаг, разбросанных на её рабочем столе. — Вот тебе два билета! — сказала она, «торжественно» вручая мне билеты. — Отправляешься завтра! — сказал она, доставая откуда-то «бэнто» . — Спасибо, — сказал я, делая поклон. — До свидания. — А за что спасибо? — спросила Камоэ-чан. — За это, — сказал я доставая «телефон» из кармана и включая «программу»: «В НАДЕЖДЕ ЧТО ТЫ ВСПОМНИШЬ» Чиби-сан немного покраснела. — Ладно. Ещё раз до скорого! — сказал я, уже выбегая из помещения, где сейчас и находилась сэнсэй. Бежать до дома было не так уж долго, так что вскоре, я уже стоял перед открытой дверью в свою «квартиру». — Тома! Ты вернулся! — радостно прокричала Индекс, подбегая ко мне и в прыжке вешаясь на шею. Из-за угла появилась голова Айсы. — Приветствую Камидзё-кун, — сказал она, своим обычным, спокойным голосом. — Как здоровье? — Да. Привет. Живой, как видишь. А сама как? — выдал я, пытаясь загрузить её раньше, чем она попытается это сделать сама. — Я в полном порядке, — ответила Айса, не меняя выражения лица. Дело дрянь. Ладно пошли козыри! — У меня тут два билета и приказ свалить отсюда до окончания действия путёвки! — сказал я, подымая билеты над головой и не обращаясь ни к кому. — Тома! Я ДОЛЖНА ПОЕХАТЬ С ТОБОЙ! — сразу заявила Индекс. Айса передумала полоскать мой мозг. — Ну, видно у меня нет выбора, — сказал я, слабо улыбнувшись и смотря на Айсу. Не сказать, что Айса жалела меня с моей участью, но оттенок этого чувства всё же проскользнул в её глазах. И почему я такой «везучий»?!