Две судьбы, одна дорога. Прорыв несломленных.

Оно ещё и говорить умеет. Подумал я, ещё раз напяливая на себя маску, предчувствуя что щас шарахнет. Костные наросты закрывали моё тело в непробиваемую броню, не знаю почему, но я был уверен, что закрытые ей участки тела не пострадают даже при ядерном взрыве. Совсем рядом прогремел ещё один взрыв, заставивший меня пролететь пару метров. Приземление было не мягким, но раз я смог подняться, то нужно бежать. Рядом открылся ещё один такой шлюз, из которого вылетел ещё один огромный робот, на этот раз в красной расцветке. — Дурак Синзи! Ты даже гражданского, не смог закрыл от взрыва! — донёсся до меня девичий голос, со стороны красного робота. Тем временем в нас летел ещё один снаряд. А моя броня всё ещё росла, сейчас ей было закрыто почти всё тело, кроме левой руки, и части правой ноги. Кровотечение остановилось, кровь из лёгких куда-то делась. — Эй парень! На экране спектрального анализа ты являешься чёрным пятном. Ты вообще кто такой?! — раздалось со стороны красного. Снаряд почти достиг цели, так что мне оставалось только верить и матерится. — Я тот, кто пытается выбраться отсюда живым! — проорал я, разворачиваясь в сторону будущего взрыва самой бронированной частью своего тела.

***

Взрыв, настолько мощный, что незакрытые участки тела мне просто мгновенно испепелило, без боли, прогремел недалеко от меня. Поэтому, получив кинетический заряд, я полетел, почему-то вверх. В полёте маска начала растворятся сама, видно эта была работа моего внутреннего я, который пытался спасти мне жизнь. Весь ошмёток тела, что был мной летел уже семь секунд. Я решил осмотреться. Там были немного потрёпанные дома. — Значит, меня размажет об дома. Невезуха, — сказал я, тихо, сам себе. — Ребята, я был перемещён в огромную жирную задницу, и сейчас будет к… — договорить своё сообщение по внутренней связи я не успел. Холодный железобетон встретил моё некрепкое тело. Вокруг лишь мрак… Мёртвый не боится смерти, он боится жизни, боится боли и страданий, боится надобности врать. Так я думаю, правда это не относится ко мне. Для меня смерть и жизнь смешались в тот роковой день. Когда я был поглощён во время боя, как я сам себе сказал, пал во время боя. Находясь там, в этом монстре, я изучал не только сильные техники боя и защиты, но и религии, культуру, языки, ремёсла. На всё это у меня хватало времени. Время, которое раньше занимала суета живых, мода, глупые стадные интересы, всё это было разрушено. Оставляя меня настоящего, и мою религию, и культуру. Оказывается, христиане, бывают не только у нас в мире, да и вообще, оно захватывает миры как зараза, бог в четырёх формах, говоривший о всепрощении, и разивший мечом направо и налево, бог что ставил себя выше сознанья хаоса, выше творца. Его символ меч, а крест является самым главным оружием. Если бы я только мог вернуться, я бы открыл человечеству глаза, я бы не стал говорить, что это неправильно, просто бы показал истину. Интересный факт я отметил, моя религия, что называется у христиан язычеством, была не очень распространена, но в секторе Человек, я встретил того, кто назвал меня братом, тот кто поклонялся Роду. Жаль что его убили при набеге, хотя он пал в бою. Стоп, если бы я умер, то сейчас был бы уже в другом мире и теле, значит я жив. Стоп, он ничего не сказал про тело, значит ли это что тело переместится со мной. Да и что тут творится?! Не время философствовать, надо думать! Роботы были странными, не смотря на внешние различия они состояли в родстве. Если так… СТОП! Родстве, как я это понял?! Проклятие! Точно!!! Проклятие. Значит у этих роботов есть биологическая составляющая и душа. Прикольно, в каком-то смысле они являются родственниками, так как все состоят из гена одного существа. Правда, что с их душами?! А ещё, какого хрена они разговаривали? Стоять. Я слышал и их слова, и перевод, а значит надо вспомнить хоть одну фразу, грёбаное правило перехода. Бака Синзи. Дурак Синзи. Япония!!! Не факт что это наш мир, но надеюсь, здесь есть Россия. Я почувствовал странное, знакомое ощущение, прямо как тогда с роботами. Ещё клоны, или двойняшки, правда ощущаются они чуть-чуть по-другому. Я открыл глаза, и обнаружил себя в разрушенной квартире. Костяной панцирь таял там где должны были быть моя рука и нога, сейчас я наблюдал увеличивающееся в размере лужи крови. — Ох ж ебать капать, чё за херня, — сказал я, тихонько осматриваясь вокруг. Вокруг была простая комната, у которой отсутствовала часть стены, которую я видимо проломил. Всё вокруг было пыльным. Сам я лежал на сломанном ящике с нижним женским бельём. У входа стояла девушка, лет четырнадцати. Пепельные волосы, красные глаза, небольшой рост, хрупкое телосложение, школьная форма… — Простите за вторжение, и за то что матерился в вашем доме, за то что его разгромил, и наверное за то что вас напугал, — выдал я, после чего прокашлялся, из моего рта потекла струйка крови. Но девушка не испугалась, она спокойно подошла ко мне и протянула бинт. — Благодарю, но бинтом здесь не отделаешься, простите ещё и за то что я разлил тут свою кровь. Она токсична, так что не касайтесь её если жить хотите, — сказал я девушке, попытавшейся было меня перевязать. — Кто ты? — спросила она, приятным спокойным голосом, без эмоций. — Да даже не знаю… — вновь раздался мой кашель. — Не человек уж точно. — Ангел? — спросила она, продолжая смотреть на меня. — Извини, к христианству не имею никакой принадлежности, так что и ангелом быть не могу, — сказал я, немного улыбаясь. — Меня зовут Тут. — Рей, Аянами рей, — сказала она. — Тебя клонировали? — спросил я. — Да, у меня много сестёр, правда оригинал была забрана месяц назад, — сказала она, немного изменившись в лице. Кажется. Она почти не испытывает чувств. — И много вас, сестёр? — спросил я, после чего опять прокашлялся, поток крови из моего рта усилился. — Десять, — сказала она мне. — А ты красивая, думаю, когда вы вырастите, от вас глаз будет не оторвать, — сказал я, чувствуя как что-то у меня внутри лопнуло. — А, что?! — спросила она не произвольно краснея. — Забей, я умираю, так что могу говорить все, что захочу в открытую, — сказал я, и приподнялся. Это далось мне с большим трудом, но я не сдавался, сквозь боль и слёзы, я встал и попрыгал к дыре в стене. — До свидания мир, я ещё вернусь, — сказал я, громко, при этом «натягивая» маску на лицо, и тем самым оставляя след в этом мире. Прыжок вниз головой. Смерть.

***

— Эй, Тут, ответь! Сука ответь я сказал! Ты же не подох… — услышал я, смешанный голос Соула и Маки. — Ещё нет, — ответил я, чувствуя что мою левую ногу припекает что-то, маски на моём лице уже не было. — Чуть позже ребят, я пытаюсь выжить, так что удачи вам. Я посмотрел на свою ногу, она испепелялась, медленно и болезненно. — Значит, вот как я умру, — сказал я тихо, запуская свободную руку в карман, чудом сохранившегося бронежилета. — Внимание, наступил комендантский час, Всем ученикам Академ-сити разойтись по домам, район «Си один» не предназначен для вечерних прогулок, — проговорила система оповещения, своим нудным электро-голосом. Я осмотрелся по сторонам. Я находился в проулке между зданиями, видно в промышленном квартале. Отсюда открывался отличный вид на мост. Рядом стоял немного покалеченный и ржавый фонарный столб, так же рядом была автобусная остановка. На стенах зданий была надпись японскими иероглифами: «Я вас всех имел в жопу» — гласила она. Из кармана я вытащил телефон, обмотанный наушниками. Он так и не включился, но ничего, оставлю его здесь как бесполезный тайник. Подумал я, и засунул его в щель в стене за мусорным баком, у которого я сейчас и лежал. Эдакий намёк что сейчас я мусор. Испепеляющая волна дошла до сердца, и я умер, после чего тело исчезло в огненной вспышке. А я остался висеть в воздухе, в своём духовном теле. Которое оказалось, изрядно побитым. ноги и нижняя часть туловища отсутствовала. Правда долго созерцать моё новое тело мне не пришлось. Меня рывком потянуло куда-то. Когда я наконец перестал пролетать сквозь здания, я наконец то увидел, как среди высоток в небо устремлён луч, который только что замерцал и исчез. Ох чует моя жопа… Подумал я, всё ускоряясь и ускоряясь. Последняя стена была преодолена и вот он, момент, я влетаю в опускающееся на пол тело черноволосого парнишки. Его глаза вновь наполняются жизнью, а исчезающее сознание даёт о себе знать. Как же я себя уже ненавижу. Значит проклятие Первого было одноразовым… Мрак.